opium

Пожалуй, можно уделить как минимум одну страницу в книге о истории магов последних трех лет. Было тяжело, казалось, людей даже воздух напрягал. Но не смотря на это пожиратели ликовали. Победа была в их руках, а смерть Великого Мальчика-который-выжил подтверждала в сотый раз факт, что магический мир теперь под властью Того-чье-имя-знает-каждый-но-не-смеет-произнести. Глупо наверняка растягивать всего лишь два слова — Темный Лорд. Три слога — три года. Муки, крики, смерть, голод, боль. Хотя были те, кто уже привыкли к этому. Один из немногих, кто до этого времени все еще держал себя в руках, кто терпел, прошел через страх, знал, что такое боль… Драко Малфой. Все это время парень старался как можно усерднее скрывать ту боль, что скрывалась за его лицом, а вскоре он не просто привык, он начал жить этим. Выживание больше ничего для него не значило, и дело отнюдь не в том, что Лорд победил. Дело было в нем самом. Он позволил подавить в себе ту сторону самолюбивого мальчишки, которая время от времени улыбалась, умела радоваться, любить. Но эта война ничего не оставила из этого. Он забыл, что такое любовь, счастье, радость. Бывший слизеринец чувствовал как превращается в монстра, ибо желание уничтожать в нем засело напрочь. Жестокость стала его вторым именем, изо дня в день напоминая о том, кем он стал. Казалось бы он преувеличивает, поскольку таких же как он много. К примеру, Блейз Забини. До сих пор этот парень оставался самим собой, не смотря на прожитое, он продолжал развлекаться, иногда даже напиваться до такой степени, что Драко еле удавалось спасти его. Через некоторое время Забини нашел себе новое развлечение с Ноттом. Каждый месяц они посещали бордель, где могли себе купить девушек на неопределенный срок. Блейз часто рассказывал Драко об этом месте, но сам Малфой не интересовался подобным. В один из серых будней друзья сидели у камина в поместье Малфоя и обсуждали школьные времена. Как в свое время девушки бегали за ними, а кто-то даже бегал сам. Теперь Забини каждый раз видит смотрящих на него умоляющим взглядом и дающих понять, что они желают, чтобы он забрал их. Все друзья нашли себе развлечение. Все, кроме Малфоя. Единственное, что успокаивало Малфоя — огневиски и игра на фортепиано. Это звучит странно, но последнее его увлечение по-настоящему не давало сойти с ума окончательно. Малфой мало верил этому, но все-таки под давлением друзей решил посетить данное заведение. Трансгрессировав по адресу, он встретил там Блейза и Теодора. Поприветствовав каждого привычной ухмылкой, он с парнями наконец-то решил зайти внутрь. Малфой с равнодушием рассматривал помещение. Честно говоря, никакого впечатления оно не оставило. Небольших размеров кабак пропитанный запахом табака, алкоголя и дверь красного цвета, за которой скрывалось нечто интересное, что так влекло Малфоя, отчего он сделал шаг в ее сторону. — А здесь идет ряд грязнокровок, -раздался голос мулата, который махнул в сторону той самой двери, куда уже держал свой путь блондин. Услышав такое простое, но многозначное слово, Малфоя будто бы ударило током. Грейнджер — единственное, что ассоциировалось с этим словом… Одно слово, одно имя, а сколько воспоминаний… Отчего-то на бледном лице аристократа невольно появилась ухмылка, которую он дарил только ей… И только ей. Распахнув дверь и, одновременно впуская свет, который тотчас представил взгляду приличных размеров комнату с клетками, цепями, без окон и с запахом сырости, парень потоптался на месте, будто ощущал чье-то присутствие, настолько близкое, что он стал оглядываться по сторонам в поисках знакомых глаз. Ее крики до сих пор таятся в его памяти после пыток его любимой тетушки. Он отчетливо помнил каждый порез, каждый крик, каждую слезу и как-бы он не старался, но Грейнджер еще долгое время снилась ему в кошмарах после данного инцидента. Но со временем мысли вскоре отпустили, но случалось так, что она снова возникала в его памяти и рука тянулась к стакану огневиски, заглушая тупую боль. Каждый день Малфой пытался хоть как-то найти с ней связь и узнать жива ли она. Данные вопросы каждый раз вбивались в него и все что мог делать парень — это ждать и надеяться на то, что ее не нашли… Не могли найти. Это же Грейнджер. Его Грейнджер. Каждая клетка, безумный взгляд и тихий шелест, который оповещал о том, что он ищет ее… Клеток было много, а значит есть шанс, небольшой, но все же… Сделав еще несколько шагов в самый край комнаты, аристократ наткнулся на самую темную клетку, руки нырнули в карманы, после чего слизеринец облизал губы и обернулся к другу.  — Кто здесь сидит, Блейз?  — Я не знаю, но ходят слухи, что это сумасшедшая. Она не ест, не пьет и кидается на каждого, кто приближается к ней.  — Открой клетку, я хочу взглянуть на нее, — не желающим слушать отказа голосом, процедил парень. -А смысл? Она все равно не выходит.  — У тебя мозги есть вообще? Ты меня услышал или мне повторить еще раз? Пока я здесь, она не сможет убежать, а поэтому открывай. Я хочу видеть ее. Друзья замолкли, не решаясь что-либо говорить против. Дождавшись бармена, который в тоже время и отвечал за пленниц, Малфой не дожидаясь, забрал ключи и направился в самую темную часть. Он остановился в двух метрах и обернулся, оглядывая друзей, которые последовали за ним.  — А вы куда? Забини хмыкнул и обратился сначала к Нотту: -Он еще мне говорит что-то насчет мозгов, — посмотрел на Малфоя, — мы тоже хотим посмотреть на нее. -Нет, я иду туда один, — отрезал Драко.  — Какого хрена мы должны?!  — Забини…-процедил сквозь зубы Малфой, тоном «я-что-тебе-сказал». -Ах, да, точно, Нотт, я тут видел одно пассию, пойдем познакомлю. Мулат схватил друга за локоть и повел обратно что-то бурча себе под нос. Он знал, что не стоит перечить Малфою… Учитывая, насколько был безумен и агрессивен его взгляд. Но Малфой уже тем временем стал самим собой и мучительно приблизившись к клетке, открыл ее.