Help me to live while I survive

Солнце уже клонилось к закату. Оставалось около четырех часов до полного захода. Все в лагере ждали, когда Рейвен заизолирует последние провода, чтобы запустить солнечную станцию по выработке электричества. Монти проверял соединения, а Джаспер наблюдал за пробками и тем, насколько плотно они вкручены в предохранители. Он не мог допустить, чтобы они вылетели. Это могло привести к перенапряжению сети и тогда вся станция сгорит из-за замыкания. Рейвен копалась в последних метрах проводов, которые соединяли преобразователи. Она плотно перематывала их изолирующей лентой. Девушка даже использовала ножницы, а не откусывала материал, как привыкла делать. Рейвен Рейс отступилась от своих привычек ради надёжности. Это о многом говорит. Они уже достроили стену до полутора метров в высоту, чего хватило, чтобы установить ворота из металлического каркаса с сеткой. Поскольку все были в предвкушении, то решили отложить стройку до завтрашнего утра. Эбби вместе с Индрой готовили в административном корпусе. Намечался небольшой праздник. Они нуждались в передышке, потому что работали уже на износ, пытаясь как можно скорее закончить стену. Абсолютно все в лагере были в приподнятом настроении. Все, кроме Кларк. Девушка часто оглядывалась. Она не знала, когда точно приедет Лекса, и это ещё больше нервировало. По её расчётам, девушка должна была добраться ещё вчера ночью, но Кларк не могла исключать разного рода обстоятельства, которые могли возникнуть в дороги. Они договорились, что Лекса выпустит сигнальную ракету, когда они будут подъезжать. Поэтому, Кларк каждые несколько минут бросала взгляды в сторону ворот. Внутри все сжималось от ощущения, что Лекса задерживается. Кларк не могла признаться, но она начала терять по частицам свою надежду, что девушка доберётся до неё сегодня. —Готовы? Кларк отвлеклась. Она подошла ближе к станции, где собрались все из лагеря. Джаспер стоял и оглядывал толпу. На его худом лице была ослепительная улыбка. Он по-настоящему гордился проделанной работой. Справа от него стоял Монти, который постоянно оборачивался, ожидая Рейвен. Девушка была внутри, запуская станцию. Все затаили дыхание. Кларк в последний раз обернулась, но ничего не увидела, потому что прямо за ней стоял Беллами. Девушка спешно отвернулась, чтобы никто не заметил. Увидела только Октавия, которая начинала догадываться, что же происходит. Но, давая Кларк то пространство, в каком она нуждалась, не задавала вопросов. Октавия присматривала, но не вмешивалась. Когда через пять минут включились все фонари в лагере, люди стали обниматься и кричать от переизбытка эмоций. Джаспер запрыгнул на Монти, которого уже сжимала в тесных объятиях Рейвен. Кларк заулыбалась, но когда Нико притянул её, чтобы обнять, девушка вывернулась и пошла прочь. Она не испытывала настолько сильное чувство эйфории. Да, Кларк была рада, что больше не нужно будет пользоваться свечами и подвергать опасности пожара всех, но при этом она не стремилась к телесному контакту. Для неё ещё было сложно находиться близко к кому-то. Позже. Да, она справиться с этим, но ей ещё нужно время. Много времени, на самом деле. Кларк до сих пор ощущала обжигающее кожу касание грубых рук Нико. Девушка напряглась, сжимая ладони в кулаки. Она пыталась убедить себя, что это было нормально. Нормально. Но она не могла. Рейвен после всего ушла до своего домика. Она сказала, что теперь может бездельничать какое-то время. Монти усмехнулся, понимая, что уже завтра девушка найдет новое занятие, а он, как верный помощник и компаньон, будет помогать ей. Парень пихнул в плечо Джаспера, намекая на то, что стоит достать их самодельное изобретение. Джаспер только заулыбался. Они уже придумали, чем займутся дальше. // Вечером лагерь будто вспыхнул. Солнце ещё не зашло, но Рейвен включила все источники света, и стало так ярко, что она зажмурилась. Девушка улыбалась, наслаждаясь проделанной работой. Она была счастлива, что все заработало как надо. Она в последний момент подумала, что, возможно, не справилась и станция не заработает. А потом загорелись индикаторы на преобразователях. Рейвен давно так сильно не радовалась. Она решила прогуляться вдоль хорошо освещенной аллеи. На домиках зажглись настенные фонари, а на здании административного корпуса загорелась неоновая вывеска. Рейвен была в восторге. Неспешно идя по асфальтовой дорожке, девушка приветствовала Октавию, а потом и Нико, что попадались ей на пути. За очень долгое время она была настолько близка к тому, чтобы назвать себя счастливой. Дойдя до ворот, через которые просматривалась дорога, освещенная заходящим солнцем, девушка остановилась. Она наблюдала закат, улыбаясь мягкому свету, что касался её лица. Рейвен скользила взглядом по пейзажу, когда заметила небольшую размытую точку. Можно было бы пройти мимо и не придавать значения этому, но это могла быть не просто безобидный куст или уцелевший рекламный щит. Но, зная положение, она пыталась вглядеться. Теперь заходящее солнце раздражало, слепя глаза. Оглянувшись по сторонам, Рейвен окликнула Беллами, который шёл вдоль стены, уверенно держа в руке мачете. —Белл, есть бинокль? —Только прицел от винтовки. А что? — парень подошел, вытаскивая из кармана прицел. Он протянул его Рейвен, которая спешно приняла предмет. Она подкручивала колесо для приближения объекта со стороны оптической линзы, смотря одним глазом, щуря второй. Когда увеличение было настолько сильным, что Рейвен могла разглядеть ту самую точку на дороге, девушка взвизгнула, понимая, что там далеко не точка. Она оглядела тот конец дороги, замечая новых мертвецов, которые ковыляли в их сторону. Рейвен передала прицел Беллами, разворачиваясь в сторону своей станции, чтобы отключить её. —Собирай всех. Беллами, — она повысила голос на парня, который смотрел на дорогу. — У нас чрезвычайная ситуация. Пошевеливайся, — Беллами побежал до административного корпуса, крича по пути «Тревога!». Рейвен остановилась на полпути, замечая Октавию, которая сматывала металлический трос на деревянную катушку. Идея сама пришла на ум. Она развернулась, направляясь к домику Монти и Джаспера. —Монти, мать его, Грин! — она не могла понять своих ощущений, но точно ощущала привкус вызова и бодрящий адреналин в крови. Они сметут ходячих. *** Они поменялись местами утром, когда свернули свой небольшой лагерь у дороги. Они проехали вокруг Вашингтона, но Лекса не заметила поворота, и им пришлось сделать крюк. Они добрались до съезда с шоссе, когда начало темнеть. Было решено разбить лагерь и переночевать. Утром, когда солнце только восходило, Лекса засобиралась дальше. Она не знала причину такой своей спешки, но ощущала, что ей нужно быстрее отправляться дальше. Что-то внутри кричало, чтобы девушка шевелилась быстрее. Но утро было не такое легкое, как предполагала Лекса. Она собирала вещи в багажник, когда заметила Аню, что шла за кусты, чтобы справить нужду. Девушка быстро отвернулась, делая вид, что не видела темное пятно на штанах Ани. Она посчитала, что женщина будет иметь дискомфорт, если заметит взгляд Лексы. Но женщина только громко выругалась, что её было слышно даже через такое расстояние. Женщина громко ругалась. По её лицу Лекса поняла, что пробуждение было довольно болезненным. Девушка порылась в сумке с медикаментами и достала упаковку тампонов и блистер обезболивающего, чтобы уменьшить неприятные ощущения в животе. Немного покопавшись во второй сумке с вещами, она нашла джинсы и сменное бельё. Лекса достала бутылку воды и протянула вещи хмурой Ани, которая с болезненной улыбкой всё приняла. Лекса улыбнулась, чтобы как-то подбодрить женщину. Это сработало. Аня привела пассажирское сидение в горизонтальное положение. После целого дня в сидячем положении, а потом и ночи на холодной земле, женщина чувствовала боль в пояснице. Таблетки пока не начали действовать, но она надеялась, что скоро боль немного утихнет. Аня старалась бороться с болезненными спазмами внизу живота, но иногда громко вздыхала и ёрзала на сидение. Ощущения были не из приятных. Лекса заметила метания женщины и предложила выпить ещё таблетку и попытаться вздремнуть. Аня не стала спорить, желая только, чтобы её матка немного угомонилась. Лекса вырулила на дорогу в две полосы, когда заметила баннер лагеря для кемпинга. Оставалось несколько километров прямо, как говорил указатель. Она почувствовала нервное напряжение в районе солнечного сплетения. Лекса списала всё на неопределенность этой встречи. Она не знала, как Кларк станет к ней относиться. К тому же, она ни разу не спрашивала, а что остальные члены лагеря думают насчет приезда Лексы. Этого они не обсуждали, как и много других важных вопросов. Но сейчас, когда до цели осталось совсем немного, всё стало казаться таким, таким крошечным в своём значение, что Лекса откинула ненужные мысли. Девушка остановилась, чтобы выйти и запустить сигнальную ракету, когда заметила впереди стадо мертвецов, что медленно ковыляли впереди. Лекса услышала приглушенные выстрелы, откуда-то спереди, и вспышки от возгорания пороха. Она напряглась, понимая, что впереди идет настоящая битва. Солнце всё ниже садилось. Скоро будут сумерки. Дерьмо. —Что там происходит? — Аня высунулась из окна, когда поняла, что машина остановилась. Она сонно огляделась. Её зрение было не таким сфокусированным, чтобы разглядеть впереди опасность. —Не знаю, — Лекса взяла бинокль, уменьшая дальность просмотра. — Там мертвецы. Лагерь отбивается, — она достала ракетницу, поднимая руку над головой и запуская сигнальный огонь. Аня не понимала, что происходит. Девушка оббежала машину, открывая пассажирскую дверь. —Быстро, пересаживайся. Ты поведешь, — Лекса буквально спихнула Аню с сидения на панель с ручным тормозом и кнопками управления стеклами. Не было времени медлить. —Можно и нежнее, — пробурчала женщина, заводя мотор, трогаясь вперед. Аня ещё не до конца проснулась, но крепче сжала руль, пытаясь придти в себя. Она мотнула головой, отгоняя сонливость. Когда машина тронулась с места, Лекса развернулась назад, достала автомат, меняя магазин на заряженный. Она высунулась из окна, садясь на дверцу с опущенным стеклом и открывая огонь по мертвецам, которые после выстрела сигнальной ракеты стали поворачивать в их сторону. Как она поняла, их привлекает свет и шум. Девушка стреляла в голову, разнося прогнившие черепа и мозговые ткани. Аня замедлила ход, чтобы не врезаться в ворота, которые ещё оставались закрытыми. Лекса не понимала, почему Кларк медлит. Они договорились, что сначала сигнал и сразу же после им откроют вороты. Девушка нахмурилась, отстреливая ходячим головы. Она закричала во всё горло, чтобы перекричать звуки выстрелов: —Открывайте! Кларк! — Лекса отвлеклась из-за своего собственного крика. Она отняла автомат от лица, чтобы её было лучше слышно. Аня резко крутанула руль влево, пытаясь объехать мертвеца, что вылез прямо перед джипом. Машина зацепила мертвеца, часть которого осталась на бампере. Лекса не смогла удержаться, когда последовал удар, и вывалилась через окно, соскальзывая с дверцы. Девушка пыталась зацепиться ногами за крышу, чтобы хоть удержаться, но это не помогло. Она больно приземлилась на спину, выпуская автомат из рук. Лекса не слышала, как Аня закричала, а ворота начали открывать. Большая часть мертвецов падала в ров с водой, где их тут же поджаривало электричество, всполохи от которого вырывались и били прямо по трупам, которые подходили слишком близко. Напряжение подавалось слишком большое. Со стороны стены не прекращались выстрелы, а кто-то постоянно звал её по имени. Лекса слышала всё, как через толщу воды. Она болезненно застонала, когда шок тела от падения прошел. Девушка выплюнула сгусток крови, который мешал дышать. Она поморщилась, перекатываясь на бок. Когда один из мертвецов подобрался к ней слишком близко, девушка отпихнула его ногой насколько хватило сил, поднимаясь с асфальта. Она заметила автомат, который валялся практически рядом с ней. Лекса подняла оружие, пытаясь нацелиться. Зрение подводило и часто картинка перед ней расплывалась. Она встряхнула головой, выстреливая по движущимся темным пятнам, когда зрение снова становилось нечетким. Когда, наконец-то, зрение полностью вернулось, Лекса заметила стоящий джип, на который накинулись мертвецы. Она закричала, чтобы Аня проваливала за ворота. Машина быстро отъехала за спасительное ограждение, а Лекса осознала, что у неё скоро кончатся патроны. Она сжала зубы, переключая рычажок на режим автомата. Пули вылетали длинными очередями, а мертвецы разлетались на части. Медленно продвигаясь к воротам и убивая по пути ходячих, которые мерзко воняли и жутко клацали зубами, Лекса израсходовала все патроны. До ворот оставалось меньше шестидесяти метров, у неё из оружия только ножи. Она по-прежнему плохо слышала, а руки начали трястись от напряжения. Радовало то, что зрение больше не размывалось. Она старалась не замечать боль между лопатками и тяжесть в голове, которая говорила о новой травме. Лекса боролась с собственным организмом, чтобы оставаться в сознании. Если она отключиться, то мертвецы сожрут её. Она обещала Кларк, что приедет к ней. Она ещё не добралась до чёртового лагеря. Одно ухо перестало звенеть, будто из него вытекла вода. Лекса расчищала себе дорогу, пользуясь охотничьим ножом. Девушка сомневалась, что была способна в таком состоянии попасть хоть в одного мертвеца, если начнет метать кинжалы. Сейчас время не на её стороне. Она была залита тухлой кровью, а глаза слезились от запаха гнилой плоти. Воздух был тяжелым, жарким, наполненный шумом, криками и звуками выстрелов. Она не совсем понимала, что делает, но в голове крутилась мысль, что ей нужно двигаться дальше. Лекса функционировала только благодаря этой мысли в своей голове. В какой-то момент она замерла, ощущая жгучую боль в плече. Она пошатнулась, пытаясь сдержать крик боли и агонии. Плечо пульсировало ноющей болью, но она перестала обращать на это внимание. Дернувшись, Лекса воткнула нож одному мертвецу прямо в глазницу, от чего тот последний раз захрипел, а после рухнул неподвижным мешком с гнилью. Она с трудом вытащила нож, замечая слабость во всем теле. Лекса почти потеряла сознание, когда остановилась, чтобы осмотреться вокруг. Мертвецы перестали обращать на неё внимание. Девушка стояла посреди потока мертвецов, которые брели к воротам. Она сплюнула кровь и выпрямилась, насколько это было возможно. Покрепче сжав нож, Лекса стала идти вперёд. Ей осталось совсем немного, когда ворота вновь открыли. Её втащили внутрь крепкие руки, которые не дали ей упасть перед заграждением. Но стоило рукам отпустить её, девушка свалилась на землю, не в силах устоять на ногах. Она перевернулась на спину, тяжело дыша. Невидящем взглядом она уставилась вверх. Ей показалось, что сейчас такое прекрасное раннее утро. Она не ощущала, насколько её тело изранено. Лекса ощущала только легкость. Где-то слышался голос Ани. Она хотела сказать, что отлично себя чувствует, но не смогла, потому что темнота поглотила её. Глаза закатились, а Лекса потеряла сознание. Разум больше не мог сдерживать агонию боли тела. Ей нужна была минутка покоя. // —Лекса! Лекса! Аня судорожно трясла девушку за плечи. Женщина кричала, а её слезы горячими каплями стекали вниз до подбородка, а после падали на окровавленное лицо Лексы. Её пытались оттащить от тела, чтобы Эбби смогла осмотреть девушку, но она вцепилась в Лексу. Она не могла оставить девушку сейчас. Аня уже достаточно позволяла Лексе справляться со всем одной. Она в очередной раз спасла женщину, рискуя собой. Но теперь, похоже, это был последний раз. Аня не могла в это поверить и раз за разом трясла худые плечи, повторяя имя, умоляюще зовя девушку. —Отойдите! Ей нужен воздух! —Нет! Лекса! Лекса, открой глаза! Ну же! Лекса! Кларк швырнула автомат, падая на колени рядом с неподвижным телом. Она не могла поверить, что долгожданной встречи так и не было. Она запретила себе думать, что больше никогда не сможет заговорить с Лексой. Кларк быстро пришла в себя, концентрируясь на девушке и её спокойном лице. —Отойдите. Я — Кларк Гриффин, — Аня посмотрела на неё, будто только поняла, что находиться не одна. — Я позабочусь о ней, — Кларк приложила все усилия, чтобы улыбнуться женщине, которая ещё несколько секунд смотрела на неё потерянным взглядом. Женщина только кивнула, позволяя забрать Лексу. Она откинулась назад, садясь прямо на асфальт. Крик отчаяния вырвался из неё. Аня разрыдалась, не смея больше сдерживаться. Она винила себя во всём.