Книжник, у которого нет сердца

Стоит ли верить в то, что судьба может подкинуть шанс, о котором мечтал больше всего на свете? Действительно нужно ли использовать этот шанс? Правда ли это сможет принести мне счастье? Хотелось бы верить. Несколько дней назад у меня дико разболелась голова, и я решил зайти к медсестре за таблетками. Я вошел в светлое помещение, в котором постоянно витали запахи медикаментов и уже было направился за спасительным болеутоляющим, как кое-что привлекло мое внимание. На одной из коек лежал юноша. Серебристые волосы и тонкая красная нить от проклятья ярко отпечатались в моем мозгу и собрались в комок, рухнули вниз, разбившись в груди стремительно расползающимся страхом. Аллен... Я подскочил к нему и больше не отходил ни на шаг, сколько бы меня ни пытались выставить за дверь. С тех пор прошло пять дней, а он все лежит на этой проклятой койке. Бледное тело вкупе с седыми волосами, что разметались по подушке, и светлыми ресницами, которые иногда чуть подрагивают, практически сливаются с белой комнатой. Кожа Аллена усеяна царапинами и синяками, на некоторые места наложены повязки. Но даже в таком виде он красив, а мне так нравится смотреть на него и знать, что сейчас эта возможность принадлежит только мне. Осторожно протянув руку, невесомо провожу ей над его щекой, почти касаясь кожи кончиками пальцев. Так близко... Ах, Аллен, я так хочу, чтобы ты был моим. За те дни, что я провел здесь возле твоей кровати, я успел о многом подумать. Я так долго держал в себе свои чувства, свою привязанность к тебе, ведь расскажи тебе об этом, ты скорее всего не понял бы меня, да еще и может стал избегать. Я каждый божий день думаю о словах Панды о том, что у книжника не должно быть сердца. Старик, я так облажался… Едва заметное движение, из-за которого мои пальцы все же коснулись щеки Аллена, вырывает меня из раздумий и заставляет испуганно отдернуть руку. Неужели мне с недосыпа снова что-то кажется? Протираю глаза и снова смотрю на фигурку, лежащую на кровати. И правда, я наблюдаю как Аллен слабо копошится, а затем разлепляет веки, даря мне взгляд сонный и усталый. Очнулся! Эта неожиданность делает меня до безумия счастливым, но я сдерживаюсь, и только немного улыбаюсь, наблюдая за ним, хотя секунду спустя все же провожу рукой по седым волосам. – Как ты? С недоумением покосившись на меня и пробежавшись взглядом по стенам помещения, Аллен хлопает глазами. – Ты... Кто ты? Эти жуткие слова, произнесенные его слабым голосом, словно окунают меня в до боли ледяную воду. Неужели он не узнает меня? А может у него амнезия? Если так, то насколько много он забыл и вспомнит ли? Несколько мгновений спустя я собираюсь с силами и пытаюсь задавить комок, застрявший в горле. – Я… Лави. Книжник. И твой близкий друг, – произношу я спокойно, надеясь, что голос не выдаст того, что у меня на сердце. – Странно, Лави… Я совсем не помню тебя.

* * *

Прошло уже две недели, но добрая половина нашего отделения Черного Ордена все еще остается шокирована потерей памяти Аллена. Смотритель Комуи наказал ему много отдыхать, а мне - присматривать за ним в свободное время, чему я несказанно рад. Линали, сильно беспокоящаяся за состояние Аллена, часто нарушает наше уединение. Юу как ни в чем не бывало ходит темнее тучи, никак не отреагировавший на случившееся со «шпенделем». Кроули иногда заходит в комнату к Аллену, и все его визиты заканчиваются громкими рыданиями о несправедливости судьбы, а потом я его вытаскиваю за дверь, получая полный благодарности взгляд Аллена. Он не помнит ничего о Черном Ордене, и я теперь, как только могу пытаюсь заполнять те пустые ячейки, которые раньше были его воспоминаниями. Я провожу довольно много времени с ним, намного больше чем раньше. Чаще всего мы находимся в его комнате, иногда я там даже занимаюсь делами, поэтому внушительная куча книг, бумаг и предметов для письма перекочевала туда. Поначалу я всегда сопровождал Аллена в здании Черного Ордена, и он потихоньку запоминал те вещи, что уже освоил когда-то. Сейчас , когда он уже ориентируется здесь, я все равно хожу с ним, под предлогом, что боюсь, что он заблудится, хотя на самом деле я просто рад каждой минуте, проведенной с этим парнем. Порой я чувствую укол совести из-за моих мыслей о том, что я стал счастливее, потому что Аллен потерял память. Но ведь теперь я могу видеть его больше чем обычно, прикасаться к нему больше чем обычно… Главной опорой и лучшим другом для него несомненно теперь являюсь я.

* * *

– Лави, смотри, Канда идет! – восклицает Аллен, расширив и без того огромные глаза, и перегибается через перила балкона, отчего Тимкампи чуть ли не падает с его плеча. – Давай над ним подшутим? И улыбается так чисто, совсем по-детски, как будто в его жизни не было ничего такого, от чего взгляд тускл, а по ночам мучает бессонница. Весело усмехаюсь, наблюдая за ним. – Смотрю, с меня пример взял. Раньше ты таким проказником не был, – проводив взглядом зашедшую в здание Ордена фигуру Юу, смотрю на Аллена, на лице которого тут же появляется некоторая растерянность, что делает его неизмеримо милым, и добавляю. – Да ладно тебе, все нормально. Я так рад видеть его не в той жуткой больничной пижаме, а в привычных мне отглаженной белой рубашке, жилете, брюках и с лентой на шее, которая всегда казалась мне очень симпатичной. При промелькнувшей мысли о том, как я проводил время у кровати Аллена в больничном крыле, протягиваю руку к его волосам и ощущаю мягкость седых прядок. Приподняв брови, Аллен слегка смущенно поглядывает на мою руку, и меня одолевают сомнения - это же можно считать дружеским жестом? Прихожу к выводу, что моя излишняя нежность к волосам, похожим на нити серебра, которые я с наслаждением пропускаю меж пальцев, все же выглядит странной, и, нехотя опустив руку, отхожу на шаг, прикрываю глаз и подставляю лицо щадящим лучам вечернего солнца. Теплый ветерок приятно гладит лицо, и уголки губ сами по себе ползут вверх. Эх, а если помечтать, мы сейчас могли бы нежиться этим ветерком в обнимку или целоваться где-нибудь под деревом. Да, мы даже могли бы лежать на траве и искать облака, похожие на животных… – Лави, – тихий и вкрадчивый голос Аллена заставляет меня вздрогнуть и распахнуть глаз. Он стоит очень близко, устремив на меня серьезный взгляд больших серых глаз так, что становится не по себе. Я не заметил, как он подошел. Напрягаясь, сцепляю руки в замок. – Да, Аллен? – Скажи, мы давно лучшие друзья? – Да, – невольно отвожу взгляд. Неприятное ощущение того, что я вру любимому человеку, который сейчас так доверчив и беззащитен, ворочается у меня внутри, но я тут же его отгоняю прочь. Ну, подумаешь, лучший друг и непостоянный напарник – разница небольшая. – Тогда, быть может когда-нибудь я тебе говорил... – он на пару секунд замолкает и с некой застенчивостью в глазах потирает ладони друг о дружку, чем приводит меня в замешательство. - Мне кто-нибудь нравился? Опешив от такого вопроса, стараюсь сохранить внешнее спокойствие, в то время, как паника внутри буквально рвет все на части. До потери памяти Аллена мы с ним были не сильно то близкими друзьями, однако, из своих источников я узнал, что он имел симпатию к Линали. Я теперь скорее убьюсь, чем скажу ему об этом. – Да нет, не говорил, – как можно естественнее отвечаю я, пожимая плечами. – А.. ладно, – краем глаза наблюдаю, как он, слабо улыбнувшись, вновь опирается ладонями на перила балкона и устремляет потускневший взгляд на заходящее солнце. Тимкампи, видимо почуяв изменение в настроении хозяина, заметно поник и расплылся по его плечу. Значит, тебе так одиноко, раз ты задал этот вопрос, Аллен? Интересно, так же как мне? Мы стоим так близко друг к другу, что я могу дотянуться до его тонких красивых пальцев своими. Но вместо этого... – Всегда любил закат. Но здесь он особенно красивый, – закидываю руки за голову и широко улыбаюсь. Черт.

* * *

Теперь приходится больше заниматься работой книжника. Мое халтурство закончилось , когда я почувствовал, что взгляд старика вот-вот прожжет во мне огромную зияющую дыру. После этого, он принялся отчитывать меня, сказал, что я вконец обнаглел и Аллену отдаю слишком много времени, поэтому стал хуже учиться, и что вообще я балбес. С мыслью, что не стоит испытывать терпение Старшего книжника, я запасся бумагой и письменными принадлежностями и обложился стопками книг. Отвлекшись от монолога старика, я перевожу взгляд на хрупкую седоволосую фигурку за окном. Что-то внутри меня радостно трепыхается, ведь за прошедшую неделю я видел Аллена лишь пару раз в столовой, и мне показалось, что он странно себя ведет. Чуть наклоняюсь к окну, пытаясь лучше рассмотреть мальчика. Сероватый цвет его лица, синяки под глазами и усталый вид пробуждают мое беспокойство. Как только у меня появится свободное время, нужно будет тут же найти его и расспросить, вдруг что случилось... – Дуралей, ты недостаточно стараешься, чтобы стать хорошим книжником! Лави, слушай, что тебе говорят! - подскакиваю на стуле от громкого скрипучего голоса. – Да, Старик, я Вас слышу, только не орите… Собравшись с мыслями, устремляю все свои силы на работу над исторической информацией.

* * *

Обжигающая капля коснулась моей руки. Вздрогнув и открыв глаз, я рефлекторно смахиваю раздражитель с кожи - воск со свечи, осматриваю своё окружение - комоды, забитые книгами, прибранные письменные столы. Внимание привлек яркий свет за окном, сощурившись, я разглядел луну и мерцающие звезды. Поднеся подсвечник к лицу, тушу язычок пламени. Пора отправляться в свою комнату. Интересно, который сейчас час? И угораздило же меня заснуть в библиотеке, - отчитывая сам себя, иду вдоль темного коридора. По всей видимости, время уже давно перевалило за полночь - ни одной души не подвернулось по пути. Точно путешествуя, вдоль холодных коридоров и лестничных проемов, вдруг осознаю, что за какие-то пару лет, эти стены для меня стали родными. Мне здесь нравится абсолютно все: от мелких трещин в сером полу, до разгулявшегося сквозняка. Шаги гулким эхом отскакивают от каменных стен и разносятся по пустынному помещению, но кое-что вдруг заставляет меня остановиться и прислушаться. Уже было решаю, что мне показалось, но через секунду меняю свое мнение. Едва слышимые сдавленные стоны и жалостливый шепот доносятся из-за двери одной из комнат экзорцистов. Отсчитываю количество дверей от ближнего конца коридора.. Это же комната... Да, несомненно, это комната Аллена. – Нет... Мана... - полный страданий и, кажется, слез голос, после чего раздается всхлип, это подтверждающий. Множество мыслей прокручивается у меня в голове, прежде чем я делаю несколько шагов к двери и толкаю ее – не заперто. В лунном свете комната Аллена прелестна, впрочем как и при дневном. Все прибрано и опрятно, исключением является только горка книг на столе. Она в том же состоянии, что была в последний мой визит. Наверное, Аллен решил не трогать ее, чтобы случайно чего не перепутать. На кровати в углу, скрючившись и сомнув простыни, лежит сам Аллен. Я медленно приближаюсь, заглядывая в его лицо. Веки плотно сомкнуты, меж бровей залегла морщинка. Неуверенно тяну руку к его плечу, но на полпути испуганно отдергиваю от внезапного крика. – Нет! Оставьте… Оставьте меня в покое! – его голова мечется из стороны в сторону, и я, не выдержав, хватаю за плечи и разворачиваю к себе бьющееся тело. – Аллен… Аллен! – пытаюсь разбудить, но он только сильнее начинает брыкаться. – Ах, черт! Быстро окидываю взглядом комнату в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить мне помощью. – Я не хочу это видеть! Не хочу! – не на шутку разбушевавшийся во сне Аллен ,неожиданно для меня отвешивает мне отменный пинок коленом в бок. С тяжелым вздохом мне приходится взять Аллена за грудки и как следует встряхнуть, и, о чудо, он обмякает и наконец открывает глаза, фокусируя на мне взгляд серых радужек. От этого я чувствую облегчение, но страх не покидает меня, оттого так беспокойно смотрю ему в глаза, нависнув сверху. – Аллен.. это я, – тихим неуверенным голосом зову его. – Лави… Седые брови изгибаются в удивлении, а глаза чуть округляются, и страх внутри меня постепенно рассеивается, а затем и вовсе исчезает. Он меня помнит, что уже хорошо. Позволяю себе убрать прилипшие от пота волосы с его лба, но, встретив его ошеломленный взгляд, отстраняюсь, отсаживаюсь на край постели. Чуть качнув головой, Аллен поднимается на руках и облокачивается о спинку кровати. - Ты кричал во сне, – произношу я осторожно, но вижу, как Аллен тут же отводит взгляд в сторону и явно напрягается. Сейчас он достаточно близко, и я могу рассмотреть насколько большие синяки под глазами на мальчишеском лице, а кожа в темноте мертвенно бледная, почти прозрачная. – Дружище, ты ужасно выглядишь. Сколько ты не спал? – Пошла вторая неделя, – Аллен, бессильно опрокинув голову назад, упирается взглядом в потолок. – Каждую ночь снятся кошмары, из-за них невозможно нормально спать. Черт! И почему я раньше не нашел чуточку времени, не подошел, не спросил? Видел же, что с ним что-то не так. Этот мальчик так важен, а я.. Мое существо стремительно переполняется чувством вины перед Алленом. – Тебе нужно было сказать мне об этом, – подавляю желание смахнуть еще не высохшие слезинки с его белесых ресниц. Аллен, выпрямившись, переводит на меня взгляд. – Я же видел, как ты был занят, не хотелось тебя напрягать. Это я тут сижу каждый день без дела, а ты и все остальные работаете, – в его голосе я улавливаю горькие нотки отчаянья. Как же сложно видеть Аллена таким. – Ты должен был рассказать мне! Я же… твой лучший друг! – смотрю в упор, а сердце выбивает шальные ритмы. У меня едва не вырвался альтернативный вариант концовки фразы! Надеюсь, он не заметит этого звука. – Прости, Лави, ты прав, - он кратко кивает, и я готов поклясться, что даже вижу еле заметную улыбку на тонких губах. Не могу проигнорировать свое любопытство, прямо как луна, которая так заинтересованно заглядывает в окно комнатушки. Усевшись удобнее, я начинаю свой допрос. – Так все-таки, что тебе снится? Чего ты так боишься? – наблюдаю, как мальчик, взяв в руки край простыни, нервно сминает его в пальцах и смотрит прямо перед собой, явно задумавшись о чем-то. После минутного молчания, все же нарушаю тишину. – Аллен? – Знаешь же, я могу видеть души акума, – хорошо видно, что ему нелегко говорить об этом, – Так вот… для экзорциста звучит глупо, но… я боюсь их. Аллен старательно пытается избегать моего взгляда, а я никак не могу скрыть удивление, которое вырывается с напряжением в голосе: – Так тебе акума снятся? – Да. Каждый раз я будто цепенею, когда вижу их во сне. Не представляю, что будет со мной, когда окажусь рядом с настоящими, – Аллен кидает на меня полный печали взгляд. – Не думаю, что смогу теперь работать экзорцистом. Неужели все настолько плохо? Честно говоря, я даже боюсь. Осторожно отпускаю руку на его плечо. – Не делай поспешных выводов, может все образуется, – приободряющее подмигиваю, и Аллен слабо пожимает плечами. Некоторое время мы сидим в абсолютной тишине, и мои мысли потихоньку начинают затягиваться липкой пеленой сонливости. – Думаю, мне пора, – поднявшись с теплой постели, потягиваюсь, ощущая, как хрустят спинные позвонки, и делаю шаг по направлению к двери. – Постой, – Аллен вдруг подскакивает на кровати, что заставляет меня удивленно приподнять брови. – Мне совсем не спится. Может, сыграем в покер? – Хочешь раздеть и обчистить меня? Ну уж нет, спасибо, – усмехнувшись, делаю еще один шаг. – А может тогда в домино? – Да какое домино посреди ночи? – не оглядываясь на Аллена, тянусь рукой к дверной ручке. – Стой! А в города? – В города? Ты серьезно, Аллен? При всем моем желании… – Пожалуйста, только останься! – он почти кричит, и я, наконец, оборачиваюсь. Протянутая рука, мольба в глазах. Кажется, если я сейчас открою дверь, он точно вскочит с кровати и побежит за мной. Данная ситуация кажется мне такой нереальной, что у меня проскальзывают мысли о том, что скорее всего я все еще сплю на столе в библиотеке. – Лави, – осторожный голос подтверждает правдоподобность происходящего и напоминает мне о том, что я вот уже пару минут молча стою, держась за дверную ручку. – Мм? – похлопав глазом, обращаю внимание на Аллена. Отведя взгляд в сторону, он хмурится, решаясь сказать что-то определенно затруднительное для него. – Ты можешь... можешь сегодня поспать со мной? А то я боюсь, вдруг опять… Замерев, кидаю взгляд на односпальную кровать Аллена, и сердце снова начинает учащенно биться. Спать с Алленом в одной тесной кровати, о чем он сам меня попросил. Я и не думал, что такое может на самом деле произойти! Как же хорошо, что я сегодня заснул в библиотеке. Взволнованный его просьбой, через секунду уже стягиваю сапоги, после некоторых раздумий, штаны повисли на спинке ближайшего стула. Ступая босыми ногами по ледяному полу, подхожу к кровати и ложусь под одеяло рядом с подвинувшимся Алленом. Чуть поворачиваю голову и почти утыкаюсь в седую шевелюру. – Ты не бойся и засыпай. Если что.. я рядом. Несколько минут я краем глаза наблюдаю, как Аллен, закрыв глаза, хмурит брови и время от времени вздыхает, но потом его лицо лишается напряженности и беспокойства. Заснул. Осторожно перебираю пряди мягких волос. Когда Аллен несколько суток был без сознания, я часто так делал.