Иная трактовка.

      Сколько бы раз Поттер не встречал до этого Тёмного Лорда, каждый раз встреча была чем-то волнительно жутким и в какой-то степени отвратительным, за исключением, конечно, встречи в Тайной комнате, где Том показал своё истинное лицо, ещё не изуродованное чёрной магией и многочисленными проклятьями, в какой-то степени Лорд Волан-де-Морт был даже красив в своё время, однако сейчас он был больше похож на змею, чем на человека.       Мертвенно-бледная кожа казалась ещё бледнее в контрасте с чёрным плащом поверх такого же чёрного одеяния, плотно облегающего всё ещё болезненно-худое тело. Очень трудно смотреть в эти блёклые змеиные глаза, узкой полоской зрачка сверлящие в тебе дыру. Когтистая рука зарылась тонкими пальцами в густые тёмные волосы, каким-то чудом пережившие все те метаморфозы, что были пройдены телом и, в какой-то мере, душою величайшего тёмного мага в мире. — Ммф, — с тихим наслаждением выдал Реддл, сжимая в кулаке густую копну волос, — молодец, Хвост, ты сделал всё, как надо. — М-мой Лорд, вот ваша палочка, — трясясь, как осиновый лист, и всячески подлизываясь к устрашающему хозяину, пролепетал Петтигрю. Приняв палочку, маг окинул презрительным взглядом своего приспешника. — Ты очень много сделал для меня, малыш Петтигрю, а потому я думаю, что ты заслуживаешь награду. — Н-награду? О, это…такая честь для меня, мой лорд, благодарю… — Умолкни, Хвост, не то наградой тебе послужит отрезанный язык, — трусливо сжавшись, Питер умолк и, жмурясь в ожидании боли, время от времени поглядывал на того, кому когда-то выдал дом Лили и Джеймса. — Тц, дай сюда свою руку, трусливый слуга, — Том схватил его за локоть руки, от которой была отрезана кисть. Петтигрю сжался сильнее, ожидая чего-нибудь в духе своего хозяина, но вместо боли ощутил утраченные ощущения и, открыв глаза, увидел, что его кисть, сгинувшая пару мгновений назад в котле, вновь при нём. — Мой лорд…спасибо, спасибо, мой лорд, — падая на колени от накатившего чувства умиления и восхищения, бормотал Хвост, целуя босые ноги Реддла. — Прекрати это сейчас же, — отдёрнув ступню, Волдеморт поморщился от неприятных мыслей о том, что ещё целовали эти губы, да и вид плешивой головы Питера особо не вдохновлял на нежности. Однако неприятные размышления не задержались в голове, потому как в следующую секунду взгляд Волан-де-Морта пал на могилу его отца. Высокий ангел смерти украшал надгробие, сжимая своей косой горло юному Поттеру, одетому в спортивный костюм, по цветовой гамме соответствующий факультету Гриффиндор, — о, Гарри, я совсем забыл, что ты здесь. Как невежливо с моей стороны, — улыбка оголила острые клыки — ещё одно последствие преображений, — мы ведь с тобой старые знакомые, а потому нам стоит пожать руки, что скажешь? — склонившаяся набок голова, казалось, сейчас отвалится от тела. И, задумавшись об этом, Поттер не ответил на заданный вопрос. — Хм, а мы стоим друг друга. Я не здороваюсь, ты не отвечаешь на вопрос, думаю, мы бы могли отлично поладить, будь я твоего возраста. — Мы бы никогда не поладили! Я никогда бы не стал общаться с таким, как ты! — Но ты ведь уже общаешься, Гарри. С Драко Малфоем, мальчиком, который родился в семье пожирателей смерти. — Он не такой, как его отец, и уж тем более не такой, как ты! — Ну, ну — примирительно улыбаясь и слегка сюсюкаясь, чтобы сильнее разозлить своего собеседника, проговорил Том, — тише, Поттер. Ты не можешь знать наверняка, ведь людские сердца непредсказуемы. Ты даже о себе не можешь ничего сказать точно, загадывая наперёд: сегодня ты меня ненавидишь и презираешь, а завтра — любишь и преклоняешься, — Гарри дёрнулся, порываясь навредить наглеющему злу, что вырвалось на свободу из 13-тилетнего заточения. — М-мой лорд, стоит ли мне…созвать наших союзников? — Хвост подал голос, прерывая очередной монолог своего властелина, который тут же зыркнул на него с присущей только ему злобой в по-змеиному безжизненных глазах. — Да, пожалуй стоит, — скользнув глазами по неприглядной одежде вновь сжавшегося в комочек слуги, ответил Тёмный Лорд и тут же отвернулся к куда более интересному собеседнику, — что скажешь, Гарри? Ты не против, что наше маленькое уединение нарушат гости? — В ответ снова прозвучала тишина, заставившая абсолютное зло улыбнуться какой-то ехидной, противной улыбкой.       Долго ждать гостей не пришлось: они явились по первому зову, образовывая круг тёмных фигур в острых капюшонах и плащах, скрывающих их тела. Их было не очень много, кажется, человек десять от силы, что явно разозлило созвавшего их Волдеморта. Отвлекаясь от своего интересного собеседника, он быстро, как летает гарпия, прошёлся по кругу, окидывая каждого уничтожающим взглядом. — Добрый вечер, друзья мои. Хотя…эта трактовка не совсем верна, вам не кажется, м? Нет? — вглядываясь в их, скрытые масками, лица вопрошал Реддл, но ответа никто не дал, надо сказать, если молчание Поттера вызывало у него внутреннее удовлетворение, то молчание соратников бесило и выворачивало наизнанку все нервные клетки в истерзанном теле. — Друзья не бросают друг друга в беде, не так ли? Они не убегают, поджав хвост, в свои особняки и не прячут свою дружбу, да, Гарри? — Да… — что-то в змеином взгляде заставило его ответить на этот, казалось бы, риторический вопрос. — Вооот, видите, господа, что получается? Получается, что вы все бросили меня, как только решили, что я слишком слаб для вас, но, как видите, это было временно, — Тёмный лорд снова проскользил взглядом по своим соратникам, — и получается, что вы все — предатели, вы предали меня, — последнюю фразу он почти шептал, ухмыляясь внутреннему гневу. Обернувшись на мальчишку, когда-то лишившего его всего, он вдруг чуть улыбнулся, — тебе не стоит это видеть, мальчик, иди домой, — и ангел смерти отпустил его.       Ослабленный раной Гарри, спотыкаясь, подбежал к телу Седрика и, призвав портал, переместился в самое начало лабиринта, где заиграла музыка, как только он рухнул вместе с телом на землю. Однако она быстро сошла на нет, когда Флёр закричала от ужаса, увидев искажённое болью мёртвое лицо Диггори. Их окружили учителя, и министр приказал всем ученикам оставаться на местах. — Гарри, Гарри, — развернув к себе только осознавшего потерю друга мальчика, Дамблдор утёр ему набежавшие слёзы, но они снова и снова катились по щекам, стекая по рукам профессора и капая на землю — тише…что там случилось? Расскажи мне. — Он вернулся…вернулся, Волан-де-Морт, — услышав пугающее имя, Фадж занервничал и попытался свести этот разговор на нет, но как можно успокоить такой разговор, когда он уже перекинулся на учеников, стоящих на трибунах? Тихий гул шёпота вторил истерике мистера Диггори, кричавшего бездыханному телу очнуться, и Поттер тихо шептал, сжимая в руках локти Драко, мягко поглаживающего друга по голове, — он вернулся…