Принятие

Его два друга, как и он сам, сначала ужаснулись от ситуации, в которую он попал. Затем, когда он изложил им идею одного из своих отцов, Рон пришел в восторг, но Гермиона встретила ее более чем скептически. После многих доводов «за» и «против», они все же пришли к выводу, что положение не так плохо, если Гарри сможет правильно повести себя. Гермиона взяла пергамент и перо, и трио начало составлять список условий, чтобы связь с Малфоем оказалась для Гарри безопасной... И если признать честно, Гарри результатом остался доволен. Его попросили спасти этого змея. Ну, хорошо, он спасет его, но тому придется заплатить за это, так что стоит получить из ситуации максимальную выгоду. * * * В пятницу утром Гарри проснулся в отличном настроении. Он всегда с радостью возвращался в Хогвартс, а сейчас даже больше, чем раньше, ведь в дальнейшем ему не грозило возвращение к Дурслям ни на Рождество, ни на время летних каникул. Наконец и у него появился островок стабильности. Хотя стоило признать, что этот год все же окажется не менее, а то и более насыщенным, чем предыдущие. Не прошло даже суток в этом невероятном замке, а у Гарри уже начались проблемы. И какие! Настоящее потрясение основ его жизни... Бракосочетание с Малфоем... Как можно в это поверить? Гарри осторожно следил за слизеринцем во время завтрака, обеда и ужина, наблюдал за ним в коридорах... Но тот ничем не выдал своего настроения, и не важно, что он выглядел бледнее, чем обычно, не важно, что старался не сталкиваться с Гарри, хотя когда начнутся занятия, то есть в понедельник, избежать встреч ему не удастся. Гарри дождался вечера и только тогда сообщил свое решение Дамблдору. * * * Гриффиндорец в настоящее время находился в кабинете Дамблдора, ожидая вместе с директором и профессором Снейпом появления Малфоев. Тонкие пальцы юноши перебирали пергамент со списком требований, которые он собирался предъявить. Когда Малфои вошли в кабинет, Драко глянул на Гарри и, юноше показалось, что в серых глазах промелькнул огонек надежды. Выходить вперед младший Малфой не собирался, предпочитая оставаться за спинами родителей. – Мистер Поттер, – заговорил Люциус Малфой, натянуто улыбаясь. – Я благодарю вас за то, что вы пересмотрели свое решение. – Не стоит так спешить с благодарностями, мистер Малфой. У меня есть условия, и если вы их не примете, соглашения не будет. – Мы слушаем вас. Гарри глубоко вздохнул, развернул пергамент и с уверенностью, которой на самом деле не испытывал, начал: – «В случае согласия признать и принять связь с Драко Малфоем я требую соблюдения следующих условий, необходимых для моей безопасности и обеспечения наилучших условий жизни из возможных: – Первое: Драко Малфой больше не должен будет общаться со своей семьей. – Второе: он не должен больше контактировать не важно по какому поводу с представителями своего факультета. – Третье: он больше не будет ночевать в общей спальне Слизерина, а займет отдельную комнату. – Четвертое: он не должен никому сообщать никакой информации обо мне, не важно, кто его о ней спросит. – Пятое: он должен уважать всех моих друзей, в том числе и Добби. – Шестое: питаться он должен будет за столом Гриффиндора. – Седьмое: он больше не должен играть в квиддич. – Восьмое: он не должен посещать Хогсмид без меня. – Девятое: он должен подчиняться мне, независимо от отданного мной приказа. – Десятое и последнее: я хочу получить право на полное доминирование и абсолютный контроль над нашей сексуальной жизнью». На этом Гарри и закончил, все же не удержавшись и слегка порозовев. Когда он поднял глаза от пергамента и встретился со взглядом слизеринца, то заметил, что надежда сменилась испугом. В кабинете воцарилось тяжелое молчание. Первым не выдержал тишины Люциус Малфой. – Дааа... Весьма архаическая практика... Тем более для того, кто стал символом свободы в магическом мире, – почти прошипел он и замолчал, увидев умоляющий взгляд Нарциссы, требующий замолчать. Все же лучше Поттер, чем Грейбек... А сам Поттер испытующе глянул на Драко. – Грейбек или я! Выбор за тобой! Драко молчал. Да, он уже смирился со своей судьбой. Поттер прав, у него не такой большой выбор... даже не смотря на драконовские условия так называемого Спасителя магического мира... Драко слабо улыбнулся своему непреднамеренному каламбуру. – Вы только посмотрите! Он уже не выглядит таким уж отчаявшимся, и улыбка у него появилась, хитрая, слизеринская. Уверен, он уже строит планы, направленные на обход моих условий! – Гарри... Вейла не может ослушаться прямого запрета своего партнера... – вмешался Дамблдор. – Пусть так, но мои условия не меняются. Или же союза не будет! – Мы согласны, – тихо, но твердо сообщила Нарцисса. – Я благодарю вас, мистер Поттер, за то, что вы спасаете моего сына от ужасной судьбы, которую запланировало для него то чудовище... Мы принимаем все ваши условия, как бы для нас это ни было тяжело, но... Прошу, позаботьтесь о моем мальчике. Не причиняйте ему зла... И ее голос сорвался... Впервые с начала этой встречи Гарри почувствовал вину. После слов Нарциссы ему казалось, что в кабинете зазвучало эхо. И оно повторяло раз за разом те слова, которые он не хотел слышать – мольбу матери... Люциус, стоящий чуть позади супруги, успокаивающе положил ей на плечо ладонь, а затем, не глядя на так называемого спасителя, произнес: – Я бы хотел попросить и о еще одном одолжении, директор. Поскольку мы больше не увидим нашего единственного ребенка, мы хотели бы провести оставшееся до дня церемонии время вместе с ним... – Конечно, мистер Малфой, – грустно ответил Дамблдор. – Когда можно будет заключить этот союз? – Чем раньше – тем лучше... Сколько вам необходимо времени для подготовки? – Нескольких часов хватит. – Тогда предлагаю назначить церемонию на завтра... – ... – Я понимаю, что оставил вам очень мало времени на общение с сыном, но мне хотелось бы сообщить всем, и учителям, и ученикам, об изменениях еще до начала занятий в понедельник. То есть вам можно выделить только этот вечер. Мы отпразднуем заключение этого союза завтра, в субботу, и юным партнерам на отдых, организацию совместной жизни и подготовку к вечернему извещению об изменении их статуса останется весь воскресный день. – Что же, разрешите вас покинуть. Мы не хотим лишиться и этого вечера, так любезно выделенного нам! – Люциус, – вмешалась Нарцисса, – чем быстрее будет заключен союз, тем скорее Драко окажется в безопасности. – Разрешите дать вам один совет. Вы можете сыграть на вынужденном предательстве Драко, чтобы избежать наказания от Воландеморта, – добавил Дамблдор. Почти все присутствующие вздрогнули, услышав это имя. – И как всегда не сказал ничего определенного, – почти беззвучно прошептал Люциус. А затем он заговорил громче, для всех: – Не согласен, предъявленные нам условия как раз объяснят, почему с этой стороны мы не сможем предоставить Лорду информацию. На этом мы вас и покидаем. Альбус Дамблдор даже представить не мог, как тяжело воспримут сложившуюся ситуацию эти люди, к которым он не испытывал ни малейшего уважения... Похоже, все окажется намного труднее, чем ожидалось... Улыбка Драко уже давно исчезла, сейчас на его лице красовалась бесстрастная маска, за которой он прятал невероятную смесь облегчения и отчаяния. Заметив приглашающий жест отца, парень последовал за родителями к камину, предварительно попрощавшись с остающимися. После их отбытия Дамблдор обратился к Гарри: – Гарри, тебе не кажется, что ты слишком сурово поступаешь с этим молодым человеком? – Я спасаю этого змея, жертвуя последними остатками своей свободы, что у меня была, а вы делаете замечание о моей излишней суровости?! Неужели я не имею права принять меры для обеспечения собственной безопасности?! – Безопасности? – Конечно. Раз мне теперь придется жить с сыном Пожирателя, то я просто обязан не дать ему даже малейшей возможности поделиться сведениями, могущими навредить мне. И потому мои условия полностью оправданы! Вы же сами слышали! Мистер Малфой признался, что собирался добывать сведения обо всем. И можно ли верить, что без моих условий Малфой не стал бы нам вредить? Мы же не знаем, о чем он мог рассказать или что предпринять! – Мы же объясняли тебе, что вейлы всегда ревностно относятся к защите своих партнеров, да и Драко неблагодарным не назовешь, – тут же заметил Снейп, не обращая внимания на скептическое фырканье гриффиндорца. – Несмотря на твое мнение, он хороший юноша. Ты и сам убедишься в этом, если позволишь себе узнать его настоящего поближе... Гарри не стал отвечать на эти слова. Бесполезно пытаться переубеждать и воплощение предвзятости, и старого утописта... – Я бы хотел посетить библиотеку, поискать там сведения о том, во что я в очередной раз влип, – Гарри решил сослаться на эту цель, чтобы завершить разговор. – Да, конечно, Гарри, можешь идти. Успехов. – Спасибо. До новых встреч, профессор Дамблдор, профессор Снейп. И Гарри поспешно покинул кабинет директора, оставляя Мастера Зелий, обеспокоенного судьбой крестника, и директора, сейчас с намного меньшим оптимизмом смотревшего такой удачный, как ему казалось ранее, план объединения хогвартских факультетов... * * * Драко сидел в Голубой гостиной рядом со своей матерью, а его отец в ярости мерил комнату шагами. – Это мелкое чудовище так просто не отделается! Я заставлю его дорого заплатить за каждую из его «десяти заповедей»! «Десять заповедей»! Кем он себя вообразил! – Люциус, пожалуйста, успокойся. Не усугубляй ситуацию. Если ты попытаешься что-нибудь сделать против него, это обернется против Драко. – Запретить нам видеться с собственным сыном! – продолжал возмущаться Люциус, не обратив внимания на слова супруги. – Как Дамблдор мог позволить такое? О да, так и надо – провозглашать благожелательность, а на самом деле вести себя по-варварски! Он остановился перед окном, из которого открывался великолепный вид на парк, но на самом деле не видел его. – Этот мелкий сопляк считает, что он выше всех, но как только он исполнит свое предназначение... На губах мужчины появилась по-настоящему садистская улыбка. – Люциус... Он обернулся. Его взгляд встретился с переполненными упреком глазами супруги. Она почти незаметным движением головы указала на их сына. И Люциус застыл. Драко... Его единственный наследник сейчас походил на тень самого себя. Обычно его мальчик был горделивым, высокомерным, насмешливым, отличался естественной величественной осанкой. А сейчас он опустил голову и, похоже, хотел просто раствориться в объятиях кресла. С того самого дня, когда он узнал имена своих предполагаемых партнеров, он старался стать как можно незаметнее, побледнел, вступал в разговор только после того, как понимал, что избежать его не получится, вокруг его глаз появились темные круги, парень сильно похудел... Да, а тут еще и Люциус со своим возмущением... Нет, Люциус не собирался вываливать на и так страдающего ребенка свои фантазии о пытках его будущего партнера. И тоном, которым мужчина попытался изобразить жизнерадостную веселость, он предложил: – Раз уж мы собрались вместе этим вечером, давайте воспользуемся ситуацией и насладимся превосходным ужином. Уверен, потом, за чашечкой прекрасного кофе с добавкой очень старого коньяка мы сможем найти способ повернуть случившееся нам на пользу! Драко поднял голову и встретился с лукавым взглядом своего отца. Юноша несмело ответил на его улыбку. Его отец способен выпутаться из самых затруднительных ситуаций. Конечно же он найдет решение. Не стоит терять надежды...