Лимонные дольки для джинна

В пабе «Кабанья голова» посетителей в этот вечер было немного. Впрочем, как и в любой другой. Угрюмый бармен Аберфорт, вечно замызганные столики, заплеванный, давно немытый пол и, прямо скажем, неуютная обстановка не слишком привлекали волшебников в это заведение. Даже тот факт, что хозяином трактира являлся родной брат легендарного директора Дамблдора, не повышал престижа «Кабаньей головы». Тем более что буквально в паре шагов отсюда находился паб «Три метлы» мадам Розмерты, где всегда радушно принимали гостей, было чисто и светло и угощали свежим сливочным пивом. В тот ничем не примечательный вечер, с которого, собственно, и началась эта невероятная история, в «Кабаньей голове» сидели два единственных посетителя: великан Хагрид, получеловек с гривой черных как вороново крыло волос и всклокоченной бородой, и Герой магической Британии Гарри Поттер. Оба были уже сильно навеселе, и примостившийся за грязной стойкой бармен взирал на них с некоторой долей беспокойства. — Не взял... ик... представляешь, Хагрид?! Молод, мол, еще. — И-и-ирод! — протянул великан, отхлебнул из гигантской, размером с небольшое ведерко, кружки и смачно рыгнул. — Извиняюсь, — сконфуженно бросил он своему юному собутыльнику. — Нет, Гарри, я, конечно, все понимаю. Снейп много лет собственной шкурой рисковал и прорву пользы для победы над Волдемортом принес, коли «Пророк» не врет, но я тебе как на духу скажу: характер у нашего директора — хуже некуда! Слов нет, орден Мерлина первой степени за красивые глаза не дают, но — только между нами! — это какой же сволочью надо быть, чтобы вот так ТЕБЕ в лицо плюнуть?! Ведь сколько ты для него сделал! Сколько раз в Аврорат да в Визенгамот таскался! Думаешь, я не знаю?! Его ведь не оправдать да наградить, а в Азкабан — составить компанию другим сподручным Волдеморта — отправить собирались. Уж это всем известно! «Пророк» лишь о том и писал: мол, как выйдет бывший директор Снейп из комы, тут его и прижмут к стенке. Рита Скитер даже в Азкабан пробралась — взять это, как его... — Хагрид отрешенно почесал в затылке, а потом, очевидно, вспомнив, хлопнул себя здоровенной ручищей по лбу, — ин-тер-вью у Пожирателей, дружков бывших нашего директора. Те ей в один голос заявили: ждем, мол, Снейпа к нам, потому как был он — ни много ни мало — правой рукой самого Темного Лорда, во как! — великан снова шумно отхлебнул из кружки и, глядя на огорченного Гарри слегка расфокусированным взглядом, тяжело вздохнул: — И чего тебе втемяшилось непременно его оправдывать? Дамблдора-то, как ни крути, ОН убил! — Хагрид! — чуть не плача, оторвался от своего стакана Герой магической Британии. — Ну я же тебе рассказывал: у них с профессором Дамблдором был договор. Никто никого не убивал! Дамблдор, считай, сам заставил Снейпа поднять на него палочку. А что на работу не принял... Ну, сво... не прав он, согласен! Девятнадцать лет, конечно, не возраст, но ведь ему и самому ненамного больше было, когда Дамблдор его и преподавателем взял, и деканство ему поручил. Не это обидно! Просто он столько всего наговорил! «Вы, Поттер, — Гарри весьма неудачно попытался скопировать саркастический, холодный тон Снейпа, но в его голосе сквозили лишь горечь и боль, — излишне эмоциональны, импульсивны, безалаберны и неорганизованны. Вы не сумеете поддерживать в классе надлежащую дисциплину и соблюдать субординацию. Особенно по отношению к более старшим ученикам, которые еще помнят вас студентом. Кроме того, вы не окончили Хогвартс и не имеете аттестата о сдаче экзаменов на уровень ЖАБА». Как будто он не знает, ПОЧЕМУ я не закончил школу! — Гарри резко поставил стакан на стол, расплескав половину его содержимого. — А если бы не мои «импульсивность» и «излишняя эмоциональность», получать бы ему свой орден посмертно! Поверь, Хагрид, я нисколько не жалею, что откопал его тогда из-под обломков Визжащей хижины и с пеной у рта защищал на суде, мне просто обидно... Ведь дело не в моем возрасте или свойствах характера! Ему, наверное, стыдно за те шесть лет, что он портил мне жизнь вечными придирками и отработками, вот и не хочется теперь видеть меня среди своих коллег. — Стыдно?! Снейпу?! — изумился Хагрид. — Ну и насмешил ты меня! У него ж вместо сердца — кусок льда. Мало ли что хорошего ты для него сделал — от Снейпа благодарности не дождешься! Слизеринским гадом был — таким и остался. И не вздумай горевать из-за него! На-ка, вот, выпей еще!