Покинутый

      Инк, в который раз, сидел, скрестив ноги у оконцев миров. Случившееся с ним не могло совсем не сказаться и на подсознательном уровне скелет побаивался вновь посещать миры. Он взял в руки свой дорогой бруми, осматривая его. Эта штука хоть и была важна ему, но уже который раз, чуть не убила. Можно ли сказать, что она единственное, что не предаст? Он вздохнул. Глупые размышления. Это просто вещь и тем более он сам виноват, что создал неисправный объект и неумело его использовал. Но если бы он не попытался и не произошло таких казусов, то кто знает: может он так и не научился бы и не встретил тех кто стали ему довольно дороги. Как там говорится? «Что не делается всё к лучшему»? Откуда он вообще услышал эту фразу? Он встал наконец со своего места, направляясь в дом. Поднявшись наверх, он осмотрел рисунки, что успел сделать за время своей заминки. Примерно несколько заходов солнца он уже не посещал другие миры. Не то, что бы это было так нужно, но было довольно скучно и, ощутив, что не обязательно быть одиноким, хотелось вновь посетить мир и встретиться хоть с кем-нибудь из своих новых знакомых. Если так и продолжится, то он точно начнет опять сходить с ума от ощущения пустоты и одиночества. Подойдя к холсту перед глазами предстала его незаконченная работа. Он уже не мог вспомнить почему начал рисовать нечто подобное. Возможно это было очередное видение, а может последствия того, что случилось. На холсте был изображен скелет, покрытый ошибками и смотрящий на своего «создателя», на художника, с лютой ненавистью, что ощущалась так же явно, как и непонимание чернильного. Он не просто не понимал почему нарисовал это, он и не помнил когда начал это рисовать. Работа была слегка подпорчена синими полосами, которые были нанесены словно в каком-то приступе, а тюбик краски лежал на полу, словно его швырнули на пол, оставляя содержимое растечься по полу. Какое-то время он пытался всмотреться в свой же рисунок, но, резко начавшаяся, головная боль заставила отшатнуться и в панике выбежать из комнаты. Да что с ним такое? Это же просто рисунок. Инк, глубоко вздохнув и пытаясь привести мысли в норму, спустился на кухню, доставая чай и заваривая себе немножко. Клубничная сладость заставила его немного прийти в себя. Он плюхнулся на диванчик, забираясь на него прямо с ногами и прижал их к груди. Горячий чай грел руки и отгонял неприятную холодную дрожь. Инк не мог дать этому объяснение. Это похоже на самозащиту на подсознательном уровне. Правда защищаться от обычного рисунка не было какой-либо необходимости, что убивало остатки логики в данном происшествии. Наверное он засиделся на одном месте. Как бы странно не звучало, но бездействие плохо на него действует. Отставив опустевшую кружку, он хотел, собравшись с мыслями вернуться в спальню и закончить ту странную картину или хотя бы убрать, но его что-то остановило. Тело сковало в оцепенении и пробило странной болью, чью природу появления он не понимал. Было плохое предчувствие и ноги почему-то сами понесли его к экрану миров. Запыхавшись, художник пытался привести в норму, сбившееся, частое дыхание. Что он тут делает? Он внимательно осматривал картинки. Вроде на первый взгляд ничего необычного, но один рисунок словно бился в конвульсиях. Его сильно трясло и он то и дело метался с места на место. Конечно чернильный знал, что эти окошки довольно активные время от времени, но в этот раз, что-то было не так. Ощущение, что случится непоправимое. «Haventale» Один из самых доброжелательных миров. Так и что там может случиться? Все монстры невероятно добры к человеку, а она боится им верить. Очень добрый и позитивный мир. Сейчас мир был взволнован, вызывая в груди художника странную боль, словно его ребра царапало изнутри нечто маленькое и злобное. Он должен понять, что происходит. Он должен прекращать бегать от своих страхов. Он проследит, что происходит и поможет уберечь это место. Инк нахмурился и уверенно полоснул кистью, создавая портал. Зачем ему туда он не был уверен, но было ощущение, что его присутствие просто необходимо. Ступив на твердую поверхность и вдыхая приятный лесной аромат, Инк отметил, что на первый взгляд всё было хорошо. Миру не требовалась помощь прямо в данный момент или же он чего-то не понимал. Пройдя в город, он увидел то, что в общем-то и ожидал увидеть. Вернее он ничего не увидел. Жители мирно переговаривались и задорно смеялись. У дома братьев скелетов, Папайрус, что-то рассказывал нервничающему ребенку. Судя по всему он смог добиться её расположения своей детской натурой, но всё же ей было сложно доверять монстрам. Это мир в котором вероятнее всего никогда не было геноцида, но он не был уверен в этом. Из дома спокойно вышел ранее незамеченный Инком монстр. Похоже он либо жил, либо гостил у скелетов. Если судить по полученной и пока не забытой информации, то он Гастер. Во всех вселенных это королевский ученый который упал в ядро и исчез. Он напоминал ядерную Фриск, что забрели к Инку в его пустоту, но в отличие от Гастера у Фриск была решительность, что помогло им не стать заточенной и полностью плененной ядром. Кем был Гастер этого мира, художник не знал. Он имел довольно мало информации об этой ау, но он не мог не отметить, что эта гавайская рубашка очень забавно смотрится и хихикнул, но тут же подавился смехом и испуганно отпрыгнул, когда на плечо легла костлявая рука. — Привет, приятель. Ты что тут стоишь как не родной. Откуда ты такой костлявый взялся, а? — это был никто иной, как Санс этой вселенной. Он улыбался самой теплой и дружелюбной улыбкой. Внешне он не сильно отличался от оригинала. Правда куртка была посветлее, а тапочки были в виде розовых кроликов. На голове были теплые меховые наушники. Он убрал руки в карманы и внимательно следил за художником. — Эм. Я Инк. Рад встрече. Я… — Ты из другой вселенной или типа того? Судя по всему ты довольно славный малый. Заблудился или специально погостить решил? Гастер говорил, что вероятность попаданцев из других миров сюда есть, но впервые вижу такого прямо перед собой в нашей вселенной, — Гастер есть Гастер. Во вселенных где нет смены ролей, Гастер обычно очень умный и осведомленный персонаж. Поэтому было довольно ожидаемо, что в мире где он не заточен в ядро, он может поделиться знаниями с другими. — Трудно объяснить. Я переживаю. У меня ощущение, что вашей вселенной угрожает опасность и это привело меня к вам. — Хей. Ты действительно хороший парень. Что-то в духе защитника вселенных? — Защитника вселенных? — Инк удивленно посмотрел на Санса. — Ну ты говоришь, что пришел нам помогать и уберечь от опасности? Так что я делаю выводы. Я вижу тебя восхищает такое предложение, — усмехнулся скелет, смотря, как глаза художника аж засверкали интересом. — Это не так! — Инк отвернулся, но такое странное предположение словно задело за живое в хорошем смысле того слова. Словно ему бы и правда хотелось бы стать таким. Героем, что ли? Это наверное слишком глупо. — Да-да. Как знаешь, но как видишь тут все в порядке. — Санс раскинул руки в стороны, показывая правоту его слов. Красотой и атмосферой, что было в этом месте, можно было даже хвастаться. — Хочешь познакомиться с остальными? Покажем тебе, что твоё беспокойство было зазря. Не переживай так. Пойдем, — Санс благодушно начал подталкивать Инка к их дому. На них тут же устремились три пары глаз. Малая тут же спряталась за Папайрусом, недоверчиво косясь на нового скелета. — Брат! Кто это? — Папс удивленно осматривал необычного гостя, что притащил его братец. — Извините за беспокойство… Я ненадолго, — начал оправдываться художник. — Да брось ты. Тебя тут никто не съест, — Санс дружески закинул руку на плечо Инка, стараясь его как-то растормошить. Возможно художник и правда что-то неправильно понял. Не похоже, что бы вселенная была в опасности и его помощь и присутствие тут играло роль, но отпускать его уже не хотели. Ну можно наверное немного расслабиться и получить чуточку удовольствия? Гастер тем временем подошел ближе, осматривая чернильного, заставляя того понервничать. Увидев неуверенность гостя, Гастер успокаивающе улыбнулся и Инк улыбнулся в ответ. — Ты второй кто посетил наш таймлайн. До этого тут побывал только милый монохромный ребенок. Не стесняйся. Чувствуй себя как дома. Фриск, дорогая, поздоровайся с гостем, — но дитя только надулось и убежала в дом. — Прости их грубость. Она плохо заводит общение с новыми монстрами, да и с монстрами в целом. Её не в чем винить, она лишь ребенок, а мы неизведанные ей существа. Надеюсь, что Чара сможет на неё повлиять. Помню эта крошка тоже не могла привыкнуть к нам, но принц Азриэль нашел путь к её сердцу, — он улыбнулся, смотря куда-то в сторону, от приятных ностальгических чувств. — Очень жалко, что мы не можем помочь Фриск вернуться домой, но никто не готов жертвовать для освобождения подземелья детьми. Ни Чарой и не Фриск. Есть вероятность, что её душа будет достаточно сильна, чтобы выпустить из этого места. Мы ей пообещали, что хотя бы попробуем, но переживаем, что это будет опасно для неё, но и заставить её остаться с нами не можем. Правильно? — Инк кивнул и его провели в дом. Дом особо ничем не отличался от других. Разве, что был светлее и более приятных оттенков. На столе стоял горшочек с Флауи, который что-то весело напевал, а рядом на диванчике сидел Азриэль и что-то читал. Это тоже было одной из главных особенностей этого мира. Чара жива. Принц и цветок разные существа и так же пытаются помочь Фриск адаптироваться. — Где мелкие? — Санс подошел ближе и погладил цветочек по лепесткам, что тот казалось бы замурчал, ластясь к костлявой руке. Ему явно было не противно проявление ласки к себе. Принц оторвавшись от книжки, удивленно посмотрел на второго Санса и пробормотал, что-то в духе: «Чара с Фриск наверху. Чара, что-то ей хотела объяснить». Но он тут же подорвался и чуть ли не со звездами в глазах подскочил к скелетам. — Он почти твоя копия! Кто это? — Это Инк. Он пришел нас навестить прямо из другого мира, — загадочно протянул Санс, заставляя принца ахнуть и издавать громкие восхищенные звуки, вызывая у Инка растеряться от такого внимания и непонятного отношения к своей персоне. — Ну ладно малой. Ты его пугаешь, — Санс усмехнулся и оттащил принца от художника, усаживая второго в диванчик, а сам, услышав на улице странное копошение, ушел наружу к своему брату, что остался там с Гастером. На Инка тут же начал смотреть улыбчивый цветочек и тянуть к нему лепесточки. — Он хочет поздороваться, — добродушно сказал Азри. Инк протянул к цветку руку и тот схватил его за палец листиками. — Он очень любит новые знакомства. — Хауди! — весело заявил цветочек. — Привет, — Инк ему кивнул, и маленький принц подхватил цветика, обнимая цветочного монстрика. Они выглядели вместе очень трогательно и умиляли взор, что заставило Инка заулыбаться. И всё могло оставаться так же мирно и спокойно, если бы не одно «НО». Снаружи послышались крики и шум. Аз и Цветик испуганно прижались друг к другу, а Инк, хмурясь, вскочил на ноги. Неужто он не ошибся… А ведь он уже понадеялся на это… — Ч-что э-это? — запинаясь спросил принц. — Сидите тут. Это может быть опасно. Я проверю и всё налажу, — он ему успокаивающе улыбнулся и кинулся к выходу, доставая на ходу из-за спины кисть. Выбежав за дверь, первое что бросилось в глаза — это Папайрус, который был кинут и ударился о стену рядом с выбежавшим Инком, сползая на пол и корчась от боли. Его брат тут же кинулся к нему, помогая подняться, а Гастер спокойно, но строго смотрел на страшных гостей. Прямо около дома стояли две версии скелета Санса. Хотя одного из них было сложно распознать. Два скелета, что были настроены далеко не дружелюбно, хитро ухмылялись. Первым был светлокостный скелет с полностью черными глазами. Из глаз вытекала черная жидкость, напоминающая даже чем-то чернила, но скорее всего природа этого вещества была несколько другая. На его груди была красно белая штуковина, напоминающая мишень. Инк даже догадаться не мог, что это может быть подобием души скелета. Скелет крутил в руках нож и весело улыбался, но Инк чувствовал, что эта улыбка лишь фальшивка. От скелета исходил настоящий мороз и Инк вздрогнул когда тот заговорил со своим напарником. — Ну и каковы же наши планы, «босс»? — он сделал насмешливый акцент на последнем слове и получил в ответ глухое рычание. — Эта вселенная уже долго мозолит мне глаза. Я не могу сам разобраться с ними. У них полностью отсутствуют негативные эмоции… У всех кроме одного человека. Нам нужна их Фриск. — Кто вы такие? Если считаете, что сможете калечить моих дорогих детей или причините вред людям, то попробуйте сначала справиться со мной, — Гастер без тени сомнения вызвал Бластер, что выглядел даже внушительнее, чем Инк видел его у Даст Санса. — Мне некогда с вами возиться. Ваша очередь придет. Второй скелет был черный как смоль. С него стекала мерзкая на вид, тёмная и густая жидкость. Один глаз заплыл, а другой буквально светился ярко синим цветом. Он засунул руки в карманы, а из его спины появились щупальцевидные отростки, которые тут же атаковали Гастера и Санса. Гастер Увернулся, а Инк быстро встал перед скелебратьями и поставил щит, который не смогли пробить дополнительные конечности черного скелета. — Киллер. Разберись с ними. Я найду ребенка, — не успел Инк и слово сказать, а существо с щупальцами просто испарился в воздухе. Киллер же улыбнулся еще шире, с довольством кидаясь в драку. — С превеликим удовольствием, дорогой кошмарик. Вам не повезло. Думаю, если бы с вами возился Найтмер, то вам было бы не так больно, — скелет засмеялся и, высунув черное подобие языка, облизнул свой нож, принимаясь использовать атаки одну за одной. Первым он сосредоточил своё внимание на Гастере. Найтмер… Это и есть брат Дрима? Нет… Он не называл его имени, но Инк мог предположить. Если это так, то это может быть большой проблемой. Но куда он исчез? Ему нужны дети? О чёрт! Он должно быть в доме! Инк, пользуясь тем, что Киллер был увлечен битвой, рванул скорее в дом. Азриэль и Цветик были в порядке, а сверху послышался крик. Это была либо Фриск, либо Чара. Инк кинулся наверх, предотвращая попытку Азриэля последовать за ним. Художник, не медля и секунды, вломился в дверь младшего скелета. Чара этого мира, поскуливая лежала на полу. Её со всей силы впечатали в стену. С головы тоненькой струйкой стекала кровь, а черный скелет держал Фриск щупальцами, прямо за горло. Ребенок болтал ногами, задыхаясь и хрипя от боли. — Ну и что ты сделаешь малышка. Верить монстрам? Ты уже сдалась? ТЫ такая слабая. Думаешь они с тобой общаются просто так? Они возятся, чтобы забрать твою душу и выбраться на поверхность. Ты для них сродни биоматериалу! Как смешно. Твоя тщетная надежда на лучшую жизнь настолько ничего не стоит, что лучше бы тебе даже было не существовать. — Отпусти её! — Инк замахнулся кистью, выпуская во врага краску, но он и сам отпустил уже не сопротивляющегося, но сотрясающегося в слезах ребенка, что старалась защититься сжимаясь в калачик на полу, а сам кошмар увернулся. Смотреть на это просто сердце обливалось кровью. — Да что ты за монстр то такой… — пробормотал художник. — Я источник всех негативных эмоций, а вот что ты за херня такая, уже вопрос поинтереснее будет и какого хрена Киллер тебя сюда пустил. — Твой дружок слишком занят битвой, — уныло ответил чернильный. — Уходи по хорошему. — Я знал, что положиться на него нельзя… Хаха. Уходить? А не то, что? — Чара постаралась подползти к Фриск, но на полпути Найтмер наступил на её руку, послышался хруст и её громкий вопль. — Заткнись. Ты слишком громкая, — он с ноги пнул её по лицу, заставляя отлететь обратно. Побитый ребенок не теряла решимости и без страха смотрела на обидчика. Инк не выдержал и напал на кошмара, пройдясь по его лицу кистью, оставляя на нём белое пятно. Тот зашипел, пытаясь оттереть лицо, а щупальца начали хаотично бить всё вокруг. Художник не мог просчитать действия оппонента, да и в таком узком пространстве было трудно уворачиваться. Художник пропустил удар, сгибаясь пополам от сильного удара по позвоночнику. В следующую секунду озлобленный монстр схватил его за руки щупальцами, поднимая над землей. Кисть с шумом рухнула на пол под ним. — Ты поплатишься за это ублюдок… — краска, оставленная Инком, начала по новой заплывать чёрной жидкостью, а очередное щупальце буквально проткнуло ого грудную клетку насквозь, нащупывая там душу монстра, чтобы раздавить и лишить навязчивого монстра жизни, но Кошмар к удивлению не обнаружил её. — Так, так, так. Не так часто можно встретить, что-то подобное… Это может оказаться интересным, — Найтмер ухмыльнулся. К этому моменту в комнату зашел довольный Киллер. — Найт. Я разобрался с этими простачками. Ой. А это еще кто? — даже в какой-то мере удивленно отозвался убийца. — Дибил! — одна из щупалец оставила небольшой след на щеке монстра, как пощечина, заставляя Киллера схватиться рукой за горящую щеку. Тот перестал улыбаться, но никак не отреагировал на такое отношение. — Я тебе говорил разобраться с ними. Значит ты должен был не пропускать эти куски дерьма сюда, чтобы кто-то вроде него мешался мне. Он притянул ближе вновь начавшего брыкаться в стальной хватке художника. — Отпусти! — Ты глупец. Это же не имеет никакого смысла. Да и это будет слишком скучно. Поспи лучше, — Инк ощутил сильный удар по голове, а по черепу прошлась приличных размеров трещина. Тело чернильного обмякло в плену кошмара и тот просто потерял сознание. — Довольно продуктивный день. Лишить этих мерзких позитивных эмоций этот слащавый мирочек и получить интересную игрушку. Очень даже неплохо. Киллер мы идем домой. — Можно я… — вновь натянув улыбочку залепетал убийца, на что увидев злобный взгляд продолжил. — Ладно, ладно. Больше никого не убивать и возвращаемся на базу. Под разбитый взгляд ребенка, два скелета со своей красочной ношей скрылись в портале, а кисть звонко затрещала, словно плача по потере и засветилась. Человек не сразу заметила, как появился еще один золотой портал. Она закрыла глаза и провалилась в сон. — Боже… Я не смогу восстановить вашу вселенную, но я сохраню твои мечты. Эта кисть… О нет…        Инк очнулся в сыром и темном помещении. Это напоминало подвальное помещение, а скорее даже темницу в подвальном помещении. Именно это говорили прочные решетки, разделяющие его с другой частью подвала. Художник со стоном постарался приподняться. Он опять был в конкретной жопе. Это уже просто и банально не смешно. Хватаясь за голову, прощупывая пальцем линию трещины он старался оценить уровень повреждения. Грудную клетку жгло до невыносимого, но Инк просто боялся поднимать свою рубашку и смотреть на подарочек оставленный черной щупальцей. Тусклый свет свечи почти не проникал в его камеру и ему пришлось привыкать к темноте, чтобы хоть что-то разглядеть, но смотреть было банально не на что. Камера была пустой. Голый пол и стены. Никаких окон. Только решетка и массивная металлическая дверь. Вдалеке послышались звуки шагов и чьи-то злобные голоса. Первым подошел Киллер, что открыл дверь и с любопытством осматривал очнувшегося художника. — Ого, так ты жив ещё. Ну тебе не повезло, — Киллер улыбался, а Инк не сдвинулся и с места, словно ему к горлу прижали нож, и если он двинется и попытается сбежать, то ему просто отрежут голову. Дальше последовал мат и чёрные щупальца швырнули внутрь камеры пару скелетов. Тоже двух скелетов Сансов. Один был сильно знакомый Инку, он врезался в стену неподалеку и именно он сыпал тонну матов и проклятий на кошмара, но не успел Инк присмотреться, как второй скелет врезался прямо в него, рухнув на художника и прижимая того своей тушей к полу. Он болезненно взвыл от боли в груди. Треснувшие ребра казалось бы начали рассыпаться ещё сильнее, и Инк пытался оттолкнуть от себя довольно тяжелого скелета, что был сильно больше самого чернильного. На глазах выступили болезненные слезы. Всё же туша сообразила и приподнялась со скелета, всё ещё нависая над ним, но смотря в сторону выхода на кошмара. — Я вам предлагаю подумать ещё лучше. Для таких дегенератов как вы, присоединиться ко мне будет как манна небесная. Не советую вам отказывать мне. Я этого не люблю. Даю вам время подумать, а в знак верности можете прикончить этого мелкого ублюдка. Не разочаруйте меня, — гордо заявил кошмар. Киллер весело хихикнул, а дверь закрылась, оставляя Инка один на один с парочкой странных скелетов, которых хотел завербовать кошмар, а если так, то скорее всего они тоже не слишком милы как бы хотелось Инку. Самый первый монстр кинулся к двери, начиная колотить в неё руками и кричать, что оторвет склизкому червяку его отростки и скормит ему же. Сейчас Инк узнал этот голос. Это был Даст и это уже не радовало, но кто тогда был второй. Инк съежился, ощутив пристальный взгляд и посмотрев на нависающего над ним скелета. В темноте ощутимо ярко светился его красный глаз. Второй же был полностью пустой. Одежда была слегка сырая и пахла металлическим запахом. Похоже на запах крови, что он ощутил во втором мире, после того как Дрим спас его от Даста. На голове зияла большая дыра. Монстр какое-то время осматривал скелета под собой и даже не думал двигаться, но все же, погодя еще пару секунд, он поднялся и подал руку художнику. — Кажется я не слишком приятно примял тебя к земле. Звиняй приятель. Выбора у меня особо не было, — жутковато улыбнувшись скелет смотрел на Инка, но ощущения опасности совсем не было. Дырявоголовый не был настроен агрессивно, что Инк ощущал очень хорошо. Он осторожно принял чужое костлявое запястье и его рывком подняли на ноги, из-за чего Инк еле удержал равновесие и чуть не упал на того кто ему помог, но скелет придержал чернильного. — Я Санс, но я полагаю, что тут санционально много Сансов, так что можешь звать меня… Хоррор. Представившийся скелет начал осматривать помещение и обратил внимание на маньяка которому было до лампочки «дружеское знакомство». — Придурок. Прекращай ебать дверь. Она от этого не отворится как по заказу. — Эм… Спасибо. Я Инк, — тихо прошептал красочный, что бы его мог услышать только Хоррор, что стоял рядом. Хоррор, обратив внимание на хрупкого на его взгляд скелетика, просто улыбнулся еще разок, но не пропустил мимо себя действие второго. Озлобленный Даст хотел сорвать злобу на парочке, что находилась с ним в одном помещении, и Хоррор поймал чужой занесенный на них кулак, который хотел поздороваться с челюстью так называемого людоеда, но не достиг цели. Хоррор ухмыльнулся, болезненно сжимая чужой кулак и отталкивая того в сторону, заставляя Даста упасть на пол. — Урод. Я тебя прямо тут порешаю… — пробурчал пыльный. — Кишка тонка, сладкий. Но ты можешь постараться. Я даже фору тебе дам, — Хоррор расхохотался, заставляя Даста беситься ещё сильнее, но того привлекла именно фигура за мясником. Инк с беспокойством, но с некой долей страха посматривал на Даста. — Ты… Маленькая пиявка. Да я же тебя порву, — он вскочил и с рычанием ринулся к Инку, но путь преградила рука Хоррора, что загородила художника от его обидчика, что явно точил на него зуб. — В чём твоя проблема, приятель? — спокойно спросил дырявоголовый. — Моя проблема «ТЫ». Будь любезен соблюдать очередность. Поверь, ты следующий кого я лично линчую. Не торопись умереть раньше времени, — Даст буквально шипел и попытался оттолкнуть Хоррора, но тушка даже не сдвинулась с места. Физически Хоррор, что был почти лишен магии, в разы сильнее. Он мог использовать магию очень ограниченное количество раз из-за своей незадачливой травмы и поэтому он начал тренировать своё тело, чтобы хорошо справляться с охотой для поиска пропитания для него и братика. — Как страшно. Покажи же мне, что не только языком чесать умеешь. Тут нет магии. Так и кто же из нас будет сильнее, — Хоррор злобно улыбался, надменно смотря на слабого монстра, что без своей магии и противопоставить ничего не мог. Дырявый схватил его за запястье сжимая его с такой силой, что был слышен хруст костей, но Даст не издал ни звука, пытаясь отцепить стальную хватку.  — Я вижу ты рвешься в эту шайку. Я вот не горю желанием присоединяться к этому склизкому типчику. Но с тобой поиграть я не против. Ты достаточно острокостный, — ужас с силой швыряет Даста в решетку, заставляя того прошипеть от боли и уже собирается двинуться к нему, но его останавливают руки чернильного, он неуверенно хватает за его куртку, смотря с мольбой на крупного скелета. — Хоррор… Пожалуйста… — поначалу дырявоголовый прекращает улыбаться и смотрит на запуганного всем этим скелета, но после улыбается вновь. — И как мне отказать, когда на меня так смотрят, — он громко засмеялся и плюхнулся на пол. — Придется ждать. Не знаю чего, но выбраться отсюда прямо сейчас мы не сможем! Так что расслабься и получай удовольствие. Принцесска, я вижу боль ты не сильно любишь. Если не хочешь получить знатных пиздюлей, то сиди в том уголочке и не рыпайся в нашу сторону. — Я тебя уебу, если мы отсюда выберемся… — Я уверен, что выберемся. И посмотрим, кто же из нас сильнее, — злобно загоготал Хорри. Он явно недооценивал пыльного. Впрочем он на всех смотрел сверху вниз. Он даже был уверен, что его поймали по чистой случайности и он мог бы склизкому приукрасить мордашку. Шло время Даст всё больше бесился и старался зажать несуществующие уши, чтобы не слушать «дружескую беседу» двух скелетов. Их беседы были невероятно тупыми и бессмысленными и не объясняли ни о них, ни об их жизнях. Даст мог бы попробовать подраться, но он и правда имел мало шансов в физическом бою. Всё его превосходство было заблокировано вместе с магией этим «замком». В этом месте только Найтмер чувствовал себя как «дома». Киллеру было плевать. Его нож не был магией. Он был обычным, острым ножиком. Достаточно реальным, чтобы кому-нибудь проткнуть печень. Возможно и Хоррору тут было бы уютно, не будь врагов двое и бесполезная обуза в виде Даста, которого он поначалу пытался даже выручить, когда их уже закинули в замок и лишенный магии скелет не мог противостоять другим монстрам. Даст начал что-то бурчать, ударяя кулаком по каменной стене. Нет. Его не должно это беспокоить. Хотя осознание собственной слабости буквально било по самолюбию. Послышались шаги. Это был Найтмер и естественно он не был рад увидеть художника живым. Мерзкие щупальца с силой схватили двух пугающих скелетов, с силой сжимая их в своих склизких «объятиях». — Не люблю ждать. Мы пообщаемся с вами лично…        Даст сидел и смотрел в одну точку. Стена была не самым интересным предметом для обзора, но его это успокаивало. Рядом встал Киллер Санс, пытаясь найти в этом месте, то что заинтересовало его нового коллегу. — Эй… Почему ты присоединился к этому склизкому типу? — пробубнил с долей злобы Даст, смотря уже на того кто стоял рядом. — А разве это важно? Разве не очевидно? Это просто весело и само предложение было заманчиво, но я не помню, что он мне обещал. Как жаль. Ну, а ты зачем тогда присоединился если он такой скользкий тип? — насмешливо спросил его в ответ убийца. — Силу. Он обещал мне уровни. «Любовь»… Разве этого мало? — вяло махнул на него рукой пыльный. — По мне, так маловато, — Киллер засмеялся и предпочел пойти по своим делам. Собеседник у него достаточно скучный. В это время, Хоррор двигался по пустым коридорам, прокручивая в голове, то что ему сказал кошмар. Да он понимал, что тот просто манипулирует им, но не мог противостоять этому. Разум затмевала злость. Хоррор Зло пнул стену. « — Разве тебе не обидно, что у этих счастливчиков вечный пацифизм. Здоровые, крепкие семьи и узы. Им не приходится страдать и выживать, как тебе и твоему брату. И никто не поймет тебя, — Кошмар ухмыльнулся, обходя людоеда вокруг. Дырявоголовый же напряженно стоял на своём месте, стараясь прослеживать за кошмарным, чтобы не получить удар в спину. — Мне плевать. — Ты врешь. Я чувствую твою ненависть и зависть. Разве ты не хочешь заставить их страдать так же, как ты? Вдобавок сможешь получить пару детишек на ужин. Вы любите мясо милых человеческих детишек. Забавные же у вас вкусы». Разве он мог отказать такому? Выживание требует того, чтобы отринуть последние моральные принципы и устои. Хоррор медленно спустился в подвал, вызывая у Инка небольшую панику, что его таки пришли добить. — Х-Хоррор? — Ага. Он достал маленький ножичек, что стащил с кухни и слегка покопошившись в замке, отворил дверь, выпуская уже успевшего потерять надежду художника на волю. — Как ты… Спасибо. — Не зазнавайся. Мне просто стало тебя чуточку жаль, но если мы встретимся вновь, то будем врагами и я убью тебя. — Хоррор нахмурился и отошел, позволяя Инку выйти и надеясь, что тот поскорее свалит и не попадется другим жителям этого замка в руки. — Ты же не… — Да. Я присоединился к нему. — Но зачем? Скажи… Почему? — Инк с надеждой пытался заглянуть в красную глазницу своего спасителя, но его взгляд был непреклонен. — Разве не ясно? Я довольно плохой. Не смотри на меня в таких розовых очках. Стекло треснет и выколет твои глазки. Если у скелетов они есть, — Хоррор злобно и ехидно ухмыльнулся, заставляя художника вздрогнуть и отступить на шаг. — Я убиваю людей. И ем их. Ты думаешь у меня есть чувство морали и мне не плевать на таких как ты? Большого мнения о себе, — безумно улыбаясь, он навис над чернильным. — Я всё равно верю в тебя, — уверенно ответил ему художник, заставляя спасть злобную улыбку с лица людоеда и отвернуться от цветастого. — Мой брат тоже верил в людей. Не помню когда, но верил. Но теперь даже он почти не верит. Поэтому я не верю и тебе. Бывай, — скелет махнул рукой и не оборачиваясь ушел, даже слишком быстро. Вероятнее всего слова Инка выбили его из равновесия. Возможно заставили задуматься, но он не посмел сразу бросать своё решение и поэтому уйти было лучшим решением для него. А огорченный Инк, подождав с минуту, тихо вышел из подвала следом, осторожно двигаясь по коридорам. На удивление он никого не встречал на пути. Стоило пройти ещё чуточку дальше, как кто-то схватил его, зажимая рот рукой, затаскивая в одну из комнат и вжимая в стену у двери. Инк даже не успел вскрикнуть. — Тише, Инк, это я… — как только руку осторожно убрали Инк смог вздохнуть с облегчением. — Дрим… Что ты тут делаешь? — Глупый. Естественно я пришел за тобой. Я почувствовал брата в позитивной вселенной… Он сильно повредил её… А там твоя кисть. Я так испугался, что он тебя убил. Нам нужно выбираться. — Ты правда пришел за мной? — Инк неуверенно смотрел на Дрима. — Конечно. Мы же друзья, — Дрим мило улыбнулся. Наконец художник мог хоть немного расслабиться. — Ты однозначно лучший, — Инк по доброму усмехнулся. — Тут не работает магия. Как нам выбраться? — Не уверен, но как можно скорее. Скоро Найт сможет почувствовать мою позитивную энергию и кинется нас убивать… — невесело ответил ему Дрим. Инк заметил на спине Дрима свою кисть и поспешил её забрать. — Она не поможет… — Она сможет. Она хочет нас защитить. Я это чувствую… — неожиданно дверь распахнулась и на пороге показался удивленный Даст. — Ты… Маленькое дерьмо! — он озлобленно кинулся на скелетов, но с перепугу Дрим заехал ему жезлом по голове и пока тот приходил в себя Инк с надеждой взмахнул кистью. — Прошу тебя… Я верю в тебя… — да! Портал был создан, но он был чертовски нестабилен, и Инк не знал, как долго он продержится и куда приведет их. Плюнув на всё и вся, Инк схватил мечту за руку и затащил в портал, который тут же закрылся, а Даст опять взбесился от раздирающей его душу ненависти. Когда об этом узнали все, то Найтмер был просто в бешенстве, но даже не подозревал, как тот сбежал на самом деле. Услышав о скелетике с диадемой он сразу принял за спасителя своего тупого братца. Даст был вне себя от злости ибо просил дать ему убить художника, а в итоге потерял его во второй раз и сейчас готов был убить любого. Киллер весело улыбался. Это было интригующим развитием сюжета, а Хоррор загадочно усмехнулся. Он сделал довольно интересное дело и его даже не заподозрили. Неплохо! Теперь Инк должен был разобраться со всем сам. Ну или вернее со своим мечтательным дружком.