Волшебное путешествие

      Шорох. Тихий, настораживающий, опасный. Словно хищник, крадущийся в тени, он вызывает чувство тревоги, напрягает. Он даже не слышит этот звук, скорее, чувствует его сквозь сон. Не проходит и минуты, как все вновь становится тихо. Ему это совсем не нравится. Дрема, сладкое забытье, водой сходит с тела, упругие мышцы под натянутой кожей напрягаются, но дыхание все такое же размеренное и тихое, а глаза закрыты. Крадущийся враг и не поймет, что жертва уже не спит.        Теперь он уже отчетливо слышит робкие шаги. Темно-зеленая сочная трава глушит, и без того тихий, звук. Еще один шаг. Слишком близко. Он уже готов вскочить, лягнуть противника, готов сбежать глубже в лес, но что-то удерживает его. Воспоминание, что держится на грани между реальностью и сном. Он пытается вспомнить, удержать ускользающую мысль за хвост, однако это ему не удается. От мысленных потуг и накатившего беспокойства разболелась голова.       Нежное, аккуратное и невесомое прикосновение вернуло его к реальности. Женская ладонь с длинными ровными пальчиками, каждый из которых оканчивается острым черным когтем, легонько прошлись по белоснежной прохладной шерсти на шее, зарылись в длинную, переливающуюся синим и черным, гриву.       - Пора просыпаться, Люциус. Оставь иллюзии, и возвращайся в реальность. – Проговорила ему прямо на ухо женщина, тихим шелестящим голосом.        Большой голубой глаз открылся. Несколько секунд конь потратил, чтобы сфокусироваться на круглом лице девушки, худом и плавном, с каплей хищности в его точеных и резких чертах. Золотые волосы и белые перья сияют в восходящих солнечных лучах, пробивающихся сквозь густой подлесок, и оставляют глубокие тени на скулах. Зеленые глаза наблюдают за ним с неприкрытой насмешкой, но там, глубоко внутри он видит притаившиеся беспокойство и страх. Видя, что спутник уже проснулся, девушка поднимается во весь свой невысокий рост, и поворачивается спиной, открывая вид на два вертикальных параллельных шрама, и птичий, покрытый перьями хвост, достигающий щиколоток орлиных трехпалых лап.        - Тебе вновь снились кошмары? – Отходя на несколько шагов, обеспокоенно спрашивает полуптица. Он не отвечает, только поднимает большую вытянутую морду. Черная челка падает на глаза, и он раздраженно фыркает. Со стороны девушки-птицы доносится смешок. Конь немного раздраженно смотрит в ее сторону, а потом, совсем неожиданно, смеется – просто так, без причины - настроение хорошее. Подруга тихонько вторит ему. Она подставляет свое лицо солнцу, жмуря свои большие, немного раскосые желто-зеленые глаза.        Приступ смеха, наконец, сходит на нет. Тяжело дыша, Люциус удобнее устраивается на траве, даже не собираясь вставать; подтягивает ближе длинный полосатый хвост, оканчивающийся черной кисточкой.        - Мы почти дошли, даже не верится. – Восхищенно проговаривает его спутница, отодвинув длинные ветви ивоподобного дерева, под которым они устроились. Далеко внизу, среди бескрайнего леса, на фоне розоватого рассветного неба, сияет сотнями башен замок Ню,Варул – летняя резиденция королевы фей Титании и ее мужа Короля Оберона. Белоснежные стены блестят, словно свежевыпавший снег, отражая свет на шелестящий листьями лес. Ярко-зеленые знамена, на которых красуется редчайший белый феникс, развеваются на ветру. Изящные и роскошные золотые узоры украшают входные ворота и крепостной вал, прилагающий к ним.        - Какая красота. – Выдохнула девушка. – Жаль, столь прекрасное место омрачено теми ужасными событиями…        Вокруг, сверкая яркими стрекозьими крылышками трепетали феи, больше похожие на крупных светлячков. Одна из феечек, имела неосторожность подлететь слишком близко к плечу девушки-птицы. Неожиданно, резко и очень быстро, девушка разворачивается на своих трехпалых птичьих лапах, хватая несчастное существо в когтистую ладонь. Тонкие кошачьи зрачки сияют, когда она смотрит на трепещущую в своих руках малышку. Люциус недовольно фыркает. Тоненькие иголочки телепатии вонзаются в мозг, вызывая мгновенно проходящую боль. Полуптица встряхивает головой, отчего золотистые волосы рассыпаются по плечам. Свободной рукой она закидывает непослушные пряди обратно за спину, и обиженно смотрит на коня.        - "Ненавижу, когда ты так делаешь" – Мысленно сообщает спутница ему. Люциус лишь отводит назад ухо, не сильно переживая по этому поводу.        - "Отпусти фею, Зил" - Тихим журчащим голосом просит конь. Девушка-птица Зил тяжело вздыхает, подходит обратно к лежащему другу и садится радом. Тонкие пальчики раскрываются как цветочный бутон, освобождая малюсенькую девочку в фиалковом платьице и с заплаканным личиком. Блестящие крылышки поблекли и опали, а сама она выглядит несчастной и расстроенной. Фей ловят каждый день сотнями – их волшебная пыльца нередко становится основой для зелий, но закон запрещает их убивать или содержать в неволе – словом, фея расстроена явно не неожиданной поимкой, а чем-то иным, гораздо более ужасным.        При взгляде на убитую горем фею, душа полуптицы Зил переполняется жалостью и печалью. Ее ладонь, на которой сидит несчастное создание, начинает мягко светится, отдавая тепло, и наполняя маленькое тельце волшебной силой. Мгновение – и яркий желтый свет окутывает фею, превращает ее в золотистый сверкающий шарик, и она взлетает. Люциус и Зил, с налетом грустных улыбок, наблюдают за "воскрешением" феи. Чирикая на своем писклявом говоре, малышка сделала несколько кругов над ладонью, и исчезла, оставив после себя лишь горстку блестящей пыли – последствие мгновенной телепортации.        - Лес умирает. – Констатирует Зил в голос. – Нам надо как можно быстрее добраться до замка и разобраться в происходящем.        Люциус кивает.        - "Тогда не будем терять времени".