Привычка умирать еще раз

Ему не хотелось уснуть — мысли о ней постукивали у него в голове как каблучки по паркету школьной столовки, отзываясь острой болью. Он держался руками за голову, зарываясь пальцами в волосы и тянул их, будто стараясь их вырвать. Только боль от его нервных движений не могла заглушить тревогу. Комок в горле не распускался, а сбитое дыхание только ухудшало его самочувствие, и Стайлзу казалось, что еще немного и он отключится от недостатка кислорода. Только момент этот все никак не наступал, и ему приходилось продолжать сходить с ума, дожидаясь утра, когда ему придется вставать и заставить себя функционировать. Он не должен был так паршиво переживать обычную ссору. Каменный взгляд Лидии и сухой тон ее, которым она попрощалась с ним, не давали ему покоя, и он бесился еще больше от того, что из-за пустяка уже второй час не может прийти в себя. Она бы забыла обо всем уже завтра вечером и поговорить с ним бы снова захотела - за два года отношений он успел выучить ее реакцию и привычки наизусть. Но что-то внутри него - то ли иррациональный страх потерять ее, то ли привычка находить трагедию в любой мелочи, а может все вместе - не давало ему успокоиться, и он продолжал задумываться о каждой мелочи, сопровождающей их разговор, стараясь понять - в чем заключалась проблема. Он так и не понял, почему она разозлилась. Его неопределенность эта выводила из себя больше всего. В последнее время Лидия все более нервной становилась и срывалась без видимых Стайлзу на то причин, и он сходил с ума, стараясь убедить ее поговорить с ним открыто и не скрываться от него. Ему казалось, он теряет ее все больше и больше с каждым проходящим днем. Что-то происходило. Она просыпалась все чаще от кошмаров, отрывисто дыша и с глухим стоном его имени на губах. Он каждый раз просыпался от ее звуков, приносил ей теплую воду и мягко обнимал ее, убаюкивая пока она бы снова не заснула. В первые пару раз он пытался поговорить с ней об этих снах, но ее холодный взгляд и сухой тон сопровождали каждую его попытку, и ему пришлось в итоге сдаться. Он не мог отвертеться от мысли, что сны эти были о нем, и являлись источником недовольства Лидии, только узнать — чем именно он провинился в ее снах, у него не получалось. Она всегда возвращалась после ссор — обнимала его и целовала в шею — как будто ничего не случилось, а он встречал ее с распростертыми объятиями, не ожидая никаких объяснений. Сегодня она разозлилась, когда он сказал, что у джипа мотор барахлит, и надо бы отнести его на ремонт. На ее предложение — купить новую машину и отказаться от джипа, он ответил сведенными бровями, что вызвало ее бурную реакцию. Она прокричала что-то, и отказавшись выслушать его, заявила, что заночует у себя дома. Стайлз ненавидел то, что она продолжала арендовать это чертову квартирку, стены которой видели свою хозяйку только в те дни, когда они ссорились. В последний месяц таких дней становилось все больше. Тревожность нарастала и с каждой секундой он чувствовал, как боль все больше пронизывает его мышцы, и оставшиеся крупинки энергии покидают его. Он закрыл глаза — не в силах больше держать их открытыми, и из последних сил старался выровнять дыхание. Когда ему показалось, что еще пару минут и он уснет, телефон завибрировал, отозвавшись в его голове легкой болью словно от маленьких иголок, постукивающих под ритм его сбившегося дыхания. Сообщение было от нее — она наконец решила ответить на его «напиши, когда доберешься до дома, пожалуйста» — и трех часов не прошло. Ее «я в порядке. дыши пожалуйста» вызвало у него неконтролируемый смех: она знала его слишком хорошо. Он набрал ответ дрожащими пальцами: «стараюсь. поспи ты хотя бы немного», и выронил телефон, стараясь положить его на место. Она ответила раньше, чем он успел бы поднять телефон, пожелав ему спокойной ночи. Он ответил тем же, добавив короткое «люблю», и почувствовал как смесь грусти и теплоты наполняют его тело, восполняя место тревожной боли, не отпускающей его до сих пор. Он зарылся головой в подушку и громко выдохнул, почувствовав легкое облегчение. Она вернется завтра и он попытается поговорить с ней о ее снах еще раз. Все будет хорошо.