Осадки

— Какой же ты, блять, мудак! Сил моих нет! — восклицает Руслан, переходя за считанные секунды с шипения на крик и обратно. Он был зол. Наверное, это первый раз, когда он на Соболева действительно злился. Обычно эмоциональным максимумом было глухое раздражение. Но не в этот раз. В этот раз самодовольная рожа Коли служила красной тряпкой перед мордой разъяренного быка, потому что гребаный уёбок выбесил ну просто невероятно. Его злила эта ситуация в целом. Злило то, что Коля снова воспользовался своим влиянием, чтобы обвести всех вокруг пальца. Злило то, что теперь он так самодовольно выебывался собственным влиянием на человеческие умы, как ни в чём не бывало. Злило то, что чертова общественность в абсолютном своём стадном большинстве повелась на этот вброс. И самое отвратное, Руслана бесило то, что сам он оказался в числе тех, кто повёлся. Мало того, что поверил, так ещё и, подумать только!, беспокоился об этом полудурке! Полный абсурд. Последнее обстоятельство, пожалуй, злило больше, чем все предшествующие вместе взятые. Руслан терпеть не мог быть обманутым. — Да с какой стати ты орешь на меня, Руслан? — удивлённо спрашивает Коля, не совсем понимая суть претензий. Единственное, что он понимает, так это то, что не потерпит, чтобы с ним говорили в таком тоне. — Тебя это не касается в любом случае, так что прекрати истерику и понизь громкость на пару октав, — всё-таки в голос проникает раздражение, хотя Соболев и пытается держать себя в руках изо всех сил, чтобы их разговор не скатился совсем уж к оскорблениям. Кто-то же должен оставаться с холодной головой, в этот раз "честь" выпала ему. На самом деле Коля был растерян таким поведением Руслана. Ну кто он ему? Мать родная, чтобы перед ним отчитываться? Какого чёрта он вообще должен что-то ему объяснять? Коля вообще не понимал, по какой причине он тут вынужден всё это выслушивать. — Истерику? — шипит Руслан, натурально, как змея. Руслан опасно прищуривает глаза, и у Коли от такого взгляда мурашки по спине бегут. Он невольно содрогается, внутренне готовясь к взрыву, но всё заканчивается так же быстро, как и началось. — Меня не касается, значит? — усмехается Руслан, и его усмешка почему-то отдает горечью. Ещё секунду назад в голове бушевал целый ураган из хаотичных мыслей на тему того, какой же всё-таки Соболев непроходимый тупица, но после слов Коли всё как будто схлопывается. Раз, и нет ничего. И раздражение исчезло, и жгучая злость, оставив после себя только какое-то странное опустошение. Руслан качает головой, еле сдерживаясь от того, чтобы не засмеяться в голос. Какой же он все-таки идиот, Господи. Наивнейший из дураков, даром, что год в СИЗО отсидел. Как будто о Соболеве некому побеспокоиться. Как будто нет Полины, толпы фанатов, целого ютуб-комьюнити за спиной. И чего это он, в самом деле? Его ведь это "не касается". От слов Коли почему-то больно, хотя он, в общем-то, прав. — Блять, Соболев!.. — начинает Руслан, и слова застревают в горле. Потому что нечего ему больше сказать, не его ума дело. Сущая правда, и от осознания этого становится ещё больше не по себе. Кажется, это называется "обида". — Иди ты!.. лесом, — бессильно выдыхает Руслан, взмахивая рукой. "Да пошло оно". Он разворачивается и уходит, не желая больше продолжать этот обречённый на провал разговор. Такой же обречённый, как и многие до него. Но в этом они, кажется, друг другу уже всё сказали. До следующего раза. Коля не понимает. Ничего не понимает. Ещё больше, чем до этого. Что это сейчас было? За что на него наорали? Почему в итоге послали? Кажется, он запутался. Общение с Русланом ещё никогда не было настолько сложным. Но, внезапно, Колю осеняет догадка, заставляющая глаза расшириться в изумлении, а брови взлететь вверх. Первая мысль: "Да быть того не может". Но, по всему выходило, что так оно и есть. Для Руслана ведь всё было по-настоящему. — Стой, — быстро, но твердо говорит Коля. Нет, такой момент нельзя упускать. Но Руслан его не слышит, кажется, даже ускоряя шаг, желая поскорее убраться куда подальше. — Погоди, — выходит из оцепенения Соболев, догоняя Соколовского. Тот продолжает не обращать на него ни малейшего внимания, упрямо глядя вперёд, хотя он определённо всё слышал. — Да стой же ты! — не выдерживает Коля, повышая тон и останавливая Руслана за плечо. Тот повинуется, хотя Коля помнит о том, что он не поклонник резких тактильных контактов. Но это, определённо, не то, о чём стоит думать сейчас. — Руслан... — произносит Коля, и вся его решимость испаряется. Он начинает сомневаться в собственном выводе, который, вроде бы, очевиден. — Ты... беспокоился? Руслан стоит к нему спиной, и Коле очень хочется его развернуть. Хочется увидеть его выражение лица, прочитать ответ по глазам, если он начнёт лгать. Но в тоже время Коля понимает, что признаваться в чём-то таком тяжело, особенно в их "отношениях". Во всяком случае ему было бы тяжело, так что на время Коля даёт Руслану такую фору. Руслан не знает, что сказать. Поджимает губы, раздражённо сбрасывает руку Коли с собственного плеча и молчит. Потому что сказать нечего. Какой смысл отрицать очевидное, когда и без того поймали с поличным? Сейчас у него нет ни сил, ни желания юлить и уворачиваться. Так глупо проколоться, кто бы мог подумать... — Меня это не касается, Коля. Твои слова, — хмыкает Соколовский, передёргивая плечами. Звучит обиженно и по-детски, хотя Руслан приложил все силы к тому, чтобы обида не просочилась в голос, но это единственное, что приходит на ум. Пусть расценивает, как хочет. — О, Боже, — выдыхает Коля. Ему хочется счастливо рассмеяться. Он действует чисто по инерции, исключительно за счёт мимолётного порыва. Разворачивает Руслана к себе и крепко обнимает, зарываясь носом в волосы. Руслан, что даже удивительно, не сопротивляется. Просто сейчас это то, что ему действительно нужно. Нужно им обоим. В руках Коли тепло. Тепло, уютно и защищённо. Вот он, стоит перед тобой, целый и невредимый, успокойся. И тревога действительно отступает. Настолько, что даже в носу начинает свербить. Словно пружина напряжения, не дававшая жить последние несколько дней, наконец, разжалась. — Всё будет хорошо, — произносит Коля, легко поцеловав Руслана в макушку. — Заткнись, — бормочет Руслан, прикрывая глаза и вдыхая чужой запах. Ещё чуть-чуть, сейчас можно. — Прости, — говорит Коля, а в его голосе и на губах – улыбка.