Egyxos: Got? Dont worry... You dead...

Часто видела в своем старом мире в соц-сетях забавные строки: «Счастье, это когда ты просыпаешься, а любимая морда спит на соседней подушке…» и приписка снизу «Кот, это про нас…» Ха. Херня ваш кот! Вот когда на твоей подушке, стыбзенной самым наглым образом лежит Бог Загробного Мира, вот это да-а, вот я понимаю – счастье! А этот ваш кот… пфф. Адреналин хлестал по лицу… Или это был мой хвост? Хмм… ТАК СТОП! Даешь задний ход! Откуда у меня хвост?! Сна как не бывало! Ну и таки шо у нас тут происходит? Ох ты ж… мгн, мда-а, цензурными словами такое не описать. Я не знаю, каким боком у этой наглой псинки получилось извернуться в сложнейшую геометрическую конструкцию, которой позавидовали бы даже опытные йоги, но – черт возьми! – теперь его руки находились у него на груди…. А Я СВЯЗЫВАЛА ИХ ЗА СПИНОЙ! Ах да, по поводу хвоста… У него он есть! Жесть! И как он его прячет? Такой гибкий черный, и только на конце был, словно кисть художника, длинный пушистый ворс. Это ведь так называется, да? Ой, мама-мама-мамочка-моя… Как страшен наш мир! Даже шевелиться не хочу, мало ли, вдруг он щас глаза откроет и меня прибьет. Знаете, у меня сейчас перед глазами вся жизнь пролетает, ну, моя нынешняя жизнь… Обана! Я вспомнила! Я, наконец, вспомнила часть своей жизни! Очешуеть! Похоже, правду говорят, что мозги в экстренных ситуациях работают на все двести процентов. Вай, вот это жизнь! Я состояла в банде?! Я гоняла на мотоцикле?! У меня был парень?! Я постоянно прогуливала школу?! Вот последнее вообще не новость. Мне это уже Дейл с Берни рассказали. Сама-то я в своей прошлой жизни если и прогуливала школу, то только по болезни. А тут… да тут же настоящие школьные не замоленные грехи! Уоу, она даже стены школы разрисовывала! Спасибо, что не египетскими проклятиями и ругательств… Ан нет, все-таки последнее она писала в двукратном размере. Вот сразу видно – любит человек Египет! Даже отдельные фразы заучила. Аж сердце радостью обливается. Так. Ладно. Повспоминали и хватит. Потом все дотумкаем. Аккуратненько перелезаем через шакала, отодвигаем тумбочку и проскальзываем в щель. Так, а теперь мыться и готовить завтрак… не себе. Знаете, я придерживаюсь мнения, что добрый человек это сытый человек. Надеюсь, такой трюк пройдет и с моим Бобиком. - Милая, ты проснулась? – нет блин, я лунатик, я все еще сплю! Конечно, я проснулась! Почему люди бывают такими глупыми?! - А как иначе-то? – пробубнив, быстренько юркнула в ванную. Ох, а холодно-то как здесь, холодно! Кухня встретила меня относительной тишиной. Ну да, родители поехали за продуктами на следующую неделю и ребятню с собой прихватили. Чудно! Осталось только достать несколько яиц и вкусной колбаски из холодильника, да приготовить шакалу завтрак. От таких мыслей меня передернуло. Мда… кому бы сказать, что я готовлю завтрак богу погребальных обрядов, сразу бы инфаркт хватил. Я, кстати, сама недалеко от этого самого инфаркта стою. Живот крутит спазмами, а я не знаю, что мне делать. Что мне вообще ему сказать?! Он же прибьет меня! Так, все, сначала завтрак, поток разговор. Глядишь, и успокоится. Да я оптимист по жизни, ха! Главное, не сойти с ума от своего оптимизма, мда… Такс, осталось найти сковородку. Яйца, хвала богам, были, как и колбаска. М-м-м, мням, сейчас сама все съем! Эх, вот повезло же Анубису со мной: и в руки далась, и поспать уложила, и завтрак приготовила. Ну чем не идеальная послушная девочка-сьюшка?! Буееее, аж тошнить начало… - Сковородочка моя ненаглядная, ну где же ты прячешься, милая. – Пришлось по открывать кучу шкафчиков и заглянуть в каждый уголок. – Бог Тот мне свидетель, я обещаю не заставлять тебя целовать одну наглую, самодовольную, черную ушастую морду! – да е-мае, ну ты где?! – ну и другие лица тоже. – Ха! Так и знала, что общение с приборами все-таки доводит до добра. Глядишь, я и с миксером успею подружиться до того, как меня упекут в психушку за разговоры с кухонной утварью. Как то все печально, однако… Эх, мне бы дробовик, да на баррикады, а не готовкой заниматься. Завтрак готов, а я буду рада встретить нашего милого гостя. Еду на поднос и легкой походочкой, покачивая обворожительными бедрами, аки заядлая древнеегипетская танцовщица при дворе фараона, идем вверх по лестнице. Поднос проходит аккурат в расщелину между дверью и косяком. При виде этой падлы, мое сердце ухнуло куда-то вниз - цепей на ногах не было… Мне кажется, или в комнате стало душновато, мои волосы поседели в нескольких местах, а ко мне вернулась моя аристократическая бледность?! Медленно, очень медленно отходим к столу, не сводя глаз с этой… сволочи. Ставим поднос на стол и… Черт! Ящик с канц-принадлежностями упал на пол. Проклятье! Ну и о какой тишине может идти речь, а?! Ты гляди-ка, ухо дернулось. Что, не нравится?! - За свою неуклюжесть – извиняюсь, а вот вы за порчу частной собственности извинения принести не хотите? – Мда… Разговоры по душам явно не моя стихия. Я вообще придерживаюсь мнения, что слова людям для общения не нужны – они только все портят, ни более. Я в своем классе обычно молчала, но если меня могли разговорить… тодержитеменясемероибоменяраспиралонатакиеоткровениякакиевывжизниислыхомнеслыхивалиотпримернойипослушнойдевочки… Короче говоря, меня было не заткнуть и кляпом. В такие моменты было весело наблюдать за метаморфозами лиц классных друзей. Молчит, падла, и даже глаза не откр… Ан нет, открыл. И смотрит так пронзительно, да хмурится. Ня, меня опять понесло от его вида! Черт, с этим надо заканчивать, причем немедленно, а то ведь так и конструктивного диалога не получится. Аккуратненько подхожу к двери и передвигаю тумбочку на свое законное место, поближе к кровати. Все еще смотрит, блин! - Не стоит пронзать меня таким взглядом. Ваши глаза мне смерти не принесут. – Хотя в этом я сомневаюсь. Какие у тебя там особенности, милый мой? Гипнотический луч? Твою мать, у него даже взгляд является оружием. – Лучше поешьте. На пустой желудок каши не сваришь. – И улыбаемся милой улыбочкой. Э? Чего это его так перекосило то? Я что, настолько плохо улыбаюсь? Вроде я попыталась не оскал гиены сделать. Кошмар, стыд-то какой! – У меня для вас маленькая сделка, господин Анубис. – Я всегда мечтала его так назвать, так что молчать. И хорош хихикать, мне уже начинает становиться стыдно. – Предлагаю так: я сдаюсь вам на попечение, и вы ведете меня, куда вам там надо меня отвести, а взамен я прошу вас не нападать на меня, когда я вас развяжу, и не пытаться калечить или убить мою бренную тушку. Насколько я понимаю, я нужна вам живой. – Да не смотри ты на меня так внимательно, ну, да, заключать договора я тоже не умею. А в этой сделке дохрена «дырок». – Ну, так что? – сажусь рядышком на кровать. Ух мать, страшно писец! – Каков будет ваш положительный ответ? – Сейчас все зависит от него. Боги, помогите мне. Вы же всегда меня от всего оберегали, али теперь я не в вашей власти?! Неужели теперь вы не убережете дитя, что верило в вас всем сердцем и душой? На что тогда в вас верить?! Ради того, чтобы знать, что вы отвернетесь от рабы своей?! У-у-у, все, у меня слезы потекли. Не могу же я в такой важный момент расплакаться? Или могу? Все, похоже, я схожу с ума. – Каков ответ? – он молчит, только смотрит так… будто выжидает чего-то или изучает? Как будто я для него неведомая доселе зверушка. Не та, за кем он так рьяно следил. Он медленно кивает. Не уж-то принимает предложение? Чудеса в решете, мать его! Эх, ладно, доверюсь тебе, но только на этот раз. Дернув за определенный конец веревки, развязала узел. А вы как думали? У меня папа военный, его на смотры постоянно приглашали, а там и танкисты, и летчики-вертолетчики, и даже военная скорая помощь. Конечно, там были и моряки в тельняшках, веселые ребята, скажу я вам. Так как мать постоянно болела, отец заботился обо мне как мог и, конечно же, брал с собой в часть и даже на парады. Так что кукол мне заменил пистолет Макарова (без магазина, разумеется), а звезды я видела не в небе, а на офицерских погонах. Меня любили, я быстро стала душой всей нашей военной кампании. Меня учили, я и училась. Конечно же, какое обучение без выхода в море и без вязания морских узлов? (Ох, и влетело тогда нашим пацанам, благо, я отца упросила: он все замял. Обошлось выговором). Так что, девочка я ученая, премудрости жизни подчерпнула в троекратном объеме. Только не верить людям так и не научилась. Анубис аккуратно поднимается на кровати, а вот я с нее тихонько сваливаю и ставлю завтрак на тумбочку. - Приятного аппетита. – И садимся на компьютерное кресло. Хм, я ожидала от него хоть какого-нибудь намека на шок. Я что, зря старалась? А где глаза-блюдца и раскрытая в изумлении пасть? Эх, печалько. Шакал глянул на меня, затем на поднос с едой и прищурился. – Она не отравлена. Все чисто. – Рычит. Ну что опять не так? – Эй, слушай, я просто пытаюсь быть хорошим хозяином дома. Будь так милосерден, успокойся и поешь. Я с тобой хочу спокойно пообщаться. - Ты даже не представляешь, с кем сейчас говоришь. – Ух, аж в дрожь пробрала! И голос такой… м-м-м, как топленый шоколад на уши. – Ты – обладательница огромной силы. Слишком большой для такого слабого человечишки… да и к тому же девчонки… - Ты что, сексист? Чем тебе женский пол не угодил? – Вот те на! Интересно девки пляшут по четыре прямо вряд. – И что ты имеешь в виду под словом «слабого», душу, ум или физические данные? – Мне действительно интересно, чего это он на меня так взъелся?! Может, не выспался? Или не с той ноги встал? Ну, я бы тоже не пылала любовью к мирозданию, если бы проснулась связанной. Но все же… Может, он просто злится из-за того, что так долго следил, планировал захват, а тут он вместо охотника сам стал дичью? М-м-м, кто ж их, воинов, поймет? То им нужно одно, то в следующую секунду уже совсем другое, противоположное. Короче, я пас. Нафиг, мне еще разбираться с этими замашками древних времен. – Слушай, последний раз говорю: либо ешь, либо забирай браслет и проваливай. Мне проблемы с тобой ни к чему. – Отцепляем браслет и кладем на стол. Не привыкла я носить побрякушки на руках, неприятное ощущение, знаете ли. От яркого света заболели глаза. Боги, как я устала! И только попробуйте мне сказать, что я ничего не сделала. У меня сейчас на кровати сидит вражина под два метра ростом, если не больше. Вот сейчас прикрою глазки и откинусь на стульчик с мягкой спинкой. Хорошо-о то как! Прям все тело отдыхает. Мозги плывут по течению, вот-вот засну. Эх, может, спать под боком у такого шикарного бога и классно, но это никак не является здоровым спокойным сном. То ли мне чудится, то ли я слышу, как кто-то стучит вилкой по тарелке? Уи-и-и, ну вот почему я улыбаюсь, как укуренная дура? Черт, внутри все словно сжимается в тугой комок. Переворачиваемся на бочок и поджимаем ножки. Все, я на седьмом небе от счастья. Вот бы сейчас предаться воспоминаниям и не тревожить разодранную в клочья психику. Он встал с кровати. Быстро, однако, он поел. Идет ко мне. Черт, как же не хочется открывать глаза, но надо. Он стоит передо мной. Морщится. Или все-таки хмурится? Не суть важно. Беру браслет и протягиваю ему. – Забирай. Похоже, он тебе нужнее, чем мне. – Кто знает, может, я смогу прожить свою жизнь спокойно. Неужели разочарован? О, милый мой, не волнуйся. Если ты сейчас возьмешь его без меня, придется вернуться обратно и навестить мой дом еще раз. Хы. И уж тогда мы поговорим. Обратно облокачиваюсь на кресло. Не могу больше, слишком охота поспать хоть пару часиков. Пожалуйста, уйди, я отдала тебе все, что нужно. Я устала. Приставил свои коготки к моей шее? Прямо к сонной артерии, молодец. Нет сил даже глаза открыть, настолько не выспалась. Ну, давай же, убей меня, и я снова уйду в небытие. Хех, вспоминается анекдот: «- Я спать хочу. - В следующей жизни выспимся. - Ты и в прошлой жизни так говорил!» Какие порой бывают жизненные шутки… шутки Судьбы, чтоб ей там на верху икалось! Э? Что ты делаешь? Почему ты спустился от шеи к ключицам и провел острием когтя по одной из них, оставив небольшой порез, который, кстати, безумно щиплет! У меня дернулась бровь. Странно, блин, да еще и больно! Даже глаза открывать теперь страшно. А что дальше то будет?! Убьет или… Бля, я опять краснею! Ну что за невезуха! В комнате безумно тихо… К чему бы это? Открываю сначала один глаз и осматриваюсь: никого. И только кучка песка, уносимая ветром… ветром, которого не может быть в закрытом помещении! Е-мае, и как это он так бесшумно переместился?! Надо будет попросить его научить. Я тоже так хочу сваливать от проблем и школьных занятий. Ну, хотя бы прибирать за ним не надо. Хых. А вот браслет он все-таки с собой прибрал. Эх, обидно. Ну, ничего, еще вернется. - Лео, мы дома! – О, а вот и родственники вернулись. Не так я себе представляла продолжение такой дивной истории. Ат, коза-фортуна, до чего ж ты, зайка, хороша! Вот, что значит «Боги берегут». Даже не знаю, кому сказать «спасибо»: богам из моего мира или все-таки этому темному Бобику? - Я уже иду! – И улыбочку до ушей. Эх, а ведь день только начинается. Почему у меня такое неприятное чувство, будто сегодня будет более опасный момент, чем встреча с самим богом загробного мира? А, не суть важно. Сиганув вниз по лестнице, не забыла прихватить тарелку от завтрака. А ничего так, аппетит у него отменный. Ну, хоть еду не опрокинул и на том благодарю. Мда-а, ну и дела-а… - Мы решили пережить ядерную зиму? – е-мае, это ж сколько они денег вбухали на такое количество провианта? У меня глаза разбегаются по пакетам. Пять, нет, семь, нет-нет, постойте, я… черт, да когда же они кончаться?! - Мы решили не мелочиться и взяли чуть больше, чем думали. – Угу, вот поэтому в магазин я всегда ходила со списком. Чтоб не покупать всякой белиберды и не тратиться попусту. – Не волнуйся, - женщина явно хочет до меня дотронуться. Хочешь погладить по головке или потрепать за щечку, аки милого дитятю? Ну не-е-ет, живой не дамся. Я вообще не люблю, когда ко мне прикасаются без моего на то разрешения. Да и тем более грязными немытыми руками! К ЛИЦУ! Фу-е, гадость какая! Полная антисанитария, как так можно?! А потом спрашивается, почему появляются всякие болячки? Дык ведь вы даже санитарные нормы не соблюдаете! – Мы и тебе вкусненького принесли. – Тоже мне, мать Тереза нашлась! Ты надеешься, что я на такое куплюсь? Офигеть, да тут коррупция цветет и пахнет! Какая нафиг полиция, какое ФБР или ОМОН может защитить мирных граждан, если здесь взятки дают уже в самой семье и приучают к этому с самого детства?! Некогда мне с ними сюсюкаться, у меня куча не законченных дел. Кстати, вот одно из них. - Лео, ты куда? – сказала моя «маман», когда я уже надевала кеды. Такс, кошелек при мне, деньги остались еще с аптечки, телефон в кармане, надо спешить, чую, сегодня будет веселая ночка. - Напомни ка мне, где тут ближайший магазин с книгами? – и смотрим так, долго-долго. Ну не тупи! - По левую сторону за углом в двух кварталах отсюда. – Как в трансе ответила та. Я что, спросила что-то странное? Вроде бы у Лео «было много книг», и она постоянно ходила в книжный. А, может, она удивляется, что я забыла местонахождение этого самого магазина? Надо исправить ситуацию. – Разве ты не… - Когда я в последний раз туда ходила, было написано, что магазин переезжает. – Что-что, а вот врать и не краснеть один из моих самых лучших талантов. - Я думала, вы могли видеть по дороге, возвращаясь домой, где он теперь находится. - Нет, не видели. Хотя… - Она подняла глаза куда-то вверх. Что «хотя»? Говори быстрее! – Ты можешь посмотреть на «Ривер авеню». Там точно есть книжный магазин. - Угу. Я скоро вернусь. – Я не слышала, что мне сказали. Надо проверить одно мое предположение. Ноги несли меня по старым улочкам. Я едва ли не летела, при этом полностью погрузившись в свои мысли. Если моя догадка верна, если я пойму, что происходит, возможно, я смогу предотвратить глобальную катастрофу. И я говорю не о войне в Египтусе, нет, я говорю о вещах более масштабных. Люди-люди, дайте же мне пройти. У меня срочное дело, которое должно спасти ваши гребанные ничего не стоящие жизни. Почему вас так много? Внезапно кто-то со всей силы толкнул меня в плечо, отчего я чуть не упала. Едва-едва успела поставить ногу. Фух, еще бы чуть-чуть и грохнулась бы в лужу. Нет, ну что за манеры! Ни тебе ни «здравствуйте», ни «извините, не хотел», ни «я сделаю что угодно, моя госпожа, только не наказывайте меня». Эх, вот что за народ пошел. - Э-э-э! Глаза разуй! Слепошара! – И кто там такой борзый, а? Оглядываюсь. Никого. И только черный плащ виднеется где-то на горизонте. Странно, вроде бы, на улице солнце шпарит не по-детски, а человек надел такую фуфайку. Спарится, заболеет, а потом, лежа в кровати и чихая, аки слон, будет себя корить за такую неосмотрительность и ругаться не хуже среднестатистического русского сантехника. Типичный случай, мда. Машин пруд пруди, а казалось, город небольшой. Надо будет помимо одной важной штучки еще и книжечку по нашему городу проштудировать. Мало ли, что в хозяйстве пригодится. Это как со школой: учитель говорит прочитать параграф от сюда и до сюда, а на следующий урок дает контрольную и самые сложные вопросы, по которым можно получить до хрена баллов, оказываются материалом, который можно было прочитать и после обозначенной учителем грани. Плавали, знаем. Больше мы так не лоханемся, неа. - Боги, если вы меня слышите, - я подняла голову к небу. Люблю я так разговаривать. Вы даже не представляете, какой это кайф, смотреть на побелевшие лица прохожих, когда они видят рядом с собой «сумасшедшую, которая, мамочки, может, она сбежала из больницы и хочет нас всех убить, помогите!». Да-да, и такое было. Меня уже столько раз отвозили в желтый домик, что регистраторша и уборщица уже приветствовали улыбками и качанием головой, а один из докторов при встрече крепко пожимал руку и по-братски обнимал со словами: «Здорова, мать, че куда пропала?! Мы тебя всем персоналом ждем! А тебя все нет да нет. Ты это, после того, как отпустят, заходи к нам в «загашник» чаек попить. Приколяй, у нас Серый в Индии был, чай привез. Угостим, как родную». Все. Это был тихий аут для всех только-только приезжих. Был даже прикол, меня опять в психушку привезли, а там комиссия. Короче, смотрели они, ходили, никаких изъянов и грязи не нашли. Ну а хули? Баб Туся свою работу знает, да и врачи ей помогают. Вообще то, зря говорят, что в сумасшедших домах плохо, у нас, например, там было весело и довольно уютно. Этакая дружная семейка идиотов. Хы. И я влилась… мда, не самое лучшее достижение, но хоть что-то… Ну, да не суть. Так вот, приперлась эта комиссия, оглядела все и только собиралась уходить, как привозят меня. А я че? Я ниче, другие вон че и нечего, а как я чего, так вон че. Несправедливо, однако. Ну, спутала я их, спутала, что из этого то? Надо ж было сказать «О! У нас новенькие? Иван Игнатьевич, а что вы мне не сказали, я б попросила Гарика с Жориком в магазин заехать, а то как-то не по-нашему, не по-русски, встречать вновь прибывших без «хлеба-соли». А Гарик и Жорик стоят сзади меня и тихо давятся смехом, ибо заржать в голос, аки кони, как-то не комильфо, знаете ли. Глянула я на их – комиссии – ноги и офигела. «- Та-а-ак, господа-товарищи психи и шизофреники, тунеядцы и алкоголики! Это ж как же, вашу мать, извиняюсь, понимать? Почему это вы без бахил? Вы что, привилегии имеете? – один из мужчин только хотел было открыть рот, но я уже в раж вошла, меня было не остановить! – Нет! Вы такие же, как и все – пациенты! Так что соблюдайте правила хотя бы в нашей больнице. А то, понимаешь ли, ходят тут, антисанитарию разводят. – Ну и напоследок, «добивающий в голову» - БАБ ТУСЯ! – из-за угла слышится «Ау! Чаво те, милая?» - Тут нарушители! – больница смолкла. Все затаили дыхание, ибо зная бабу Тусю, можно было смело объявлять третью мировую и рыть бомбоубежище. Регистраторша с медсестрой, переглянувшись, залезли под регистрационный стол и оттуда, высунув носы, смотрели за происходящим. Местный патологоанатом, опершись на стенку, молча закурил и сказал то, от чего все «высокие господа» сбледнули с лица: «Бля, а я только хотел пораньше с работы уйти. Щас еще пятерых новых в списки заносить. Видимо, не судьба», - и, кинув докуренную в спешке сигарету в мусорку, проговорил напоследок: «Уволюсь нахуй. Задолбался каждый день перевыполнять план. Даже в городской больнице за месяц нет столько трупов, сколько мы набираем за неделю». Из кабинета вышел заведующий с командой еще совсем «зеленых» интернов – вот только на днях приперлись к нам, птенцы не оперившиеся. Он как увидел, что за шекспировская сцена здесь разворачивается, остановился и оглядел присутствующих поверх очков: «Господа, уж это что-то на Бедлам похоже стало. Что вообще происходит?» «Экшн, хоррор с комедией на пару. Располагаемся, господа». – Жорик с Гариком присели на близстоящую кушетку, поджав ноги, дабы самим не влетело. Из-за угла вышла баба Туся… Обычная русская бабуська с сединою на висках, но чистой душой и задором в глазах. Полы ее нежно-голубой накидки развивались в порывах близ прикрепленного на стенку вентилятора. На голове повязана косынка, ноги обуты в странные коричневые ботинки, коих я не видала в магазинах. Этакая русская версия Гендальфа, мать его. Легкими скачками, выбрасывая ноги вперед – она очень любила так делать. Смотрелось это весьма комично. – Она замахнулась и кинула грязную швабру древком вперед, наподобие большого копья. Агрегат пролетел пять метров и сразил одного из мужчин-орков комиссии прямо в лоб, отчего тот пошатнулся и рухнул на пятую точку. Законы Ньютона, до чего же я вас люблю! Грязная же тряпка, пропорхав по воздуху, приземлилась на голову какой-то молодой дамочке-демонессе, безвозвратно загадив ее прическу. Далее был мат «120+». Такие витиеватые выражения, перемешанные с диалектическими и временными словами, по-моему, не знал никто. На всякий случай записала. Вместе со мной конспектировала вся медицинская братия и сам Иван Игнатьевич. Обидно только, что все закончилось слишком быстро – комиссия не выдержала и сорвала когти к выходу. Никогда не думала, что пятки могут так ярко сверкать, особенно пятки в лабутенах… Ржали всем коллективом и потом, забившись в каморку после рабочего дня, прославляли бабу Тусю… Ну, и меня заодно. Хех. Ибо эти дети Саурона уже давно терроризируют эту больницу. Из-за них Иван Игнатьевич даже поседел. Скоты, ничего не скажешь, еще и мерзко так улыбаются. Как гиены… Или шакалы. От одной мысли об этих животных я поежилась. Мда… Вот тебе и первая встреча. Что имеем в итоге? Рамсес был послан далеко и надолго, Анубис, как мне кажется, получил разрыв шаблона – Это не шутка. Это диагноз! – Ну а я потеряла браслет. Надеюсь навсегда. Какой бы счастливой я не была, как бы я не хотела им помочь, но мне просто некогда сражаться в их мире. У меня мой мир скоро разрушится и сейчас я это докажу вам на наглядном примере. Пока общалась с богами, натолкнулась на стоящую вывеску и чуть опять не грохнулась. Только хотела обматюгать продавца, как увидела, что вывеска гласила «Книжный магазин «Book le»: книги, комиксы, канцтовары». И после этого вы не верите в богов? Ха! Дверь под легким усилием поддалась, пропуская меня в обитель знаний. Вай! - В рот мне ноги, фак мой мозг! – Пришлось присвистнуть. И как столько книг умещается в одном таком ма-а-аленьком магазинчике? Сразу вспомнилась фраза из «Доктора Кто» про его синюю полицейскую будку: - «Внутри она больше, чем снаружи», мда. Будет время, на досуге обязательно приду именно сюда. Но сейчас дело, дело! Не видно продавца. Не под прилавком же он спрятался? Магазин вроде работает, на часах самое время для посетителей, и я сомневаюсь, что здешняя лавка оборудована нано-технологиями в виде роботов-продавцов. Если судить по драндулетам, которые здесь ездят по дорогам, сейчас точно не век новых инноваций. - Эм... Здрастье, - не пройдя и пяти метров, наткнулась на прилавок, за которым никого не было. Пришлось заглянуть чуть дальше, - есть тут кто? – в ответ ничего, – это что? Подсобка? – послышался громкий «ба-бах», мелодичный «дзинь» и до дрожи пугающее «Апчхуе», что заставили подпрыгнуть на месте и отшатнуться назад, при этом чуть не уронив слабенький стеллаж с карточками-открытками. Мама, так ведь и поседеть недолго! Каких габаритом должен быть человек, чтобы нанести столько шума?! А… да… примерно моего размера. Гы. - Фух! – с громким уханьем, аки сова после ночной охоты, а магазинчик ввалился мужчина, громко чихая и поминутно почесывая нос. Странный какой-то. Слишком громкий. На тело одета белая рубашка а поверх красный вязанный свитер без рукавов. На ногах туфли с квадратными носами и штаны цвета «Хаки». Он взглянул на меня, и на секунду мне показалось, что в его глазах появилось малюсенькое прозрение. – О-о-о, здравствуй, милая! Давно ты не заходила. – Попец! Причем конкретный. Черт, я должна была предугадать, что Лео часто захаживала сюда, раз мать так удивилась моему запамятованию. Ну, ладно, будем импровизировать. Даешь творческую личность! - Эм, угу, - киваем как можно больше. Верь мне, дядя. – Просто тут уроков много навалилось, не успевала заходить. – Врем. Давай же, старый ты слон, купись на уловку. - А-а-а, - протянул он, понимающе кивая головой и тепло улыбаясь. Нет, не «А-а-а», а «Ай-ай-ай-блять!». – Да, сейчас так сильно загружают детей знаниями. Совсем вам, милые, тяжело. - Аха, - осматриваемся. Так, карт не видно. Ни единой. Мое худшее опасение начинает сбываться. – Слушайте, а у вас, случаем, нет карты мира? Ну, или хотя бы нашего города? Мне в школе по Географии задали подготовить доклад. - Хм-м-м, - он задумался, почесывая подбородок. – Нет, дорогая, карты мне не привозят. - Ну, мне бы хотя бы общие знания. – Катастрофа, нам грозит тотальное уничтожение! – Хотя бы скажите название города! - О, это же так просто! Э… - воскликнул он, запинаясь на секунду. Глаза его расширились, а рот приоткрылся. Ну, типичный филин! Он перевел взгляд на меня, будто что-то выжидая. Ох, не нравится мне это. – Подожди секундочку, я… - он повернулся ко мне спиной, но тут же вновь посмотрел на меня и улыбнулся. – О, здравствуй, милая. Как дела? Ты давно ко мне не заходила. – У меня по спине пробежал холодок. С виска скатилась капля пота. Пришлось сглотнуть, чтобы хоть как-то отреагировать на его восклицание. - Извините, а вы не могли бы мне сказать, каково население нашего города? Мне для школы надо. – Нет, нет, пожалуйста, только не это… - О, конечно! Сейчас припомню. А… - и он опять замер с раскрытым ртом и неестественно-выпученными глазами. Это начинает пугать, а я терпеть не могу пугаться. – Подожди минуту, я сейчас… - он не успел отвернутся и вздрогнул всем телом. Его рот закрылся, глаза стали вновь нормальными. Его лицо обернулось ком мне и тепло улыбнулось. – Здравствуй, милая. Ты давно не заходила в мой магазин. – от его слов и тона, я шарахнулась на добрый десяток метров, выбегая из магазина. – Эм… заходи еще! – последнее, что я слышала, это звук колокольчика над дверью. Нет, такого быть не может. Это он, наверное, меня разыгрывает. Или он просто склеротик? Бред. Тогда как он бы смог содержать магазин, если каждые пять секунд забывает, о чем его спрашивали? Он бы, наверное, забывал оплачивать счета за электричество, за поставку книг. Он забывал бы протирать полки с книгами, но на полках идеальная чистота. Что-то тут не так, что-то определенно не так. На горизонте показался новый магазинчик с красочным названием «Книги для всех!». Ладно, заглянем. Надеюсь, здесь будет лучше. Опять дверь. Колокольный звук. Стеллажи. Книги… книги… Что-то здесь не так, ну-как, ну-ка. Выбор пал на ярко-оранжевую книженцию средних размеров. Повертела в руках, но так и не смогла найти названия книги, да и обложка какая-то расплывчатая: ни зарисовки, ни скомпонованного натюрмортика, что говорил бы о смысле книги. Решила открыть… Страницы девственно чисты. Ни одного абзаца, предложения, слова, слога и даже буквы. Нет ничего. Даже каких-либо знаков препинания. Решила взять другую книгу – тот же результат. Осмотрела сами стеллажи – не подписаны. Да и сам магазинчик не то чтобы сильно вызывает спокойствие. Даже сам интерьер кажется каким-то глупо и наскоро намалеванным поверх какой-то основы. Неприятное место. Пулей выскакиваем и бежим в следующий магазин. Т-а-акс, вроде здесь началось мое путешествие. Э? А что здесь так много людей? - Чего ж вы здесь все столпились, словно вороны слетелись на мя… - плотный ком застыл где-то в трахее. Холодная, когтистая черная лапа сдавила мое горло не хуже веревочной петли висельников. Страх липкими щупальцами окутал мое тело, намереваясь поглотить меня полностью. Тело. Мертвое тело. Слишком знакомое, чтобы не узнать его. Анубис. Господи всевышний, что здесь происходит?! Что произошло?! Почему?! Он не мог вот так просто умереть! Он не мог! Он бессмертен! Остатки тела погрузили в машину скорой помощи. Хах, а я ее даже не заметила. Вон и полиция, кажется. Кого они опрашивают? Неужели надеются найти убийцу? Какие идиоты. По дороге тянулась алая полоса еще не высохнувшей крови. Его крови. Нет, это невозможно! Этого просто не может быть… Какая же она алая – эта кровь. Какая яркая… вот бы… потрогать. - Девочка, тебе нехорошо? – а? Вы что-то сказали, дядя? – Господи, да на тебе лица нет! – нет лица? А куда же оно пропало? Оно ушло? Ушло, да? Как уходят люди? Ногами? – Бедняга, не смотри на такое! Пойдем я тебя отведу. – Дядя, а куда вы меня ведете? И почему меня не слушаются ноги? – вот так, посиди здесь, а я пока принесу воды, а то такое ощущение, что ты сама уже умерла. – Ха-ха, очень смешная шутка, мужчина, прям обхохочешься. Ушел. - Ты боишься смерти? – ты кто? Ой, не говори, я знаю. Рамсесик, как же ты не вовремя, милый. Ладно, детка, соберись! И прекращай быть половой тряпочкой! А ну ка! - А вам не кажется, что вопрос, может, и уместен в данном контексте и при сложившихся обстоятельствах, но звучит довольно странно? – поднимаем головушку и глядим лучезарными глазками на эту безвкусно одетую мартышку. - Я всего лишь задал вопрос. Прости, не хотел тебя обидеть. – Разведчик смотрел в сторону уезжающей скорой помощи, засунув руки в карманы брюк. - Кто сказал, что я обиделась? - Молчание. – Вы, случаем, не знаете, кто его так? – Смотрит. Смотрит и молчит. А что такого? - Машина. А разве не очевидно? - А, ну да, спасибо, кэп. - Мало ли… может, это вы? Или вы с «этими» бьетесь только ночью, пока никто не видит? – Морщится. Ой, знаешь, мне щас до фени твоя мимика. - «Эти», как ты их назвала, являются солдатами темного воинства. Они служат темному фараону, против которого мы – золотое воинство – сражаемся. И, если хоть один из них, наконец, умрет – пусть и такой нелепой смертью – это значительно облегчит нам положение. – Я замерла. Как он может такое говорить? Нет, я, конечно, понимаю, враги и все такое, но чтобы ТАК ненавидеть… А в мультфильме мне они казались добрее… Благороднее, что ли? – Понимаю, на тебя свалилось слишком много. – Ах ты ж дрянь такая. А голос-то какой елейный стал, аж тошно! – Но тебе срочно надо пойти со мной. Давай же, нас уже ждут. – И руку мне протягивает. С разворота отбиваю конечность. Кажется, у него шок. - Мерзавец, как ты можешь так говорить? – Что? Надеялся, я буду паинькой и пойду за тобой, как побитая дворовая шавка идет за человеком, в надежде на кров? Ха! Выкуси, гаденыш. Я сдохну, но с тобой никуда не пойду. - Где твой браслет? – Ох, как голос посерьезнел. Что, облом, деточка? - Я отдала его тому шакалу. Поспеши, быть может, еще нагонишь машину скорой помощи. – И гаденькая ухмылочка тебе на десерт. Да-да, милый, я не пай-девочка, а та еще сученька, которая потрепит тебе нервишки. - Ты ничего не понимаешь! – Вау, повысил тон! Это тебя так несет? Быстрый же у тебя разгон. – Ты отда… - Я все прекрасно понимаю, - голос мой спокоен, аки лазурное озеро на вершине горы. Тон ровен и не вызывает раздражения, - А еще я понимаю, что связываться с тобой и твоим воинством у меня нет никакого желания, да и, пожалуй, не будет. – Все. Я вымоталась, и я иду домой. Слишком много на меня свалилось за один день. Мало того, что нам светит катастрофа, так еще и Анубис… нет, это была последняя капля на сегодня. Дайте мне передышку, ребята. Я вообще не в том настроении, чтобы сейчас с кем-то общаться. Встаю со скамейки и смотрю на него полуприкрытыми глазами. Мне глубоко фиолетово, что ты там задумал, у тебя все равно ничего не выйдет. - Ты спрашивал, боюсь ли я смерти… Нет, не боюсь – после таких слов сразу на душе как-то полегчало. Порой, приятно высказываться, пусть и практически незнакомому человеку. – Я была бы не против умереть снова. Более того, я начинаю искренне желать смерти некоторых людей. – Нахмурился. Удивлен? Ведь ты не ожидал увидеть ТАКОЙ «Лео». Я не она, во мне не часто просыпаются добрые порывы, Хотя они не так уж и редки, чтобы считать их по пальцам. Просто я немножечко хочу отдохнуть, вот и все. А ты всего лишь попал ко мне под горячую руку, извини уж. – Если тебе нечего больше мне сказать, тогда я откланиваюсь. – Уходим. Надеюсь, это остудит его пыл, и он хоть на немного задумается. Как я добрела до дома, не помню. Помню только, что мама держалась за какую-то тряпку и смотрела телевизор, крепко ее сжимая. Кажется, говорили о сегодняшнем убийстве, что лихач-убийца не найден. Усатый полицейский утверждал, что все силы направленны на поимку преступника. Ага, как же. Верьте больше. По навешают лапши на уши и сидят потом, «трудятся». Комната встретила сумраком. Не глядя легла на кровать и уставилась в потолок. Итак, что мы имеем? Браслет отдан на растерзание Эксатону и его верховной жрице. Надеюсь, они не поймут, что для того, чтобы он работал, нужна я. Это будет, как минимум, может светить не приятным сюрпризом в моем доме в будущем. Поиски карты или хотя-бы базы данных успехом не увенчались. Более того, книжные магазины, абсолютно непригодны для покупки книг. Да, кстати, если оглядеться, то я никаких книг на полках и не вижу, хотя, если судить по мимолетным разговорам с родителями и продавцом в том магазинчике, я была завсегдатаем, что очень странно. Что я могла там покупать, если в книгах ничего нет? Хм. Как же все это странно. Смерть Анубиса… нет, даже думать об этом не хочу. Так же не жалую вспоминать разговор с Рамсессом. Пожалуй, на сегодня все. Мозг уже отключается… Кстати, насчет отключки. Тот мужчина, который мне помог выйти из толпы, когда я была в состоянии невменяемости. Куда он пропал? Сказал, что пошел за водой, но так и не вернулся. Может, я слишком быстро ушла? На всякий случай проверила карманы. Нет, и телефон и кошелек на месте. А, пофиг, теперь уже все не важно. Еще чуть-чуть и я засну. Ну же, Морфей, или как там тебя, подари мне спокойствие. Тук-тук. Эм. Это мое сердце бьется, или мне показалось? В любом случае пора сп… Тук-тук. Нет, это определенно не сон и не сердце. Эм… Окно? Тук-тук-тук. ДА ЧТО ЗА ДЯТЕЛ ТАМ ТАКОЙ НАСТЫРНЫЙ?! Я ему щас клюв обломаю! Резким взмахом ног, вскочила с постели и раскрыла шторки. На меня уставилось размалёванное под гота лицо с обводкой глаз и прочими атрибутами. Честно скажу, я в первую секунду чуть не обделалась. Если судить по относительной одежке и телосложению, передо мной был парень. Вернее, подросток лет тринадцати-четырнадцати на вид. Что-то здесь не так. - Наконец-то ты пришла. Я ждал тебя…