В школе тоже страсти.

Тэхён в тот день в школу просто летел на крыльях любви и счастья. Он очень хотел рассказать Чимину о произошедшем событии, как будто ему не просто метку поставили, а уже и свадьбу с ним сыграли, и даже детишек они нарожали. Но это, пока, только мечты, которые Тэ уже полностью распланировал. Он уже знал, где они будут жить, сколько детей у них будет, когда они вообще появятся. Он даже придумал, что собаку породы корги, которую они с Чонгуком подарят младшему омеге на восьмое день рождения, будет звать Чопа. Ну а что вы хотели? Это же Ким Тэхён. Он думал, что ничего не может испортить такой прекрасный день как этот. Но ошибся. Чимина в школе не было, на звонки он не отвечал, сообщения не читал. Тэхён уже было хотел поехать к нему, разобраться, с чего это он на работу не пришел и ничего не сказал, но, получив, все таки, от него сообщение, передумал. "Тэ, мне плохо, очень плохо. Таблетки кончаются. Я умираю...".- писал Чимин, видимо, находясь в положении "как-же-больно-мать-твою". "У меня есть с собой, я завезу их тебе через пару часов. Крепись, брат!"- ответил Тэхён, прекрасно понимая друга, сам каждый раз очень мучился. Но Чимин это отдельная история. Он еще в школьном возрасте мечтал встретить одного единственного альфу и подарить ему всего себя: душу, тело, чувства и сердце. Конечно, об этом мечтали многие омеги, но, в основном, или находили истинных еще в раннем возрасте, или влюблялись в кого-то другого. Но Пак не такой. Он как сам себе слово дал, что пока не найдет человека достойного, ни с кем не будет. Он встречал много альф в своей жизни, которые не только проявляли интерес к такому красивому омеге, но и были яро в него влюблены. Но, в основном, все получали лишь какие-то поцелуи, а в итоге уходили ни с чем. Нет, Чим с ними не играл, не давал надежду. Он проверял самого себя, надеялся, что влюбится или что-то еще, потому что с каждым годом одинокие вечера становились все тоскливее, а переносить ужасные боли во время течки было невыносимо. Время шло. Чимин взрослел и понимал, что нет никакой тяги ни к одному альфе. Он видел, как Тэхён заводит романы, ведет себя некрасиво, но понимал его боль, поэтому молчал. Пак не хотел испытать то же самое, не хотел повторить судьбу друга, чтобы потом место себе не находить, лишь бы избавиться от этого ужасного чувства опустошенности, как описывал это Тэ. Он свято верил, что когда-нибудь найдется тот, кто его полюбит, и кого полюбит сам Чимин. И ведь встретил. Этот альфа был красивый, не высокий, такой загадочный. К нему притягивало все, что только есть: губы, волосы, глаза цвета ночи, фарфоровая кожа, которой Пак не отличался никогда, голос, такой хриплый и дурманящий разум... И этот самый альфа сейчас носился из кабинета в кабинет, воняя самым мощным одеколоном, который нашел у себя в квартире. Спросите, почему он так себя ведет? А у него закончились блокаторы, которые он обычно использовал. Но делать их приходилось на заказ, потому что от обычных таблеток не было того эффекта, что от более мощных, которые Мин использовал. Заехав утром в аптеку, он нашел там только блокаторы для подростков, которые ему точно не нужны. Поэтому сейчас он шел к Чонгуку, молясь о том, чтобы у его парня, как думал Юн о Тэхёне, оказались с собой блокаторы. - Чонгук, ты не занят?,- вошел он в кабинет, чем отвлек младшего от компьютера. - Нет. Что-то случилось? И почему вы так странно пахнете?,- Чону явно запах совсем не нравился, он даже сморщил нос, думая, что придется открыть окно. Хотя душок был, вроде, и не плохой, но с ним вперемешку был аромат какой-то травы, которую Чон не мог различить, но от этого лучше не становилось. - Это не важно. Могу я попросить о помощи у тебя? Только, надеюсь, что ты не будешь смеяться и никому не расскажешь, пожалуйста,- Юнги, что даже немного странно для него, состроил умоляющую рожицу, чем вызвал у Чонгука некое подобие умиления. Вроде бы такой серьезный хен, но совсем как ребенок. После уверенного кивка Чона, брюнет продолжил,- если у Тэхёна есть блокаторы, то ты можешь мне их, пожалуйста, у него попросить. Я тебя очень прошу,- вздохнул Мин, немного краснея. В такой дурацкой ситуации он не был еще ни разу в своей жизни. - Оу...,- Чонгук на пару секунд растерялся, реально не зная, что в таком случае говорить. Но помочь, однако надо,- Хорошо,- уже было согласился Чонгук на эту авантюру, но решил, все таки, заиметь себе выгоду,- Только взамен я хочу узнать, какой ваш настоящий запах?,- улыбнулся он, отходя от стола и подходя ближе, чтобы почувствовать то месиво ароматов конкретнее и различить хоть что-нибудь. - А ты, оказывается, еще тот засранец,- ухмыльнулся Юнги, прекрасно понимая, что младший просто издевается над ним. Но не выйдет,- Мой запах - мята. Перечная мята. Все? Иди за таблетками,- Юн даже отошел, как бы показывая ему, что пора бы уже сбегать к Тэ. Младший лишь посмеялся над ним и, кивнув, удалился. Так как Чонгук был на пятом этаже, а Тэ на третьем, ждать пришлось долго. А сорванец мелкий совершенно не торопился, по дороге даже перекинувшись парой слов с Сокджином о том, что тот сегодня просто великолепно выглядит в своем новом костюме. Дойдя, наконец, до пункта назначения, кабинета литературы, Гук заглянул внутрь и улыбнулся Киму, стоявшему прямо перед ним, видимо, собираясь выходить. - Чонгук-и, ты чего?,- сразу заулыбался парень, отходя назад и пропуская альфу. - Нужна твоя помощь. Вопрос жизни и смерти,- заулыбался Гук, обнимая Тэхёна за талию и прислоняя их лбы друг к дугу. Благо, в помещении не было никого. - Ага. Значит я буду героем? Я согласен. Что случилось?,- засмущался парень, легонько улыбаясь любимому. - Странно это говорить, но... Моему другу срочно нужны ваши фирменные таблеточки. У тебя их нет, случайно?,- Гук, поцеловав старшего в нос, потянул его на себя. Теперь он сидел на учительском столе, прижимая к себе Тэ уже со спины. Младший уткнулся ему в шею носом, чтобы насладиться запахом ромашки, однако тот лишь шикнул, отходя и дотрагиваясь до больного места. Метка, безусловно, вещь просто замечательная, но болит ужасно, к тому же, остался огромный фиолетовый синяк, пришлось надеть на шею синий шелковый платок, который идеально сочетался с белоснежной рубашкой, заправленной в такие же как платок синие брюки. - Зачем тебе блокаторы? Я что-то не знаю?,- Тэ совсем забыл о просьбе Чимина и уже пошел доставать их из своей сумки. - Просто попросили. Не важно кто, потом скажу. А то этот человек с меня шкуру спустит одним взглядом,- посмеялся Гук, с теплотой наблюдая за действиями старшего. Так и хотелось обнять, повалить на кровать, накрыться с головой мягким пледом и лежать вечно, обнимаясь. Но это вечером, сейчас работа. - Окей,- посмеялся Тэ, подходя обратно к Чонгуку. Он протянул ему баночку с пилюльками и, улыбаясь, придвинулся ближе, чтобы поцеловать, как подумал Чонгук. Однако Тэ схватил его за воротник и притянул его ближе к себе,- смотри у меня, Чон Чонгук. Если я узнаю, что ты что-то от меня скрываешь, я сам с тебя пять шкур спущу,- прошипел он и поцеловал Гука довольно грубо, но чувственно и глубоко. Нехотя разорвав поцелуй, Чонгук, чмокнув старшего в нос, ушел. Теперь уже он быстро добрался до кабинета, где его ждал Юнги, но немного боялся входить, мало ли. Но, делать нечего. Чонгук, зайдя, увидел Юнги, что-то печатающего в телефоне. Если бы сейчас тут сидели ученики, то невозможно было бы понять, кто из них учитель. Мин, без всяких сомнений, был очень умный и серьезный молодой мужчина, однако ростом не вышел, хоть и сочетание крепких мышц с худощавым телом ему очень шло. Чонгук вообще не понимал, что в нем нашел Чимин. Такой вроде маленький, безобидный с виду альфа, но взгляд его был направлен прямо в душу, будто читает все твои грязные тайны. А о увлечении Чима Гук узнал от любимого. Благодаря Тэ он был всегда прекрасно осведомлен обо всем, что происходило в школе, ведь его омега был первым сборщиком сплетен. Но не потому что хотел как-то навредить кому-то. Ему было просто интересно как проходит жизнь у его коллег и так далее по списку. Чонгук так же прекрасно понимал, что Юнги - никто иной как Шуга. Чонгук любил его, да и до сих пор слушает его песни во время проверок домашних заданий или лабораторных работ. Когда Чон был еще совсем зеленый, его вдохновлял этот человек, Чон стремился быть таким же успешным, таким же сильным духом, не бояться никого и ничего. Даже после ухода Шуги со сцены, Гук не перестал его любить. Но причина была ему неизвестна, поэтому он очень хотел узнать. - Почему Шуга ушел со сцены?,- решил задать аккуратный вопрос Чон. - Обстоятельства сложились не лучшим образом,- вздохнул Мин, откладывая телефон в сторону, но взгляда не поднимал. Каждый раз, когда ему напоминают о былой славе и прошлом, становится жутко и даже противно. Тогда он не думал головой совсем, что было совершенно неправильно. - Он был успешный, его любили. Что же могло пойти не так?,- удивился Гук, садясь напротив. Он не остановится, хоть и понимал, что Юнги не против поговорить на эту тему. - Ну, понимаешь. Слава кружит голову, дает мнимое представление о том, что тебе все можно и легко достается. Но это не так, и я поздно понял это, Чонгук. Понял только когда потерял человека, которого любил,- Юнги ухмыльнулся собственным воспоминаниям, но быстро эту улыбку спрятал. - Да ладно тебе, Юнги хен. Все обошлось же. Не раскисай, держи,- Гук протянул учителю таблеточки и улыбнулся, пытаясь подбодрить его. В ответ Мин лишь, сказав "Спасибо", пошел к двери. Но, не успев выйти, добавил тихое " За все..." и ушел. Тэхёну часа через два пришло новое сообщение от Чимина: "Ты где, урод?!". В любой другой ситуации Тэ бы обиделся, но не сейчас, понимая, что жутко облажался. А потом еще раз понял, что полный кретин, когда вспомнил, что отдал Гуку таблеточки. Написав список того, что нужно купить Чимину, то есть блокаторы и минералку, чтобы точно не забыть, Тэхён побежал одеваться в учительскую. Но и там его ждал облом в виде Хосока, который так не во время вошел. - Ты куда собрался?,- по доброму спросил директор, присаживаясь на стул и наблюдая за тем, как Тэхён придумывает очередную отмазку вместо правды. - Ну, Хосок-хен... Тут очень важное дело. Мне к Чимину нужно,- надул губки Тэ, строя умоляющую рожицу. Должно было подействовать, всегда действовало. - У тебя уроков нет? Дай лучше это дело Мину, у него, кажется, как раз все уроки кончились. А у тебя тест важный на носу, не забыл?,- всегда Чон Хосок знал все наперед и умел сказать "нет" аккуратно и не обижая. - Но ведь Мин Юнги - альфа...- тогда Ким покраснел как рак, отводя взгляд. Этим он напомнил Чону, зачем вообще едет к Паку. - Не страшно. Юнги не кинется на него, не бойся. И даже если, ты ведь давно уже хочешь Чимину найти кого-нибудь,- захихикал директор, хитро щуря глазки. - Ну вы и проказник! Хорошо, попрошу Юнги-хена,- надулся тогда Тэхён, все таки соглашаясь со старшим. Ведь Юнги альфа хороший, порядочный. Чимин потом еще спасибо ему скажет! Найдя Мина у него в кабинете, Тэхён объяснил быстро что к чему, дал список и убежал, потому что прозвенел звонок на урок. Юн стоял с широко открытыми глазами, смотря в след убежавшему омеге и держа в руках список из пятнадцати пунктов. Придя в себя после неожиданного, быстрого и мозгосносящего монолога, Юнги со вздохом взглянул в список. Там были таблетки, минералка, фрукты и овощи. Пожав плечами, он, все же, решил поехать, потому что помочь нужно. По дороге дому Чимина, Юнг купил все, что ему нужно, совершенно, почему-то, не замечая того, что прошел эффект таблеток, что он выпил утром. Даже не подумав, что чем-то пахнет, Мин спокойно поднялся до квартиры Пака, которую ему назвал Ким. Дверь была не заперта, поэтому он просто вошел и тихо позвал омегу. Но только он сделал шаг за порог, как в нос врезался резкий и сильно концентрированный аромат свежих, сочных апельсинов. Мозг мгновенно отключился, голова закружилась, а в штанах уже становилось тесно. Тем же временем Чимин, изнывая от боли в животе и зуда в заднице, внезапно почувствовал запах мяты, который заполнил легкие, заставил задержать дыхание, чтобы не упасть от него в обморок. Такого Чимин еще никогда не чувствовал. Да, в особо тяжелые дни он кидался даже на Тэхёна, но получал по голове и лежал себе спокойно, но тут другое, что-то тянуло его, и очень сильно. Встав еле как с кровати, он помчался на запах, который так дурманил его голову, что звезды скакали перед глазами. Увидев перед собой Юнги, что зажмурился и не хотел поднимать глаз на омегу, зная, что не сможет сдержаться, Чимин не устоял сам и, грубо говоря, прыгнул на альфу, чей мятный шлейф сводил с ума. Ему уже было без разницы, чем пахнет Юн на самом деле, что он врал или что-то еще. Зато Пак четко и ясно понимал, что хочет его как никого другого в этой вселенной. Повалив альфу на пол, Чимин стал быстро его раздевать, снимая пальто, шарф, что мешали дотронуться до горячего тела Мина. Юнги просто застыл, ничего не делая. Запах, естественно, его манил и сбивал с трезвого мышления, но Мин держался, прекрасно зная, что потом Пак может пожалеть. Но какого было его удивление, когда уже через минуту он был лишь в одних штанах, а омега целовал его куда попадется и оставлял засосы и укусы, которые только распаляли желание альфы. И тогда он прекратил сопротивляться природе. Сев и подхватив омегу под зад, Юнги встал и понес его в постель, попутно целуясь с ним глубоко и жарко. Их языки давно сплелись, страстно танцуя в каком-то своем, бешеном ритме. Скоро уже омега стонал и извивался, лежа под Юнги, который шарил руками по крепкому подкаченному телу, изучая каждый миллиметр, ища какие либо изъяны. Но таковых, как он и ожидал, не было. Тело Пака было просто до ахуения красивое и складное, ничего лишнего, все идеально. Чим плавился под руками старшего. Наконец, сон, что преследовал его уже не первую неделю, теперь происходит наяву, чему Пак не мог нарадоваться. Теперь его заветная мечта ( на столько заветная, что сам он о ней даже не подозревал) сбылась. Он нашел человека, которому готов посвятить остаток жизни и всего себя до последней капли. Чимин сгорал, сгорал дотла, когда хен дотрагивался в тех местах, которые никто даже не видел, когда целовал губы, шею, ключицы, заставляя стонать и выгибаться от чарующих разум ощущений. Однако, Юнги понимал, что так нельзя. Нельзя пользоваться омегой в таком состоянии, ведь потом они могут жутко поругаться. Юн не знал, был ли кто-то у Чима раньше, не знал, как тот отреагирует на следующий день, а неизвестность пугала. Поэтому, когда Чимин расслабился окончательно и убрал руки от старшего, начав сжимать в своих маленьких кулачках промокшую насквозь простынь, Юнги быстро встал и выбежал за дверь, закрывая ее и придерживая. Из комнаты послышалось хныканье, а потом Пак сильно ударил по двери рукой. - Открой дверь! Открой эту ебаную дверь!,- кричал Чимин, плача, а у альфы сердце разрывалось. Ну не мог он так, не хотел. Еще бы немного и случилось бы непопровимое. - Чимин-и, нет. Пожалуйста, успокойся. Давай я тебе пока ванну наберу? Только, пожалуйста, не плачь,- просил Юнги. Лучше он сделает больно сейчас, чем потом оба будут чувствовать себя паршиво. - Ты не хочешь меня? Я не красивый?,- плакал Пак за дверью, положив на нее маленькие ладошки и утыкаясь в нее лбом. Он чувствовал себя отвратительнее, чем до прихода альфы. - Ты очень красивый, ты просто великолепный, но это не должно быть так, Чимин...,- Юнги вздохнул,- таблетки, воду я оставлю под дверью, а фрукты отнесу на кухню. Пожалуйста, не выходи из комнаты,- попросил Юнги тогда, отходя от двери. - У тебя двадцать секунд,- предупредил Пак, отходя обратно к кровати и начиная отсчет. Выдохнув последнее число, Чимин резко встал, отчего голова закружилась сильнее, чем и так было, и быстро пошел из комнаты. Юнги тогда надевал на себя пальто, почти будучи готовый свалить. А еще и увидев омегу, так вообще, оставив свой шарф, убежал, чтобы лишний раз не провоцировать ни себя, ни Пака. Омега лишь грустно вздохнул и, взяв шарф альфы, отправился обратно в комнату, зарываясь носом в теплую ткань, четко пахнувшей мятой. Даже сидя в машине Юн никак не мог отдышаться. Из головы все не уходил образ течного омеги, что так яро его желал. Но, считая, что поступил правильно, Мин со спокойной душой едет домой, чтобы, наконец, расслабиться и снять возбуждение, мешающее нормально сидеть. На следующий день Юнги, увидев себя в зеркало, даже немного ойкнул, видя вчерашние творения омеги. Вся шея, ключицы, плечи, даже живот были в красных и бардовых пятнах. Честно говоря, такого он не ожидал. Решив, что все это нужно скрыть, Юн надел водолазку с высоким воротником и черные брюки. Обычно, он всегда приходил в школу в костюме, однако сейчас особый случай. Через пол часа он был уже в школе. Зайдя в учительскую, на него сразу кинули заинтересованный взгляд трое альф: Хосок, Намджун и Сокджин, которые просто пили чай и разговаривали. - А я подумал, что это Чимин вошел,- задумчиво пробормотал Джин, точно помня, что младший пахнет именно апельсинками. - Что случилось?,- спросил Хосок, вставая со стула. Он, конечно, знал, что тот ездил к Чимину вчера, но не ожидал, что они... - Сами взгляните,- Мин немного спустил воротник, показав багровый засос, и сразу спрятал его. Намджун поперхнулся чаем, Сокджин вопросительно посмотрел, а в его взгляде так и читалось " Че, рили?". Хосок же отличился, он стоял чуть согнувшись и, выставив руки вперед, явно думал "I lost my hands". Все откровенно были в шоке, точно не ожидая, что Чимин, этот маленький неприступный омега, отдастся едва знакомому альфе. - И что теперь? Вы типа вместе? - Нет, хен. Ничего не было, это он просто сорвался,- Юнги сел рядом с Джином. - А... Почему он так сорвался?.- спросил уже Джун, вообще не понимая, ведь Юнги ничем не пахнет. - Он почувствовал мой запах. Запах мяты.