Бракованный

Время до поездки Риманна пролетело довольно быстро. Теперь пара гуляла дольше и чаще, предпочитая даже занятия проводить вместе, чтобы сразу разбираться в непонятных Аверену вещах. Всё же, согласно составленному плану, омега должен был вернуться на последний год в школу: обновить свои знания, заново выбрать место, куда хочет пойти учиться дальше. Этот вариант был самым лёгким и простым в реализации, ведь знаний юноши было достаточно, чтобы комфортно влиться в учебные будни не с начала года. И занятия этому лишь способствовали. Как и восстанавливающейся памяти. События, происходившие в последние два года, навсегда остались для Рена загадкой. И, насколько он понял, особо расстраиваться здесь было нечему: во время одного из вечерних разговоров с отцом, Кэолан пересказал ему их жизнь. Альфа ходил на работу, а юноша застыл в одном дне. Помнить о своей болезни – не значит, предотвращать её последствия. Из-за вылетающих из головы минут и часов, Аверен совершал одни и те же действия несколько раз подряд. Когда вспоминал о висящем на стене календаре, мог за один раз вычеркнуть несколько дней. Задавал одни и те же вопросы, если считал что-то важным – проверял это не один раз, а с десяток… Омега действительно стал своеобразным балластом, комнатным растением, за которым только следить, ведь пользы особо никакой. Осознание этого сначала давило на Рена. Для него с момента потери памяти прошло лишь несколько месяцев, которые он мог запоминать; старший Броган жил с этим два года. И пусть отец, как мог, успокоил его, новой целью Аверена стало желание показать, что он не бесполезен. Он отучится сначала в школе, потом в университете, найдёт хорошую работу. Будет помогать отцу всем, чем только сможет. И если физически он не сможет всегда находиться с Кэоланом рядом –ведь мечты о собственной семье только укрепились, и теперь в них всегда фигурировал определённый альфа – то поддерживать его на расстоянии он будет всегда. И, наверняка, во всём. Поэтому стоило постараться. Всё же омега уже начал путь к своей цели.

***

– Не забывай отчитываться отцу о своих достижениях. Он приедет через несколько дней, но, думаю, он всё же волнуется. – они стояли недалеко от выхода из клиники. Риманн должен был вот-вот уехать: ещё немного, и приедет такси, что увезёт его на вокзал. Вернётся альфа лишь к моменту выписки, так что Аверен заранее начинал скучать. – Я знаю. Режима придерживаться, таблетки и витамины принимать, на занятия не забивать… На все занятия. – уловив, что мужчина хочет ещё что-то добавить, быстро исправился Рен, вызвав удовлетворённый хмык. – Продержишься в таком режиме неделю – будет тебе награда. Кэолан выдаст тебе мой номер телефона. Звонки только перед сном, а сообщений чтобы во время занятий я не видел. Всё равно не отвечу. – Это не казарма, а я маленький бедный омежка, которому хочется внимания и развлечений… – больше из вредности проворчал Аверен. Он был согласен со всеми условиями, тем более что ради награды придётся усиленно позаниматься всего недельку. Впрочем, потом совесть не даст как-то отлынивать. – Остался всего месяц, потом будет всё: и внимание, и развлечения. В разумных пределах, конечно. И с оглядкой на режим. – с улыбкой наблюдая за недовольством омеги, покачал головой мужчина. – Везде режим… Я чувствую себя детсадовцем. Маленьким мальчиком, за которым нужно следить. Туда не иди, это не трогай, тут ты поранишься, это вообще запрещено для детей. – монотонно перечислил Рен, будто ему и правда накладывали «табу» на все действия подряд. – А я уже не маленький! Мне хочется всего и сразу, и я сам вполне могу осознать, что мне можно делать, а что нельзя. – Тебе нужно восстановиться… После всего. – уловив, что нужно сейчас попробовать всё объяснить, проговорил Риманн. – Обещаю, что тебе будет «всё и сразу», как только врачи подтвердят, что с тобой всё хорошо. И что провалов в памяти у тебя больше не будет. Именно поэтому ты так долго здесь, и именно поэтому мы – я и твой отец – так ревностно следим за тем, чтобы ты соблюдал все рекомендации. – Хорошо, я понял. – устыдился непонятной истерики юноша, опустив взгляд. И вздрогнул, когда на макушку опустилась тёплая ладонь, взъерошив волосы. – Всё успеется, впереди ещё достаточно времени. – улыбнулся альфа и отстранился, как только услышал тренькнувший сообщением телефон. – Такси приехало. Увидимся через месяц. Веди себя хорошо. – не смог удержаться, чтобы не подначить подростка Риманн, со смехом уворачиваясь от возмущённого тычка в бок и всё же покидая клинику. Как бы ему ни хотелось остаться… Но пройдёт немного времени, и они снова встретятся. Тогда – уже надолго. Аверен, несмотря на возмущение, всё же помахал мужчине на прощание. Говорить не хотелось: казалось, что все страхи накатят сразу, и он повиснет на альфе, лишь бы тот не уезжал. Оставаться одному было некомфортно, поэтому, убедившись, что Риманн уселся в такси, Рен быстро вернулся в палату. До общих занятий время ещё было, а на свои почему-то не было сил: непонятная нервозность никуда не делась, не позволяя сконцентрироваться, так что, промаявшись какое-то время, омега бросил попытки вникнуть в столбик цифр и устало упал на кровать. Одному быть всего пару дней. Ничего с ним не случится, тем более что несколько минут назад Аверен убеждал Уолша в том, что он уже взрослый. «И состоятельный, ага» – смешливо фыркнул на свои мысли юноша. От кошмаров своеобразная защита у него была, связь с отцом он легко сможет поддерживать: вот и сейчас омежка дотянулся до телефона, набирая короткое сообщение с информацией о том, что Риманн уехал, а у него, у Рена, всё хорошо. И что он с нетерпением ждёт, когда отец всё же доберётся до клиники. Вздохнув, подросток ткнул на кнопку «отправить» и отложил мобильный, перевернувшись на спину. Чтобы тут же поморщиться от неприятного тянущего чувства внизу живота. Какая-то мысль проскользнула на грани сознания, но омега не успел её ухватить. Поэтому лишь отмахнулся: если будет важно – он вспомнит.

***

Аверен и правда… вспомнил. Только когда скрутило. Отступившая прошлым вечером боль, казалось, ушла совсем, позволяя расслабиться. Но слишком рано – на следующее утро омега проснулся от накатывающих волн возбуждения, пока ещё слабых, но грозящих перерасти в довольно сильные приступы. Простынь только начала промокать, лишь подтверждая догадку о том, что ничего ещё не началось в полную силу. Где лежат – и есть ли вообще – подавители, Рен не знал. Он даже не помнил, когда у него в последний раз была течка! А спросить у отца не хватило догадливости: о неприятных днях думалось в последнюю очередь. С трудом встав с кровати, юноша на дрожащих ногах добрался до душевой кабины, спрятанной за неприметной дверью. Накатило чувство благодарности Риманну за то, что он подобрал именно такую палату… И тут же это чувство перебило возбуждением, стоило только подумать об альфе. Подавив позорный скулёж, Аверен стащил лейку душа и уселся на дно кабины, врубив тёплую воду. Одежда тут же прилипла к коже, пока приятно обволакивая. Но это ощущение очень легко заменится неудовлетворённостью, стоит только немного подождать. Ещё чуть-чуть – и начнётся утренний обход. Пропахшая мёдом палата явно даст понять даже самому нечувствительному бете, что именно происходит с омегой в ней. И тогда принесут спасительные таблетки. Остаётся лишь немного потерпеть, и станет намного легче. Аверен вернётся в палату, позвонит отцу, вытрясет с него номер Риманна – на этой мысли омега всхлипнул и весь сжался – наберёт ему… Лучше сообщение, чтобы не дразнить самого себя. Они посмеются над ситуацией, Рен вставит колкость о том, что альфа вовремя сбежал, при этом удивляясь такому себе и жутко этого стесняясь. Всё будет непринуждённо и легко. Но почему сейчас так плохо?