Я для тебя чужой...

Pov Дерек. Сплевываю кровь из разбитой губы и прожигаю гневным взглядом ухмыляющегося Питера, который будто и не почувствовал мой внушительный удар в бок. Опираясь на колено, встаю, пытаясь отдышаться и усмирить разбушевавшегося волка внутри. - Ты ничему не учишься, а тем более на собственных ошибках, - хмыкает он и садится в кресло. - Дерек, это уже не смешно и превращается в закономерность. - Да неужели?! – фыркаю я, чувствуя, что волк почти остыл и отдает контроль над моим телом, - и ты решил почитать мне нотации по этому поводу, при этом отвлекая от важного занятия. - С каких это пор изнасилование стоит в один ряд с твоими важными делами? – его бровь удивленно приподнимается, а улыбка приобретает какой–то хитрый вид. - Не суть, мне еще догонять слишком наглого омегу, - веду плечом, чувствуя, что удар все-таки был сильным, и оно не слабо пострадало, - пока у него течка, около меня самое безопасное место. - Пока у него течка, рядом с тобой его возможность жить чуть дольше, сокращается в сто раз,- серьезно произносит он, от его стали в голосе я невольно вздрагиваю и перевожу взгляд на него. - Ты получил чего хотел, теперь у тебя два варианта, мой любимый племянник, либо усмиряешь свои эмоции и беспричинную ревность, либо ты его не увидишь. - Ты угрожаешь мне?! – прищуриваюсь и сжимаю кулаки. - Он МОЙ омега! И только я решаю, что с ним будет! - Ошибаешься, - спокойно осаждает он меня, - он не бездушная кукла и не один из тех бесхребетных омег, которых ты встречал раньше. Он твой омега и ты должен заботиться о нем, а не насиловать его и избивать. Или может, ты не чтишь законы стаи? Если так, то я с удовольствием напомню тебе их. - Какая с этого тебе выгода? – сквозь зубы цежу я. - О чем ты?! – улыбается он, - просто в моих интересах, чтобы в стае был покой и порядок. - Питер, прекрати пускать пыль в глаза, я слишком хорошо знаю тебя, чтобы не повестись на это, - фыркаю я, направляясь к выходу, - чтобы ты там не задумал, лучше тебе не злить меня. - Он твоя истинная пара, - холодно произносит, заставляя меня замереть на мгновение, - только не говори мне, что не чувствуешь это. Хоть он и обращенный, а не как ты, чистокровный, у вас родится чистокровный. - А ты откуда это знаешь? – оборачиваюсь, а сердце на мгновение пропускает удар. - Тебе не надо это знать, - фыркает он и уходит, задев меня плечом, - так что, это в твоих же интересах, заботится о нем, если ты конечно хочешь увеличить свою силу. Рождение ребенка удвоит твое влияние и мощь. Если слова Питера правда, то мой омега должен родить мне волчонка, да еще и чистокровного. Улыбка сама по себе расползается по моему лицу, а сердце радостно порхает в груди, будто с него сорвали цепи. Выбегаю на улицу и втягиваю воздух, выхватив из всей какафонии запахов, запах моего мальчишки. Еще раз убеждаюсь в его глупости и запрыгиваю в открытое окно его комнаты, мало того, что решил спрятаться у себя дома и без охраны в лице своего друга, так еще и окно оставил открытым. Прячусь за дверью и жду своего волчонка, который так любит поплескаться под теплой водичкой. Через несколько минут он появляется в комнате, вытирая лицо полотенцем и закрывая дверь, стоит только ей захлопнуться, он испуганно замирает и медленно поворачивается ко мне лицом. Зрачки расширенны, рот приоткрыт и грудная клетка быстро вздымается, он не успевает дернутся к двери, как оказывается прижатым мной к ней. Запах шампуня не может перебить его нежный сладкий запах, который будто усиливается и становится гуще от страха. - Дерек, успокойся…. Я не знаю, что на тебя нашло, но пожалуйста, не сейчас, у меня все тело болит, да и я неважно себя чувствую, - начинает тараторить он, упираясь ладонями мне в грудь. - Неужели совсем меня не хочешь? - улыбаюсь я, наклонившись и поцеловав его в шею, осторожно лизнув чувствительное местечко за ушком. - Мммм... хочу, то есть нет, - стонет он, закрывая глаза и подставляя свою шейку под ласки. Мой волчонок трется об меня, словно выпрашивая ласку, а я довольно облизываюсь, стаскивая с него футболку и приспуская штаны, чтобы почувствовать горячую кожу под ладонями. Он тянется за поцелуем, и я его ему даю, сначала нежный, потом более страстный и возбуждающий, чтобы свести с ума моего омегу, чтобы он понял, что только я могу дать ему такое наслаждение, только со мной он может быть полностью удовлетворенным. - Дерек, - шепчет он, когда я отстраняюсь от его сладких губ. - Дерек… - Да, мой волчонок, - улыбаюсь я, приподняв его за бедра, укладываю на кровать и целую, наслаждаясь бархатом его кожи под ладонями. Все иначе, хочется растянуть удовольствие, хочется походить по грани между удовольствием и безумием. Желание сжать его в объятиях и не выпускать, даже в душ, усиливается с каждым его судорожным выдохом, с каждым пьяным и счастливым взглядом в мою сторону. То, как он цепляется за меня, как нежно и тихо зовет, отзывается дрожью в теле, невольно задевая душу, заставляя вибрировать ее, как арфу. Скидываю с себя одежду, не сводя с ерзающего мальчишки взгляда, опускаюсь сверху, а он робко разводит колени в стороны, давая разрешение и пуская меня на свою территорию. Мучительно долго веду кончиками пальцев по его коже от ступни вверх к ложбинке под коленом, оставляя влажные поцелуе на груди и животе. Волчонок скулит и закусывает нижнюю губу, когда я беру в рот его член, медленно посасывая его, то заглатывая почти до основания, то играя кончиком языка с уздечкой. Мои пальцы легко проскальзывают в сочившуюся смазкой дырочку, мягко разрабатывая ее, играя с выдержкой мальчишки. - Хватит, ну же… - хнычет он и вцепляется коготками мне в плечи. - Кто твой альфа, ответь мне, малыш, - улыбаюсь я, выпуская его пульсирующий член из плена моего рта. - Ты, чертов волчара! – шипит он и притягивает меня к себе, впиваясь страстным поцелуем мне в губы. Улыбаюсь и придавливаю его к кровати, медленно входя в его разгоряченное тело, слушая его сладкие стоны и улавливая свое имя на его губах. Перехватываю его ногу под коленом и закидываю себе на плечо, меняя угол проникновения, а на лице волчонка замирает удивление на мгновение, и он зажмуривается, тихо постанывая. Наклоняюсь и целую в его закрытые глаза, погладив по щеке. Он открывает глаза, и меня накрывает янтарная волна, гипнотизируя и забирая далеко от реальности. Прислушиваюсь к своему волку, он не пытается взять верх, впервые мы с ним едины и не соперничаем, разделяя удовольствие от единения с волчонком, что так сладострастно стонет в такт моим толчкам. Влажная кожа лоснится на свету, придавая моему мальчишке еще большей сексуальности, разделяя мой мозг и тело и ставя их по разные стороны баррикад. Переворачиваю разомлевшего мальчишку на живот, и, немного приподняв его бедра, снова вхожу, задавая более быстрый темп, приближая нас обоих к разрядке, а он жалобно скулит и чертыхается, когда я перехватываю его руку и прижимаю ее к кровати, чтобы он не кончил раньше меня. - Ты, чертов садист, - стонет он, обернувшись, - дай мне кончить! - Не так быстро, малыш, - улыбаюсь и целую его между лопаток, поймав его легкую дрожь, - только со мной, маленький. Еще пара глубоких и грубых толчков, и мы кончаем под дружный рык с моей стороны и сладкий вой с его. Узел постепенно распухает, продлевая мой оргазм, а мальчишка утомленный, сонно моргает глазками и пытается восстановить дыхание. - Слушай, я хотел спросить, - выдыхает он, когда я ложусь за его спиной, ближе притянув его к себе и обняв за живот, - почему твой член увеличивается во мне, ведь это же не .. - Да, Стайлз, это узел, так что закрой свой ротик и лучше поспи, - устало вздыхаю я и кусаю его за мочку ушка. - Ох, ты черт!!! Ну да, ведь ты же волк, а у них это естественный процесс спаривания, - начал тараторить он. - Стайлз! – рыкнул я. - Что?! – ответил он, покраснев и прижавшись ко мне плотнее спиной. - Спи, - улыбаюсь я, поцеловав его в висок.