Ведьма и дракон.

— По-моему это очень плохая идея, Люси — дракон насторожено смотрел то на жуткую булькающую жижу, то на подозрительно улыбающуюся ведьму, что с хитрой моськой кота подпихивала ему деревянную кружку с этой пакостью. — Не будь бабой, Драг, проиграл значит пей! — Хохотнул Гажил, с громким стуком ставя на стол тяжелую кеглю пива.       Было непонятно, либо у этого мужика была такая грубоватая манера проявлять дружелюбность, либо он на дракона за что-то взъелся. С самого утра, как они познакомились и он проявил свои способности. Гажил его все время подкалывал, сверлил тяжелым взглядом или просто молча подсовывал деревянную бадью с выпивохой. Кстати, весь этот балаган и начался с этой самой выпивохи, а точнее с того, что он наотрез отказался пить алкоголь. За всю свою жизнь, если с позором признаться, Нацу не пил ничего крепче сока и был удивлен, когда увидел, что его пара, хрупкая девушка, почти одним глотком осушила половину здоровой кружки эля, а потом отсалютовав кузнецу, прикончила и вторую половину, прикусив все это помидором.       Нацу вообще не понимал, зачем Гажилу быть наемником, если он косил неплохие бабки на том, что ковал магическое оружие и спихивал за баснословные суммы те самые редкие амулеты, что позволяли попасть на другую сторону барьера. Оказалось, он славился лучшим мастером темного металла и к нему чуть ли не на год вперед записывались, чтобы получить клинок или нож магической закалки и то, у Гажила была легендарная репутация и природная натура сволочи, что позволяла либо приняться за заказ, либо послать кривой дорожкой на лысую гору. Хотя, судя по мерзкому характеру и пустой головушке, в которую задувался ветер через уши, мохнатый медведь жить не мог без адреналина и приключений на задницу и торчал в темной гильдии от смертной скуки.       И так вернемся к нашим баранам, а точнее к происходящему моменту. Все началось с того, что когда они спустились, а сияющая как гирлянда Леви ускакала за лифчиком нолевочкой и торжественно сжечь бинты, его уже поджидал Цербер в виде хмурой Люси, что прихватив Нацу за локоток утащила того к барной стойке. — Бухаем, братки. Это надо отметить! — Крикнул кто-то из толпы и зал одобрительно загудел. Теперь у них был на один больше поводов накушаться в хлам. — А ну заткнулись, бесы. Устроили с моей гильдии таверну — Гаркнул из-за барной стойки Макаров. Для такого маленького человека у него был довольно громкий голос, что громом раскатился в каждый уголок зала и навел тишину. Мастер был большой шишкой в маленьком теле, что имел связи в городе, распустив щупальца влияния начиная от трущоб и заканчивая дворцом Джерарда Темного, нынешнего правителя Темногории.       Макарыч был ворчливым дедом с хмурым взглядом, но у него было доброе сердце и он многим в этой гильдии был за отца. Гажила отмазал от приличного срока в тюряге, Кану покрывал от проблем из-за мошенничества и разгребал после Люси ее косяки, ну еще взял под крыло несколько беспризорников, не дав пропасть их душам на жестоких улицах или в Доме Терпения. Каждый в этом сброде уважал старика и хотя могли с ним общаться в свободной манере, все же потрухивали перечить. Вот и теперь они чинно уткнулись в свои кружки в пантомиме благопристойного поведения, ожидая пока строгий старик скроется в тумане своей берлоги. Нацу получив передышку от всеобщего внимания забился в угол самого дальнего стола, но как оказалось не на долго. Как только ворчун скрылся его тут же окружили. — А ты крут, чувак. Я конечно не беру мужиков, но твои способности могут быть полезны. Присоединяйся ко мне и у тебя будет столько цыпочек, сколько захочешь! — Заявил задиристый хипстер, одетый в том же же дурацком стиле что и Нацу, только без шапки на рыжей шевелюре. Он стоял в позе поп-звезды пальцем придерживая серединку зеленых очков, видимо чтобы не спали, а вторая рука держала локоть, для пущего эффекта. Это было произнесено таким тоном, словно работать с этим пижоном была высшая королевская награда. Судя по тому как на него зыркали окружающие эта манера не нравилась не только дракону. — Сгребись в туман, Лео. С тобой работать это пиздец вселенский. — Заявил лохматый парень, одетый как ковбой, с платком на шее. — Че там вякнул, мудак? — Взвилась одна из девушек, видимо, одна из «цыпочек» в команде этого самого Лео.       Началась шумиха и толкотня, дошло чуть ли не до поножовщины. Сначала это Люси забавляло, а потом сообразив, что так у нее умыкнут дракона из-под носа, встала в позу, выпятив пышную грудь. Нечего делить чужую собственность. — А ну рассосались, говнюки. Он мой, если присутствуют какие-то возражения, пойдем выйдем. — Она смастерила два фигурных фака, жестом показывая дорогу, куда они могут пойти отдохнуть. — Вот это трэш. Я за любой кипишь! — Хмыкнул Гаж, у которого уже почесывались кулаки. Наступила тишина в оценке происходящего. Связываться с этой отшибленной парочкой никому не хотелось. По чести, это была самая сумасшедшая и взрывная команда их гильдии, после которой всегда приходилось прибираться. Ну не умеют эти ребятки чисто работать, не устраивая настоящий хаос. Все взгляды устремились на Нацу, у которого было острое желание, чтобы его набалдашник стал шапкой невидимкой. За ним было окончательное решение. — Я буду работать с Люси. — Услышав это все разочарованно расползлись по своим местам. — Не помри с этой криминальной парочкой, парень. — Пожелал незнакомый, добросердечный парень и дракон подумал, что не тот ответ он дал. И вообще, этот город ему нравился все меньше. Он просто хотел забрать свою пару, но это оказалось не так просто. И еще ему чертовски не нравился лохматый мужик с которым он оказался в одной команде.  — Можно подумать вы ангелочки, разве что перышки не опадают. — Огрызнулась Люси, плюхнувшись рядом с Нацу. Все вроде бы улеглось, одни просто пили, другие перетирали косточки новенького, строя догадки откуда он такой нарисовался. К ним подсел Гажил и уже через полчаса, Нацу чуть не выл от «дружелюбных» подколов и плоского юмора темногильдийца. Тот все время подсовывал ему под руку кружку, так сказать, отметить. Нацу сначала игнорировал все попытки кузнеца, но когда тот поставил кружку перед носом. — Мало ли, может слепой и поэтому носит очки. — Я не пью спиртное. — Поставил его перед фактов парень с розовыми волосами. Взгляды присутствующих снова устремились на чудо дивное, а Люси забавно округлила глаза, мол что за ересь ты несешь. — Здоровье не позволяет. — оправдался он, пожав плечами. Он понимал, что выделяется среди этой разношерстной массы. Какая первая мысль, когда слышишь от человека что он не пьет? Конечно набухать в хлам, а потом поржать, безжалостно вводя в ряды пьющих. За эту благородную миссию взялась Кана, усевшись рядом с Гажилом напротив дракона и кинула на стол колоду карт. — Поиграем на желание?       Нацу понимал, куда это все катится и что это дурно попахивало, но не знал как выкрутится, чтобы не обидеть ведьмаков. Их все же по количеству больше, а Люси совершенно не собиралась ему помогать. Он бросил взгляд на белобрысую ведьму, но та откуда-то взяв кеглю эля глушила его как заправский моряк. Он усмехнулся, карты ему никогда не были страшны, а налаживать контакт с окружением все же нужно. — Но спиртное попадает под табу, иначе я не играю. — По рукам! — усмехнулась гаденькой ухмылочкой брюнетка, ловко тасуя карты, что казалось порхали в ее пальцах. — Слабак. — Хмыкнул Гажил, наблюдая за происходящим с напускным безразличием. — Джокер. Две попытки. — Дракон кивнул, она раздала карты и они одна за другой скрестись в настоящей битве за выживание. В конце они раскрылись. — Джокер. — Она самодовольно кинула на стол черного джокера и две дамы, что гарантировали ей победу. — Корона. — Безразлично ответил Нацу, раскрывая веер из трех тузов. Кана злобно оскалилась, а зал загудел. Их шулера уделал новичок. На такое эпичное зрелище народ сползся со всех уголков зала. На вторую попытку ведьма кинула все свои умения, но снова продула, ее вольта и даму накрыли король и дама тех же мастей. — Кажется, нужно поменять колоду, там семерка червей и два туза мелькали два раза. — Заявил он, а Альберона уронила челюсть под лавку. Он просто запомнил все карты, которые скидывались по ходу игры, знал какие карты у соперника и собирал большую комбинацию. Но это же мошенничество чистейшей воды. Это же какие надо иметь мозги, чтобы зафиксировать и обработать столько информации за пару минут? Присутствующие в зале уже хотели выкупить у Люськи дракона в рабство или переманить печеньями на свою сторону. — А теперь желание. — Нужно было придумать что-то щадящее. — Спой свою любимую песню.       Но похоже, это вызвало обратный эффект. Гажил подавился, выплюнув фонтаном свою горючую жидкость прямо в Люси, что от неожиданности шлепнулась с лавки, а все свидетели покатились с хохоту, просто представляя поющую Кану, умирая от колик в животе. Брюнетка зло оскалилась и под ее рукой пошла трещинка на древесине. Бля, опять он все испортил. — Ну что, сейчас спою. — Она набрала в свои пышные формы побольше воздуха и зал наполнили ужасные звуки, отдельно напоминающую песенку о мертвой невесте. Даже музыки не надо было, настолько жутко это звучало. Зал опять скосило припадком смеха. Бедняжки даже утирали слезы, отчеканивая в памяти эти редкие минуты. — А теперь сыграем в лото, чтобы были равные шансы. — Вот теперь у него точно не получится просчитать случайные цифры невидимых бочонков. Здесь все решала удача, и его фантастическая память тут не помощник. — Как хочешь. — Он пожал плечом, но все внутри сжалось от наступающего на хвост пиздеца. Кто-то шуриком притащил мешочек с лото и вокруг стола собралась большая толпа, затаив дыхание в ожидании нового веселья.       Нацу не везло, удача повернулась к нему своей толстой задницей и он продул в сухую, закрыв только половины двух карточек. Кана же улыбалась как дьяволица, разве что рожек кровавой мести не наблюдалось. Мужики,не злите женщин, если хотите остаться в живых и с целым мужеством. К сожалению, Нацу познал эту истину слишком поздно. — Люсечка, сваргань-ка нашему гостю зелье правды. Пусть выпьет, раз по здоровью выпивоху ему не положено. — Люси на это улыбнулась своей фирменной улыбкой и мухой скрылась за дальними дверями. — Что еще за зелье правды? — Нервно спросила его улетающая душа, эти заговорщицкие переглядывания не сулили ничего хорошего. — Не бойся, парень, ничего страшного там нет. Просто это зелье вытаскивает наружу все твои потаенные эмоции и человек говорит и делает, то чего на самом деле хочет. Хорошая штука, но запрещенная и на каждого действует по-разному. — Доброжелательно проявил ситуацию толстяк в испачканной красками рубахе.       От этого пояснения стало не лучше, особенно если зелье в исполнении катаклизма Хартфилии. Кстати, вот и она, пакостно ухмыляясь, несет большую деревянную кружку. Он настороженно посмотрел на булькаящую сероватую жидкость, что поставили перед его носом. Хреновая это идея, очень хреновая, что поспешил озвучить дракон. Эту дурно пахнущую пакость даже на пороге смерти пить не хочется. Но все было против него. И правда, проиграл так проиграл, останется Землисия без будущего короля. А может избранник Венди станет достойным правителем, а ему на могилку будут приносить одинокие лилии. Зажав нос он залпом выпил вонючую дрянь, что отдавала горькими травами. Уж лучше он выпил пива, когда ему предлагали. — Слышь, Люси, а что ты туда намешала, что оно такое мерзкое? Оно не должно быть таким серым. — запоздало поинтересовался Танцор, самый заправский вор во всей гильдии. Он то разбирался в этой мишуре и это зелье ему показалось подозрительным. — Да так, немного опиума, чертышника и бараньих ушек... — Пожала плечом Люси. — Сдурела? Какой опиум? Опят надо было, идиотка! — Испугано округлила глаза Кана. Черт, она забыла, что этой катастрофе ничего доверить нельзя. Все испуганно посмотрели на обмякшего Нацу, что поцеловался со столом, растекшись медузой и обнимал кружку. Его разум уплыл, оставляя тело без присмотра. — А что? Названия похожи, перепутала. — Он там хоть живой? Надо бы пульс проверить. За труп нам Макарыч задницу на уши оденет. — Пробормотал один из свидетелей жестокого отравления. Но труп неожиданно выпрямился, покачиваясь как зомби и на бледном лице расплылась демоническая ухмылка. Очки сползли, оставшись трофеем на столе, а в желтых змеиных глазах плясал адский огонь. — Ну что, господа, гуляем до отпада? — Он поднял руку и она загорелась как факел, вызвав всеобщее охуение.       Говорил же он Люси, что это была хреновая идея, вот пусть и разгребают.