Egyxos: Got? Dont worry... You dead...

СВЯТААААЯ ИНКВИЗИЦИЯ! Здесь ведьму сжечь забыли! Святую воду мне, срочно! И кол осиновый. Чтоб уж наверняка. - Ты кто, голос в ночи?! – я воззрилась на… ЭТО… что сидело у меня на подоконнике. Мда, честно признаюсь, если бы я не взяла себя в руки, можно было бы открывать новый завод по производству кирпичей. Это что? Это кто? Это как оно в мой дом-то пролезло? Где я успела так нагрешить, что за мной уже демоны из преисподней являются?! Великий архангел Гавриил, мне еще рано в ад – там для меня трон не достроен. Так, спокуха, все под контролем. Хреновым, летящим в тартарары, но контролем. Это человек… наверное. Знаете, биологи сейчас называют наш вид чуточку по-другому чем раньше: вместо «хомо сапиенс» мы теперь «хомо сапиенс сапиенс», то есть «человек разумный разумный». Скажу по секрету, это чувырло даже на «хомо» не тянет, о разумности я вообще молчу. «Оно» рассмеялось (где-то на дереве подавилась сова, курнув веселой травы). - Не узнаешь? Совсем-совсем? – блять, дорогой… или дорогая – не важно! – мне бы себя толком вспомнить, а тут ты ни к селу, ни к городу припираешься посреди ночи. Я спать хочу, слышишь? Спать! Божечки, да когда ж вся эта катавасия прекратится?! Браслет я уже отдала, Анубиса вдоволь облапала, Рамзеса вырубила. Все свои мечты, что были в моей прошлой жизни, осуществила. Хотя… нет, Я все еще хочу полапать Эксатона, провести какой-нибудь эксперимент (желательно, не с собой в качестве подопытного) с Сехмет и порыться в библиотеке Тота. Эх, но до этого как от Земли до Луны на карачках. Пока надо разобраться с «земными» проблемами. Молчим, роемся в голове. Что-то проскальзывает, но такое эфемерное, такое неуловимое, словно лунный свет. Он должен быть мне знаком, определенно. – Наверное, это из-за одежды. Купил на распродаже позавчера. Ну как тебе? – я скептически оглядело существо. Коля Басков словил инфаркт уже на осмотре брюк (выше, хвала Голубому огоньку, не добрался). Мда-а, готы из моего подъезда тупо плачут в уголке. - Неплохо. – Что я говорю?! Кто-нибудь, вызовите полицию моды. Я ж свихнусь от передоза черного цвета. – Ты пришел покрасоваться передо мной новой одежонкой или… ты все-таки по делу? – пацан встрепенулся и посерьезнел – кактус на подоконнике пожелтел и сдох с честью самурая. Может, он и не такой балбес, каким кажется? Маска шута? Вполне возможно, если учитывать, что он причастен к банде. Да, я его вспомнила. Это Рич, и он состоит в банде «Адские гончие», местная преступная группировка, ха! Наконец-то хоть что-то дельное. Забавно, что они мнят себя «крутыми мафиози этого города». Они же дальше разбивания уличных фонарей, рисования на стенах домов и запрещенных мотогонок не заходят. Шпана да и только. Но вот что самое обидное – я в их числе. Была, гы. Но он же этого не знает? Вот и пусть дальше остается в неведении. - Вам письмо от босса. – «Вам»?! «От босса»?! Я там что, крупная шишка? Разум подкинул парочку моментов. Бля, я ж в высшей ставке. Самая верхатура их иерархии. Угораздило же так вляпаться то, а? Хотя с другой стороны… А что, неплохо. Жирный плюс для моих возможностей. Может, сумею переманить нескольких человек на свою сторону? Чтоб мне инфу доставляли, когда я оттуда свалю к чертям собачьим. Так и представляю себя в маске Дарта Вейдера с этим его «дыханием», стоящей на куче мусора и говорящей: Переходи на Темную сторону… У НАС ЕСТЬ ПЕЧЕНЬКИ ВУХАХАХАА! Капец. Дальнейшие действия были как в тумане. Вот я беру письмо с сургучной печатью, вскрываю. В письме всего три строчки: Место встречи, дата и время и… пароль. Ну да, это в принципе, все, что нужно члену банды. Тяжело вздыхаю – блин, встреча сегодня в час ночи. Глянула на часы. Полночь. Надо собираться. - Жди меня на улице. Я сейчас буду. – Тинейджер кивнул и перепрыгнул на дерево, которое, кстати, стоит довольно далеко от моего окна. И как у него это получается, вот так просто исчезать? А, не суть важно, сейчас бы с другими проблемами разобраться. Задергиваю шторы. Ну, все, приплыли тапочки к дивану. Что ж делать-то, что делать? Отказать нельзя – заподозрят в измене. Пойти на сходку – не факт, что правильно отыграю роль, большой шанс спалиться и быть вышвырнутой с побоями и унижениями прямо на улицу. Тогда не видать мне моих рекрутов-перебежчиков, как котам спасения от пылесоса. Придется идти. Только сначала… - Итс э Шмотки-Тайм! – горной ланью метнулась к шкафчику. Такс, вот она одежка, ох ты ж, тут даже перстень с эмблемой имеется! Круть! Это для бумаг что ли? Как необычно. Но больно много пафоса в ребятах, надо бы сбить с них спесь. Нож отправляется в рюкзак, туда же отправляется аптечка. А свечи? Я покрутила в руках непонятные оплавленные сгустки воска и отбросила их подальше. Черные, они наводили меня на нехорошие мысли. Нет, сейчас не место и не время. Все, вроде бы готова. Как говорится в «Голодных играх»: И пусть удача всегда будет с вами! Вперед! - Вы изменились. – Бросил Рич, когда мы проходили один из переулков. Лунный диск освещал дорогу не хуже солнца, облизывая стены домов. Черные проемы окон были похожи на пустые глазницы. Что совсем не придавало комфорта моему сознанию. Подумать только, я – Я! – иду неизвестно куда неизвестно зачем с каким-то намалеванным под «шлюшку» парнишкой (который явно тянет на «пассив»). Где-то вдалеке завизжали яойщицы. - Я всего лишь надела другую одежду. – Коко Шанель нервно подливает себе в бокал карвалола, глядя на сие безобразие. - Хорошая шутка. – Да офигеть, блин, Петросян отжигает! Смотрю на него. Нет, вроде бы, не идиот. Парень как парень, только смазливый какой-то, совсем еще ребенок. Встреча назначена на большой поляне рядом с берегом моря. Удивительно, но никто пока так и не смог найти этих мелких вандалов в том месте: высокие скалы защищают от ветра и посторонних глаз, при этом в самой поляне есть узкий проход в тихую лагуну. Только туда никто не ходит. По моим воспоминаниям, там, кажется, тонули люди по необъяснимым причинам. Хм, интересно. Явно что-то не так с этим местом. Стоит разведать, но позже. Кстати, о разведке. Как только мы вышли со двора дома, меня все не отпускает чувство, что за нами кто-то следит. Причем взгляд такой… пронизывающий до костей, не мягкий, нет, а именно острый, исследующий, но – что удивительно в моем случае – совсем не злой. Он больше похож на взгляд зверя, что следит за своей жертвой, но не собирается нападать. Ю-ху, параноя, привет! Вспомнив о звере, заныло в груди. У-у-у, чтоб тебя, шакалья морда, Эксатон отшлепал за твой непрофессионализм! (Честно, я бы на такое посмотрела, категория явно восемнадцать плюс) Как можно было так легко попасть под автомобиль и скончаться на месте? Ты же бессмертный, черт побери! И тушка твоя накаченная такие раны бы осилила. Пора бы уже свыкнуться с тем, что тебя нет, но… черт, а кого же я буду доставать? Неужели придется вилять хвостиком перед Кефером, только чтоб получить возможность наведываться в ваш мир? Нет! Нет, нет, нет и еще раз нет! Ни за что на свете я не стану плясать на задних лапках под их поганую дудку! Гррах! Чтоб они издохли там в своем городе! НЕ-НА-ВИ-ЖУ! - Стоять! – Э? Это кто-то вякает, а? – Пароль! Гляжу по сторонам. Никого. Опускаю голову ниже и чуть не проваливаю всю свою конспирацию к чертям – на меня смотрит шкет лет шести и упрямо направляет на меня… автомат... ИТИТЬ ДЕДА ЕГО ЗА НОГУ! Кто дал ребенку оружие?! Найду – прирою паскуду в ближайшем лесу. Нервы в шоке, мозги в трансе, а логика вообще пошла и застрелилась. Как так-то? - Пароль! – повторил щенок. Знаете, я нормально отношусь к детям… когда они меня не трогают, ну кричат, слюни не пускают и вообще находятся от мена за тридевять земель, но сейчас я была в таких расстроенных чувствах, что без зазрения совести (которой, кстати, у меня нет) дала ему смачную пощечину, ухватила за подбородок и развернула к себе, зашипев ему прямо в лицо: - Молоко еще на губах не обсохло, чтобы повышать на меня голос. - Знай, сладкий, у девушек разгон от милой зайки до исчадья ада всего полторы секунды… И ТОРМОЗНОГО ПУТИ НЕТ! – Пароль: Химера. - Принято. – Сдавленный хрип достиг ушей и развеялся в ночной тиши. Далее мы с Ричем прошли без проблем. Я изредка кидала на него взгляд – молчит, даже не возмутился моему обращению к мальчику. Значит, Лео так поступала не в первый раз. Ну и ладно, мне меньше головной боли. Оглядев поляну собравшихся, я тихо присвистнула. Картина маслом, господа! На огромной эллиптической относительно ровной площадке расположился шатер (братья Запашные подали в розыск за стыбзенный реквизит). В дальней части поляны узкий ход через рощу к берегу. Проход прикрыт тремя высокими деревянными столбами разной высоты. Слева, ближе к шатру, свалена какая-то аппаратура, металлолом (ох, плачут по ним дети-пионеры времен дедушки Ленина). Справа в ряд, огибая площадку по контуру, стоят мотоциклы. Все пространство вне этого круга поросло непролазным густым лесом. Повсюду люди. Очень много людей, снующих из одной части равнины в другую. Чем-то мне их передвижение напомнило бегающих тараканов. Буэ, та еще гадость! Где мой дихлофос? Пара десятков глаз вперилось в мою маленькую тушку. Так, спокойно. Как там говорилось? «Ведьма не должна боятся самого мрачного леса… Потому что она верит всей своей душой, что самое страшное в лесу – это она сама». Да, так будет правильно… сказала я себе, уже присаживаясь на отведенное мне место за столом в шатре. На удивление, могу отметить, что мы пришли одними из первых. Двое парней расположились напротив меня за круглым столом (Артур и рыцари уже точили ножи), и еще одна девушка сидела справа в двух проемах от меня. Где-то на подкорке сознания вопила мысль, что еще есть шанс убраться отсюда подобру-поздорову (пока конечности целы)… Внезапно все стихли, обернувшись куда-то на вход, и поднялись со своих мест. Не последовать за реакцией толпы было невозможно. К тому же выбиваться из окружающей массы было чревато подозрением со стороны высшего командования. В шатер вошли трое: одна девушка с короткими волосами, выкрашенными в глазащипательный свинячий цвет (у клоунов из цирка появился комплекс неполноценности, и они ушли плакаться хозяину), второй был среднего роста парень с каштановыми волосами, габаритами напоминая живую тумбочку (хотя скорее уж перевернутый набок сервант на деревянных ножках времен Великого Совдепа). Как там пелось в одной песенке? «Семь на восемь, восемь на семь. Ну и рожа! Шире жопы, прямо в трое, может, больше, ой, я не мерил…». Однако нельзя было сказать, что парень состоял из жировой массы, смутно напоминающей потекший на солнце сыр. Вовсе нет, скорее, он просто занимался тяжелой атлетикой, а эти ребята, как известно, растут обычно вширь, а не ввысь. Плавали, знаем. Третий и, наконец, последний занял больше моего внимания. В меру высокий, со светлыми волосами (похоже, у него одна марка шампуня с Драко Малфоем), сероглазый, с правильными чертами лица. Слегка смугловатая кожа озарялась светом подвешенной в верхушке шатра лампой. Либо кто-то много времени проводит на улице, либо в солярии (девочки, никто «подружку» по маникюру не терял?). В глубине души что-то затрепыхалось (и так же позорно сдохло), являя отрывки из прошлой жизни Лео. Меня всю скривило от осознания той задницы, в которую я случайно вляпалась. Она любила его. До безумия. Валялась собачкой в его ногах, тянулась всеми жилками. Готова была издохнуть ради его намерений и амбиций. Да, та самая пресловутая первая любовь, от которой у всех девчонок двенадцатилетнего возраста появляется каша в голове. Начинают писаться любовные записки, карауливание после школы, подарки, услужения. Они надеются, что вот тот самый «рыцарь на белом коне, который спасает принцессу из лап жуткого дракона». Ага, как же. В большинстве случаев, рыцарь оказывается той еще гнидой, кидающей просто от скуки и ненадобности. Еще и конь этот белый ржет, как сивый мерин, простите уж за каламбур. В итоге ты зареванная возвращаешься к себе в башню, где дракон оказывается не таким уж гадом и отпаивает тебя чаем из ромашки, а после ведет философские разговоры на тему добра, зла и двуличности этого гребанного мира. Под конец тебе уже не нужны ни эти заносчивые принцы с завышенным ЧСВ, ни их долбанные белые кони (которые между прочим жутко воняют и гадят на твою клумбу с травами для зелий), а дракон оказывается милой лапочкой и ради тебя держит близлежащее поселение в страхе (чтобы не расслаблялись, ага) и каждый месяц приносит дань и редкие вещички. Но я отвлеклась… Все трое успели пройти к своим местам. Атлет и Свинка уселись по правую от меня сторону, Главарь – напротив. И вот начался разговор… Как оказалось, не так страшен черт, как его малюют. Это была всего лишь небольшая планерка, в которой обговаривались насущные проблемы и их решение (что удивительно, моего мнения не спрашивали, а значит мое присутствие нужно было только для галочки) и после которой всех сразу же отпустили. Всех. Кроме меня. Я прямо кожей ощущала холодный взгляд туманных глаз. Все. Ща будет выяснение отношений. Тащите попкон и сладкую вату, шоу начинается! Главное его так красиво отшить, чтобы потом смотреть, как он мучается. Эх, понеслась душа в рай… - Лео… - ох, а голос то какой медовый. Мимоходом лизнула его фигуру оценивающим взглядом. Не Аполлон, конечно, даже не средний воин Египтуса, но не дурен, не дурен. Вкус у прошлой Лео определенно был. Мысленно соглашаясь с ее выбором, почувствовала какое-то смутное удовлетворение, такое, как будто тебя хвалят за хорошо проделанную работу. Странно только, что это исходило из меня самой, откуда-то совсем глубоко. – Нам надо поговорить. - А мне кажется, мы все решили в прошлый раз, - хмыкаю и смотрю на него в упор. Из прошлого всплывают отдельные отрывки разговора. Да-а, тогда он жестко дал ей понять собственное место. – Ты довольно доступно и понятно объяснил мне, что быть с тобой я ни в коем случае не могу. Если только… - я осклабилась и плотоядно облизнулась, - не лягу под тебя. Но знаешь что, сладкий… - встала из-за стола и направилась к выходу, - не так уж ты хорош, чтобы строить из себя крутого сукиного сына. Поверь, у меня есть занятия поинтересней, чем плясать на задних лапках перед эгоистичным, самовлюбленным мудаком. Он молчал. Молчал и внимательно слушал. Поразительный навык для нашего мира, где никто никогда не слышит своего собеседника. Я даже успела вспомнить его имя. Уолт. Хотя это вряд ли могло принести мне хоть какую-то пользу. - Ты изменилась, - он нахмурился и медленно вышел из-за стола. Пф-ф, тоже мне открыл Америку! - Нет, просто посмотрела на себя со стороны и поняла, как же я глупо выглядела, потакая тебе. – Я злилась. Я ненавидела. Я, черт возьми, хотела его уничтожить. Детали раздробленного пазла начали сходиться. – С меня хватит. Если ты просто хотел сказать мне, что заметил изменения в моем поведении, то я ухожу – больше здесь делать нечего. - Это протест против моего командования? – Уолт подошел непростительно близко, настолько, что между нами оставалось всего десяток дюймов. Я буквально чувствовала его дыхание. О-о, он был раздражен. Ранее ему никто не смел перечить. – Учти, я не потерплю неповиновения. Мои генералы должны быть безоговорочно преданы мне. - Повиновение… да твои шавки разбегутся куда глаза глядят, лишь запахнет жаренным. - А ты, значит, решила не дожидаться «огня», и стать одной из первых бросивших. - Меня никогда ничего не держало. – Вильнув бедрами, я вышла на улицу. О, да, я чувствую его взгляд. Уолт всегда засматривался на Лео, но смотрел, как обычно смотрят на собственность, которая всегда под рукой и может появиться при любом желании. Это меня и раздражало в нем. Надменный хам, вот каким он мне видится. – Чао, бомбино! - У тебя все еще есть шанс, - кинул он напоследок, - подумай, - и тяжелые створки шатра опустились вниз, а лампа внутри потухла. Я уже все для себя решила. Пора кончать этот ералаш. У меня слишком мало времени и слишком много дел. Если миру придет конец… Что ж, я хотя бы хочу быть во всеоружии и танцевать ламбаду под звук Армагеддона, хех. Проходя по таким знакомым улочкам, я думала. Думала, какой же Уолт ублюдок и какая же все-таки Лео идиотка, раз пошла ради парня на такой бездумный поступок. Картина сложилась не радужная: девушка, пылая искренними чувствами, призналась капитану в любви, на что получила от ворот поворот. С горя решила удавиться, но вместо того, чтобы просто повеситься или перерезать себе вены по классике жанра, она нашла непонятный оккультный ритуал, что должен был просто развеять душу, оставив после себя лишь оболочку. Красиво, конечно, ничего не скажешь. Даже в какой-то степени поэтично. Но, как известно, тело не может существовать без души (хотя душа без тела – вполне). Пробелы срочно надо было заполнить, и тут– Хоба! – появляется ваш харизматичный слуга и рушит все планы к чертям собачьим. Как итог, Лео пропала, моя тушка воцарилась в ее теле, что-то пошло не так, и теперь равновесие мира нарушено, и он вот-вот рванет. Ладно, не прямо «вот-вот», но скоро. Наверное. Честно говоря, я пока не проводила никаких расчетов и могу только предполагать. Известно только одно – шанс выбраться из этого мира живым катастрофически приближается к нулю. А жаль, мне уже здесь начало нравиться. Звук чужих шагов возвестил о надвигающихся неприятностях. Кажется, Уолт решил «переубедить» меня весьма радикальным способом. Но и я не лыком шита. Ускоряем шаг. Не отстают. Переходим на бег. И… ран, Форест, раааан! От этого зависит твоя шкура! Тяжело же, однако, петлять по переулкам, когда ты вспоминаешь их только тогда, когда уже завернул в них. Черт. Не отстают. Серьезная компания. А у меня из оружия только нож. Нет, тут так просто не обернешься, не взмахнешь клинком и уж тем более не крикнешь то киношное «Кия!», прежде чем перережешь глотку врага. Не-ет, здесь все более правдоподобно. Жизнь вообще штука слишком реалистичная, совсем не интересная. Здесь не бывает чудес. Их не бывает в принципе. Однако…. Чья-то рука хватает за плечо и тянет в грязный проулок. Тяжелое тело наваливается сверху и прижимает к кирпичной стене, закрывая рот и едва ли давая возможность дышать. Ну, все, картина Репина «приплыли». Не оставляя надежд, выпутаться, бью обидчика по коленям. Тот шипит и еще сильнее вдавливает в стену. - Не дергайся – хуже будет. – Голос. Такой знакомый голос. С хрипотцой, словно его обладатель не первую неделю ходит простуженным. А ведь у него даже шарфа нет, а сейчас пока довольно холодно. На глазах невольно появляются слезы. Мимом пробегают мальчишки. Теперь видно, что их было пятеро и все складно скроены. Уолт не разменивался на мелкую рыбешку, хах, видимо, ждал серьезного отпора. Неизвестный сильнее притягивает к себе и закрывает частью потрепанного временем плаща, который я обязательно начну зашивать, пока он будет сидеть в кресле и спать после долгой операции. Такой приятный запах: смесь мокрой земли, песка и непонятного масла, которым пропитан буквально каждый миллиметр его кожи. И мощный торс… который был открыт всего лишь сутки назад и так призывно звал к себе. Когда группа пробегает мимо, хватка становится слабее. – Они ушли. Можешь… Что за?! – мужчина пытается отпрянуть, но у него это едва ли получается, потому что я держу его крепко. Очень крепко. И больше никогда не отпущу. - Живо-ой, - тихо плачу и обнимаю поперек талии. Напрасно Анубис старается отстраниться, я не смогу разжать пальцы. – Я ж думала, что ты поги-иб, - и снова реву белугой, утыкаясь ему в дранный свитер. - Пусти меня, дурная девчонка! – брызжет тот слюной, скаля клыки. – Я тебе не подушка, чтобы в меня плакаться! Ты нужна моему господину. В переулке открывается портал. Багрово-красный, словно кровь, разлившаяся по белому полотну. Анубис тихо рычит и оттаскивает меня от собственной тушки. - Тогда чего мы ждем? – схватив метаморфа за край свитера, потянула вперед. – Сомневаюсь, что твоему командиру понравится ждать. Шакал хмурится – резкое изменение в моем поведение настораживает. Но не смотря на все мои выходки, он медленно идет вперед. Мне всегда было интересно, что чувствовал настоящий Лео, кода проходил портал. Вот сейчас и узнаем. Легкий ветер. Красная вспышка. Невесомость. Тяжесть. И вот мы уже в Египтусе. Ну что, операция «Канон» начинается!