Любовный запах табака

Тишина и лишь этот надоедливый писк в палате, который так и капал на мозги. Как же так вышло?.. Неужели… Это он виноват во всем этом? Неужели, из-за того что он не предупредил любимого, он чуть не погиб? Нет-нет, он уже видел эту картину и нередко, но… он знал, что это была его обычная забава и он видел границу, но в этом случае Эдик и вправду хотел покончить с собой, перешагивая через эту полосу жизни и смерти. И это могло и вправду произойти, если бы он не услышал этот отчаянный смех, наполненный болью. И этот смех был еще долго в голове парня.

***

Держа холодную ладонь парня, Силин приложил тыльную сторону ладони к своим сухим губам, смотря на парня. Его руки были перебинтованы, но он уже сутки не приходил в себя. Это сильно пугало Глеба, пусть врачи и говорили, что он очнется. Для Глеба это просто ужасный случай, где он винит только себя, позвав своего друга выпить. Он еще тогда знал, что эта глупая идея, но когда Эдик подумал о измене, то Глеб окончательно считает себя полной мразью. Это сильно пошатнуло его психику и его взгляд на этот мир.

***

Прошла неделя. Эдик так и не приходил в себя. Эта ситуация уже окончательно убила морально Глеба. Всё та же картина: Лезвие в руках, ненавистный взгляд в зеркало, осматривая свое лицо. Тяжко вздохнув, парень закрыл глаза, уже прижимая лезвие к своей руке. Прикусив губу, парень резко провел лезвием по своей руке и поверх старых шрамов стала проявляться кровь. Это… Такое приятное ощущение. Так хочется еще! Проведя еще пару раз лезвием по руке, он стал чувствовать слабость. Но… От его действий отвлек звонок телефона. Посмотрев на номер, он узнал его. Да и надпись «Любимый» тут же его заставило затрястись от волнения. Взяв телефон, он ответил дрожащим голосом, после чего появилась слабая улыбка, но при этом счастливая. — Эдик… — прошептав с улыбкой на лице, парень уронил телефон, а потом и сам упал на пол, тяжело дыша. Послышался <i>последний вдох садиста. Лагута очнулся, но позвонил его врач, из-за этого и началась паника. Глеба везли в больницу, шум сирены бил по ушам, а в глазах застыл образ кого-то далёкого и такого знакомого…</i>