Никогда не спрашивай, почему я улыбаюсь 3

— Давно ты тут за мной подглядываешь? Я слезла с трупа Генриха и с силой вонзила нож в землю. — С того момента, как ты его целовала, — слегка ревнивым тоном произнес Джефф. — И ты не мог вмешаться? А если бы он меня убил? — Но не убил же. Тем более, я не хотел лишать тебя такого удовольствия. Я же видел, что тебе было прямо в кайф обмениваться слюнями с этим парнем. — Это была импровизация. А если ты ревнуешь, так и скажи. А то я себя чувствую совершенно безнаказанной, целуясь со всякими первыми встречными парнями. — Ты хочешь, чтобы я открыто сказал, что ревную тебя? — Я же сказала. — А ничего больше тебе не надо? Или может быть тебя еще и приветствовать поклоном? — Я бы не отказалась. Я отвернулась от Джеффа, равнодушно откинув волосы. Нужно избавиться от трупа. Я скинула холодеющее тело с гроба, хотела вытереть кровь, но всего лишь размазала ее по стеклянной крышке гроба, которая… треснула? Я повернулась, чтобы сказать об этом Джеффу и столкнулась с ним нос к носу. Точнее, уткнулась носом в его грудь. Какого черта он так незаметно подходит? Или хотел застать меня врасплох? — Не отойдешь от меня? — я хотела отодвинуться, но назад идти было некуда, а по бокам Джефф загородил мне проход руками. — Не отойду, — он наклонился ко мне. — Ну не тут же, черт возьми! И не сейчас! Отвали от меня! — я закрыла голову руками. — Подними голову и посмотри на меня, — приказным тоном произнес Джефф. — Лучше посмотри на трещину на крышке гроба, — сказала я, продолжая закрываться руками. — Какую трещину? Я повернулась и указала на трещину на стекле, через которую внутрь гроба понемногу просачивалась кровь. — Хм… это… — Интересно? — подсказала я. — Забавно, — поправил он. — Почему? — Потому что мне смешно наблюдать, как кровь этого парня, которого ты еще несколько минут назад целовала, — ох, ну опять он об этом! — сейчас капнет моей сестре в рот. Это будет выглядеть так, как будто она пробуждающийся вампир. — Ну да, смешно, как же. А тебе в голову не приходила такая мысль, что можно расколоть крышку дальше? Что можно открыть этот чертов гроб? Джефф, прищурившись, посмотрел на солнце в небе. Я только сейчас заметила, что в этой сказке постоянно светит солнце и нет ни одного облачка. А чего туда Джефф уставился? — Эй, так и будешь игнорировать мой вопрос? — сказала я, устав ждать, пока Джефф ослепнет, глядя на солнце. Слишком уж он долго смотрел на светило. Может быть он ждал какого-то тайного знака? Ага, например, инопланетян! — Вика, ты никогда не думала, что всего этого могло не быть? — Ну, может быть… а чего это ты расфилософствовался? Тебе нехорошо? — Все ведь началось с твоей матери. Если бы не она, твоя жизнь могла повернуться иначе. Ты была бы счастлива, никогда бы не встретила меня. Ты бы думала, что я просто тот, кем пугают непослушных детей. Ты бы завела семью, детей. А из-за меня ты лишилась всего этого, если ты не сможешь покинуть этот фальшивый мир, то умрешь через пять лет… или даже не умрешь, а просто будешь в вечном сне, в вечном небытие… ты не винишь меня разве за свою жизнь? Я ведь разрушил ее. — Джефф, — я положила руку ему на плечо. — Не вини себя, я по-любому вляпалась бы во что-нибудь. Меня ведь всегда тянуло к разным приключениям. Даже моя неугомонная задница умоляет, чтобы я остепенилась. — То есть, ты считаешь, что я не виновен в том, что твоя жизнь такая? А вот этот вопрос застал меня врасплох. Не знаю, с одной стороны Джефф, конечно, виноват, но я абсолютно не злюсь на него. По крайней мере, сейчас. Но вот сейчас я подумала о том, что было бы, если бы мне предложили выбор: исключить из моей жизни Джеффа или продолжить жить, как живу. Выбросила бы я его из своей жизни? «Мне тоже интересно, сделала бы ты это», — сказочник опять решил поговорить с нами или… только со мной? Я посмотрела по сторонам, Джефф не двигался, не моргал. Не было слышно ни единого звука, как будто время остановилось… В сторонке стоял сам сказочник и покачивал пером в руке. — Вы читали мои мысли? — В моей книге это не составит труда. Я мог бы управлять всем этим, даже ходом ваших мыслей. — Так это вы заставили говорить Джеффа всю эту муть? — Нет, я просто мог бы. Но не стал. И не буду. Куда интереснее просто наблюдать за вами, как за зверями в зоопарке. — Спасибо за сказочное сравнение, — мрачно ответила я. — У тебя, наверное, возникло много вопросов ко мне? — сказочник отпустил перо, и оно растворилось в воздухе. — Я готов ответить на все. — Хорошо, тогда начну с того, что… какого черта ты всунул сюда Рину? Зачем усыпил ее? Зачем поддался уговорам Джеффа и отправил его сюда? И мне нужно все знать об Оффендере. Джефф его явно знает, но откуда? Что их связывает? И… — Погоди, не так быстро! Для начала, отвечу на твой первый вопрос. Рина здесь для остроты сюжета. По ходу написания книги я добавляю сюда детали. Вы с Джеффом можете превратить мою книгу в мелодраму или порнушку при желании, а мне нужна сказка. Не очень добрая сказка, но все же… — он развел руками в стороны, в его кармане я успела выглядеть перо, растворившееся в воздухе. — Как только вы разбудите Рину, она переместится обратно в реальный мир. Живой и невредимой. Только вот я передумал насчет ее пробуждения. Не Рэй её разбудит. У него тут теперь другая миссия. — Какая? Или это секрет? — Нет-нет. Для тебя не секрет. Рэй взял твой волос для того, чтобы наложить на тебя заклятие. Чтобы ты любыми силами не смогла покинуть этот мир. А то Джефф прямо горит желанием тебя вытащить отсюда. Но ты ведь уважаешь нашу сделку? — Да. Но… — У меня дела. Некогда слушать все, что ты скажешь. Только самые важные вопросы. Ты, кажется, хотела знать об Оффендере? — Верно. И мне нужен ответ еще на один вопрос. Но это потом. Сказочник усмехнулся и посмотрел на меня, как на обнаглевшую вконец мелкую зверюшку. Насмешливым и одновременно возмущенным взглядом. — Хорошо. Оффендер брат Слендера. Ты ведь знаешь, кто это? — Да. — Джефф однажды поцапался со Слендерменом, в итоге, победила дружба… точнее, наоборот. Сейчас оба брата Слендера ненавидят Джеффа, а он их, — а вот это надо будет подробнее спросить у Джеффа. — Оффендера я поместил в эту книгу из-за его розы. Представляешь, он предлагал ее мне! — Я немного не понимаю, но ладно. — А это ты потом узнаешь. По сценарию, он предложит розы и тебе. А ты… ну, это ты сама потом узнаешь, — сказочник загадочно ухмыльнулся. Можно считать, что я ответил на твой вопрос? — Думаю, что можно. И самый последний вопрос. Ваша книга. Эта книга. Что вы собираетесь с ней сделать? Издать? Или она будет пылиться на полках библиотеки? — Не ожидал от тебя такого вопроса. Но отвечу. Все равно ты останешься здесь. И никому не расскажешь. Ведь так? — я осторожно кивнула, мне на секунду показалось, что я героиня фильма, которую злодей просвещает в свой злодейский план, зная, что она, то есть я, никуда не денется и никому ничего не скажет. — Однажды я превращу свою библиотеку в книжный магазин и привлекут туда много покупателей. Они будут читать мои книги и… они попадут туда. Все. В одну большую книгу. Это будет моим величайшим проектом. — Какое… коварство. — Я буду управлять людьми, как пешками. Это будет моим кукольным домиком. Или театром марионеток. — Сумасшествие! Как вы поместите туда абсолютно всех, людей, читающих книги? А если они их просто купят, но не станут читать? — На все мои книги будут наложены заклятия. Каждый, чьи глаза пройдутся по их строчкам, окажется там. Я прямо чувствую себя злодеем! — А это так и есть, — пожала плечами я. — Зачем это идиотство? Толпы предсказуемых марионеток, которые все делают по указке. Это неинтересно. Глаза сказочника вспыхнули. Мне кажется, что он разозлился. Как мне нравится иногда злить людей. Но сейчас я выбрала для себя цель и очень надеялась, что сказочник не прочитает мои мысли, иначе план полетит к чертям. — Но я бы не сказала, что вы прямо вот злобный злодей. Что-то среднее. Я подошла к нему, сохраняя спокойствие на лице. — Ты пытаешься меня задобрить? — Когда я хочу задобрить человека, я его обнимаю. Я кинулась обнимать сказочника, демонстрируя наглядно свои слова. Ну, и свое дружелюбие. — Фу, уйди от меня, — он толкнул меня от себя, но только этого мне и надо было, я уже сделала, что хотела. — Так я же по-дружески! — обиженно сказала я, засовывая в задний карман брюк украденную вещицу. Воровать не плохо. Если это очень нужно. Например, мне сейчас очень нужна была эта вещь. Только бы я не ошиблась в своих предположениях. — Вот Джефф узнает… — Я при нем целовалась с другим парнем. И я пока что жива. — Молодая ты еще, глупая. Он готов прямо сейчас броситься на тебя и зарезать, а потом спрятать твой труп и рыдать над ним сутками. Джефф просто делает вид, что ему наплевать, но он глубоко там, — он прислонил руку к груди. — Держит обиду и жаждет присвоить тебя себе. Но он слишком горд, чтобы признать свою ревность и любовь. — Ну… эм… я… хм… а… У меня просто не было слов, поэтому я могла произносить лишь какие-то странные звуки. Мне кажется, что если бы тут рядом сидел младенец, он бы понял то, что я хотела сказать. Потому что сейчас я говорила на языке маленьких детей. — Я сказал уже больше, чем должен был, — сказал сказочник. Он говорил это с улыбочкой, усмехаясь над моей реакцией на его слова. — У тебя больше нет вопросов? Думаю, что нет. До встречи, дорогуша, — он, не дожидаясь ответа на свои слова, исчез. — Ну спасибо за честность, что ли. — В смысле? — спросил Джефф. — Тут был сказочник… он остановил время. Чтобы поговорить со мной. — И что же он сказал? — Ничего особенного. Джефф, слушай… прости меня. Может я не должна извиняться, но я иногда веду себя так, как девушка, у которой нет парня. — А у тебя разве есть парень? — ехидным тоном произнес он. — А ты себя уже не считаешь моим парнем? — А ты? Я закатила глаза. Он прямо как ребенок! Джеффу больше двадцати, но ведет себя так, как будто ему десять. — Да! Считаю! И только попробуй мне возразить или выдать какую-нибудь колкость или остроту!!! Джефф рассмеялся и крепко обнял меня. Ой, он такой теплый! Только сейчас до меня дошло, как я замерзла. На улице светило солнце, было лето, но нереально холодно. И сейчас я просто таяла в его теплых объятиях. Жалко, что это продлится не так долго. — Хорошо тебе, тепло? — усмехнулся Джефф. — Ага. Ты такой тепленький, — я уткнулась носом в его грудь. — Мир создан для страданий, — он отошел от меня. — Мерзни, солнце мое ясное. — Садист! — я вздрогнула. Джефф в очередной раз захохотал. Но вдруг мы услышали треск. Мы повернулись на звук и увидели, что по крышке гроба пошла длинная трещина. Прямо на наших глазах она готова была расколоться. — Что это? — Джефф хотел подойти, но я остановила его. — Смотри, это кровь. Туда, куда она течет, стекло трескается. — Ну, неплохо, — он все же подошел к гробу и стал доламывать крышку. В общем, минуты через две, стеклянная крышка гроба, расколотая на несколько частей, валялась на траве. — Теперь мы разбудим мою сестру и вернемся в реальность, — радостно произнёс Джефф. — Слушай… я как бы… не вернусь. В любом случае. Потому что сейчас, пока мы тут разговариваем, Рэй делает заклятие на то, чтобы запереть меня здесь. Навсегда. — Рэй, — со злостью прошипел Джефф и кинулся вглубь леса.