Двойник

      По возвращении в особняк де Шаньи, Кристина и Рауль оказались вынуждены прощаться — уже ранним утром ему необходимо будет отправиться в экспедицию по морю. Остановившись посреди длинного коридора, они берут друг друга за руки, печально улыбаясь. — Как мне хочется остаться, — выдыхает он, склоняясь к её лицу с нежным поцелуем. — Ты вернешься как раз к нашей свадьбе, — шепчет Кристина, ответив на поцелуй, — помни об этом. — Эта мысль будет греть меня среди холодных вод, — улыбается ласково де Шаньи, бережно обнимая невесту. — А меня в таком пустом без тебя доме, — она обвивает руками его сильную шею, повисая на ней. — Добрых снов, родная, — шепчет ей на ухо мужчина и едва уловимо целует в висок. — Спокойной ночи, Рауль, — отвечает тихо девушка, выпуская его руку из своей, — я буду очень тебя ждать.       С тяжелым сердцем она поворачивается к нему спиной и торопливо удаляется вглубь тускло освещенного коридора, хватая по пути с крохотного столика свечу. Он снова покидает её. Снова бросает одну в чересчур большом доме, лишенном уюта и тепла. Она спешит скорее в спальню, которую так и не смеет назвать своей, и запирает за собою тяжелую дверь.       Огромная комната встречает Кристину непроглядным мраком. Девушка вытягивает перед собой руку с небольшой свечой, стараясь осветить ею путь. С самого своего приезда в дом де Шаньи она невзлюбила эту спальню — всё здесь кажется ей до безумия вычурным и вульгарным.       Поставив свечу в канделябр, Кристина тянется к лентам своего тугого корсета, чтобы, наконец, их распустить. Все эти дворянские наряды порядком надоели. Бесконечная усталость от богатой жизни жениха — всё, что чувствует Кристина в последнее время. Она не успела даже ещё стать виконтессой, а уже сполна насытилась чуждой ей роскошью и шиком.       Сняв с себя многочисленные одежды, Кристина неторопливо подходит к небольшому комоду, стоящему у кровати, и выдвигает на себя один из ящиков. Он так и ломится от кучи ненужного, бесполезного барахла — это лишь массовка, за которой укрыто нечто ценное, родное её сердцу. Раздвинув руками какие-то невзрачные побрякушки, она вынимает оттуда блистающее колечко и бережно сжимает его в своей маленькой руке.       Встреча с Чарльзом заставила её вспомнить, поддаться ностальгии…       Два года.       Целых два года она старательно держала всё внутри, в самых потаённых уголках своей души. Она совсем не позволяла себе вспоминать о Нём.       Девушка опускается на свою мягкую кровать и разжимает пальцы, открывая взору то единственное, что осталось ей, как напоминание о её Ангеле. Она так и не решилась вернуть ему его. В её памяти сами собой всплывают обрывки его слов, песен, мелодий. Она осознает вдруг, что так и не смогла забыть ни дня, ни часа, ни минуты… Будто бы они расстались лишь вчера. Будто бы лишь вчера она жестоко отвергла его трепетную любовь.       Неизвестный порыв заставляет Кристину примерить кольцо Призрака, и она стягивает с аккуратного пальчика своё помолвочное, чтобы сделать это.       Ей отчего-то кажется, что кольцо Эрика гораздо больше ей подходит — оно невероятно изящное и аккуратное.       Она бессознательно улыбается одними уголками губ, глядя на тонкий серебряный ободок на своей руке. Это не кажется ей неправильным. Тяжело вздохнув, она всё же стягивает его с пальца и убирает прямо под подушку. Этой ночью Кристине не хочется расставаться со столь дорогой ей вещью. Она верит, что именно так к ней придёт сон о сказочном Ангеле Музыки из её детства, о её незримом покровителе, о её преданном Эрике…       О ее преданном Эрике, которого она предала.

***

      Особняк де ла Форсов встречает герцога неизменной суматохой. Слуги носятся по всему замку, старательно убирая, подметая и драя его полы. Каждый из них знает о бесконечной щепетильности Чарльза и всей его семьи к порядку.       В глубине души каждый из слуг трепещет при виде него, а потому стремится угодить своему господину в любой мелочи. За долгие годы его расположения завоевал лишь один дворецкий и был удостоен зваться по имени. — Морис, мою почту сию минуту! — выкрикивает строго Чарльз с самого порога дома, и верный слуга спешит передать герцогу внушительную стопку конвертов, но умудряется споткнуться прямо в шаге от него. — Растяпа! — зло шипит Чарльз и выхватывает резко письма из дрожащих от страха рук Мориса, — Никакого с вас толку. Скопище бесполезных оборванцев!       Швырнув промокшее от дождя пальто в одного из слуг, он двигается к парадной лестнице, чтобы поскорее уединиться в недоступной всем другим комнате, являющейся его личным кабинетом. — Ковёр грязный, неужели всем вам совсем не по глазам? — возмущенно вопрошает Чарльз, быстро взбегая по многочисленным ступенькам.       Прислуга тут же хватается за метлы и следует за герцогом, внимая каждому его замечанию — они слишком боятся лишиться единственного крова над головой. Семья де ла Форс всегда отличалась своей строгостью в выборе слуг и, безусловно, каждый, получивший у них работу, оказывался бесконечно горд собой и старался всячески услужить им. — Немедленно в мой кабинет, Морис! — вновь обращается к дворецкому Чарльз, с силой хлопая дверью кабинета.       Мужчина спешит выполнить указ и торопливо ступает по лестнице, страшась ненароком споткнуться еще раз и навлечь на себя гнев герцога. Быстро пройдя по небольшому коридору, он замирает на пороге кабинета, тихонько отворяя в него дверь. — Мой господин, что я могу сделать для Вас? — склонившись в поклоне, спрашивает Морис. — У меня есть письмо, — кратко отвечает Чарльз, размашисто выписывая буквы на пергаменте, — которое обязано к завтрашнему утру оказаться в руках мадемуазель Даае. — По какому адресу его нужно доставить? — спрашивает робко мужчина, сцепляя руки за спиной и волнительно перебирая пальцами. — Неужели Вы не знаете об этой чудесной даме? — с усмешкой спрашивает Чарльз, вкладывая пергамент в конверт и скрепляя его печатью, — Особняк де Шаньи, Морис, — он кладет письмо в руки слуги и окидывает того серьезным взглядом, — бегом!       Мужчина быстро-быстро кивает, покрепче сжимая пальцами конверт, и выносится за дверь, боясь задержаться в кабинете герцога даже лишнюю секунду — это может вызвать гнев герцога.       Проводив взглядом слугу, Чарльз откидывается в кресле, удовлетворенно улыбаясь. Он уверен, что ему не придется прилагать особых усилий, чтобы завоевать и эту девушку тоже. Что-то в ней определенно щелкнуло, когда она впервые увидела его посреди кипарисовой аллеи. Что-то задело её, когда их взгляды впервые столкнулись. Какой-то едва уловимый огонек, природа которого так непонятна Чарльзу, зажегся в её светлых глазах, когда он ей лишь улыбнулся. Всё это определенно что-то значило, но главное — играло так на руку заскучавшему без постоянной дамы герцогу.       Уже завтрашним днём, когда экспедиция под руководством де Шаньи покинет пределы страны, они обязательно встретятся снова, и именно эта встреча станет для них судьбоносной.       Удостоверившись в доставке письма Кристине, герцог, наконец, может позволить себе отдохнуть. Он не спеша поднимается из-за своего изящного стола и направляется в соседнюю комнату, являющуюся его спальней, расстегивая на ходу надоевшую за день рубашку.       Перебравшись к себе, он обессиленно падает на кровать, не снимая даже туфель. Тяжело вздохнув, он натягивает на себя одеяло — оно всё ещё хранит в себе аромат последней женщины, побывавшей в его обители прошлой ночью, и Чарльз откидывает его прочь, кривясь от отвращения. Каждая, кем он овладевал, неизбежно становилась ему противна, и он сам никак не мог себе это объяснить. Долгие годы он не может найти ту единственную, с которой захочет остаться даже после проведённой вместе ночи.       Единственная его надежда — Кристина.       Он засыпает этой ночью с мыслями лишь о ней одной.

***

      Тихий стук и робкие шаги вынуждают Кристину приоткрыть глаза. Она сонно оглядывает спальню, залитую солнечным светом, и невольно зевает. Юная девушка — служащая семье де Шаньи, опускает на столик у её кровати поднос с несколькими блюдами и небольшим конвертом. — Это мне? — растерянно спрашивает Кристина, приподнимаясь на локтях. — Да-да, мадемуазель, — кивает улыбчиво служанка, складывая руки на застиранный фартук, — там указанно Ваше имя. — Спасибо большое, — чуть улыбается Кристина и притягивает к себе письмо, торопливо его раскрывая.       Почерк ей совсем не знаком, и она не сразу вникает в его содержание. Приглядевшись к гротескным буквам, Кристина всё же разбирает текст. — Чарльз… — выдыхает девушка, прижимая пергамент к груди.       Приглашение на вечернюю прогулку смущает Кристину. Ей странно такое большое внимание со стороны Чарльза. Правильно ли будет согласиться на эту встречу? Отказываться кажется невежливым, а принимать — нечестным по отношению к Раулю. Ещё и эта его схожесть с Эриком…       Она и хочет почувствовать всё то же вновь, и страшится того, что испытывает с ним рядом.       Так или иначе, до назначенного времени остается всего ничего. Девушка сама не заметила того, как долго она проспала сегодня. Часы на её комоде показывают половину пятого, и она вскакивает тотчас с кровати, чтобы поспешить навстречу к Чарльзу.       Решение принимается само собой.

***

      Остановившись у особняка де Шаньи, герцог спрыгивает со своего коня и окидывает оценивающим взглядом дом Рауля: выглядит он дорого, изящно, но как-то скучно — замок его семьи смотрится куда внушительнее.       Вдали он замечает миниатюрную фигуру Кристины и в волнении поправляет манжеты рубашки, будто бы такая мелочь может что-то изменить. Чем ближе подходит нему к девушка, тем шире становится и его улыбка. — Доброго вечера, Кристина, — обращается к ней Чарльз, вынимая из-за спины пышный букет роз и протягивая ей.       Она тихо выдыхает, принимая цветы из его рук — всё те же алые розы. Очередное воспоминание. Улыбнувшись благодарно Чарльзу, она ему отвечает: — Спасибо большое! Куда Вы хотели бы пойти, месье? — К чему эти формальности? — усмехается мужчина, взяв её бережно за руку. — Я хотел бы прогуляться с Вами по самому центру Парижа! — Мне неловко, — поясняет она, смущенно улыбаясь ему, — у Вас столь высокий титул, а я пока никто. — Вы не пропадете, Кристина, — смеется негромко Чарльз, помогая Кристине забраться на лошадь. — Ох, я никогда ещё не ездила верхом, — растерянно говорит она, прижимаясь испуганно к герцогу, когда он усаживается впереди неё и дёргает за поводья. — Это ничего, — мягко отвечает Чарльз, — главное, держитесь за меня покрепче.       Когда конь вскакивает на дыбы и пускается галопом вперед, девушка испуганно вскрикивает, обнимая крепче Чарльза от страха, он невольно расплывается в улыбке — есть в этой девушке что-то особенное, пускай он и не понимает, что именно.       Весь путь до Парижа они проводят молча, созерцая красоту окрестностей в этот чудесный вечер. Конь Чарльза уже не скачет так быстро, но руки девушки всё так же крепко обвивают мощный торс мужчины, и это никак не может укрыться от его внимания.       Вскоре они оказываются у одно из наиболее известных ресторанов Парижа, и Кристина восторженно выдыхает — его красота завораживает. Она никогда прежде не была в столь роскошных заведениях. Девушка позволяет герцогу взять себя за руку и провести внутрь.       Сюрпризы, уготовленные ей там, лишь впереди.