Ненужный

      Снова здесь. Крот бежал и бежал, не разбирая дороги, до тех пор, пока не перехватило дыхание и закололо в боку, и теперь он… вернулся. Не то чтобы он скучал по этому месту, но после того, что он наговорил единственному Рику в Цитадели, который был к нему добр — имеет ли он право проситься обратно? Совсем рядом горела неоновая вывеска, но парню она была не нужна — он и так прекрасно узнавал "Жуткого Морти" по запахам и звукам. В свое время некоторые из персонала этого бара тайком выносили ему объедки со столов… Наверное, поэтому он и выжил — благодаря чужому милосердию, и это касалось не только работников "Жуткого Морти", но и тех, кто подкидывал милостыню в его стакан. К сожалению, далеко не все Морти были так доброжелательны, а иным и вовсе было только в радость почесать кулаки о самую доступную грушу. В Цитадели, в мире, во всей Вселенной с этим вообще было плохо — а он взял и так обошелся с Риком, что столь много сделал для него!       Здесь все началось, здесь все и закончилось — в Морти-тауне. Тут он и жил, ползая в грязи, не отличая день от ночи, голодный, оборванный, ничуть не лучше какой-нибудь паршивой бродячей собаки… Порой даже сам не понимая, почему все еще пытается выжить — а стоит ли вообще цепляться за такую жизнь? Пара-другая дней без объедков, чья-нибудь машина, которую не услышал вовремя, другие Морти, слишком разошедшиеся в побоях — все это могло закончиться сотней разных способов, а исход все одно был бы один. Тьма. Морти ее не боялся — перед ним и так была она и лишь она. Такой для парня была реальность совсем недавно. Теперь же все было по-другому. Сквозь его мозг, минуя бесполезные глаза, проступали очертания мира — будто едва заметные линии карандашного рисунка на бумаге. И Крот знал, что стоит на дороге, что вокруг — дома с побитыми стеклами, что в небе плывут облака… Все, на что мог ориентироваться Морти — так только на эти призрачные образы, но даже этого ему хватит с лихвой, чтобы нормально жить и быть полезным обществу. Он уже не даст себя в обиду. И все благодаря Рику XBF-500…       Непрошеные слезы подкатили к горлу. Пытаясь не думать об этом, Морти ускорил шаг — и тут крепкая рука схватила его под локоть. Часы тут же начали беззвучно вопить, посылая лихорадочные сигналы об "опасном Рике", но он застыл в растерянности, не зная, куда деваться. — Ты потерялся, сладкий? Где твой Рик? На Крота дохнуло многодневным алкогольным смрадом и запахом нестираной одежды, и… Невнятное мычание. Звон разбившейся бутылки. Тяжелая пощечина, прилетающая из темноты, вкус крови во рту, звон в ушах… —Да лучше бы ты сдох! Лучше бы ты с-сдох, с-слышишь?! Тряхнув головой, чтобы отогнать это неприятное воспоминание, Морти попытался пойти дальше, но незнакомый Рик неожиданно крепко вцепился в него. — Т-ты… ты не похож на местных Морти, т-такой… чистенький, ухоженный, и… Шершавые пальцы больно схватили его за подбородок. — Да ты ведь слепой, малыш! — сказал забулдыга-Рик, посмотрев ему в глаза, и, прежде чем юноша успел осознать, почему в его голосе прозвучало такое ликование, было уже поздно. — Помогите!!! Помо… Зажав ему рот ладонью, Рик потащил Крота куда-то — неужели в темный переулок?! Грязная кирпичная стена, в которую подлец его практически впечатал, только лишний раз показала, насколько сильно Морти влип. — Не верещи, с-сука, все равно никто не поможет, это Морти-таун! — холодные руки уже бесстыдно лезли под одежду. — Я могу отыметь тебя, как последнюю шлюху, а ты даже и опознать меня не сможешь… Ты ведь слеп! — Неееет… п-прошу, отпустите… Издевательски-ласковым жестом Рик вытер слезы с его лица. — Ну, ну, не надо, я не х-хочу видеть перед собой еще одного зареванного Морти — насмотрелся уже… Давай, улыбнись папочке, и я буду нежен… Тебе даже понравится… — Н-нет! Пожалуйста, я не хочу! Пустите! Не надо! Вопреки обещаниям, Морти боялся, что его вот-вот стошнит. — Умоляю… Рик лишь расхохотался в ответ. Содрогаясь от омерзения, он уже даже не пытался вырваться — внутри все будто застыло. И он покорно ждал конца…

***

— М-мне так стыдно, что… что я сказал, что лучше бы сдох в Морти-тауне, и все остальное… Я не хотел, Рик, п-прости меня… Краткий сбивчивый рассказ о том, что произошло в трущобах, закончился, и Санчез, нарочито небрежно сказав: — Проехали, пес, — потрепал внука по голове. Этот гад все никак не мог от него отлипнуть, но Рик терпел — понимал, что у Крота приключился стресс. — Не бросай меня! Пожалуйста… А вот к этому, кажется, жизнь его не готовила вовсе. И опять они вернулись к разговору, который закончился так неудачно… — Морти, ты ведь понимаешь, что так будет лучше для тебя в первую очередь? — Нет, не понимаю! — отчаянно замотав головой, мелкий уткнулся лбом в грудь Рика. Плечи его дрожали. — Никогда не пойму… Не хочу… — он шмыгнул носом. -… в чужой мир. Не хочу быть… без тебя! Даже если я тебе не нужен… И что теперь? Что делать, когда в тебе сталкиваются человек науки и сентиментальный идиот, и тем более — когда они начинают войну друг с другом? — Морти… Собственный голос вдруг показался Рику чужим. — Чем моя жизнь отличается от иллюзии? На этот вопрос, к сожалению, он не нашел ответа. — Я ничего не вижу, Рик… Моя память меркнет, все исчезает во тьме, и я даже не знаю, существую ли на самом деле, но… Когда Крот поднял голову, Рик увидел, что он улыбается печальной улыбкой. — Когда… когда я р-рядом с тобой, я… я будто начинаю видеть снова… Как тех светлячков в лесу. Помнишь их, Рик? Ты — мой светлячок… Превыше сил. Превыше здравого смысла. Превыше логики. Этот момент был превыше всего, и Санчез не мог с ним совладать. Словно в бреду, он провел кончиками пальцев по щеке Морти, стирая следы невысохших слез, и перед падением в бездну смог сказать только: — Ты сильно напугал меня, когда ушел… Не делай так больше. — Нет, — закрывая глаза, мальчик подался ему навстречу. — Это в последний раз… И их губы встретились. Тугой узел, что скручивался у Рика в животе все это время, вдруг развязался, оставив после себя только странный, неугасающий жар. Он забыл обо всем. Не осталось никаких границ, ни ограничений — только он сам, Морти и это желание продлить как можно дольше момент просветления. Поддерживая Крота под затылком, Рик старался быть максимально нежным, и когда закончился воздух — пацан практически упал на него, ведь ослабевшие ноги хозяина держать отказались. — Это так н-неправильно, Рик, но… Почему мне настолько все равно?.. Некстати поднявшее голову сомнение было заткнуто новым поцелуем. — Мораль — искусственное понятие, пес. Иногда об этом бывает полезно вспомнить…

***

      Иногда жизнь поворачивается к тебе настолько неожиданной стороной, что не перестаешь удивляться открывшимся видам. Небо за окном еще было серым, и хлестал дождь. В последнее время Цитадель погодой не баловала. Неожиданно для себя проснувшись, Рик сел и потянулся, чувствуя, как стонет и жалуется его позвоночник. Здесь, на диване, они и уснули одетыми после того, как… Случилось то, что случилось. И откуда в этом задохлике взялось столько пыла? Крот спал, нагло раскинув руки и ноги на манер морской звезды, и из приоткрытого рта доносилось что-то, подозрительно напоминающее храп. Его губы сильно припухли — и немудрено. Рик в жизни столько не целовался! И сейчас, глядя на лежащего перед ним Морти, он узнавал его заново. Да, подросток, да, очень маленький, да, худой — но как же хотелось ласкать взглядом (и не только) линии этого юного тела! В последнюю очередь, как бы это ни было плохо, Рик думал о своем техническом родстве с этим парнем — его это волновало сейчас не больше, чем проблемы психологического состояния Джерри после проигрыша в гольф. Да и в конце концов, кто не без греха? Даже его босс нет-нет, да позовет парочку Морти с собой в сауну… потереть спинку, конечно же. Странной была эта ночь! Много разговоров, много эмоций… в конце концов, много поцелуев. И сейчас, сидя в тишине и слушая, как его внук похрапывает во сне, Санчез вдруг понял, что ему нужно и как поступить дальше. Никаких сомнений у него не было. Угрызений совести — тоже. Один лишь холодный расчет. В конце концов, он прежде всего человек науки, а потом уже бухгалтер! — Т-ты куда?.. Еще даже толком не проснувшись, Крот схватил его за руку. — Я скоро вернусь, — поцеловав мелкого в лоб, Рик встал. — А ты спи! Послушавшись, Морти снова закрыл глаза, и через пару минут храп возобновился. И как бы ни хотелось побыть с ним подольше, дела не ждали. Ведь теперь он точно знал, как вернуть Морти зрение.

***

      Обратно домой Рик возвращался с нарочито непринужденным видом, сжимая за пазухой гладкую ручку портальной пушки. Столько лет он оправдывался, что может уйти в любое время. Даже специально держал незарегистрированную пушку, чтобы убедить себя в этом! Правда была в том, что Санчез привык к своей скучной жизни, привык к тесной квартире, унижениям от босса и, может быть, даже и не хотел ничего менять, что делало его просто отвратительным Риком, но — теперь все по-другому. После того, что он сделал, оставаться в Цитадели теперь было невозможно. Кто бы мог подумать, что на такие глобальные перемены в жизни его толкнет какой-то слепой парень… Насвистывая, Рик поднялся по лестнице и объявил с порога: — Морти, мы уходим! — Прямо сейчас? Куда? — задал вполне логичный вопрос Крот, и мужчина, усмехнувшись, потрепал его по голове. — Уверен, тебе понравится! Самым важным было не вызвать никаких подозрений. Рик не хотел напугать мальчика. — У нас долгосрочное приключение, и… Мимоходом раздвинув занавески, он увидел стройную цепочку рикспецназа, собирающуюся во дворе. Началось. — Надо же, какая отвратительная сегодня погода, — задернув шторы, Рик обнял Морти за плечи и достал портальную пушку. — Давай, пошли, тебе просто крышу снесет! И вместе со звоном разбитого пулей оконного стекла они перепрыгнули в другой мир.