Пришелец

-Повтори, что ты сказал? – проблеял я, вставая на колени. - Я беременный, - уже не так радостно мне в ответ. - Ты уверен? С чего ты это решил? - Чувствую, как внутри зреет кокон… - Кто зреет? Может, это глис… ну, то есть, тебе просто сильно захотелось в туалет? – с надеждой. - Нет же, я знаю! - Откуда? – начинаю рвать на себе волосы. – Где заключение врачей? Тебя тошнит? Нет? Клубники с селедкой не хочется? А тест? Где две полосочки, я тебя спрашиваю! - Какие полосочки? - Сплошные, епт! Видимо, Айрон что-то прочел по моему лицу, так как начал отползать, закрывая живот руками. Почувствовал себя последней сволочью. Он же меня предупреждал, говорил, что это возможно. Сам виноват! И что теперь делать? Аборт? Чушь! Его же отберут у меня, отправят на опыты. От осознания, что могу лишиться этого парня, внутри похолодело. Я что, не смогу защитить свою семью? Маленький мальчик, мой ребенок… В голове возник образ карапуза с черными глазками, агукающий, тянущий ко мне маленькие ручки… МОЙ! Господи, я уже этого хочу. Как же переменчива людская психика. Совсем недавно я был уверен, что натуральнее любого натурала, что смогу построить жизнь так, как хочу. А теперь? Почему мой муж стал мне так дорог? Переведусь на заочку, приму предложение Станислава Яковлевича поработать у него системным программистом. Я же гений! Заработаю денег, разрушу дом, спилю дерево, рожу ребенка… Или там наоборот? - Айрон, успокойся, я не против, - парень облегченно вздохнул. – А ты уверен, что тебе еще не рано рожать? - Мне сто тридцать лан! – возмущенно. - Скока-скока? Лан – это месяц? - По-вашему – год! - Етить-колотить, дедушка, а вам уже не поздно? - Можно подумать, ты моложе меня! - Мне двадцать… - Что?! Ребенок, я был уверен, что свыше двухсот… - Эй, попрошу без намеков! Неужели, я так плохо выгляжу? – вожу рукой по лицу. – Это просто я не выспался и у меня жизнь круто поменялась! Да! - Дима, ты позволишь мне остаться с тобой? – Айрон подполз поближе и положил руку мне на бедро. Мне снова захотелось… - Айрон, если будешь продолжать, то я не посмотрю, что ты мужчина в возрасте, да к тому же – в положении… Трахну! Парень засмеялся. Стало видно, что его отпустило, но смех все равно немного нервный. Одна проблемка, а как сказать моим родителям? «Мама, папа, знакомьтесь, это Айрон! Он будет жить с нами, рожать детей и станет отличной невесткой. Кстати, пап, ты как хирург, примешь у него роды, так как в больнице…» н-да, как-то так! Ой, а как же… - Айрон, а какова твоя продолжительность жизни? А то стану я старичком, песочек там, вставная челюсть, памперсы… Ты меня бросишь и уйдешь жить к другому? Имей в виду, доковыляю и так отхожу костылем, жизнь медом не покажется! - Дима, я же говорил, моя жизнь теперь связана только с тобой, и умрем мы в один день! Я тебе даже изменить не смогу… - Как романтично! Эй, изменить? Даже не думай! - Я и не думаю. - А зачем сказал? Убью! - Кого? - Его! Айрон смотрит непонимающе. Ничего, мой сладкий, порой я сам себя с трудом понимаю. - Айрон, пошли, искупаемся? Завтра уже уезжать, а я, кроме кустиков и палатки, еще ничего не видел! - Искупаемся? У вас здесь есть биодуш? Настоящая вода или очищающий воздух? – а сколько восторга в глазах. Прям умилился. - Вода, конечно. Переодевайся. - Во что? Копаюсь в сумке, достаю черные плавки и натягиваю, извернувшись. Поднимаю глаза на Айрона. Какая прелесть. - Айрон, да ты идеальная жена. На одежду не тратиться, драгоценностей не просишь, готовить умеешь… - вспомнил сгоревшего зайца. – Хотя, нет. Готовить буду я. Парень стоит на коленях, а его стратегическое место обтянуто такими же черными плавками. - А как это происходит? - Мой отец был ученым. Однажды он создал эту пронту, - палец тыкает в сторону змейки на плече. – Она исполняет мои желания. - Да? А мои? Хочу пиццу, кока-колу и попкорн! Айрон засмеялся. - Твои нет. Она только одежду преобразовывает, в остальных свойствах я еще сам не до конца разобрался. - Жалко. Ладно, поползли. Выбираемся на свежий воздух. Света с Ромой пьют водку, Марина сидит на каком-то бревнышке и дуется. Лени с Вовой не видно. - Ребята, айда на речку? – говорю я. Света побежала к палатке, а за ней Ромка. - Даже не думай! – грозно прошипела она, развернувшись и упираясь парню пальцем в живот. - Но я тоже хочу поплавать, - жалостливо, пуская скупую слезку. - Паяц! Жди, когда я вылезу, - и она скрывается в палатке. - Вылезет она! Да я быстрее облезу! – полез за ней. Крик, мат, удары. Писк, шорох, смачный поцелуй… Постоял десять минут, подождал, плюнул и, схватив Айрона под руку, поспешил в сторону доносившегося шума воды. Какая красота! Небольшое голубое озеро блестело в лучах заходящего солнца. Девственная природа, зеленые деревья, кусты, песчаный пляж. Поворачиваюсь к мужу. Тот стоит с широко распахнутыми глазами и не дышит. - Эй, очнись! – испугался я, дергая его за руку. - Это так необычно. Вода, настоящая… Смеюсь, бегу к берегу и со всего разгона прыгаю в воду. Айрон заходит аккуратно, сначала попробовал пальчиком на ноге, зажмурился. Вошел по колено и… Сколько мы дурачились? Полчаса, час? Я уже вылез, а этого ихтиандра выловить не удалось. - Ладно, пойду, что-нибудь вкусненькое спизжу! В лагере ничего не поменялось. Только Марины не было. Из обеих палаток доносились стоны. Молодец Ромка, дорвался до лона! Покопался в сумке, стоящей рядом со сдутым матрацем, достал сосиски и чипсы. И тут меня разобрало любопытство. Крадусь в сторону Ленькиной палатки, уронил сосиску, поднял, уронил чипсы, матюгнулся. Решил больше не таиться. Приподнимаю краешек ткани: Леня вбивается между ног Вовы, тот стонет, не обращая ни на кого внимания. Вот, кролики. А если бы это был не я, а дикий зверь? Заяц, например! Хихикнул и побежал к озеру. Немного не добежав, услышал женский визг. Сосиски и чипсы повторно оказались на земле. Картина, представшая мне, впечатлила: плачущая Марина закутывается в полотенце, а удивленный Айрон жмется у берега, обхватив живот руками. - Что здесь произошло? – спрашиваю грозно. - Он меня хотел изнасиловать! – всхлипывает эта курица, блестя глазами. - Скорее, это ты его. Напугала тебя нехорошая тетя? – подхожу к мужу, обнимая за плечи. – Мы ее накажем. Не расстраивайся, хочешь сосиску? Айрон теперь пятится от меня. Не сдержался и заржал. - Марин, свали, а? Не мешай мне налаживать контакт с мужем. Слезы мгновенно высохли, а глаза угрожающе сузились. - Дима, если ты гей, так и скажи, нечего придумывать всякие истории! Испортил такой экземпляр! Айрон, а ты уверен, что являешься геем? Может, би? – она пошло облизнулась и отпустила полотенце. Под ним ничего не было. Ну, кроме сисек… - Фу… - Айрона передернуло от отвращения. - Ах ты, - заорала девушка. Подхватила полотенце и гордо удалилась, стуча копытами. - Ведьма! – усмехнулся я. - Дима, а таких, как она, много? Это же так страшно… У нее нет… - взгляд опустился на мой пах. – Оторвало? - Да нет, она родилась такой. - Понятно, радиация? - Скорее, врожденный дефект. Возвращаемся в лагерь, подхватив по пути потерянное. Все были в сборе. Поужинали жареными сосисками, выпили пива, девушки отошли посплетничать, а мы остались впятером. - Дим, может, все же расскажешь, кем является Айрон, - протянул Леня, обнимая покрасневшего Вовку за плечи, как бы давая понять, что здесь мне больше не светит. - Мой парень. - Мы это уже поняли. Откуда он? - С севера. - Что?! – какое единодушие. - А что? Он долго путешествовал с пингвинами, его собаки устали тащить воз, скинули его в Африке. Парня подобрали аборигены, научили собирать кокосы и посадили на корабль. Случился шторм, дельфины спасли и вынесли на берег рядом с моим домом. - Ты же в городе живешь? – подбирая с земли челюсть, поинтересовался Ромка. - Ну, не совсем с моим, но близко… - Море находится в восьмистах километрах от него… - А я бегаю быстро… - Дим, ты козел! – не выдержал Рома. - Он не козел, у него рогов нет, - вступил в нашу беседу Айрон. - А ты хочешь наставить? – спрашивает Вова. - А нужно? - Я тебе наставлю! – не выдержал я. Короче, посидели еще немного и разбрелись по спальным местам. А утро встретило меня криком Лени: - Встаем, через час уезжаем! В дорогу, дорогу, дорогу, Дорогу дальнюю мы с вами ползем, И кажется, кажется, кажется, Погибнем раньше, чем ее найдем! Надрывался Ромка, наполовину высунувшись из окна. Сижу с Айроном на заднем сидении и улыбаюсь. Ленька сбился с пути. - Мы здесь не проезжали, - доносится голос Вовы с переднего сидения. - Знаю, - шипит водитель, осторожно объезжая выемки на земле. - Тогда куда ты нас везешь? – интересуется Света, стараясь затащить Ромку в Газель. - Товарищи, спасите меня от этой страшной женщины! Она меня последнего лишает, - визжит тот. - Чего? – спрашивает Айрон, подрываясь на помощь. Удерживаю его за талию. - Свежего воздуха! Кто-то вчера так нажрался, - все посмотрели на бледную Марину, лежащую на двух сидениях лицом к нам. – Что я боюсь отравиться парами! - Ромка, заткнись! – хрипит она, накрывая голову кофтой. - Правильно, спрячься, а то от вида твоей страдающей морды удавиться хочется, - парень, наконец, возвращается на сидение. - Так удавись! – из-под кофты. - Не могу. Меня Света воскресит и четвертует. Да и в аду слишком жарковато, а в рай меня не возьмут! - Почему? – спрашиваю я. - У ангелов конкуренция не в почете. Дорогу все же нашли и через несколько часов были в родном городе. - Айрона куда везти? – оборачивается Леня. - Ко мне домой. Он теперь со мной живет, - отвечаю я, приобнимая свое сокровище. - Вов, а тебя ко мне? - С чего это? – возмущенно. - Знаешь, после всего, что было, ты обязан на мне жениться! - Так, вроде, это ты меня… Значит, замуж взять, - говорит Вова. - Я рад, что ты попросил. Я согласен! – Ленька увернулся от кулака Вовы, заворачивая на мою улицу. - Пока, - попрощались мы, покидая гостеприимную машину. - Что ж, теперь самое страшное… - вставляю ключ, открывая дверь. – Мам, пап, нам нужно срочно поговорить!