Волчьи глаза

Когда-то давным-давно, в результате неопознанного катаклизма, в мире появились первые зомби – живые мертвецы, пожирающие чужие мозги. Отчаявшиеся люди искали спасения во всём - в оружии, в науке… в мистике. И в результате адептов последнего, в мир пришел ужасный Ктулху. Тоже, на беду человечества, обожающий чужие мозги. И как-то раз, самый прожорливый и ненасытный из всех зомби повстречался с монстром-телепатом Ктулху. Они полюбили друг друга, и их любовь породила первых в мире дотошных гениев, занудных зубрилок и любопытных заучек. И ПУСТЬ КТО-НИБУДЬ ПОПРОБУЕТ ДОКАЗАТЬ МНЕ ОБРАТНОЕ, Я ПОЗНАКОМЛЮ ИХ С САСКЕ И САКУРОЙ! Честное слово, иным, нежели родством с Ктулху и зомби, их способности вытягивать мозги через вопросы объяснить нельзя. Судя по тому, как Наруто периодически встряхивал головой, он бы согласился с моей теорией. Зато теперь понятно, почему Сакуру хвалили в Академии. Девчонку бы в научный центр с таким складом ума, вышел бы замечательный исследователь. Правда, исключительно лабораторный. В критической ситуации она соображает слишком медленно, словно бы в ступор впадает. Когда же нет внешних раздражителей и есть время подумать, её мозг обрабатывает информацию изумительно точно, умудряясь делать верные выводы на, казалось бы, несвязанных фактах. Что до Саске... Тут исследователь исключительно практический. Всё, что не имеет практического применения, не имеет в его глазах ценности . Если Сакуре был интересен вопрос "Почему?", то Саске интересовал лишь вопрос "Что с этим делать?". Вот только это не значит, что мне пришлось отвечать на меньшее количество вопросов, чем Наруто. Пришлось даже пообещать заглянуть в клановый квартал Учиха и подсказать, как взломать печати, которыми заперта клановая библиотека, иначе от него было не отвязаться. Ками, есть ли предел у их любопытства?.. Разумеется, вернулись домой мы уже после заката. Пока ребята расстилали футоны, я решила свершить свою маленькую месть. Увидев меня с целым набором разных баночек и тюбиков, выжидающе глядящую ему в глаза, Саске сначала не въехал, но потом припомнил разговор на берегу и безропотно уселся на пол, приготовившись сносить медицинские процедуры. Всегда бы так. Я выдавила немного крема себе на запястье, словно краску на палитру, и внимательно присмотрелась к лицу черноглазого. Краснота заметна еле-еле, но на всякий случай лучше немного обработать. Сакура, само собой, пыталась отнять у меня эту почетную обязанность. Напомнила ей, кто из нас двоих ирьенин, и предложила мне помочь, раз уж так сильно хочется. Правда, максимальная её помощь может заключаться разве что в том, что она будет придерживать его волосы. Саске молча смахнул пряди с лица, зафиксировав их в горсти на макушке. Облом, дорогая. Ну а я приступаю к своим обязанностям. Прихватываю Учиху за подбородок, быстрыми, четкими движениями нанося крем тонким слоем. Притихший пациент внезапно озадачивает меня вопросом о возрасте. Я отвечаю. И тут этот дундук произносит фразу, из-за которой я едва не наношу крем ему на глаз. - По тебе не скажешь. - Почему это? – спрашиваю, внутренне холодея. И пусть тот, кто твердит, что важнее души в человеке ничего нет, вспомнит, сколько людей прощают злодеям с экранов их прегрешения, только потому что они красавчики! Саске задумался, вызывая у меня тихую, но очень интенсивную панику. - Ты очень много знаешь. И со взрослыми говоришь наравне. А с некоторыми даже немного... хм, выше. И то, как ты рассуждаешь и говоришь... Я не могу объяснить. Просто складывается такое впечатление. – Учиха пожал обожженными плечами и зашипел от боли, а я неслышно выдохнула. Кажется, обошлось... Кого обошлось, дуреха?! Да я же спалилась по полной! Ладно, не впервой вписывать в идеально-отточеный план свой бестолковый характер. Я отточенно-мило улыбнулась, мысленно выписав трепливому Учихе благодарность за своевременную подсказку, и посетовала на "сложную жизнь" и коллектив исключительно 25 + категории. Саске свел брови и задумался, пока я такими же экономными движениями наносила заживляющую мазь и охлаждающий бальзам ему на плечи. Когда всё это дело впиталось, мы наконец-то расползлись по своим местам, намереваясь отойти ко сну. Ага, как бы не так! После суток сна мозг ни в какую не хотел отключаться и требовал бурной деятельности. Ладно, устроим. Некоторые травы и впрямь лучше собирать в ночное время. Главное успеть вернуться до того, как проснётся Наруто... Саске вертелся на футоне и никак не мог заснуть. Права была Узумаки, стоило остановиться раньше. Теперь же вся полученная от сестры Наруто информация смоталась в огромный бесполезный клубок, который теперь еще и распутывать придётся. Саске нахмурился, пытаясь восстановить в голове цельный рассказ девчонки, но мысли упорно перескакивали с рассказа на рассказчицу. Вспоминался цепкий, отстраненный взгляд, скупые, точные движения, как когда она покрывала кремом его лицо, жгучий холод гневных интонаций. Саске ее не понимал. Точно так же, как не понимал Какаши, отца, других взрослых. Так же, как когда-то не понимал брата. Провести между этими двумя параллель помешало лишь то, что Наруто, похоже, понимал свою сестру в чём-то даже лучше неё самой, но словно бы не замечал её чуждости. Между ними не было расстояния, какое было между самим Саске и Итачи. Итачи всегда был выше, всегда впереди, и Саске не всегда понимал брата, даже когда тот решал быть откровенным. А Узумаки… Они были равны, они дополняли друг друга, их понимание походило порой на настоящее ясновидение. Саске искренне считал связи с людьми слабостью, и даже сам себе не хотел признаваться, что завидует такой близости. Что ему бы тоже хотелось иметь такую поддержку… Тихий шорох ткани отвлек его от размышлений. Он осторожно выглянул из-под одеяла, всматриваясь в ночной полумрак комнаты. Лунный луч выхватил белые руки, собиравшие что-то в сумку со стола, и упавшую на рукав прядь алых волос. Узумаки закончила сборы и бесшумно выскользнула в коридор. Куда она собралась так поздно? Саске нагнал ее как раз тогда, когда беглянка собиралась выпрыгнуть в окно. - Куда ты? Узумаки дернулась и вперила в него негодующий взгляд. - Ты почему не спишь? - Хотел бы задать тебе тот же вопрос. - Вспомни, что я недавно проснулась после суток сна и спроси еще раз. – Мико насмешливо фыркнула и замахала на него рукой, словно отгоняя настырного кота. – Спи. Я соберу немного трав и вернусь обратно. Саске недовольно нахмурился. Он сильно сомневался, что сутки сна были способны вылечить переутомление. Внешне же она походила на призрака – вся белая до прозрачности, с желтыми, только что не светящимися глазами, и алыми, как кровь, волосами. Вот только это был ее обычный внешний вид, по которому определить ее состояние мог разве что Наруто. - Жди здесь, я с тобой. - Не стоит... - Это не обсуждается. Саске мысленно подобрал несколько весомых аргументов, которые точно заставят девчонку повиноваться, Вот только он не был готов к ее следующим действием. - Ах, Саске-кун, ты хочешь прогуляться со мной под луной? – Узумаки приложила ладони к щекам и глянула на него точь-в-точь как влюбленная курица из его фан-клуба. Учиха подался назад и рефлекторно замотал головой. - Ну не хочешь, как хочешь. – пожала плечами Мико, и выпрыгнула в окно. Опомнился Саске лишь тогда, когда рыжая шевелюра уже достигла кромки леса. Но только он навострился пуститься следом, как её обладательница внезапно резко развернулась и послала Саске воздушный поцелуй, который загнал его в недра дома надежней любых слов. Нет уж, а вдруг она не шутила? Он вовсе не планировал обзаводиться такой головной болью, как надоедливая подружка. Так что и правда, лучше пойти спать... Если бы Саске знал, что устроит ему проснувшись с утра Наруто, и не обнаруживший сестры в постели, он бы побежал за ней, даже если бы с неба начали падать горящие камни...