Пожизненное членство прилагается

Проблема с тренажерным залом кампуса в том, мрачно думает Дерек, что туда пускают только до десяти вечера. В конце концов, это колледж, и так рано спать укладываются единицы, из чего следует, что некоторым, возможно, захочется потренироваться дольше, чем позволяют действующие возмутительные часы работы. Если библиотека открыта до двух ночи, то, безусловно, посещения тренажерки можно продлить, по меньшей мере, до полуночи. Девушка за стойкой сердито смотрит на выходящего Дерека, на что тот отвечает таким же взглядом. Сейчас ровно десять, и пусть он был единственным клиентом, который занимался последние двадцать минут, уйди он вместе с остальными, она все равно не смогла бы пораньше отправиться домой. На улице холодно, и перепад температуры настолько резкий, что стекающий с Дерека пот тотчас остывает и неприятно липнет к коже. Перед уходом следовало бы принять душ, но это урезало бы время тренировки, что для Дерека далеко не равноценный обмен. До дома недалеко, ничего с ним не случится. Хорошо прогуляться спокойным вечером. Вечер спокойный, пока Дерек не сходит с крыльца и не видит Бойда, развалившегося на скамейке и явно кого-то ожидающего. Мгновенье спустя Бойд поднимает взгляд, а заметив Дерека, прищуривается. – Дерек, – приветствует он его с явным неодобрением в голосе. – Бойд, – отзывается Дерек, подтягивая выше ремень сумки на плече. Он понимает: безосновательно мечтать, что Бойд ждет кого-то другого, особенно учитывая, что он поднимается со скамейки, когда Дерек проходит мимо, и пристраивается рядом. Его ботинки глуше ударяют по асфальту по сравнению с легкими кедами Дерека, а кожаная куртка скрипит, когда он сует руки в карманы. – Ладно, колись, – говорит Бойд спустя минуту молчания. Дерек к нему не поворачивается, продолжая смотреть прямо перед собой. – Ты о чем? – О том, что тебя беспокоит. Тебе лучше рассказать по-хорошему, ты же знаешь, я все равно добьюсь от тебя ответа. – Мне нечего тебе сообщить, – твердо говорит Дерек. – Все хорошо. Здорово. Замечательно. Бойд недоверчиво фыркает. – М-м-м, – тянет он, совершенно не убежденный. – Поэтому из своих источников я знаю, что ты каждый день четыре-шесть часов проводишь в тренажерном зале, и холодильник забил брюссельской капустой, сельдереем и еще какой-то дрянью, которую никогда не ешь. Не говоря уже о том, что ты не отвечаешь на мои звонки, и Эрика не может к тебе пробиться по скайпу. – Из своих источников? – уточняет Дерек, вкладывая как можно больше насмешки в последнее слово. Бойд самодовольно улыбается. – Я ассистент преподавателя философии у Гринберга. В обмен на постоянные сведения о твоем душевном и физическом состоянии я закрываю глаза, если он иногда пропускает семинары. – Так, – спокойно говорит Дерек, – я его придушу, а потом займусь тобой, так что, пока есть шанс, советую попрощаться с Эрикой. – Дерек, перестань, – с искренним расстройством в голосе произносит Бойд. Дерек намеревается идти дальше, но Бойд хватает его за локоть, удерживая на месте. – Что-то явно не так, я уже раньше видел, как ты зацикливался на тренировках. Я имею в виду, после Кейт… – Мы со Стайлзом переспали, – перебивает его Дерек, потому что если выбирать, о чем говорить, то между Кейт и чем угодно другим он всегда выберет другое. – Я переспал со Стайлзом. Вот. Бойд ошеломленно на него смотрит, и удивление на его обычно невозмутимом лице выглядит чужеродно. – Ты… одноразовый секс не в твоих привычках, – наконец выдавливает он, моргая. Дереку почти хочется рассмеяться, тихо и горько, но он лишь пожимает плечами. – На этот раз я себе изменил. Поверь мне, я зарекся еще хоть раз повторять. – Как это произошло? – спрашивает Бойд, направляя Дерека в сторону скамейки и усаживая. Он не встречает сопротивления, потому что Дерек внезапно чувствует себя измученным, обессиленным, только к недавнему поднятию тяжестей слабость не имеет отношения. – Когда? Где? – На Хэллоуин, вечеринка у «Дельта Альфа Каппа», – отвечает Дерек, сжимает кулаки и кладет их на колени, не отрывая от них взгляда. – Мы… мы оба были в костюмах, оба пили, и в первый раз я даже не знал, кто это. – В первый раз? – мягко подталкивает его продолжать Бойд после нескольких секунд тяжелой тишины. Дерек запрокидывает голову, втягивает воздух через нос, задерживает дыхание, затем выдыхает. – Мы уснули. Когда проснулись, оказались без масок. Он запаниковал, увидев меня, решил, что это какая-то дерьмовая проделка, которую я организовал, а потом… не знаю, – в отчаянии произносит Дерек. – Каким-то образом все закончилось сексом, и я уже думал, что после приглашу его на завтрак, в ту закусочную на Элм-стрит. Но как только мы закончили, он сбежал. Бойд ничего не говорит. Он всегда такой: затягивает тишину, вероятно, надеясь, что Дерек скажет что-то еще, добавит подробностей. На сей раз Дерек не поддается, уже и так выдал достаточно, поэтому, стиснув зубы и рассматривая звезды в темном небе, он молчит тоже. – На последней встрече претендентов Стайлз себя странно вел, – наконец, отзывается Бойд, и у Дерека внутри все скручивается. – Был тихий, будто витал в облаках. – Ну, – выдавливает Дерек, – он, наверное, по уши в сожалениях, что переспал с человеком, которого не переносит. – Дерек, – в голосе Бойда тонна порицания, – не тупи. Дерек кидает на него сердитый взгляд, но Бойд лишь спокойно смотрит в ответ. Он вскидывает бровь, словно ждет от Дерека большей реакции, чем просто негодование. – Я не туплю, – рявкает Дерек, когда уже не может выносить молчания Бойда. – Он… – Ты ему нравишься. Послушай, я не знаю, почему он сбежал… может, одноразовый секс тоже не в его правилах… но он недели три назад дал тебе кодовое имя «Хмурый Волк», и каждый раз, когда он под благовидным предлогом так тебя называет, на его лице появляется глупое выражение. И так все время, потому что он о тебе все время говорит. На услышанное у Дерека нет ответа, но уши внезапно горят огнем. – Это не значит, что я ему нравлюсь, – бормочет Дерек, чувствуя себя так, будто он опять в средней школе и ненавидит каждый миг пребывания там. – Да конечно! Дерек, это именно симпатия. – Тогда это не значит, что он меня хочет! Может, ему нравится морочить мне мозги. Может… Бойд фыркает. – Я видел, как он смотрит то видео на youtube, то, с маслом. И я видел, как он в этот момент выглядит. Парень на тебя откровенно пялится, если он на тебя так реагирует и при личном общении, то я не знаю, как ты раньше не заметил. И тут Дерек вспоминает, как привязывал Стайлза скотчем, как поймал его во время проделки с доставками. Черт, даже как они спали вместе. Дерек действительно замечал взгляды Стайлза, но не позволял себе об этом задумываться, все еще отказываясь признавать очевидное, но… он замечал. Конечно, замечал. И эти взгляды из категории тех, что тяжело спутать с чем-то другим. Бойд, без сомнения наблюдавший за мыслительным процессом на лице Дерека, одобрительно хмыкает, вот ведь засранец! Потом хлопает Дерека по спине и встает. – Тебе надо с ним поговорить, – спокойно советует он, будто это самая простая вещь на свете, а не… ужасающая. – Только теперь на самом деле попытайся пригласить его на свидание. Но сначала иди домой и выспись, ты вот-вот развалишься. – Заткнись, – машинально отзывается Дерек, но, как ни старается, прорывающуюся из-под раздражения симпатию в голосе приглушить не удается. – Да-да. Я тоже домой, обещал созвониться с Эрикой по скайпу после того, как поговорю с тобой. Ей что-то передать от тебя? Поднимаясь, Дерек показывает ему средний палец, потому что именно из-за Эрики все и закрутилось. Бойд лишь смеется, и Дерек слышит его смех, удаляясь по улице. *** Удача на его стороне: когда Дерек взбегает по ступенькам, из резиденции «Альф» выходит Гринберг. Он не обращает внимания на улыбку Гринберга и приветственный взмах рукой, а хватает за ручку на удивление тяжелого рюкзака и тянет обратно в дом. – Хэй! – вскрикивает ошарашенный Гринберг. – Дерек! – Слушай, какая у меня идея, – рычит Дерек, заводя Гринберга в, хвала господу, пустую кухню и отступая на шаг назад, чтобы угрожающе сложить руки на груди. – Если ты просто будешь посещать хреновы семинары по философии, то тебе не придется шпионить за мной, чтобы ассистент преподавателя закрывал глаза на пропуски. Гринберг заметно бледнеет и хватает ртом воздух. – Просто… они начинаются в восемь утра… – Мне все равно. Больше никаких докладов Бойду, вообще никому, если уж на то пошло. – Да, конечно, прости, – горячо произносит Гринберг, покусывая нижнюю губу с явным беспокойством. – Хорошо, – говорит Дерек, еще несколько мгновений тяжело глядя на него, чтобы окончательно донести свою мысль. Гринберг виновато мнется, потом раскрывает рот, будто сейчас вновь начнет извиняться. У Дерека нет на это настроения, он не дает ничего сказать, намереваясь просто отправить его домой, но вместо этого с губ срывается: – Как Стайлз? – Ты о чем? – спрашивает Гринберг, и Дерек, ругнувшись про себя, с такой силой стискивает зубы, что у него, наверное, щека дергается. Гринберг все еще выжидательно смотрит, поэтому вопреки здравому смыслу Дерек уточняет: – Кажется ли он в последнее время… не таким, как обычно? Будь это кто-нибудь другой, он бы назвал Дерека самым большим в мире ханжой с двойными стандартами, но Гринберг лишь задумчиво склоняет голову на бок. – Нет, – наконец, отвечает он. – Может, тише обычного? Будто у него что-то на уме. Но у нас в пятницу огромный тест по экономике, и все не в себе из-за этого, поэтому, возможно, дело в тесте. Дерек вспоминает тяжелый рюкзак Гринберга и морщится. – Ты поэтому здесь отсиживаешься? Занимаешься? – Ага, – вздыхает тот. – Финсток меня просто ненавидит. Думаю, он может меня специально завалить. – Если он тебя завалит, то ему придется любоваться на тебя весь следующий семестр, – замечает Дерек. У Гринберга тотчас светлеет лицо. – Верно! – говорит он, подкидывая рюкзак на плече в приливе энергии. – Спасибо, Дерек! – он идет в сторону выхода, подпрыгивая как ребенок. – Ходи на семинары! – кричит ему вслед Дерек, словно родитель безалаберного студента. «Чертов Гринберг», – мрачно думает он, открывая холодильник, чтобы перекусить, а на полках одна морковь. Он достает телефон – закажет что-нибудь с доставкой, теперь его данные есть практически у всех заведений города. – «Пицца у Пита», – весело отвечает ему девушка на той стороне. – Здравствуйте, я бы хотел сделать заказ. Большую пиццу пеперони, пожалуйста. – Принято. Ваше имя и номер телефона? – Дерек Хейл, – говорит Дерек, потом диктует номер телефона, ожидая, когда она откроет его профиль. Диспетчер молчит, из трубки доносится гомон оживленной пиццерии, потом девушка в замешательстве тянет: – Э-м-м-м. Здесь указано, что я должна задать вам вопрос для подтверждения личности, – неуверенно говорит она. – Любимый фильм? – «Американский оборотень в Лондоне», – отвечает Дерек, довольный, по крайней мере, тем, что в «Пицце у Пита» пошли навстречу его просьбе. Хотя он не считает, что Стайлз опустится так низко, чтобы повторить проделку, но лучше перестраховаться. *** По дороге в библиотеку Дерек хмуро смотрит в айфон, быстро проматывая надоедливый спам, который получает в последнее время. Он не может понять, откуда все взялось – основная часть имейлов идет с легальных сайтов, но эти страницы он никогда не посещал, и никакого интереса они для него не представляют. Фан-клуб «One Direction» присылает чуть ли не почасовые обновления о том, что делает их любимый бойз-бэнд. Дерек уже неделю пытается отписаться, но письма продолжают поступать. Опять «Не пропустите: уникальные предложения от Groupon(3)», а еще, кажется, ему приходят сообщения о каждой дешевой подделке, появившейся на рынке США. Он кликает по очередному «Пожалуйста, удалите меня из этого списка», когда телефон вибрирует – сообщение от Айзека. «угадай, кто сейчас в твоей любимой кофейне» Секунд пять Дерек смотрит на экран. Он точно знает, кого имеет в виду Айзек, и желудок скручивает в узел от страха. Ответить он не успевает – проходит еще одно сообщение, на этот раз графическое. На изображении Стайлз, длинные руки-ноги утопают в мягком кресле, вокруг разложены книги, бумаги и карточки с определениями. Нахмурившись, он что-то сосредоточенно читает, и даже на расстоянии, с которого Айзек сделал снимок, по мнению Дерека, он выглядит уставшим, напряженным и слегка потрепанным. «это ненормально, – пишет в ответ Дерек, хотя сам сохраняет снимок в память, – ты больной тип» (Ну и что, Айзек первый начал). «он обожает тыквенный латте, – приходит от Айзека чуть позже, – надеюсь, ты верно используешь эту инфу» Сообщение заканчивается раздражающе улыбающимся смайликом, и Дерек фыркает, потом, не отвечая, сует телефон в карман. Он почти возле библиотеки, а нужная кофейня на другом конце кампуса. Да и все равно Стайлз не будет рад его видеть, что бы Бойд ни говорил. Дерек согласен делать вид, что на Хэллоуин ничего не произошло, а намеренная встреча со Стайлзом весьма эффективно положит этому конец. Опять вибрирует телефон, и вопреки всем доводам рассудка Дерек достает его, чтобы прочесть последнее сообщение от Айзека. «давай, Хейл, будь мужиком. он такой ГРУСТНЫЙ в последнее время, даже не стал помогать претендентам планировать следующую проделку. уверен, он тоскует» Да просто смешно думать, что Стайлз хочет вновь видеть Дерека, помня, что в последний раз Стайлз не знал, как побыстрее сбежать. Айзен не прав, и Бойд тоже, и ничего хорошего не получится, если Дерек появится там, где занимается Стайлз: он выставит себя на посмешище. И это все никак не объясняет, почему Дерек разворачивается и идет в противоположную от библиотеки сторону. *** Кофейня одна из самых тихих в кампусе – немаловажная причина, почему Дереку здесь так нравится. Это хорошее место для занятий, в котором не только можно легко найти свободное кресло, но еще имеется достаточно розеток, чтобы не волноваться о заканчивающемся заряде батареи ноутбука посреди работы над эссе. А то, что сегодня среда, время обеда, означает: здесь даже тише, чем обычно, из чего вытекает, что Дерек замечает Стайлза, как только входит. Тот расположился в дальнем углу, где самые удобные кресла, и явно настроен уйти отсюда нескоро. Дерек глубоко вздыхает. По пути в кофейню он решил, что не станет все время игнорировать Стайлза. Рано или поздно они все равно встретятся, поэтому в их же интересах держаться в рамках приличия. Дерек это может; не обязательно дергаться из-за того, что они переспали. И вообще, он в состоянии справиться с трудностями, когда сталкивается с ними лицом к лицу. Внимание Дерека привлекает покашливание слева, и, повернув голову, он видит Айзека, который с дьявольской усмешкой смотрит на него. – Молодец, – с одобрением говорит он. Дерек смеряет его сердитым взглядом. – Заткнись, – буркает он и идет к стойке. Сейчас он слишком нервничает, чтобы пить кофе, но теперь знает любимый напиток Стайлза, поэтому просто обязан его заказать. Вспомнив, каким усталым выглядел Стайлз, Дерек добавляет к заказу булочку. Непонятно откуда, но у него появляется ощущение, что, когда Стайлз чем-то поглощен, он не всегда помнит о еде. До дальнего угла путь оказывается долгим, но Дерек усилием воли заставляет руки не дрожать и дышит через нос медленно и размеренно. Стайлз не отрывает взгляда от карточки, пока Дерек не ставит перед ним чашку и тарелку. – Я не заказывал… – говорит Стайлз, поднимая голову, и его лицо застывает, когда он понимает, на кого смотрит. – Э-м-м… Дерек глядит прямо в его глаза, чувствуя, как начинает краснеть, когда взгляд Стайлза опускается ниже, блуждая по всему телу Дерека, и медленно возвращается назад, останавливаясь где-то на челюсти. Все это до удивления знакомо, и такой взгляд наталкивает на опасные мысли, например, что, может, Бойд и Айзек не настолько ошибаются, как думает Дерек. Он откашливается, изо всех сил пытаясь заставить голос звучать ровно. – Это понятно. Я заказал для тебя. Стайлз продолжает в изумлении смотреть на него, щеки окрашиваются слабым румянцем. Дерек радуется собственному цвету лица – ему тоже становится жарко, но на его коже краска не так легко проявляется, как у Стайлза. Но радуется он не только поэтому – еще румянец очень идет Стайлзу. – Хорошо, – медленно говорит Стайлз. Он закусывает нижнюю губу на мгновенье, белые ровные зубы на красной манящей плоти, и… боже, это так отвлекает, что Дерек едва слышит следующий вопрос, что-то о том, зачем он принес кофе. Вместо ответа Дерек усаживается рядом, чего совершенно не планировал. Осознает случившееся он, лишь утопнув в мягких подушках и кинув сумку на пол. Он видит, что Стайлз все еще выжидающе на него смотрит, и Дерек спешно подбирает приемлемый ответ. – Давно не было никаких проделок, – наконец, говорит он, потому что это относительно нейтральная тема, не затрагивающая Хэллоуин, секс или то, что просто смотреть на Стайлза сплошная мука – так хочется к нему прикоснуться. Только, кажется, Стайлз ждал чего-то другого, потому что он моргает, еще больше хмурясь. – Да, думаю, не было. В последнее время я… мы… были заняты. Оговорка нечаянная, и у Дерека совершенно не выходит сдержать улыбку. Попытки Стайлза до сих пор притворяться, что он не единолично ответственен за устроенный «Альфам» хаос в этом семестре, одновременно смешны и забавны. – Это приятный перерыв, – просто говорит он. – Так что спасибо. – Э, конечно, – Стайлз все еще смотрит на него так, будто прямо на его глазах у Дерека вторая голова выросла. – Нет проблем. Так… зачем кофе? Какое-то мгновенье Дерек обдумывает мысль рискнуть и пригласить Стайлза на обед, куда-то в приятное место, где сразу станет понятно, что у них свидание. Можно с тайской или итальянской кухней, или даже в стейк-хаус, хотя последнее больше подходит для ужина. Но Дерек тут же отмахивается от этих идей – сейчас неподходящий момент. Пока нет. Не когда Стайлз смотрит на него с настороженностью, явно ожидая конкретного ответа. – Да, – спокойно отзывается Дерек. – Это благодарность. И… ты так выглядишь, что он тебе не помешает. Вопреки всему он зарабатывает этим улыбку, хотя и усталую, и у Дерека щемит в груди, внезапно наполнившейся теплом. Как же ему хочется делать это постоянно – вызывать у Стайлза улыбку. – Классно, – произносит Стайлз, потирая длинными пальцами висок. Дерек изо всех старается не слишком заметно следить за этим движением. – И, э… у тебя хорошая интуиция. У меня скоро тест по экономике… Я раздумываю, не разбить ли мне палатку в библиотеке на три следующих дня. Дерек сглатывает, тщательно удерживая нейтральное выражение лица, чтобы не показать, сколько он знает про Стайлзовы занятия по экономике. – По экономике, – небрежно говорит Дерек. – У Финстока? – Ага, – подтверждает Стайлз и, наконец, берет чашку с кофе. Дерек подчеркнуто не смотрит, как его пальцы скользят по керамическим изгибам, как он наклоняет голову, чтобы вдохнуть аромат. У Стайлза до сих пор засос на шее, понимает Дерек, и его захлестывает волна вожделения с такой силой, что из горла почти вырывается стон. Засос скрыт воротником рубашки, но Дерек замечает его, когда Стайлз двигается. Отметина все еще темная, учитывая, сколько дней прошло, и Дерек тяжело выдыхает, копаясь в сумке, пока Стайлз продолжает говорить. – Я слышал… страшные слухи, – произносит Стайлз, а Дерек почти зарывается в сумке с головой, чтобы выражением лица себя не выдать. – Ты справишься, – наконец выдает Дерек, достав учебник по физике. – Ты умный. – Прости, что? С чего ты взял? Ты меня даже не знаешь. Если Стайлз действительно так считает, то он очень невнимателен. Дерек даже не фыркает, ограничившись закатыванием глаз. – Чтобы понимать столь очевидное, мне тебя знать не нужно, – отвечает Дерек, потому что это уличает меньше рассказа о том, как он днями, неделями думает о Стайлзе, мечтает о нем, как заставляет Гринберга шпионить и докладывать обо всем, что удается о Стайлзе узнать. А удается мало, ведь во время лекции не много возможностей узнать сокурсников поближе. Открытие настоящей глубины своего интереса пройдет с таким же успехом, как серфинг на доске из свинца. Он распахивает учебник на случайной странице, слепо уставившись на перечень обзорных вопросов и игнорируя взгляд, которым его одаривает Стайлз. Взгляд, говорящий о том, что, по мнению Стайлза, Дерек что-то задумал. Дерек успевает четыре раза прочесть один и тот же вопрос, когда Стайлз вновь застывает, почти поднеся чашку к губам. – Ты сюда что-то добавил? – подозрительно спрашивает он, но в тоне звучит надежда на ошибку. – Соль? Острый соус? Муравьев? На предположении о муравьях Дерек практически давится воздухом. Да кто вообще такое делает? Где бы он их достал? Как бы пронес в кофейню? Он берет себя в руки и, не отрывая взгляда от книги, говорит: – Стайлз, умолкни и пей кофе. К его бесконечному удовольствию, Стайлз слушается. Хотя мгновение спустя Дерек понимает, что почти желает, чтобы Стайлз стойко оставался непокорным, потому что он издает звук, – счастливый вздох, переходящий в стон, – который Дерек хорошо помнит. Такой же звук вырвался из его горла после того, как они впервые занялись сексом, когда он распластался на Дереке, теплый, насытившийся и расслабленный, словно из него все кости вынули. Это невыносимо сексуально. На мгновенье Дерек разрывается между паникой и вожделением, но потом с удивлением понимает, что губы складываются в легкую довольную улыбку. Ему просто на самом деле нравится, что он вызвал этот вздох-стон и неважно, чем: собственноручно принеся чашку любимого кофе или доведя до оргазма, превратив Стайлза в дрожащее желе. Дерек чувствует на себе взгляд Стайлза, но ничего не говорит, лишь перечитывает вопрос в десятый раз, и, в конце концов, Стайлз возвращается к своему занятию, прерываясь на то, чтобы отпить кофе либо откусить от булочки, роняя крошки. Дерек притворяется, что водит глазами по строчкам, будто действительно читает, но, по большому счету, фиксирует все, что делает Стайлз. Оказывается, Стайлз за работой неугомонен, хотя в этом ничего удивительного. Он постукивает ручкой, что-то обдумывая, хмурится и закусывает большой палец каждый раз, когда сталкивается с тем, что не совсем понимает. У него привычка бормотать себе под нос, иногда раздраженно «да куда же я это дел», иногда с добавлениями «да-а-а», когда ему не приходится проверять обратную сторону карточки с определением. Пока ест, Стайлз все засыпает крошками, но потом усердно стряхивает их в тарелку, когда, наконец, начинает собирать вещи. Дерек пытается не очень огорчаться. Он уже полчаса здесь сидит, просто тридцать минут прошли быстро, быстрее, чем Дереку хотелось бы. Тем не менее, он не собирается все портить, предложив Стайлзу остаться, и, когда Стайлз поднимается, Дерек молчит, ожидая, что тот направится в сторону выхода максимум с невнятным «пока». К его удивлению, Стайлз не уходит. Краем глаза Дерек видит, как он переминается, кроссовкой шаркая по деревянному полу. – Эм… спасибо, – произносит Стайлз. – За кофе и булочку. Было очень вкусно. Я… ухожу. В библиотеку, наверное. Не в силах справиться с собой, Дерек улыбается еще до того, как поднимает голову. На такую признательность он не рассчитывал, и внутри появляется надежда, что, может, это к чему-нибудь приведет. Сегодня не было подходящего момента, но, возможно, в следующий раз все сложится иначе. Теперь Дерек хотя бы верит, что этот подходящий момент будет. – Пожалуйста, – искренне говорит Дерек. – Проверь четвертый этаж библиотеки, там в дальнем левом углу стоят очень удобные кресла, тихо и уютно. У Стайлза такой вид, словно он не может определиться с ответом, но все же улыбается и, неловко махнув на прощанье, идет к выходу. Не проходит и тридцати секунд, как на освобожденное Стайлзом место опускается Айзек, выжидательно глядя на Дерека. – Ну? Ты признался ему в вечной любви или как? Дерек одаривает его взглядом, но настоящего гнева в нем нет – он слишком доволен для этого. – Ему понравился кофе, – только и говорит он, но чувствует, как губы расползаются в глупой улыбке. Он понимает, как попал, когда Айзек стонет, эффектным жестом прикрывая глаза рукой. – Да ты по уши в нем. Серьезно, стыд какой, аж тошнит. «Ага, – думает Дерек, – наверное, так и есть». Только это его совершенно не волнует. *** В четверг утром Дюк заходит на кухню, где Дерек ест залитые молоком хлопья, позаимствованные из шкафчика Эйдена. – Давно не было никаких проделок, – говорит он, неосознанно повторяя слова Дерека два дня назад. В ответ Дерек лишь приподнимает брови, ожидая окончания мысли. – Как считаешь, это значит, что мы закончили? – спрашивает Дюк, подходя к стойке, чтобы налить себе чашку кофе. – Что касается меня, то я бы очень хотел, чтобы это было так. – Я… наверное, мы закончили, да, – медленно произносит Дерек, размешивая ложкой хлопья и аккуратно переворачивая каждый квадратик глазурованной стороной вверх, чтобы сахар не сразу растаял. Он сам об этом думал: очевидно, Стайлз уже не горит желанием участвовать в проделках после того, как они переспали. Это что-то да значит, и Дерек надеется хотя бы на зарождающееся уважение. Вдруг Стайлз больше не хочет делать жизнь Дерека столь неприятной. Возможно, он даже видит Дерека в новом свете. – Отлично, – говорит Дюк, унося кофе в гостиную. – Мне до сих пор иногда чудится запах масла, и я не уверен, смогу ли так же, как раньше, наслаждаться попкорном в кинотеатре. Никому не пожелаю подобного опыта. Договаривает он уже на полпути в гостиную, поэтому Дерек не отвечает, а лишь улыбается и отправляет в рот полную ложку хлопьев. Да, в этом семестре были почти травматические моменты, но, в зависимости от того, что принесут следующие несколько недель, семестр может стать самым лучшим за всю учебу. *** Наступает прохладная и хмурая пятница. Дерек поднимается рано, энергия бьет через край – теперь он не проводит кучу времени в тренажерке. До половины двенадцатого он свободен, но слишком взбудоражен, чтобы сидеть в четырех стенах, поэтому накидывает куртку, подхватывает сумку и идет в сторону учебных корпусов. Где-то около девяти Дерек сворачивает к экономическому корпусу, где, как он знает, в фойе продают кофе. К тому же хороший кофе, и по пути – единственные причины, из-за которых он заходит. Ничего общего с тестом по экономике, назначенным на сегодняшнее утро. Вздохнув, Дерек занимает очередь и трет лицо рукой, размышляя, с каких пор стал так хорош в отрицании. Всего несколько людей отделяют его от заказа, когда знакомый голос зовет по имени. Сердце сбивается с ритма, а на губах расцветает улыбка, когда он поворачивается к Стайлзу, глядящему на него в изумлении. При виде него, бледного и сонного, с взъерошенными, все еще влажными волосами, Дерека нокаутирует желанием. Почти сто процентов, что Стайлз встал с кровати, принял душ и сразу направился сюда. – Доброе утро, – вежливо говорит Дерек. Стайлз подходит к нему, почти подлетает. Вокруг широко распахнутых глаз темные синюшные круги. Он явно не высыпается, отчего нестерпимо хочется увести его домой и уложить в постель. Да, у Дерека точно проблема. Стайлз раскрывает рот, и Дерек видит написанный на лице вопрос еще до того, как Стайлз его выпаливает: – Ты за мной следишь? – Если учесть, что я был здесь первым, то нет, – отвечает Дерек, довольный, что говорит чистую правду. Если разобраться, то, быть может, и следит, но это не значит, что он лжет. Не в силах удержаться, он добавляет свой вопрос, чтобы вывести из себя. Возмущенный Стайлз хорош. – А во-вторых… у тебя паранойя? – Не думаю, что меня можно в этом винить! – повышая голос, произносит Стайлз. – Ты в последнее время везде! Как это понимать? От ответа Дерека спасает бариста, подзывающий его к стойке. – Привет, – быстро говорит Дерек, – я буду черный кофе и тыквенный латте. Он чувствует, как рядом застывает замолчавший Стайлз, и приходится приложить неимоверные усилия, чтобы не усмехнуться. Эти напитки готовятся просто, и бариста ставит их на стойку еще до того, как Дерек успевает достать бумажник. – Ты… что… – лопочет Стайлз, когда Дерек вручает ему тыквенный латте. – Ты хочешь рогалик? Или что-то другое? – предлагает Дерек, потому что он здесь как-то покупал с черникой, и они невероятно вкусные. – Нет, – говорит Стайлз, хотя прижимает кофе к груди с таким видом, будто это спасательный якорь для его рассудка, – нет, спасибо. Я… нет. Рогалик не надо. Дерек пожимает плечами, не собираясь настаивать, и расплачивается. – Тебе нужно что-то поесть, – замечает он и отходит от стойки. Далее происходит удивительный, но обнадеживающий поворот событий: Стайлз идет за ним. – У тебя же сегодня тест по экономике, да? – продолжает Дерек, отпивая кофе. – Ладно, зловещий тип. Откуда тебе это известно? Дерек отвечает небрежным тоном: – Гринберг ходит вместе с тобой на экономику, он всю неделю готовился к тесту. Стайлз непонимающе смотрит на него, и Дерек сдерживает ухмылку, вместо этого закатывая глаза. Надо будет поговорить с Гринбергом о его планах на будущее, потому что ему явно стоит выбрать карьеру шпиона для ЦРУ. Дерек еще не встречал настолько незапоминающегося человека. – Не знаешь Гринберга? Он один из претендентов в «Альфы». Он сказал, что почти на каждой лекции сидит за тобой, – говорит он и тут же начинает волноваться, что выдал слишком многое, потому что лицо Стайлза застывает, будто он пытается свести все факты вместе, но у него не совсем получается. Дерек делает глоток кофе, чтобы больше не произнести ничего уличающего. – Я… мне нужно идти, – вдруг сообщает Стайлз, разворачивается и идет к лестнице на второй этаж. – Удачи! – кричит ему Дерек и в ответ получает небрежный жест. Совершенно глупо, но эти несколько минут, проведенные со Стайлзом, оставляют его таким расслабленным и счастливым, будто он начал день самым лучшим из всех возможных способов. Направляясь к выходу, он даже напевает себе под нос, но, поняв, что делает, тотчас перестает. «В следующий раз», – думает Дерек. В следующий раз, когда наткнется на Стайлза, может, он, наконец, пригласит его на свидание. И тогда Стайлз уже не будет задаваться вопросом, почему появляется Дерек и отчего покупает ему кофе. *** Остаток учебного дня проходит довольно гладко. На теории архитектуры лекцию читает приглашенный профессор, поэтому Дерек просто слушает и конспектирует. После он заходит в магазин за сандвичем, который съедает в библиотеке, готовясь к занятиям в понедельник. Лучше сделать это сейчас, не оставляя висеть тяжелый груз на все выходные. Дерек уже выучил урок вероятности спокойных воскресений у президента одного братства, рассчитывать не стоит, спасибо. Чем раньше он все закончит, тем меньше будет риска, что ему помешают. Время близится к трем, когда он, наконец, идет в сторону дома. Небо уже нависает грозными серыми тучами. Вдали не замолкает гром, и он шагает быстрее, не горя желанием попасть под ливень. Усиливается ветер, Дерек, пригнув голову, пробегает последнюю пару кварталов до логова. Он на середине квартала, когда поднимает взгляд, и от увиденного застывает на месте. Резиденция «Альф» покрыта туалетной бумагой. Длинные развевающиеся полосы потоком свисают с деревьев на переднем дворе, каждый дюйм дома, где есть хоть какой-то выступ, едва виден под слоем многочисленных лент. На траве тоже валяются куски, наверное, ветром сдуло с веток. Дерек смотрит на это, пока первая капля дождя не щелкает его по лбу. – Вашу ж мать, – он несется к парадной двери. Тучи, наконец, обрушиваются на него, проливаясь крупными каплями. – Черт, черт! Сухая туалетная бумага – тяжелый случай, но мокрое месиво, которое останется после дождя, – олицетворение кошмара. – Кто-то есть? – кричит Дерек, как только врывается внутрь, захлопывая за собой дверь. – Эй! Если есть, то лучше ему спуститься вниз прямо сейчас! Через минуту-две Дерек, наконец, слышит шаги на лестнице, и из-за угла появляется взъерошенный щурящийся Эйдан в одних трусах. – Какого… Дерек? – хмурится он. – Что случилось? – Дом покрыт туалетной бумагой, – говорит Дерек, почти срываясь на рычание. – Кто-то устроил нам проделку… ты все время был здесь? Как ты ничего не заметил? – Я был занят, – обороняется Эйдан. Присмотревшись, Дерек замечает на его подбородке след губной помады. – Ага, понятно, – бормочет он, и Эйдан показывает ему средний палец, потом идет к окну, чтобы выглянуть наружу. – Ого, – он почти поражен, – кто бы это ни сделал, они хорошо потрудились. – Кто бы это ни сделал, – повторяет Дерек и фыркает, доставая телефон и прокручивая список контактов в поисках Джексона. – Будто не ясно, кто это был. Вот же засранец мелкий, да я его… я думал, он… что мы… Он замолкает, потому что Эйдан странно на него смотрит, а Дерек сейчас совершенно не жаждет пояснять, почему так расстроен. И чего, спрашивается, ведь он просто купил Стайлзу пару чашек кофе. Но прийти домой и обнаружить очередную катастрофическую любезность от Стайлза Стилински ощущается как пощечина. – Джексон! – рявкает Дерек, как только на том конце отвечают. – Мне нужен твой ключ. Тот, который ты сохранил от своей прошлой комнаты. – Зачем тебе? – спрашивает Джексон, потому что ни в одной реальности он не будет таким покорным, как Гринберг. – Я хочу поговорить со Стайлзом, – с раздражением говорит Дерек, – а в общежитии это сделать удобнее всего. Кажется, этого достаточно, чтобы удовлетворить Джексона, уточняющего, может ли Дерек подъехать за ключом в столовую. Дерек соглашается и скидывает звонок. – Может, мне позвать парней? Попробуем убрать бумагу до того, как начнется гроза, – предлагает Эйдан, пригибаясь, чтобы получше рассмотреть масштабы катастрофы из окна. Дерек качает головой, отмахиваясь от идеи. – Пока они сюда доберутся, все уже намокнет. Займемся этим, когда дождь закончится. – Ладно, – Эйдан выглядит обрадованным. – Устрой ему взбучку. А я… э… пойду обратно… – Желаю хорошо провести время, – сухо отвечает Дерек. Эйдан ухмыляется и топает к лестнице. В кои-то веки Дерек припарковался так близко, всего в двух домах от логова. Дождь идет, но еще не сильно, поэтому он почти не промок, когда усаживается за руль Камаро. Столовая недалеко от общежития Стайлза и, как бонус, там имеется парковка. Дерек ставит машину, встречается у входа с Джексоном и уносится с ключом вверх по склону в сторону нужного корпуса. Буря разражается по-настоящему, когда Дерек заходит во двор, и к дверям ему приходится бежать. Оказавшись под крышей, он чувствует, как неприятно липнет к коже влажная одежда. Хоть ручьем с него не льется. Малые благости. Он давно не был в общежитии первокурсников и, когда замечает стойку проходной, притормаживает, неожиданно сообразив, что пройти дальше может оказаться проблематичным. Хотя приблизившись, Дерек понимает, что на проходной сидит студентка, и тотчас расслабляется. Он улыбается своей самой очаровательной улыбкой, которая в барах обеспечивает ему бесплатные напитки. – Привет, – говорит он, останавливаясь у стойки. Девушка смеряет его прохладным взглядом, подчеркнуто вынимает наушники из ушей и кладет ручку на стол. Она не старше второго курса, с темными волосами и темно-карими глазами, и смотрит на Дерека так, словно предупреждает, что чушь собачью не потерпит. – Если ты в гости, то тебя должен кто-то зарегистрировать, – твердо и по-деловому сообщает она. Дерек уже улыбается не так широко. – Слушай, я надеялся… – Нет, – перебивает она его. – Либо тебя кто-то регистрирует, либо разворачивайся и уходи. – Я хотел сделать сюрприз моему парню, – выдает Дерек, губы движутся сами по себе, без участия мозга. Кажется, в последнее время подобное случается все чаще. Девушка приподнимает брови, на лице появляется легкое удивление. – Эм… – это явно застает ее врасплох. – Правда? Дерек мысленно ругает себя за обман – если дойдут слухи до Стайлза… унизительней не придумать. Но Дерек уже загнал себя в угол. Единственное, что ему остается, – идти до конца. – Знаю, это глупо, – застенчиво говорит он, – но если бы ты могла сделать исключение… Он в надежде замолкает, и девушка прищуривается. – Кто твой бойфренд? – настаивает она. – Я живу на четвертом этаже, и раньше тебя не видела. – Э… Стайлз, – отвечает Дерек. Черт, он чувствует, как полыхает лицо. – Мы вместе… недавно. Теперь девушка выглядит пораженной, но, кажется, верит Дереку. – Мать твою, – шепотом произносит она. – Молодец, Стилински. Этого хватает, чтобы смущение испарилось. Он сердито на нее смотрит, но та лишь смеется. – Сегодня я сделаю исключение, – предупреждает она. – Но передай Стайлзу, что Харли сказала, в следующий раз он должен за тебя расписаться. – Обязательно, – уверяет ее Дерек с натянутой улыбкой и проходит к лестнице. По словам Джексона, комната Стайлза и Скотта всего лишь на втором этаже, но времени хватает, чтобы дойти до точки кипения. Одежда на нем влажная и холодит тело, дом братства покрыт отвратительным месивом из туалетной бумаги, а он просто… он себе представить не может, что творится в голове Стайлза. Казалось, будто они уже к чему-то движутся, будто Стайлз, наконец, начал смотреть на Дерека не только, как на президента «Альф» и мишень для всех проделок. Но сейчас они вновь на отправной точке, и Дерек не знает, что делать дальше. Когда он добирается до жилища Стайлза, в голове мелькает мысль постучать, но вместо этого Дерек достает ключ Джексона, быстро отпирает замок и заходит внутрь, захлопывая за собой дверь сильнее, чем следовало бы. Комната на удивление полутемная, и на мгновение Дерек думает, что, наверное, никого нет. Хотя, когда глаза привыкают к тусклому свету, на периферии он замечает резкое движение, привлекающее внимание, поворачивается, и вот он, Стайлз, находящийся в кровати. Если раньше Дерек полагал, что он выглядел заспанным, то сказать так про Стайлза сейчас – все равно что сравнить погоду за окном с грибным дождичком. Господи, Дереку хочется накрыть его собой, но он здесь по более важной причине, поэтому приходится просто скрестить руки на груди и облокотиться на дверь, чтобы не подобраться ближе. – Чткое? – спрашивает Стайлз хриплым голосом. Он щурится, – самым очаровательным образом, чтоб его – и у него уходит секунд пять на то, чтобы заметить Дерека. А заметив, еще пару секунд моргает, потом трет глаза, словно в попытке прояснить зрение. – Когочерта? – говорит он, нахмурив брови, и Дерек понимает, что находится в весьма невыгодном положении. Теплый сонный Стайлз – настоящий криптонит для него. – Я думал, мы покончили с проделками, – Дерек старается произнести с раздражением – не стоит забывать, для чего он здесь, зачем искал встречи со Стайлзом. – С проделками? – переспрашивает Стайлз. Он садится, одеяло падает с обнаженной груди, но Дерек не успевает оправиться от этого зрелища, потому что Стайлз спускает ноги на пол и поднимается. Единственное освещение в комнате – свет из окна, а на улице пасмурно, льет дождь, поэтому слишком темно, чтобы Дерек смог рассмотреть все желаемые подробности. Но все же Стайлз бледный и красивый в сумерках, сползшие трусы низко сидят на бедрах. Дерек видит очертания мышц над резинкой и хочет провести по ним пальцами. – Ты вообще о чем? – говорит дальше Стайлз, вновь привлекая внимание Дерека к лицу. – Я уже больше недели ничего не делал. Это наглая ложь, иначе быть не может, но сердце начинает стучать быстрее. – Тогда объясни, – рычит Дерек, – почему дом «Альф» покрыт сейчас мокрой, разлагающейся туалетной бумагой. Стайлз продолжает в замешательстве моргать, потом вдруг хватает телефон и хмурится еще больше, скользя кончиками пальцев по экрану. – Этого не может быть, – стонет он, и Дерек чувствует, что потерял нить разговора. – Они решились на туалетную бумагу? Что, правда? Правда?! – «Они»? О чем ты? – спрашивает Дерек, пытаясь держаться за свой гнев, но тот уже уходит, утекает, и нет его. – Ты думаешь, что я имею к этому какое-то отношение? – интересуется Стайлз. В голосе явно слышится «да как ты смеешь», и Дерек борется с улыбкой, чтоб его. – Да брось! Что здесь классного? Обмотать дом туалетной бумагой – полный отстой! Для вида Дерек продолжает хмуриться, но потом Стайлз поднимает руку, чтобы провести пальцами по волосам, и он опускает взгляд, любуясь игрой мышц на груди и радуясь, что постепенно глаза привыкают к тусклому освещению. – Серьезно, это не я. Это другие претенденты, наконец, проявили инициативу. Отстойную неоригинальную инициативу, но все равно. – Ладно, – говорит Дерек, украдкой окидывая взглядом плечи Стайлза, переход к талии, длинные лаконичные линии его тела. – А как ты вообще сюда попал? Входные двери захлопываются автоматически, окно закрыто! А по внешней стене не залезть… поверь, я пытался. Дерек точно потом об этом спросит подробнее. – У меня есть ключ, – поясняет он, показывая его. Джексон, наверное, будет недоволен, что его выдали, но теперь, зная, что Стайлз к последней проделке непричастен, Дерек великодушен. – Что? Как? – спрашивает Стайлз, начиная лопотать парой тонов выше. – Джексон оставил его себе. Он сказал, что потерял свой экземпляр, и просто возместил стоимость. – Да это против правил! – возмущается Стайлз. У Дерека появляется подозрение, что Стайлз злится только потому, что сам не додумался до такого, и это, учитывая, о ком идет речь, просто шокирующе. Стайлз раздраженно фыркает, и Дерек тотчас отвлекается на движение его грудной клетки. Трусы сползают еще ниже – резинка растянута и изношена. Дерек предполагает, что ткань, наверное, мягкая на ощупь. – Ладно, – быстро говорит Стайлз, – теперь, когда мы все прояснили, дверь вон там. Дерек глубоко вздыхает и, поколебавшись долю секунды, вместо этого подходит к нему. Гнев ушел, и он думает, что не может позволить еще хоть одному мгновенью утечь, словно вода сквозь пальцы. Появляется ощущение: сейчас или никогда. Дерек не хочет рисковать и остаться с «никогда». Став ближе, он видит Стайлза более четко и ловит себя на том, что смотрит на его шею, выискивая находившийся там несколько дней назад засос. Тот едва проступает на коже, синяк лишь чуть темнее теней, окутавших тело. Дерек поднимает руку до того, как успевает себя остановить, кончиками пальцев проводит по метке, но не нажимает. – У тебя до сих пор остался след, – шепчет он. Сейчас Дерек достаточно близко, чтобы ощутить ответную дрожь Стайлза. – Ага, – произносит Стайлз хриплым голосом. – Поздравляю, ты – вампир. Такое замечание требует достойного язвительного ответа, но Дерек сейчас занят, слишком увлечен для этого. Кожа Стайлза теплая и мягкая, и он ведет пальцами вокруг шеи, потом, наконец, нажимает на пульс и чувствует, как тот ускоряется. – Дерек? Что… что мы делаем? – Не знаю, – говорит Дерек, не уверенный, с чего начать. Он всегда был плох со словами, и сейчас подозревает, что к банальному «я по тебе с ума схожу» отнесутся с недоверием. – Ты… ты интересный, – начинает он вместо того. – Ты интересуешь меня, хотя обычно такого не происходит. – Я тебя интересую, – повторяет Стайлз сухим тоном. – В это, откровенно говоря, не верится. Я бы выбрал другое слово, «раздражаю», например, или «бешу», но не «интересую». – О, это тоже, – произносит Дерек, сдерживая улыбку – Стайлз не должен решить, что он над ним смеется, – и, чтобы не ухмыляться в полный рот, придвигается ближе и целует. Стайлз ни капли не колеблется. Он сразу двигается навстречу, сладкий приглушенный стон вырывается из его горла – тот же беспомощный звук, который Дерек помнит по прошлому разу. Лучшая реакция, на которую Дерек только мог надеяться. Он опускает руку на изгиб поясницы, вжимая Стайлза в себя. Этот маневр имеет неожиданные последствия – Стайлз тут же прерывает поцелуй. – Мать твою, – раздраженно выдает он, – какой ты холодный! – Ничего не поделаешь, одежда мокрая, – растерянно говорит Дерек, желая вновь добраться до губ Стайлза, до его тела. Только он может представить, насколько от этого некомфортно Стайлзу, поэтому отступает, быстро скидывая одежду. Раздевшись до нижнего белья, Дерек снова завладевает Стайлзом, положив руку на затылок и увлекая в очередной головокружительный поцелуй, а другой скользя по спине вниз, чтобы обхватить ладонью ягодицу. – Иди сюда, – бормочет Стайлз и тянет Дерека к постели. – Кровать теплая… и у меня есть отличное одеяло. – Продано, – говорит Дерек, не в силах сдержать улыбку, затем стягивает сначала свои трусы, потом Стайлза и, как только они оба обнажены, почти кидает его на кровать. Он тотчас склоняется к его шее, впивается губами чуть ниже мочки, чтобы оставить новую метку, свежую и заметную, потому что Стайлз сказал, что не против, и сейчас тоже не жалуется, ничего не делает, только вжимается в Дерека, жарким влажным ртом хватая воздух. Когда Дерек сжимает бедро Стайлза, тот просто следует движению, закидывая ногу ему на талию, и теперь они трутся друг об друга, от чего вдоль позвоночника бегут мурашки удовольствия. Это пьянит и волнует, но этого не достаточно, и, удовлетворившись состоянием засоса, Дерек отрывается от кожи, спрашивая: – У тебя что-нибудь есть? – потом спускается ниже, чтобы лучше расследовать остальные части тела. Коснувшись зубами соска, он чувствует, как Стайлз выгибается, принося самодовольную радость – он делает приятно. – Я… вот, – говорит Стайлз, выуживая лосьон из тумбочки. Дерек подставляет руку, потом сжимает кулак, размазывая состав по всей ладони. Стайлз вновь громко охает, когда Дерек, наконец, начинает ласкать их обоих, крепко обхватывая и держа ритм. – Я… я хотел отсосать тебе, – говорит Стайлз, и Дерек сильно закусывает губу. Наверное, вспышка боли – единственное, что не дает ему кончить тут же. – То есть, не пойми меня неправильно, так тоже хорошо, просто я… я просто… – В следующий раз, – обещает Дерек, проводя большим пальцем по головке Стайлзова члена, уже сочащейся предэякулятом. – В следующий раз, ладно? Стайлз стонет, но больше не возражает, лишь обхватывает ладонями лицо Дерека и втягивает его в мокрый грязный поцелуй. Дереку приходит в голову, что все те бесконечные часы в тренажерном зале окупились. Ему бы ни за что не удержать эту позу, не будь упорных тренировок. Стайлзу, кажется, тоже нравится, учитывая, как он все время скользит пальцами по бицепсам и плечам Дерека. – Блин, давай, – стонет Стайлз как раз тогда, когда Дерек уже начинает уставать, а руки слегка подрагивают от долгого напряжения. – Почти… так близко… Это от мысли, что Стайлз сейчас кончит, – что Дерек доведет его до оргазма – Дерек почти рычит, крепче обхватывая члены и ускоряя движения руки. Стайлз издает самый восхитительный стон, когда весь напрягается и кончает, и Дереку хватает одного этого звука, чтобы через три рывка кулаком присоединиться к нему, изливаясь на плоский Стайлзов живот. На этот раз Дерек укладывается прямо сверху Стайлза, хотя, наверное, слишком тяжел для этого. Но ему все равно, он хочет этой близости, хочет почувствовать тепло Стайлза, как поднимается и опускается тяжело дышащая грудь под ним. Стайлз не возражает дольше, чем Дерек ожидал, пока, наконец, не начинает ерзать. – Так, хватит на мне лежать, – говорит он, толкаясь, и Дерек скатывается. Только места в кровати не много, что Дерека более чем устраивает, а для того, чтобы удостовериться, что Стайлзу опять не взбредет в голову сбежать, он закидывает руку на талию Стайлза и прижимается ближе, не обращая внимания на сперму и пот, которые еще больше размазывает. Дерек лениво думает, что может так лежать вечно. После оргазма он всегда благодушен и ленив, а сейчас его обволакивает тепло, Стайлз уютный, подушка пахнет шампунем Стайлза и его туалетной водой, и Дерек хочет навсегда остаться в этой кровати. – Боже, как я сглупил, – выдает тут Стайлз. Дерек в панике застывает, сжимая руку вокруг Стайлза и удерживая его рядом. Это не может происходить с ним во второй раз. Не может! Стайлз, насколько позволяет поза, поворачивается, пытаясь посмотреть на него, и Дерек неохотно встречает его взгляд, опасаясь того, что увидит. Только паники там нет, как нет и неудовольствия или сожалений, есть лишь замешательство, которое появляется на лице Стайлза, когда ему удается разглядеть Дерека. – Я… я просто имел в виду, – сбивчиво говорит Стайлз, – что здесь нет ванной. Чтобы помыться. Душевые общие… на нашем этаже есть. – О, – произносит Дерек и выдыхает, сбрасывая напряжение. Стайлз прав – хотя он запачкан больше, чем Дерек, последний не далеко ушел, и очень скоро ощущения станут крайне неприятными. Дерек изгибается, хватает с пола первую попавшуюся под руку вещь и вытирает обоих. – Эй! Чувак… это моя… кхем, забудь, ты придурок, – ворчит Стайлз, но теперь Дерек слышит, что тот говорит несерьезно, и улыбается, быстро кидает рубашку обратно на пол и тянется ко рту Стайлза. Стайлз замечательно целуется, его губы оправдывают все ожидания Дерека. Сначала они изучают друг друга лениво и неспешно, но, в конце концов, Дерек опирается на руки, чтобы вновь нависнуть над Стайлзом, выискивая лучший угол, чтобы исследовать его рот. Очень быстро Дерек снова начинает возбуждаться, но он думает, что, наверное, им следует сначала поговорить. Ему просто… ему нужно знать, что они со Стайлзом одинаково смотрят на ситуацию, поэтому он, наконец, немного отстраняется, несколько раз коротко целует в губы, потом ямочку на щеке и трется об нее носом. – На этот раз дашь мне себя накормить? – интересуется он, и спокойный тон голоса противоречит тому, как бешено колотится сердце. – Накормить? Подожди, что ты имеешь в виду, на этот раз? – Ну, тогда, после секса… – начинает Дерек, изо всех сил сосредотачиваясь, чтобы не запнуться на слове, – я собирался спросить, не хочешь ли ты со мной позавтракать. Но ты убежал. Говоря, он касается Стайлза, водит носом по шее, лишь бы не смотреть в глаза – слегка опасаясь того, что может увидеть, опасаясь выражения его лица. – Ты… хотел со мной позавтракать. Дерек согласно угукает, потом прижимается ртом к его горлу, чуть царапая зубами кожу. Только Стайлз уворачивается и, когда Дерек, наконец, поднимает голову, хмуро его разглядывает. У него вид решительно настроенного человека, и у Дерека неприятно щемит внутри. – Ты пытаешься переманить меня к себе? – спрашивает Стайлз, и это… что?! – Что? – Дерек не представляет, о чем он. – С помощью, ну… кофе! И булочек, и преследуя меня, и… ладно, секс был бы крайней мерой, не думаю, что ты так сильно хочешь видеть меня в своем братстве… Дерек уверен, что Стайлз сейчас пустится в разглагольствования, поэтому перебивает его: – Я не хочу, чтобы ты был в моем братстве. У Стайлза отвисает челюсть. – Ну, блин, спасибо… – Это не… это не то, что я имел в виду, – беспомощно говорит Дерек. – Я… – он не знает, как лучше донести свою мысль. Черт, а он-то думал, что Стайлз, наконец, начал все понимать. Перекатившись, Дерек вновь накрывает собой Стайлза, чтобы склониться над ним и смотреть прямо в его глаза. – Ты ходячая угроза, – поясняет он, наклоняя голову, чтобы быстро и крепко поцеловать в губы. – И ты весь семестр сводил с ума меня и все мое братство. Но ты сообразительный и очаровательный, и охрененная язва, и если ты решишь сменить братство, то я тут же тебя приму. Выражение лица Стайлза слегка скептическое и до сих пор озадаченное, и Дереку хочется сцеловать эти эмоции. Поэтому он старается изо всех сил – поцелуи получаются агрессивными и немного кусачими. Стайлзу все же удается выдохнуть «но?», не давая Дереку так легко сорваться с крючка. – Но, – повторяет Дерек, – не для этого был кофе. Или рогалики, или секс. Я же сказал, что ты меня интересуешь. И я хочу пригласить тебя на завтрак, – он кидает взгляд в окно, отмечает, насколько темно на улице, понимая, что уже около пяти. – Хотя… наверное, уже на ужин. – Значит, – говорит Стайлз с явным недоверием в голосе, – ты имеешь в виду свидание? Ты хочешь пригласить меня на свидание. Дерек молча смотрит на него, потому что куда еще очевидней? – Твою мать, – выдыхает через мгновение Стайлз. – Ты… что?! Правда? – Ты серьезно собираешься заставить меня все время повторять это? – язвительно спрашивает Дерек и с удивлением слышит заливистый счастливый смех в ответ, а потом получает еще и поцелуй. – Тебе надо научиться пользоваться речью, – неразборчиво бормочет он, потому что делает это прямо в рот Дереку. – У меня не было времени – ты сбежал, – замечает Дерек. Внутри разрастается какое-то чувство, заполняя всю грудь и взрываясь теплом. Он ошеломленно думает, что это счастье, и скользит ладонью к ягодицам Стайлза, крепко прижимая к себе. Совершенно неожиданно Стайлз опускает руку ему на плечо и перекатывает на спину, оседлывая и удобно устраиваясь задницей как раз поверх члена. От этой позы Дерека бросает в жар. – Я знаю, где у Скотта презервативы, – говорит Стайлз низким голосом. – Хочешь? Дерек резко вдыхает, стискивая худые бедра Стайлза. – Хочу. Он считает, что Стайлз еще не до конца понимает размер «хочу», насколько сильно Дерек его желает, но они до этого доберутся, думает он, проводя ладонью по члену Стайлза, впитывая каждую деталь того, как от ласки Стайлз запрокидывает голову, выставляя напоказ бледное горло, теперь помеченное Дереком. «Да», – думает он, окидывая взглядом Стайлза, запоминая каждую черточку. Они до этого доберутся. *** Джексон, наверное, на грани нервного срыва, и Дерек, возможно, наслаждается этим больше, чем следовало бы. Стайлз точно наслаждается этим больше, чем следовало бы, – он не перестает ухмыляться с той самой секунды, как вошедший в логово Джексон заметил на диване Стайлза, удобно прижавшегося к боку Дерека. – Это какой-то розыгрыш? – почти переходит на ультразвук Джексон. – Ты с ним… в самом деле? Ты трахаешь Стилински? – Мы встречаемся, – спокойно поправляет его Дерек. – Но и трахаемся, да, – добавляет Стайлз, усмехаясь, когда Дерек смеряет его взглядом. Прошло всего два дня, но в их отношениях это становится обычным делом: Стайлз выдает что-то возмутительное, а потом выглядит невероятно довольным, когда Дерек в ответ хмуро на него смотрит. Джексон пускается в новую тираду, а у Дерека в кармане вибрирует телефон. Достав его, он смотрит на экран – звонит Лора. – Это моя сестра… я быстро, – бормочет он, целует Стайлза в висок, поднимается и идет к парадной двери. Не стоит переживать, что тот остается один на один с разоряющимся Джексоном. Стайлз в состоянии с ним справиться. Черт, Дерек готов поспорить на приличную сумму, что Стайлз победит, какой бы тяжелой сейчас ни оказалась схватка. Выйдя на крыльцо, Дерек принимает вызов и подносит телефон к уху. – Привет, – с теплотой говорит он. Они давно разговаривали, еще до Хэллоуина, и Дерек никогда не признается, что ему приятно слышать ее голос. – Привет, – отвечает Лора, удивленная, но довольная. – Как ты? Хорошо проводишь время? Дерек даже не задумывается, он начинает улыбаться еще до того, как ответить. – Да, вообще-то, да. – И ты это признаешь? Кто ты такой и что сделал с моим братом? – Умолкни, – бурчит Дерек. Лора, конечно, смеется. – Так что за повод? Есть хорошие новости? Дерек чуть перегибается через перила крыльца, чтобы заглянуть в окно гостиной, из которого прекрасно видно растянувшегося на весь диван Стайлза. Он выглядит так, будто находится у себя дома, – расслабленный, улыбающийся и совершенно не тронутый оскорблениями, которыми в него, несомненно, кидает Джексон. – Дерек? – напоминает о себе любопытствующая Лора. – Да, – слегка хриплым голосом отзывается Дерек. Стайлз выглядит таким домашним на его диване. Ему уже не терпится присоединиться. – Ты… э… помнишь того несносного первокурсника, о котором я тебе говорил? – Хм-м-м… Тот, который устраивал вам проделки? Что, Дерек, собираешься подтвердить мои слова? Дерек хмурится, хотя Лора не может его видеть. Он помнит, как она настаивала, что Дерек наслаждается этим семестром больше, чем показывает. Это точно потешит ее самолюбие, а Лора еще даже не знает всей истории. Но он вновь кидает взгляд в окно, и его лоб разглаживается – невозможно хмурить брови, когда при виде Стайлза его всего наполняет удовлетворение. – Я… да, – вздыхает он, но не в силах ощутить ни капли досады. Ему сейчас слишком хорошо для этого. – Ты была права. Стайлз краем глаза замечает Дерека, усмехается и машет ему, тот улыбается в ответ. – Так вот, про того несносного первокурсника, – говорит он, не отводя взгляда от Стайлза. – Оказывается, я от него без ума. *** Когда Дерек возвращается, Джексона уже нет – наверное, сбежал в другую часть дома, подальше от Стайлза. – Поговорил? – спрашивает Стайлз, не делая ни малейшей попытки подвинуться и дать место Дереку. – Лора хочет с тобой познакомиться, – отвечает Дерек и укладывается поверх Стайлза, накрывая его собой словно одеялом. – Классно, – все так же спокойно произносит Стайлз, – значит, я услышу все постыдные истории твоего детства раньше, чем думал. – Я сказал, что она хочет с тобой познакомиться, а не то, что я ей это позволю, – говорит Дерек, утыкаясь носом в шею Стайлза, и довольно вздыхает, когда тот запускает пальцы ему в волосы. Опять гудит телефон – пришел новый имейл, Дерек выуживает мобильный из кармана и хмурится, читая сообщение. – Вот же черт, – ворчит он. – Что такое? – лениво интересуется Стайлз, слегка потягивая за пряди. – Да тупой сайт музыкальной группы. Непонятно как, я оказался в их списке рассылки, и теперь не могу отписаться! Стайлз застывает, прекратив ерошить ему волосы. Он издает приглушенный звук, и Дерек немного отстраняется, внезапно ощущая необходимость видеть его лицо. Стайлз сжимает губы в явной попытке сдержать ухмылку, но у него не получается – кончики все равно приподнимаются, и, будто этого не достаточно, его глаза светятся лукавством. – Стайлз! – вскрикивает Дерек, чувствуя, как отвисает челюсть. Господи… как он сразу не понял? – Ты… ты хоть представляешь, на что похож мой почтовый ящик последние несколько недель? Это точно последняя капля, потому что Стайлз начинает хохотать, содрогаясь всем телом. – Так, ну все, – говорит Дерек, поднимается с дивана, потом ставит на ноги Стайлза, хватает его поперек талии и закидывает себе на плечо. Стайлз пытается вывернуться, но без особого энтузиазма. – Ты, дикарь, поставь меня на пол, – требует Стайлз, но Дерек слышит улыбку в голосе, чистое наслаждение. – Куда мы идем? – В мою комнату, – просвещает его Дерек, направляясь в сторону лестницы. – Ты мне за это отработаешь минетами. Стайлз вновь смеется, теперь эти звуки у Дерека самые любимые. – Ходячая угроза, – ворчит Дерек, когда они оказываются за закрытыми дверьми его спальни и он сгружает Стайлза на середину кровати. – Ага, но ты это любишь, – замечает Стайлз, скидывая футболку, а потом хватает Дерека за пуловер и тянет к себе, чтобы грязно поцеловать. «Да, – думает Дерек, опускаясь на уже знакомые изгибы тела Стайлза. – Так оно и есть».