Бедный Коннор

POV Connor Я проснулся от слишком громкого и довольно навязчивого звона будильника на телефоне, что не скажешь о Сиване, лежащем на животике, сжимая белоснежную подушку своими не менее белыми руками и тихонько посапывая. За окном была глубокая ночь, а улицу освещали лишь фонари и фары небольшого количества проезжающих машин. Небо было пасмурным, не видно ни звездочек, ни хотя бы кусочка желтой луны. Как только я не пытался разбудить Троя: начал с обычного "Проснись, дорогой", затем в ход пошли приемы по стягиванию одеяла и обрызгиванию прохладной водой, а совсем отчаявшись, я решил просто стянуть его с мягкой теплой кровати. Он не проснулся. Даже глазом не повел. Часы показывали 23.14 , что означало ЧТО ВЫХОДИТЬ НАМ НАДО БЫЛО УЖЕ ЧЕРЕЗ 15 МИНУТ, а Тро так и не пошевелился. Делать мне ничего больше не осталось. Я надел чёрно-белый лонгслив, черные джинсы, как всегда, и белые кроссовки. Вызвал такси, пришедшее менее, чем через 10 минут. Именно за это я и любил ночной Uber. Схватив два огромных чемодана, я, вызвав лифт, спустился вниз, где меня ожидал черный Voltsvagen, выглядевший настолько пафосно, насколько только было можно. Приятный молодой человек помог мне загрузить вещи в багажник, а затем я, остановив его, попросил: - Чувак, можешь подождать ещё несколько минут, я вынесу ещё кое-что. Он кивнул, а я лишь снова помчался наверх. Трой так и лежал, наполовину съехав с кровати и в тех вещах, в которых он проходил весь день. Надо было бы знать, как я удивлялся этому сурку. Может ли человек вообще настолько крепко спать? Я подхватил это тихо сопящее мне теперь уже в плечо солнышко и понес к машине. Мы вместе сели на заднее сиденье. Парень-водитель посмотрел на нас (на меня) через стекло заднего вида и, усмехнувшись, сказал: - Ты уверен, что он ещё живой? Никрофилия - это не круто, чувак. Я усмехнулся. - Коннор Франта, ты что, мне изменяешь? - вдруг послышался заспанный голос Троя. Он приподнялся на локотках, - Хм, так ты мне изменяешь с соучастником моего похищения, судя по тому, что я сейчас очнулся в машине. Мы засмеялись. - Нет, дорогой. Ты просто чертов сурок, которого разбудить практически невозможно. И мы едем в аэропорт. Трой попросил водителя сделать радио погромче. Он сидел смотрел в окно и тихонько подпевал песням. На улице были включены фонари, а ближе к аэропорту все больше и больше загоралось фар. На улице было влажно, начинался дождь. Я достал телефон, Перт, +2. Но разблокировал я его не для того, чтобы посмотреть погоду. Я нажал на иконку камеры и, включив вспышку, сфотографировал его. Я специально не достал профессиональную камеру. Я хотел именно такое, нечеткое, душевное, настоящее фото. - Что ты делаешь? - возмущенно, но всё-таки с улыбкой произнес Сиван. - Фотографирую тебя. Разве не ясно? - Я уродливый, не надо. - Ты же знаешь, что ты прекрасен, Меллет. Зачем нарываться на комплименты? - улыбнувшись, задали риторический вопрос я. Щеки Троя покраснели, а мы уже доехали до аэропорта. Я расплатился с водителем и достал наши чемоданы из багажника. Тро забрал свой, хотя я и говорил ему этого не делать. До регистрации оставалось примерно полчаса, поэтому я купил себе кофе, младшему чай, и мы сидели, наблюдая за взлетно-посадочной полосой. Самолётов там стояло немного, взлетали и того меньше. Регистрацию объявили. Всю таможенную суету мы прошли довольно быстро и без лишних проблем. Не беря в счёт только то, что Троя в его паспорте с трудом смогли сравнить с Троем из жизни. Мы сели в самолёт. Стюардессы рассказывали правила пользования летающим судном, приказали пристегнуться до взлета. После слов "Приятного полета" самолет начал свое движение. Трой резко вцепился в мою руку, я посмотрел на него, и он действительно выглядел напуганно. - Ты что, никогда не летал? - с усмешкой спросил я. Сиван судорожно помотал головой. - Хей, тише, тише, - я сжал его руку крепче, и начал поглаживать его коленку своей второй рукой, - все будет хорошо, успокойся, малыш, я с тобой. Трой выдохнул и начал дышить более ровно. Он выглянул в иллюминатор. - Господи, Коннор Франта, мы летим! - с радостью маленького ребенка крикнул он. Я лишь улыбнулся и приобнял его. Спустя несколько минут после взлета, нам включили фильм. "Бегущий в лабиринте" не казался лучшим фильмом на момент полета, по-моему. Мы с Тро сидели и подпрыгивали с резких моментов. Когда к нам подошла одна из стюартдесс предложить покушать, прикоснувшись к моему плечу, я вздрогнул так, что самолёт пошатнулся (на самом деле, в тот момент мы просто влетели в воздушную яму). Мы перекусили двумя сендвичами с ветчиной и сыром, немного вздремнули, и встали примерно за час до рассвета и за полтора до посадки. Дальше летели с одной на двоих музыкой в наушниках. Рассвет с самолёта наблюдать по истенне чудесно. Точнее не за самим рассветом. Его я в таких обстоятельствах вижу далеко не впервые. Я, наверное, никогда не перестану восхищаться этим голубоглазым кудрявым чудом, сидящим по правую сторону от меня. Лучи солнца, исходящие из иллюминатора, играли с его локанами так прекрасно, будто Трой был самим солнышком. Розовые проблески играли с его не менее румяными щеками, а в глазах отражались блики раннего солнца.