Глава VIII
22 сентября 2017 г., 11:36
Всё идёт к концу К своему венцу. Глупая мораль Смерти не к лицу. Каждый новый шаг в этой вечности Повторяет знак бесконечности. © В. Демиденко
25 декабря, 1945 год, Хогвартс. Школа была полностью готова к Рождеству. Залы и коридоры украшены, везде царит дух предстоящего праздника. Каникулы начались пять дней назад, и все уже успели отдохнуть и хорошенько подготовиться за это время. В холле толпился народ в ожидании начала Святочного бала. Пары мило беседовали между собой, дамы разглядывали платья и кавалеров подруг, а юноши завистливо поглядывали на других девушек, но, разумеется, только те, кому с партнером не повезло. Каждый ученик школы сегодня выглядел очаровательно, ведь костюмы и платья делают красивее даже самого неприметного человека. К остальным спустились и Томас с Эмори. С ними столько всего произошло за эти несколько дней, что, казалось, они и видеть друг друга больше не смогут, однако их отношения наладились. Тогда, 21 декабря, они очень долго говорили и обсуждали ситуацию, которая сложилась между ними. Они могли забыть друг о друге и вычеркнуть 7 лет из своей жизни, но поступили намного мудрее. Что может быть страшнее, чем уход из конфликтной ситуации? Забыть. Удалить. Жить дальше. Ничего. А ведь можно просто поговорить, наконец, сказать правду и вместе выкарабкаться наверх. Именно это они сделали. Том был облачен в черный костюм, который на нём сидел идеально, подчеркивал строгость и темперамент. На Эм было черное платье, которое спереди было коротким, а шлейф сзади спускался до самого пола. Оно не позволяло не обратить внимание на её узкую талию и точную, красивую фигуру. Вместе они смотрелись очень изящно и элегантно, казалось, что пара создана друг для друга. Ровно в 20:00 двери зала распахнулись, и бал начался. Первыми холл покинули чемпионы со своими партнерами, которые начали исполнять вальс, а через пару минут к ним присоединились остальные. Как только закончился первый танец, все заняли места за круглыми столиками, которые располагались вдоль стен. Начался Рождественский ужин, во время которого на сцене выступал симфонический ансамбль, игравший праздничную музыку. После ужина вновь последовали танцы, но уже в более неформальной обстановке. Танцевали все: учителя, ученики и работники Хогвартса. Дух веселья парил в воздухе, больше не было ощущения, что сотни глаз пялятся на тебя и нужно выглядеть достойно, поэтому теперь все просто радовались жизни, приглашали танцевать других девушек и просто наслаждались вечером. Томас и Эм заняли места за столиком. Танцевать им не хотелось, да и в их планы это не входило. Том посмотрел на девушку, на что в ответ она ему кивнула. После этого они незамедлительно покинули зал и отправились на второй этаж. — Ты уверен? — Абсолютно.***
Подчинись мне, наследнику твоего Хозяина, и выполняй приказы, отданные тебе потомком великого Салазара Слизерина. Выполни свое предназначение.
***
— Что будет дальше? — Эм с каким-то беспокойством задала этот вопрос. — А дальше, Эм, мы сдадим экзамены и навсегда покинем эти стены…***
Миновали месяцы, и с каждым днём, с каждым часом Томас менял свое представление о жизни в Хогвартсе. Все начиналось с ненависти. Он терпеть не мог то место, где провел свое детство. Там он узнал, что такое злоба, научился ненавидеть, манипулировать, внушать страх тупым маглам, обитавшим рядом с ним. Дальше был Хогвартс, попав куда, Томас не знал других чувств. Только ненависть жила в его разуме, только она управляла им. Она повлияла на его мировоззрение, на прошлое, на настоящее, на будущее. Но ничего не бывает вечно, и в его жизни тоже появился человек, который своей целью сделал обучение Томаса другим чувствам. Понемногу, маленькими шагами, боясь оступиться и упасть, она пыталась достучаться до него, показать, что он умеет любить, дорожить и сопереживать. Эмори. Каждый день для неё был маленькой победой, преодоленным рубежом. К началу седьмого курса она сделала невозможное: Томас сам осознал это. Понял, к чему стремилась девушка, что видела в нём. Понял её. Но что-то все равно мешало ему, что-то препятствовало идти к цели Эм дальше. Решив, что дороги назад уже нет, она постепенно поддавалась влечению Томаса к прошлому, не замечая этого. А Томас не пытался остановиться. Течение все больше относило его назад, к истокам, к ненависти. «На земле рожденный, снова должен стать землей.» «Воспитанный ненавистью к ней вернется.» К концу седьмого года он твердо решил, что снова начал ненавидеть. Ненавидеть эту школу, ненавидеть маглов и всё, что с ними связано, и желание скорее покинуть Хогвартс все больше манило его. Но все-таки изменения дают о себе знать. Если раньше он жаждал лишь убраться от сюда, то теперь он мечтал, что, однажды, взяв с собой Эм, он уйдет от сюда, соберет сторонников и наконец вернется сюда. Вернется, чтобы больше никто не вошел в эти стены. Уничтожа их, он уничтожит и свое прошлое. И его жизнь наконец-то будет подвластна только ему. Их жизни. Им.***
Конец мая, 1946 год, Большой зал. Долгожданный пир по окончанию учебного года. Все наконец заняли свои места, и директор начал вещать: — Сегодня, дорогие друзья, мы провожаем вас из стен нашего замка. Кто-то навсегда покинет нас, а кто-то вернется вновь, через 3 месяца. Вы все порадовали меня, и я не буду долго разглагольствовать, скажу лишь, что в этом году в гонке факультетов побеждает факультет Слизерин, который набрал наибольшее количество баллов. — по залу раздались аплодисменты и крики слизеринцев. — Итак, теперь о вас, дорогие выпускники. Я хочу сказать, что мы очень ждем, когда вы вновь окажитесь в стенах этой школы и присоединитесь к нашему коллективу. Удачи и в добрый путь! Да начнется пир!***
Как только пир закончился, Эмори и Томас отправились собирать свои вещи. Конечно, у них не получится покинуть Хогвартс раньше остальных, ведь трансгрессировать на территории школы невозможно, но всё-таки знание того, что это последний день, грело их души. Встретившись в гостиной, они отправились на самое символичное место — башня. С ней связано много воспоминаний, и где, как не на ней, провести последние часы в замке? Поднявшись наверх, пара подошла к ограждениям. Столько воспоминаний… Так, постояв немного в тишине и рассматривая просторы школы, Том, прижившись грудью к её спине, обнял девушку за талию. Эм положила свои руки на руки Томаса и развернулась к нему лицом. Их разделяло буквально несколько сантиметров, но и они исчезли, когда двое слились в их первом поцелуе. Таком уверенном, сильном, но нежном поцелуе. По спине у Эм побежали мурашки, и она положила руки на плечи юноши.***
Ровно в 10 утра поезд от Хогвартса направлялся прямиком на станцию Кингс Кросс. Прибыв в Лондон, Томас взял Эм за руку и сказал: — Поехали домой. — на его лице была едва заметная улыбка. — Куда? — Эмори с недоумением посмотрела на юношу, ведь дома-то у них, по сути, и не было никогда. — Держись. Трансгрессия. Две секунды, и пара оказалась недалеко от большого дома с садом. Здание было старое, видно, что заброшенное. Вокруг когда-то располагался сад, но сейчас вся округа скорее внушала страх. Томас сделал пару шагов и взмахнул палочкой. Все резко изменилось, и дом стал похож на пригодное для существования поместье, а сад снова стал садом. — Добро пожаловать. Поместье Реддлов. — Томас как-то задумчиво посмотрел на дом, будто пытаясь вспомнить все, что с ним связано. Однако вспоминать было нечего, и от этого становилось не по себе. Эм, заметив это, подошла к Томасу со спины и, положив одну руку на его плечо, а вторую на руку, сказала: — Ты уверен? — Абсолютно.
Примечания:
Все идет к нулю.
