you're amazing, richie tozier

      Третья неделя домашнего ареста протекала как обычно: скучно и однообразно, хотя дети веселили себя как могли. Сэм казалось, что она перечитала все книги; Эдди — что он пересмотрел все фильмы, и уже на третий день они просто умирали со скуки. На улицу им разрешено было выходить только в аптеку за лекарствами или просто прогуляться, но только вдвоем.       О произошедшем на Нейболт-стрит они условились не говорить, потому что каждый знал, что ему и так хватает кошмаров, связанных с этим местом. — Эдди, мы едем в больницу? Там сказали каждые три дня перевязывать, — миссис Кей, сидя в своем кресле напротив телевизора в гостиной, обратилась к сыну, который играл в старую настольную игру, найденную в подвале, вместе со своей кузиной. И определенно выигрывал. — Хей-хо! — крикнул Эдди и вскинул поломанную руку вверх в знак полной и безоговорочной победы. — Эй, ты же жульничаешь! — обиженно проскулила Бейкер. Услышав, что Соня собирается уехать, она оживилась. — Да, мам, минуту, — с запозданием ответил матери Эдди. Он вскочил с кровати и попытался как-то пригладить бинт. — Умей принимать поражение с достоинством! — победно сказал Эдди уже Сэм и двинулся к выходу. — Я клянусь, сломаю тебе вторую руку, если еще что-то подобное скажешь! — крикнула девочка брату, который торопливо бежал по лестнице. — Сэм, я буду вечером, — кинула миссис Кей, закрыв за собой и сыном дверь. Дома стало подозрительно тихо. Сэм выглянула из своей комнаты, удостоверившись, что она действительно одна. Пора действовать.       Девочка подкралась к телефону, который пылился на втором этаже. Казалось, двумя неделями ранее он был главным средством связи Сэм и Ричи, когда они не видели друг друга. После очередного собрания каждый из них бежал к себе домой и звонил другому, эти разговоры могли продолжаться до утра. Но все то время, что Сэм была приговорена к лишению свободы сроком до месяца, Ричи ни разу не позвонил.       Бейкер бегло набрала знакомый номер на большом телефоне. Она долго слышала гудки, пока на том конце не раздался такой знакомый голос: — Привет? — Ричи? Это Сэм, — как-то грустно сказала Бейкер. Она заметила, что его голос сейчас не звонкий и надоедливый, как обычно, а потерянный, если так вообще можно сказать о голосе. — Э-эм, да, привет, Сэм, — сухо ответил Тозиер. Сэм почувствовала, как тревога разрастается в ней. Она уже успела подумать, что Ричи нашел себе новую подружку, представила, как она выглядит и уже возненавидела её.       «— Наверное, какая-нибудь блондинка в коротенькой юбочке и топике, которая любит Джеймса Дина,» — подумала Сэм и тут же отогнала эти мысли от себя. Он же просто сказал «привет»… — Как дела? Мы уже умираем от скуки, боже, я наверное перечитала все, что нам задавали читать на лето, — начала тараторить Сэм и замолкла. Ричи сказал бы с придурковатым южным акцентом: «Какая скука, мадам? В логове Тозиера нет места скуке! Быстро собирайте свои вещи и бегите к нам!».       Сейчас он просто молчал. Это было хуже всего. На секунду ей показалось, что все, что они пережили вместе — сон. Будто это не он бегал от неё с той папкой по всему Карьеру, не он звал её на «несвидание» и не он крепко обнял её на прощание.       Ричи бы не молчал.       «— Пожалуйста, Ричи, скажи хоть что-то, только не молчи!» — Я скучаю, Ричи. Почему ты не звонил? — снова сказала Сэм. Послышался его выдох. Словно, он не хотел говорить этого и вообще не хотел себя так вести, но он просто не мог по-другому. — Сэм, я хочу побыть один. Мы решили распустить наш клуб на какое-то время, и я просто… Извини, — проговорил он на одном дыхании. — Я тоже скучаю, — добавил он и повесил трубку. Тревога в груди Сэм выросла до истерики и как по щелчку выплеснулась наружу вместе с слезами и всхлипами.       Она чувствовала себя разбитой. Ведь Ричи был вторым после Эдди, с кем она чувствовала себя в безопасности; он всегда был рядом.       Сейчас его равнодушие и холодность убила Сэм. Но новость о том, что Неудачники распались расстроила её не меньше. Она плакала, положив голову на руки, на этот столик с громадным телефоном и канареечно-желтой вазой, в которой стояла роза. Неизвестно, сколько она бы провела там, захлебываясь в собственных слезах, если бы не мягкое касание Эдди. Он провел здоровой рукой по её волосам, стараясь не напугать её. Она подскочила на месте и вопросительно посмотрела на него красными от слез глазами.       Он вмиг понял, что она делала возле телефона, и даже кому она звонила. — Что с ним? — наконец спросил Эдс, когда оба вошли в его комнату. Они понимали, о ком идет речь. — Сказал, что клуб распался на какое-то время, — сипло ответила Сэм. Она покачала головой, отгоняя новый поток слез, подкрадывающийся к горлу. — Что? Это невозможно, — Эдди удивленно вытаращился на Сэм. Она пожала плечами и увидела, что белоснежно новый бинт Эдди уже кто-то успел испачкать надписью «Лузер». — Господи, кто это написал? — обеспокоенно спросила Сэм и вскочила. — Та девчонка, которая вечно задирала Беви, — выпалил Эдс. Сэм тихо выругалась как-то в духе: «Вот шлюха!». — Как это оттереть или закрасить? — Эдди присел на стул рядом с письменным столом. Сэм осмотрела его, потом все вещи, раскиданные по столу, и её осенило. — Мы можем это исправить! — она загорелась, как ей казалось, просто идеальной идеей. Они переместились на кровать, Сэм устроилась напротив Эдди, прежде взяв первый попавшийся фломастер, и стала что-то писать, скользя по бинту стержнем, от чего он издавал скрипучие звуки. — Готово! — выдала через минуту Сэм, и Эдди нашел в себе смелость посмотреть, что же она нарисовала. Надпись «Лузер» осталась, а буква «S» была перечеркнута красной, неумело выведенной «V». — Выглядит круто, — признался Эдди, а Сэм горько улыбнулась и села уже рядом с ним.       Эдди улыбнулся в ответ, а Бейкер припала к нему, обняв его за шею. Каспбрак услышал её тихие всхлипы. Пальцами сломанной руки, которые торчали из прочной ловушки гипса, он погладил её по волосам. — Эй, Ричи мудак, ясно? Не смей плакать из-за него, — сказал Эдс, хотя понимал, что эти слова вряд ли помогут. Но он был на сто процентов уверен, что Ричи никогда не стал бы обижаться на Сэм, значит у него случилось что-то действительно плохое. Или он сломлен из-за распада Клуба неудачников.       Девочка кивнула, шмыгнув носом. — Все будет хорошо, я обещаю тебе, — Каспбрак приобнял Бейкер за плечи. Настойчивый и противный звонок телефона на втором этаже раздался по всем комнатам. Саманта вздрогнула и отстранилась от брата. Она вскочила и побежала в коридор, споткнувшись о свою же ногу. — Привет? — послышался девичий немного испуганный голос. Она не назвалась, но Сэм бы и так узнала этот голос из тысячи. — Беверли? О господи, привет! Привет, Беви! — Сэм радостно завизжала, и Марш подхватила этот радостный крик. Они были счастливы слышать друг друга после такой долгой разлуки, тем более что раньше самое долгое их расставание длилось двадцать четыре часа. Сэм просто обожала Беверли, ведь она была её единственной подругой-девочкой. Даже в Брайтоне у неё не было таких крепких связей, как здесь. Саманте, кстати, совсем не хотелось думать о том, что через полмесяца ей придется уехать.       И возможно, Ричи сделал верный шаг — ему не хотелось привязываться к ней, чтобы потом страдать. — Я хотела… В общем, мне очень жаль, что я не звонила тебе всё это время… Ты знаешь, отец работал всю неделю, да и миссис Кей бы убила тебя, если б я позвонила, — Беверли говорила со скоростью света, и Сэм еле успевала за её потоком мысли. — Сегодня папа остался дома, и я думаю… Ты сможешь прийти ко мне домой? Ты же знаешь, папа, он… — рыжая как-то сникла, когда речь зашла о её отце. Сэм сама знала, что Бев не любит разговаривать о нем. — Я так скучаю по тебе, Сэ-э-э-эм! — простонала Марш в трубку, — Будет просто волшебно, если у тебя получится вырваться ко мне хотя бы на два часа. — Я попробую. Если что, я приеду через пятнадцать минут, — проговорила Сэм и положила трубку. Она влетела в свою комнату, и от её разбитого истеричного состояния ничего не осталось. — Беверли звонила? — Каспбрак, стоя в дверном проеме, молча наблюдал, как девочка бегала по комнатам, судорожно ища что-то определенное. — Ты не видел такую белую с розовыми этими… — Сэм вывернула весь свой шкаф изнутри, ища какую-то вещь, известную только ей. — Нет, не видел, — Эдди смирился с тем, что его вопрос останется проигнорированным. — Да, это была Беверли, мать её, Марш! Эдди, я хочу вырваться к ней хотя бы на час, ты же ничего не скажешь миссис Кей? — Сэм сложила руки в молящемся жесте и сделала щенячьи глазки. Эдди улыбнулся и махнул рукой. Бейкер подскочила к нему и всмотрелась в его карие глаза. — Ты же не обидишься? Мне просто очень нужно, ты знаешь… Пообщаться с девочкой, — Сэм как-то жалостливо посмотрела на него, но тот не выражал и намёка на обиду, чему девочка очень обрадовалась. В его глазах читалось лишь недоумение, потому что он представил, чем занимаются девочки, когда собираются вместе. Обсуждают парней? Поют в расчески попсовую музыку? Едят попкорн, смотрят мелодрамы и плачут? Это все казалось мальчику каким-то несовместимым с той Сэм, которую он знал: девочка-сорванец, круг общения которой составляют лишь мальчики; всегда готова врезать в нос тому, кто посмеет её обидеть. Он просто не мог представить её, делающей эти… девчачьи вещи, поэтому предпочел даже не спрашивать её о том, что они планируют делать. — Нет, совсем нет. Мама не узнает, не переживай, — он успокаивающе посмотрел на Сэм, так что её волнение и вовсе рассеялось. Эдди покинул её, оставив девочку наедине с вечным вопросом: «Нечего надеть».       Она отошла к шкафу и все-таки нашла то, что искала: белая майка с розовыми единорогами была под стать случаю. Сэм надела синюю юбку и заправила в неё майку. В волосах она заплела две небрежные косички и на затылке свела их в одну. Несколько прядей выбивались оттуда, но выглядело это довольно-таки мило. Сэм взяла с прикроватной тумбочки синий браслет с болтавшимся на нем солнышком. Это был подарок её папы из очередного рейса на Гавайи. По непонятной ей причине Сэм носила эту штуку, почти не снимая. Так что она быстро натянула его на худенькое запястье и удалилась из комнаты. — Это что, девочка? — удивленно крикнул Эдди, увидев её в коридоре. — Тебе твоя здоровая рука совсем не дорога? — с этими словами девочка захлопнула за собой дверь и, запрыгнув на велосипед, помчалась в сторону Центральной улицы, на которой располагался дом Беверли Марш.       Сэм старалась как можно быстрее добраться до места назначения, чтобы её не увидели соседи, которые могут доложить все миссис Кей, да и сама Соня.       Добравшись до многоквартирных домов в Центре Дерри, Сэм осмотрела возвышавшиеся над ней здания. Она впервые поставила велосипед на подножку и направилась к главному входу, куда было не совсем привычно заходить.       Сэм пару раз постучала в дверь. За ней послышались торопливые шаги. Бейкер молилась, чтобы это был не Элмер. Девочке становилось жутко неловко при виде его, и перед глазами сразу вставала та жуткая картина: мистер Марш гладит дочь по щеке, отнюдь не по-отцовски.       Дверь открылась, из-за неё выглядывала девочка с золотисто-рыжими волосами и ярко-голубыми глазами, лукаво смотрящими на гостью. Её веснушчатое лицо засветилось при виде Сэм, и она тут же кинулась на шею подруге, потянув ее за собой, внутрь квартиры. — Сэм, Сэм, Сэ-э-эм! — Беверли радостно кричала, сжимая Сэм в своих объятиях. — Беверли, господи, я так скучала! — на Бейкер нахлынули нежные чувства. — Сэм? Привет, — поприветствовал её Элмер. Девочки вмиг отстранились друг от друга, будто одна из них была только что закипевшим чайником, о который можно обжечься. — П-привет, мистер Марш, — Сэм на секунду почувствовала себя Заикой-Биллом, потому что Элмер Марш заставлял её чувствовать себя ужасно некомфортно. Из-за знакомого ей чувства смущения, возникавшем при этом странноватом мужчине, Сэм с радостью ответила на приглашение Беверли прийти к ней домой. Если бы Сэм сказали провести с ним хоть час наедине, она бы просто сгорела от стыда. — Ты ведь под домашним арестом, не так ли? — шутливо-строго поинтересовался мистер Марш. Сэм поморщилась от его неудобных вопросов. — Э-э, да. Я надеюсь, вы никому не скажете, что я сбежала ненадолго? — Сэм постаралась выдавить из себя смешок, но вышло не очень. — Конечно, — ответил Элмер уже откуда-то из гостиной, устроившись на диване и включив «Танец в Америке».       Сэм выдохнула и направилась в комнату Беверли. Её хозяйка пробралась туда минутой раннее, и как только подруга зашла, сразу же закрыла за ней дверь.       Девочки стали обсуждать то, что творилось в последние недели, да и вообще, всё на свете. Они включили тихую музыку. Беверли сидела на стуле напротив письменного стола, рисуя в дневнике и параллельно общаясь с Сэм. Бейкер же лежала на кровати, подложив руки под голову, и смотрела в потолок. — Он сказал, что тоже скучает. А потом бросил трубку… Я до сих пор не поняла, что это значит, — пробормотала Сэм, когда речь зашла о любимой теме Беверли — Ричи и Сэм. Она просто грезила идеей свести их, ведь в первый же день их знакомства с Бейкер, она тут же поняла, что Тозиер будет идеальной парой для неё. Они оба остры на язык, могут болтать без умолку двадцать часов подряд и просто обожают словесные перепалки. Сэм почти всегда выходила из них победителем, пока она не встретила Ричи. С тех пор он всегда утирал ей нос. Но она заметила, что с остальными он был гораздо грубее, а с ней — нес какую-то чушь, что всегда веселило девочку. — Оставил последнее слово за собой… Он ведь тогда поссорился с Биллом, дело почти дошло до драки… Они столько всего наговорили друг другу, что я теперь даже не знаю, что будет дальше с нашим Клубом, — Беверли грустно посмотрела на Сэм. У неё был печальный вид. Бев и сама знает: иногда недосказанность просто убивает, и ничто не способно поднять настроение, как только вспоминаешь об этом. — Эй, хватит грустить! Я пойду умоюсь, скоро вернусь, — Бев скрылась за дверью. — Чтоб развеселилась к моему приходу! — Марш снова выглянула из-за угла, чем заставила Сэм рассмеяться.       Бейкер встала с кровати, и воспользовавшись тем, что Беверли ушла и оставила свой дневник, украдкой заглянула в него.       «— Билл, сердечки, Билл, Билл, сердечки,» — мысленно произнесла Сэм краткое содержание открытой страницы. Это показалось ей очень милым, и она на секунду представила их семейной парой с большим домом и двумя детьми. Сэм улыбнулась своим мыслям, но из её безоблачных фантазий её вытянул звук чего-то очень тяжелого, упавшего на плитку в ванной. За ним последовал пронзительный крик. Она незамедлительно бросилась туда.       Девочка выбежала из комнаты и остановилась, как вкопанная. В ванной, дверь куда была распахнута, стоял Пеннивайз, держа в одной руке шарик, а во второй — очки. Ей не пришлось сомневаться, кому они принадлежали. Девочка забыла все обиды к Тозиеру, ей просто хотелось знать, что с ним все в порядке, спасти его, сделать так, чтобы он был в безопасности. Знакомый леденящий ужас подкрался к Бейкер. Её сердце бешено забилось, а перед глазами пронеслись моменты проигранной «схватки» с Пеннивайзом, напоминая о походе на Нейболт, не выходивший из головы всё это время. Неизвестность пугала её больше всего в тот момент: живы ли все остальные? Может Бев уже мертва? А Ричи?..       Сэм закричала, закрыв рот рукой, и слезы снова полились из глаз, обжигая щеки. Ей также не хотелось верить в то, что с Беверли тоже может что-то случиться. Ведь она была рядом, как Сэм могла просто так её отпустить? В её груди поселилось жгучее чувство ненависти к этому Пеннивайзу и его глупым играм. Всё, что он делал — так это пугал её до полусмерти, калечил её друзей, а сейчас забрал дорогих ей людей.        Настороженный и напряженный взгляд Сэм был направлен на виновника торжества — демона, подчинившего себе Дерри. Бейкер не двигалась с места, страх сковал её движения. Она не могла пошевелиться и будто загипнотизированная смотрела на Пеннивайза. Слезы обильным потоком бесшумно падали с черных ресниц на кафель.       Клоун, полный злорадства, жутко улыбнулся и растворился в воздухе.       Девочка вздрогнула, не поверив своим глазам. Он просто взял и исчез. Разве такое возможно? Этот вопрос мучил её совсем недолго. Главной мыслью, засевшей в голове стала мысль о спасении Бев. И, возможно, Ричи. Осторожно пройдя в ванну и удостоверившись, что ей все-таки не показалось, и клоун действительно оставил её, она заметила на полу огромную лужу крови. Оглянувшись, она также не обнаружила крышки унитаза. Видимо, Беверли сражалась.       Сэм не хотелось ни минуты оставаться там, поэтому она побежала в гостиную. Элмера там не оказалось. На секунду она подумала, что клоун мог бы и его тоже убить, ему ведь все равно, кого убивать, правда?       Девочка подошла к телефону, и наскоро вспомнив позабытый номер, быстро набрала его на больших кнопках. Руки все еще дрожали, Бейкер старалась не промахнуться. — Это Билл, привет, — прозвучал знакомый мальчишеский голос. — Билл? Это Сэм. Беверли у Пеннивайза… Пожалуйста, собери всех, мы должны поехать на Нейболт… Я думаю, Бев и Ричи там… — тараторила Сэм. Из глаз всё еще стекали крупные горошины слез, которые падали на шею, после чего капали на белую майку. — О господи… Ты уверена, что Ричи тоже, эм… забрали? — неуверенно проговорил Билл. — Он… Клоун показал мне его очки. Может, он так пошутил, но это было нихуя не смешно, — Сэм шмыгнула носом и размазала соленую жидкость по щекам. — Я понял. Встречаемся там как можно скорее, — Билл повесил трубку. Сэм обрадовалась, что Денбро не послал её с жуткими воплями, хотя мог бы. Ведь Клуб ненадолго распустили, так?       Теперь ему предстоит собраться вновь.