Далеко не ангел, но хранитель

***

      Поначалу всё было хорошо. Драко медленно, но верно шёл на поправку. Долгие часы магического и обычного сна сменились не менее долгими часами весёлых игр. Сразу по выздоровлении Люциус наложил на Драко следящие чары и теперь всегда мог с точностью до пяти метров сказать, где находится его ребёнок. Нарцисса, в первые недели не отходившая от сына ни на шаг, теперь предоставила его самому себе и заботам домовых эльфов, а сама снова занялась своим садом, который не доверяла никому.       Сложности начались ближе ко дню рождения Драко.       Ночь. В поместье царит тишина, только изредка слышны шорохи наводящих порядок домовиков, да поскуливание и пофыркивание спящих гончих. Драко мирно посапывал в своей комнате, когда я в очередной раз облетала поместье. Неожиданно по пустым коридорам прокатился истошный крик, пробирающий до костей. Ворвавшись в комнату подопечного, я увидела, как он сидит на кровати, обхватив руками дрожащие колени и раскачиваясь из стороны в сторону. Он уже не кричал, просто тихо скулил в колени.       - Драко, что с тобой?!       Он не ответил. Перестал раскачиваться и поднял на меня заплаканные глаза. И столько в них было ужаса, что сердце болезненно сжалось. Захотелось сразу обнять его, приласкать и утешить, но это было не в моих силах.       - Плохой сон? - спросила с максимальным участием и нежностью в голосе. Он кивнул. Уже не скулил, но всхлипывал, а по лицу не переставали течь крупные слёзы.       Тут дверь в комнату распахнулась, и на пороге возникла встревоженная Нарцисса.       - Сынок, что с тобой? - она села на край кровати и, обняв его, начала убаюкивать, легко покачиваясь и перебирая пальцами белоснежные пряди.       В родных объятиях Драко мигом успокоился и уснул. Нарцисса ещё некоторое время посидела с ним, затем бережно уложила его в кровать, подоткнула одеяло и нежно поцеловала в лоб.       Так происходило каждую ночь, и вскоре обеспокоенные родители вызвали целителя из Мунго.       - Посттравматический синдром, - уверенно заявил господин Тарис, семейный врач Малфоев. - Ничего действительно серьёзного - с течением времени и при правильном уходе ваш сын скоро поправится.       Но он ошибся. Уже близилось его девятое Рождество, а Драко всё равно продолжал просыпаться по ночам в холодном поту. Он уже не звал маму - на его прикроватном столике прочно поселились флаконы с успокаивающими зельями, а у комнаты дежурили домовые эльфы, готовые по первому щелчку подать молодому господину чай с мелиссой или настой лаванды.       Ежедневно после различных занятий по географии, полётов на метле или многочасовых уроков языков с лучшими преподавателями, Драко неизменно приходил на приём к господину Тарису. Каждый раз целитель пытался выудить из своего подопечного хоть какие-то подробности его снов, но безуспешно. И это не потому, что Драко не хотел рассказывать, он просто не мог, как ни старался, вспомнить ничего, кроме всепоглощающей тьмы и навязчивой тревоги. Иногда, очень редко, выпадали ночи, когда Драко спал, не просыпаясь. После таких ночей он чувствовал себя гораздо лучше и выглядел не так замученно. Ему перестали снится сны, в общепринятом смысле этого слова, для него теперь слово сон неизменно означало кошмар. Поэтому он был безумно счастлив, когда приходили эти редкие ночи спокойствия. Он по-прежнему, даже в эти ночи, видел тьму, но тогда она не пугала его, не затягивала в мрачную пучину, а ласково приветствовала в своих объятиях как старого друга.

***

      В канун Рождества Драко привычно проснулся от ужаса, холодными щупальцами вцепившегося в душу. Трясущимися ледяными руками взял с тумбочки склянку с успокоительным зельем и выпил всё содержимое до капли, привычно ёжась от специфического привкуса.       - Тебе не стоит пить успокоительное в таких количествах.       Драко посмотрел на меня своими невозможно большими серебристыми глазами. Его руки уже без дрожи поставили пустой пузырёк на место, а сам он до самого носа натянул одеяло.       - Мне страшно, Нелл, - из-за одеяла его голос звучал глухо, но спокойно. Я с неудовольствием отметила, что это зелье сильнее предыдущих.       - Я понимаю, - враньё. На самом деле, я даже примерно не могла представить, что он испытывает. - Ты до сих пор не помнишь, что тебе снится? - спросила я, залезая к нему на кровать.       Он помотал головой и ещё глубже закопался в одеяло, так что остались видны лишь белёсые брови, да блондинистая макушка.       - Я не хочу снова идти к доктору. Он заставляет меня.. вспоминать..но у меня не получается. Я устал.. Я.. я..       - Чшшш, всё хорошо, я верю тебе. Мы что-нибудь придумаем.       Его голос становился всё тише и вскоре несвязное бормотание заменило глубокое ровное сопение.       - Поспи, а потом мы с тобой будем готовиться к Рождеству.       За окном только-только занимался рассвет. Я перевела взгляд на прикроватную тумбочку и не смогла сдержать тяжелого вздоха - вся она была заставлена пустыми склянками из-под успокоительных. За сегодняшнюю ночь - семь. Ещё пару дней назад их было три...       Пока Драко спал, я думала. А подумать было о чём. Как перестать бояться того, чему даже не можешь дать описание? Как найти источник этого страха? Доктор Тарис катастрофически не справлялся со своей задачей, лишь выписывал Драко всё более сильные успокоительные, избавляя от последствий, но не устраняя первоисточник его ужаса. Интересно, что и крёстный Драко, Северус, используя окклюменцию, не мог понять, что в его снах. Точнее не так. Он понял, что там ничего нет. Тьма, тягучая, осязаемая настолько, что казалось, будто она липнет к твоему сознанию. Именно так описал Северус то, что увидел и почувствовал.       Пока Драко ходил на откровенно бесполезные приёмы к доктору Тарису, Люциус и Северус строили разные версии об источнике этой тьмы. Чего там только не было: проклятие, зелье, могущественный тёмный артефакт. Они проверили каждую версию и не смогли ни на шаг приблизиться к разгадке состояния Драко.       Я ещё раз тяжело вздохнула. Это бесполезно. Если даже у них не получилось, от меня толку точно никакого не будет. Единственное, что я могу попытаться сделать, это заставить Драко перейти на безопасные успокаивающие чаи, пока эти зелья окончательно не сделали из моего подопечного безвольный овощ, и хоть как-то поднять ему настроение. В конце концов, сегодня праздник.

***

      Рождественское утро ознаменовалось праздничным шумом. В воздухе витал аромат еловых веток, имбирных печений и мандаринов.       В честь праздника Драко освободили ото всех занятий, кроме обязательного посещения доктора Тариса (узнав об этом, Драко скривился так, будто у него разом заболели все зубы), поэтому сегодня он мог спать до обеда, чем и пользовался, глубже заворачиваясь в мягкое одеяло.       Ещё неделю назад пришло приглашение на ежегодный Рождественский благотворительный бал от Министерства, в котором Министр Миллисента Багнолд выражала надежду на то, что Малфои посетят праздненство в качестве почётных гостей. Поэтому сейчас Нарцисса находилась в одном из лучших бутиков Лондона, где её платье проходило финальную подготовку к праздненству, а Люциус с самого утра занимался документами у себя в кабинете.       Драко встал только к обеду. Выглядел он не в пример бодрее обычного: в глазах озорной блеск, на щеках здоровый румянец. Видно в Рождестве действительно сокрыта некая магия. Он встал, умылся и уже полностью одетый и причесанный спустился к столу. Там его уже ждали родители. Люциус привычно хмурился, а Нарцисса, заметив сына, улыбнулась ему одними глазами и кивнула, приглашая за стол. Обед прошел довольно тихо, Нарцисса с Драко не решились отвлекать Люциуса от размышлений и тихо переговаривались между собой.       Сразу после обеда с тихим хлопком появился Добби и дрожащим голосом объявил о приходе доктора. Всё хорошее настроение Драко как ветром сдуло. Умоляющим взглядом он посмотрел на мать, но та, бросив быстрый взгляд на мужа, лишь печально покачала головой. Она не знала, как ещё можно помочь сыну, поэтому господин Тарис оставался её единственной надеждой.       Понурив голову, Драко прошёл в одну из гостевых комнат и улёгся на диванчик. Его пустой взгляд блуждал по орнаменту лепнины, изгибам люстры и завораживающим переливам света в её хрустальных подвесках. Сердце сжималось от тоски, когда я видела, как каждый вопрос доктора по крупицам развеивал магию Рождества. Мучительное ожидание закончилось долгожданным боем часов, извещавших о скором праздненстве в Министерстве, но в Драко уже не осталось ничего от утреннего предвкушения и радости.       - Драко, эй, улыбнись, ведь сегодня праздник.       Я всеми силами пыталась подбодрить его, но выходило у меня из рук вон плохо. В конце концов я сдалась. До самого вечера он не проронил не слова, сидел в своей комнате и читал сказки Барда Бидля.       Наконец, старые часы громким боем известили хозяев, что пора идти. Без особого энтузиазма Драко слез с кровати, заботливо положил книгу на стол и, одернув пиджак, спустился к родителям. Они уже ждали его, Люциус сжимал в руках белый конверт с золотистой печатью министерства. Я сразу поняла, что это очередной портал и от одной этой мысли внутренности скрутило узлом. Я всё больше начинала искренне ненавидеть этот способ перемещения, хотя ещё будучи в своём мире, читая различные книги в жанре фэнтези, уверенно считала именно порталы самым классным изобретением.

***

      Портал перенес нас в один из переулков в промышленном квартале Лондона, на улице с обветшалыми домами и несколькими заброшенными зданиями. Наложив на себя и свою семью маскирующие чары, Люциус вышел из переулка и уверенным шагом направился к красной телефонной будке, сиротливо стоящей посреди пустой улицы. Мы последовали за ним.       В Министерстве мне еще не довелось побывать, поэтому я находилась в состоянии легкого возбуждения и радостного предвкушения. Однако стоило посмотреть на Драко и всю радость как ветром сдуло. Насколько мне известно, он тоже ни разу не был в Министерстве, но не испытывал никаких ожиданий по этому поводу. Лицо его выражало крайнюю степень отрешенности и безразличия. С момента, как доктор Тарис покинул поместье Малфоев, Драко ни разу не улыбнулся. И надо сказать, это очень удручало - ребёнок, не радующийся Рождеству, самому волшебному празднику даже в мире магов, - это действительно нагоняло тоску.       Зайдя в будку, Люциус набрал номер, представился приятному женскому голосу и назвал цель визита. Пол будки мягко вздрогнул и начал опускаться, и уже спустя считанные секунды мы оказались в просторном холле Министерства - Атриуме. Непроизвольный вдох восхищения вырвался сам собой - никогда в жизни я ещё не видела таких монументальных строений. Огромное пространство заливало ровным светом магических светильников, несмелыми бликами играющего на мраморных стенах. С каждой стороны ровными рядами тянулись камины, выпуская из изумрудных языков пламени редких служащих. Моё внимание сразу привлек большой постамент в центре холла. Лишь подлетев ближе, я разглядела фонтан Магического Братства.       Неспешным шагом и с гордо поднятой головой Люциус и Нарцисса направились к фонтану, с обратной стороны которого, отделенные от общего зала тонкой золотистой занавесью магического происхождения, собирался цвет волшебного сообщества. Знатные аристократы древних родов, выдающиеся волшебники и волшебницы своего времени, ветераны Первой Магической Войны, важные чиновники и высокопоставленные лица. Кого тут только не было.       Из ниш доносились рождественские песни, между гостями сновали домовые с подносами, а по углам были расставлены столы, накрытые роскошными закусками. Но больше всего взгляд притягивала огромная пушистая ель, мерцающая тысячами огней, красующаяся яркими лентами и наполняющая воздух ароматом шишек, хвои и праздника.       Мы приблизились к Министру. Миллисента Багнолд - высокая темноволосая женщина лет сорока, с высокой прической, бледной сухой кожей и тонкими ярко накрашенными губами. Она любезно улыбалась гостям, посматривая на них с вежливой снисходительностью.       - О, мистер и миссис Малфой! Рада, что вы приняли приглашение. - Её губы чуть сильнее разъехались в улыбке, но глаза так и остались пустыми. Она перевела взгляд на Драко и едва заметно хмыкнула. - А это должно быть ваш сын, Драко? Очаровательный юноша.       - Благодарим за приглашение, Министр. Приём великолепен, - вернул любезность Люциус. Драко же вежливо улыбнулся и слегка склонил голову в приветствии. Большего от него и не ждали, так как, снова улыбнувшись, миссис Багнолд произнесла:       - Прошу прощения, но мне ещё нужно поприветствовать гостей. Веселитесь.        Министр удалилась, Люциус и Нарцисса приметили в толпе Ноттов и, тихо переговариваясь, двинулись в их сторону. Мы с Драко остались наедине. Здесь он несколько оживился, но всё же в его глазах не было особого интереса. Он скучающим взглядом обводил Атриум, изредка задерживаясь на прекрасных светильниках, радужных всплохах завесы или затейливых нарядах дам.        Наконец, его взор прочно укрепился за фонтан Магического Братства. Он медленным шагом обходил его по кругу, пристально разглядывая фигуру каждого представителя волшебного мира, изредка брезгливо морщась или, наоборот, тихо восхищаясь.       - Знаешь, я недавно прочитала легенду о том, что если ты бросишь монетку в фонтан Магического Братства в канун Рождества и всем сердцем пожелаешь чего-то, то это непременно исполнится.       - Глупости это всё, - скучающе вздохнул Драко и уже повернулся спиной к фонтану, собравшись уйти, когда я, нависнув над его плечом, заговорщическим шёпотом произнесла:       - Ты только представь - никаких кошмаров и не придется больше слушать этого занудного глупого доктора..       Драко аж весь подобрался. Удовлетворённо хмыкнув, я вернулась к фонтану, присев на бортик и стала ждать его реакции. Даже не видя его лица, я могла представить, какая борьба сейчас происходит внутри него - апатия, смирение и непередаваемая усталость яростно сражаются с детской верой в чудо и призрачный шанс на освобождение от страхов. Наконец, он резко обернулся ко мне, и с плохо скрываемым ликованием я уловила в его глазах яркий огонь надежды. Лишь на минутку отлучившись к родителям, Драко вернулся к фонтану, крепко сжимая в ладошках галлеон. Смущённо кашлянув и умилительно краснея, он буркнул: "Не смотри", - и отошёл от меня на приличное расстояние, обогнув почти половину фонтана. Но даже со своего места мне было хорошо видно, как горячо он шепчет в сложенные ладошки, зажмурив от усердия глаза, будто молится. А может и действительно просьба в его устах звучала как молитва, ведь я почти на сто процентов была уверена, что больше всего на свете, по крайней мере на данном этапе, он хочет избавиться от ночных ужасов, что терзают его вот уже 3 года.       После этого Драко будто подменили: исчезла из взгляда скука, распрямились худые острые плечи, лицо озарила такая редкая в последнее время счастливая улыбка, а по-детски пухлые щёчки окрасились живым румянцем. Ребёнок ожил! Весь вечер я не поспевала за ним - он успел поболтать с Дафной и Панси, устроить несколько безобидных шалостей напару с Ноттом, упасть в фонтан и удостоиться гневного взгляда Люциуса, осуждающего и в то же время заботливого - Нарциссы, насмешливого - Нотта, который буквально через пару минут был не суше самого Драко, за что получил увесистый подзатыльник от отца. В какой-то момент я устала за ним гоняться и оставила его под присмотром теперь уже более бдительной Нарциссы, а сама принялась исследовать Министерство, подслушивать разговоры, которые в большинстве своём сводились к всеобщему желанию возвращения Тёмного Лорда и обсуждению невероятного мальчика-который-выжил, о котором я и без того наслушалась от Драко, и, как и мой подопечный, не отказывала себе в маленьких шалостях - поморозить кому-нибудь оголенную спинку или подышать замогильным холодом в ушко.       В общем вечер прошёл насыщенно и, на удивление, не так уныло, как это происходило в последнее время, поэтому, когда пришло время возвращаться домой, Драко уже клевал носом и Нарцисса вызвалась лично проводить его в спальню. Она помогла ему раздеться, уложила в кровать, бережно подоткнув пуховое одеяло и поцеловала в лоб, перебирая пальцами светлые пряди.       - Спокойной ночи, Драко! - прошептали мы с Нарциссой, и он уснул, так и не проснувшись до самого утра.