Кровные узы (название может изменяться)

      Гарри почувствовал, что леденеет. У него внезапно закружилась голова и он пошатнулся, сустав в плече отозвался болью. Рон и Гермиона, как люди, знающие о крестражах, пришли в ужас от мысли о том, что в их лучшем друге живет частица души самого Темного Лорда.       Лицо Гарри сейчас выражало полнейший шок, а Волан-де-Морт откровенно наслаждался этим. Сейчас Поттер выглядел так, будто он услышал худшее, что только может произойти. Темный Лорд перешел в наступление.       — Ты не думал, Поттер, почему ты можешь чувствовать, когда я в гневе? — среди Пожирателей прошелся удивленный шепот. — Почему ты можешь залазить мне в мозги, почему ты чувствуешь, когда я рядом? — Волан-де-Морт наступал, заставляя Гарри отступать к стене. — Потому что ты — мой крестраж.       Наконец Гарри прислонился к стене и от неожиданности оглянулся назад, потом снова посмотрел на Темного Лорда. Гарри сглотнул и произнес:       — Лжешь.       Волан-де-Морт рассмеялся.       — Да ну? Ты ведь знаешь, когда я лгу, а когда говорю правду. Кстати, по той же самой причине.       — Это розыгрыш, да? — Гарри стал отвратителен сам себе, поняв, что Волан-де-Морт жил в нем как паразит. Внезапно вспомнились слова Шляпы о том, что он прекрасно чувствовал бы себя на Слизерине. Мысли Гарри перекинулись на второй курс. Стало понятно, почему Гарри — змееуст. С одной стороны, стало легче, потому что теперь он был уверен, что к Слизерину не имеет никакого отношения, если рассматривать родословную. Но с другой стороны… Лучше бы он был пра-пра-пра…внук Слизерина, чем (Гарри содрогнулся) крестраж. Ведь крестраж — результат самой темной магии. Деяние зла, и этим самым темномагическим деянием Гарри и являлся.       Что самое худшее, Гарри действительно чувствовал, что Волан-де-Морт не обманывает его. Но он не хотел, просто не мог поверить в это.       — Если бы это был розыгрыш, Поттер, ты бы был уже мертв. Зачем мне оставлять в живых собственного врага? Если только у него нет чего-то крайне ценного.       Здесь Гарри не выдержал. Его тело среагировало быстрее, чем его мозг. Он снова отобрал свою палочку у того же Пожирателя, вытащив ее из его кармана, и мгновенно взмахнул ей, желая отомстить ему за все: за родителей, за друзей, за дорогих ему людей и за себя, за свое поломанное детство и даже душу. За то, что вселился в него, за то, что взял его кровь для своего ритуала обретения тела, за то, что он воскрес, в конце концов!       Однако Темный Лорд тоже сделал взмах палочкой, блокируя заклинание Гарри. Он развернулся и пошел к своему креслу. Сев в него, он стал поглаживать Нагайну.       «Еще один крестраж», — с горечью подумал Гарри, садясь на пол, так как из-за пережитого потрясения его ноги слегка дрожали. Хорошо, что, благодаря мантии, этого не было видно. На плечо сочувственно легла рука Гермионы. Гарри взглянул в ее полные грусти глаза. Вздрогнув, он отвел взгляд. Слишком невыносимой была сама мысль о том, что в нем живет Темный Лорд, пускай и самая малая его часть.       — Подумать только, еще три дня назад я искренне хотел твоей смерти, Поттер. Но теперь, при открывшихся обстоятельствах, я предлагаю тебе сотрудничество.       Гарри в ужасе посмотрел на своего врага.       — Сотрудничество? — хрипло спросил Гарри. В гневе он сжал палочку, которую так и не отобрали. — С тобой?! Да ты спятил! Я никогда в жизни не перейду на твою сторону! Для тебя же нет ничего святого! Человеческая жизнь для тебя и гроша не стоит! Ты и твои Пожиратели с легкостью проливаете волшебную кровь, что уж и говорить о маггловской! К магглорожденным вы относитесь хуже, чем к животным! Круциатус для тебя всего лишь развлечение! И ты, после всего этого, действительно считаешь, что я перейду на твою сторону?! У тебя совсем крыша поехала!!       Волан-де-Морт удивленно нахмурился и даже посмотрел на потолок.       — Какая крыша, Поттер? Все в порядке.       Гарри раздосадованно хлопнул себя ладонью здоровой руки по лбу и медленно провел рукой вниз по лицу. Однако этот жест заставил плечо снова болезненно стрельнуть в месте перелома.       — Это значит, что у тебя мозги набекрень. И ты еще собрался захватывать маггловский мир. Да ты даже их поговорок не знаешь.       Темный Лорд лишь хмыкнул.       — Твоя речь достойна аплодисментов, Поттер. Но, смею тебя заверить, с мозгами у меня все в порядке. И я ожидал, что ты откажешься, — кивнул он.       — Смысл тогда предлагать мне стать Пожирателем.       — А я не предлагал тебе быть Пожирателем. Я лишь предложил тебе сотрудничество. В конце концов, ставить Метку на собственном крестраже — как-то негуманно.       Гарри притворно округлил глаза.       — Ой, да ладно! Что я слышу! Сам Темный Лорд говорит о гуманности!       Лицо Волан-де-Морта исказила кривая улыбка.       — А что, ты хочешь, чтобы я все же поставил тебе Метку?       Гарри скривился. Как только он представил метку у себя на руке, его передернуло.       — Вижу, что нет. Так что, Гарри Поттер, ты согласен сотрудничать со мной?       — Нет, — твердо ответил Гарри.       — Как думаешь, для чего здесь твои друзья? — Рон, Джинни и Гермиона с суеверным ужасом посмотрели на Волан-де-Морта. — Круцио! — он направил палочку на обомлевшую Гермиону.       — НЕТ!!       К удивлению абсолютно всех в комнате голос принадлежал не Поттеру и даже не Уизли, а Беллатрисе Лестрейндж.       Волан-де-Морт удивленно повернулся к самой своей преданной соратнице, отводя палочку от Гермионы. Сама же Гермиона была на грани потери сознания. Ее колотило так, что было видно из другого конца зала.       — Что ты сказала?       — Я… Милорд, не надо ее пытать.       — Обьяснись, Белла.       Она метнула взгляд в сторону гриффиндорцев.       — Можно не при них?       Волан-де-Морт смерил ее внимательным взглядом и кивнул. Потом перевел палочку на Рона и снова сказал:       — Круцио!       Рон закричал и стал извиваться, Гарри подскочил и закричал:       — ПРЕКРАТИ!!!       Волан-де-Морт отвел палочку от Рона. Гарри, не обращая внимание (вернее, пытаясь не обращать) на боль в сломанной кости, наклонился и положил другу руку на плечо и спросил:       — Ты как?       Рон заметно дрожал, но нашел в себе силы ответить, правда, голос его звучал довольно слабо:       — Порядок, Гарри.       Волан-де-Морт снова скривил губы в улыбке.       — В случае твоего отказа я буду убивать последних дорогих тебе людей, — он плавно повел рукой с палочкой, указывая на Гермиону, Джинни и Рона, — медленно и мучительно. А тебя свяжу так, чтобы ты не смог помочь своим друзьям. Ты будешь смотреть, как они умоляют меня о смерти. И ты ничего не сможешь сделать. А потом я примусь за остальных Уизли, все равно их слишком много развелось.       — Шантаж! — возмутился Гарри, с ненавистью глядя на Волан-де-Морта. У Гарри уже не в шутку начался нервный тик левой ноздри, так и хотелось оскалиться.       — А ты как хотел? — кивнул Темный Лорд. — Итак?       Гарри медлил с ответом. Волан-де-Морт взмахнул палочкой, целясь в Джинни, и воскликнул:       — Авада.!       — СТОЙ!!! — взревел Гарри, вскакивая и закрывая собой перепуганную Джинни, которая из последних сил сдерживала слезы. Плечо снова заболело не хуже головы, и он осел на пол. — Стой, стой! Хорошо, хорошо, я буду с тобой сотрудничать! Доволен? — уже с отвращением спросил он.       — Доволен, — удовлетворенно кивнул Волан-де-Морт, поднимаясь с кресла и снова подходя к нему. — А теперь дай-ка взглянуть на твое плечо.       — Нет! — раздраженный Гарри вскинул ладонь здоровой руки, останавливая его. — Я согласился на сотрудничество, а не на помощь с твоей стороны. Если мне и понадобится чья-то помощь, то тебя я буду просить в последнюю очередь. Мадам Помфри прекрасно справляется со своими обязанностями.       Волан-де-Морт снова зацокал языком.       — Какие мы гордые…       — Да, и еще.       Гарри поднялся и сделал шаг к врагу, хмуро глядя на него. Перед глазами плыло, в голове гудело, и Гарри только наполовину соображал, что говорит, пытаясь отвлечься от тошноты, вызванной болью.       — Ты убил моих родителей. Тебя… как, совесть не мучает, не?       Волан-де-Морт рассмеялся.       — Совесть? Нет, не мучает.       Гарри размахнулся и со всей силы вмазал Волан-де-Морту по челюсти так, что тот упал бы, если бы Беллатриса не взмахнула палочкой и не поставила Волан-де-Морта в исходное положение.       — Как ты посмел нападать на Темного Лорда?! — возопила она, яростно глядя на Гарри.       Он ответил ей не менее ненавидящим взглядом.       — А ты заткнись, пока я тебе Сириуса не припомнил, — проговорил он сквозь зубы. Потом повернулся к Волан-де-Морту, ожидая за свой неожиданный даже для Гарри удар Убивающее заклятие. — Я бы тебя убил, если бы ты не заставил меня заключить с тобой перемирие. Согласись, — Гарри сделал паузу: было слишком больно, но невероятно важно было сейчас сохранить спокойный тон, и снова сказал то, чего от себя не ожидал: — кулак в челюсть за убийство родителей — самая что ни на есть безобидная месть.       Стоило ему сказать это, как Гарри сам почувствовал отвращение к себе: реплика звучала как жалкое оправдание, хотя не была таковой.       Волан-де-Морт провел рукой по скуле, потом сказал, обращаясь к Торфинну Роули:       — Приведи его.       Пожиратель кивнул и скрылся за дверью, ведущей, судя по всей видимости, в подвал. Через некоторое время взору всех присутствующих предстал живой, но не очень здоровый Сириус Блэк.