Огонь изумрудного леса

      Астра сидела у окна, закутавшись в старую, местами потёртую шаль, и всматривалась в бескрайние равнинные просторы, уходящие в небытие. Ей нравилось наблюдать за восходом солнца — смотреть, как небо окрашивается в бронзовый цвет, а из-за горизонта выплывает огромный, слепящий глаза, диск багрового гиганта. Каждое утро девушка встречала его в надежде увидеть конец этому беспросветному кошмару, что терзал её уже, наверное, почти вечность. Но сегодня осенний промозглый туман укрыл голое, безжизненное поле. Он не пропускал ни единого лучика, закутав небо в серую пелену. Подруга осень доживала свои последние деньки, отбирая последнюю надежду.       Казалось, непроглядное марево поглотило само время, так тихо было вокруг. Только неясные очертания маленького городка проглядывали вдалеке. Певчие птицы уже давно улетели из этих краёв в поисках тёплой зимы, жители не затопили ещё печи в домах, даже петухи не заголосили, разнося свою песню далеко по равнинной глади. После последнего засеянного мешка пшеницы, город словно замирал в ожидании весны и сбора урожая. Зимой тут почти нечего было делать, многие уезжали в столицу, поэтому улицы и дома почти всегда пустовали.       Откинув назад свои золотисто-рыжие волосы, Астра с печальным вздохом поднялась со скамейки и обвела комнату взглядом в поисках укрывшейся в тени книги, как вдруг краем глаза увидела в окне вышедшую из тумана фигуру лошади с сидевшим на ней человеком. В любой другой ситуации девушка бы скептически отнеслась к раннему гостю и поспешила опустить железный засов на входной двери, но неугасающая тоска лишила её подобной мысли.       — Отец, — прошептала Астра, вскакивая со стула.       Скатившись по перилам и распахнув дверь, она выскочила на улицу. Всё тело тут же задрожало от невыносимо холодного воздуха. Стиснув зубы, Астра побежала навстречу всаднику. Кожаные домашние туфли тут же наполнились дождевой водой вперемешку с грязью, не успевшей ещё застыть. От опьянившей радости в груди предательски защемило, глаза стали мокрыми от слёз. Она увязала в грязи, но продолжала бежать, протянув руки.       Когда Астра подошла на расстояние вытянутого копья, то поняла, что ошиблась, и резко остановилась. На смену эйфории пришла горечь, которая обжигала горло. Стараясь выровнять своё дыхание, девушка попятилась назад в надежде, что её не окликнут. В ответ прозвучала лишь тишина, но это было ещё более странно. И тут мужчина начал неестественно заваливаться на бок. Длинная прядь волос упала вниз, и взору Астры открылось обугленное почти до костей плечо.       Только сейчас пелена огорчения сползла с глаз девушки, заставив взглянуть прямо на всадника. На мужчине, казалось, не было живого места. Одежда была порвана, под ней виднелись кровоточащие, ещё свежие раны. Лицо молодого человека было мертвенно-бледным, руки беспомощно свисали, и только благодаря стараниям животного он всё ещё не выпал из седла. Витой посох с острым синим кристаллом, крепко пристёгнутый кожаной дорожной кобурой, висел у всадника на спине. Внутри Астры заиграла схватка между желанием помочь раненому и убежать, притворившись, что ничего не видела. Но тогда, узнай отец о её подлом поступке, он бы очень разочаровался. Только поэтому девушка с опаской протянула руку к уздечке. Вороная кобыла громко заржала и попятилась, размахивая хвостом.       — Тише, прошу, я хочу помочь твоему хозяину, — Астра сделала маленький шаг назад. — Видишь? У меня ничего нет, я не причиню тебе вреда.       Она вытянула руки вперёд так, чтобы животное могло разглядеть их. Та, не спуская глаз с пустых рук, всё же медленно подошла к девушке. Её мышцы напряжённо перекатывались, а грива колыхалась от уже начавших прогонять утренний туман дуновений ветра.       Астра боялась даже вдохнуть, только бы не спугнуть гордое животное. Вдруг ей показалось, будто лошадь кивнула. Астра слышала о магических лошадях, но знала, что они сгинули ещё много столетий назад под гнётом людей-завоевателей, как и многие другие существа. И всё же, разумные животные всё ещё встречались среди древних развалин храмов богов. Сейчас это могло быть всего лишь наваждение, но эти существа в разы опаснее людей, ведомые жаждой мести.       Теперь она была уже не так уверена в правильности своих действий, но какая-то неведомая сила толкала её вперёд. Возможно, она уже попала под действие чар. От этой мысли тело содрогнулось.       Осторожно погладив пыльную гриву, девушка перекинула ремешок через голову животного и медленно повела за собой по полю. Та не сопротивлялась, спокойно шагая по размокшей глеевой почве.       Астра устроила лошадь в давно уже пустовавшем стойле на заднем дворе. Пытаясь стянуть человека с седла, девушка почувствовала его слабое дыхание. Значит, ещё был шанс спасти мага. Кобыла недовольно фыркнула и легла, помогая ей снять с себя израненного путника. Астра тихо поблагодарила её и потащила мужчину к себе в дом, стараясь как можно меньше травмировать его искалеченное тело.       Отстегнув посох и уложив волшебника на кровать в комнате для гостей, Астра разожгла камин на кухне и, быстро сбегав за водой из колодца, что стоял на заднем дворе, поставила её кипятиться. Она обмакнула тряпку в ещё холодную воду и положила её на голову магу, убрав со лба длинные грязные волосы.       Аккуратно разрезав кухонным ножом окровавленные лохмотья, девушка принялась осматривать раны. Сочившаяся кровь смешалась с грязью. Некоторые из них уже успели загноиться и воняли падалью. Хуже всего дело обстояло с обуглившимися плечами и спиной. Но у девушки, к счастью, были припасены запасы лечебных трав, которые она собрала перед началом холодов. Отец в детстве рассказывал ей, какие травы нужны для того, чтобы излечить почти любую болезнь.       Примочкой из чертополоха Астра остановила хлещущую кровь, Отваром из листочков молодой сирени вымывать грязь из гноящихся ран. Когда кожа стала более или менее чистой, она смазала ожоги мазью из крапивы и крепко перевязала тело мягкими бинтами.       На всякий случай Астра решила обмыть волшебнику лицо. Оно оказалось бледным, словно слоновая кость. Такой цвет кожи нередко встречался у выходцев из знатных родов, так что было сложно определить, откуда он.       Наконец, тяжело выдохнув, она закончила работу. На дворе была уже глубокая ночь. Девушка никогда в жизни не могла подумать, что оставит у себя дома совершенно незнакомого раненого человека. Это спасение могло стоить ей жизни. Ведь, если это преступник, который сбежал от Храмовников, в первую очередь он набросится на неё, чтобы избавиться от свидетелей. Было бы разумно сдать его Храмовой страже. Но тогда они запрут его в сторожевой башне, а без должного ухода раны снова загноятся. С такими ранами маг вряд ли доживёт хотя бы до утра, военная мощь Старейшин не знает жалости.       Одно Астра знала точно: нужно было сначала хорошенько разобраться во всём, прежде чем бежать к храмовникам. Поэтому она просто забрала с собой посох и закрыла на ключ дверь в гостевую. Если волшебник придёт в себя, она непременно услышит. «А дальше будь, что будет» — вздохнула девушка, чувствуя, как тело наливается тяжестью.       Теперь оставалось только ждать. Только сейчас Астра поняла, насколько устала. Руки были испачканы в крови, на платье шелестели засохшие пятна, словно цветущие маки. Она села в мягкое кресло напротив камина в гостиной, обтянутое овечьей шерстью, и закрыла глаза. Веки тут же словно обратились в свинец. Сколько ещё дней и ночей ей придётся выхаживать этого сомнительного человека? «И сдался он тебе», — снова вздохнула Астра, сдвигая брови уже в полусне. Но, что бы девушка не думала, она знала, что это — её долг. Потому что дочери магов никому не отказывают в помощи.       От отца ей остался только эта усадьба: чародей не любил пышных замков. Но здесь было очень много книг, как и в любом жилище учёных. Но Астра уже до дырок изучила все толстенные тома, даже самые старые. Правда, весомая часть из них была связана с друидской магии и изготовлению свитков. Чародей выбрал суровую северную жизнь большому шумному Храмовому городу, чтобы создать заклинание, способное сделать даже самую промёрзшую землю пригодной для засева. И ему это удалось. Именно поэтому огромное поле, окружающее маленький городок, стало главным оплотом защиты от голода для всего королевства на многие-многие годы, а местные жители, казалось, были самыми счастливыми людьми за всю историю.       Отец многому научил Астру. С самого детства она умела читать, знала эльфийский язык, но больше всего у неё почему-то получалось стрелять из лука. Девушка часто уходила в лес по утрам, а возвращалась только к вечеру с кроликом, подвешенным за лапы к ремню. Правда, этому её никто не учил — пальцы магическим образом сами в первый раз легли на гладкую тетиву. Жители города в шутку называли её маленькой дриадой, когда девочка бегала с игрушечным луком по узеньким улицам вместе с мальчишками.       Было уже за полдень, когда из закрытой комнаты послышались приглушённые стоны. Астра тут же отложила свои дела и подбежала к мужчине. Она убрала успевший высохнуть компресс, и положила новый. За ночь раны окрасили бинты в красный цвет, и девушке пришлось заново менять успевшему снова провалиться в забытье чародею.       Следующие несколько дней маг бредил, а Астра всё это время почти не смыкала глаз. Тело молодого человека то билось в агонии, то безжизненно обмякало. В какой-то момент казалось, что он не справится с заражением, успевшим пуститься по крови. Плечо всё опухло и мерзко пахло, рана покрылась белым гноем и горела. Камин на кухне постоянно работал, а кухня превратилась в лабораторию для приготовления снадобий: нужно было как можно скорее вывести яд из организма.       Каждая ночь оставляла всё меньше надежд. Астра перебирала в голове все способы остановить наступающую на пятки смерть, но не могла придумать ничего нового. Это приводило её в ярость. «Ну же, где твои хвалёные знания. Ты бесполезна» — шипела она, скручивая изо всех сил сырую тряпку.       Ровно через неделю жар резко спал. Это было настолько неожиданно, что Астра сначала не поверила. Ей казалось, что это разум помутился, а руки отказались снова и снова чувствовать обжигающую кончики пальцев плоть. Но теперь чародей больше не бредил, а только спал. Его тонкие губы постепенно порозовели, дыхание стало ровным.       Астру разбудил посреди ночи грохот, раздававшийся по ту сторону старой сосновой двери. Девушка зажгла лампаду, на цыпочках подошла к двери приложила ухо к дверному проёму. Она услышала зверские крики и звук ломающихся предметов. На миг в сознании прошмыгнула мышка страха, но тут же рассыпалась под силой вспыхнувшей злости.       — Эй, ты, там. Я не для того тебя спасала, чтобы ты мне комнату разносил.       За дверью послышалось отчаянное рычание, но оно быстро переросло в протяжный хрип.       — Отпусти меня, грязная девка! — прозвучал полный презрения голос, — Кто тебя подослал? Терять тебе нечего, лучше выдай мне всё перед тем, как я доберусь до тебя.       Дверь вздрогнула от обрушившегося кулака. Астра в испуге отшатнулась и тихонько выругалась. Всё же, несмотря на негодования насчёт проснувшегося буяна, ей было нехорошо от той мысли, что его раны снова открылись.       — Никто меня не подсылал, — крикнула она, не найдя более подходящих слов. — Твоя лошадь сама привезла тебя ко мне, так что можешь быть благодарен ей за это.       Её прервал протяжный кашель, разрывающий горло мужчины.       — У меня был посох. Он у тебя? — наконец сказал он почти шёпотом, не в силах больше говорить.       Сердце Астры разрывалось на куски от угрызения совести за то, что она так мучает чародея. Но ни один человек в здравом уме не отдал в таком случае посох, если ему дорога жизнь. Потому что, если волшебники получают в руки свой магический посох, ни одна дверь не устоит перед ними.       — Можешь забыть о нём на время. Я чувствую себя в безопасности, пока у тебя нет возможности меня поджарить. Не беспокойся, я и не такие раны вылечивала. Ещё недельку, и будешь, как новенький. Конечно, она не вылечивала ничего больше простуды или синяка. Местные жители редко болели благодаря близости с Триандирским лесом. Но виду не подала.       За дверью стало подозрительно тихо. Астра достала из кармана платья железный ключ с маленькой выжженной руной на его головке, и открыла замок.       Девушка застала мага, лежащего в багровых разводах. Бинты стали сырыми от сочившейся сквозь них крови. Мужчина сидел, прислонившись к стене у двери, словно мёртвый.       Резко присев, Астра проверила дыхание и пульс. Пальцы плавно скользили по мокрому от пота телу. «Жив», — выдохнула она, хватая его за подмышки, чтобы дотащить до кровати.       Так продлилось ещё неделю. Но теперь не было ни горячки, ни криков посреди ночи — чародей просто уснул мертвенным сном. Астра старалась изо всех сил, но её знаний было недостаточно, чтобы излечить такие раны. Вряд ли обычные травы вообще могли справиться с на столько изуродованным телом.       Она сидела на стуле у кровати, держа в руках маленькую пиалу с толкушкой. Запасы крапивы подходили к концу, но девушка предпочитала об этом не думать, надеявшись на хороший исход. А он мог быть только в том случае, если маг окажется обычным авантюристом, попавшим в засаду к любителям лёгкой наживы на большой дороге. Вот только разбойников в Храмовом королевстве не было.       Обмакнув пальцы в зелёную кашицу, Астра аккуратно провела ими по груди незнакомца. Ожоги постепенно начали заживать, но тело, должно быть, на всю жизнь останется изуродованным.       Так она стояла над молодым мужчиной, окунувшись с головой в свои мысли, пока её руку резко не шлёпнули, словно надоедливую муху.       — Как ты смеешь прикасаться ко мне, — прозвучал резкий, полный желчи, голос.       Астра на какой-то миг растерялась, неуклюже топчась на месте. У неё в голове никак не связывалось такое отношение за то, что она сделала. Все, кто раньше приходил за советом, всегда благодарили юную дочь мага.       — Могу вернуть всё обратно, сдав тебя храмовникам!       Чародей молниеносно, словно вовсе не был искалечен, вцепился в подол её платья, и прошипел, словно ядовитая горная змея:       — Я никому ничего не должен, — его глаза горели ненавистью. — Отдай мне мой посох, иначе я оставлю тебя гнить в ближайшей канаве.       Впервые Астра почувствовала, что испугалась. В ушах загремело от яростно колотившегося сердца. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы прийти в норму. Сомнительные люди ни в коем случае не должны знать о её страхах.       — Хорошо, я верну его тебе, — она вырвала из его хватки свою юбку и поправила съехавший фартук. — После того, как узнаю, с кем имею честь говорить. С этими словами она развернулась на каблуке, гордо вскинув голову, и вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь так, что ветер со свистом вылетел из дверного проёма.       Казалось, что чародей совсем не возражал от такого положения дел. Он больше не угрожал ей, только смиренно копил силы. Астра, конечно же, догадывалась, почему он так делает. Когда мужчина сможет самостоятельно встать с кровати, жалкая девушка перестанет быть для него преградой. Тогда он сможет с лёгкостью забрать свой посох и уйти без каких-либо объяснений.       «В прочем, мне то что до этого», — думала Астра, смотря в потолок своей комнаты. — «Я своё дело выполнила». Но несмотря на все доводы, к ней закрался червячок интереса, который с каждой минутой прогрызал всё новые пути. Не каждый день в такой глуши можно увидеть новых личностей, а местные жители уже успели передружиться друг с другом, как близкие родственники.