Не в то время, не в том месте.

***

— То есть, я должна буду… суициднуться?! — в который раз воскликнула я. — Ну, других способов я не знаю… — пробубнил Рональд. — Я подготовлю гроб. — встрял Гробовщик. — Но, тогда как МЫ попадём назад? — Спросил Себастьян. — Увидишь. — последовал ответ Рональда. — Но, если, я убьюсь здесь, то стану российским жнецом. 21-го века, между прочим. Ведь сам говорил, что тебе и Греллю трудно находиться в другом времени! — обратилась я к Рональду. — Тогда сделаешь это в Лондоне. — последовал ответ. — Но тогда время. — Короче, ты убьёшься, а я заберу твою душу. Логично? — не выдержав, Рональд вспылил. — Логично. — кивнула я. И вот, Себастьян и Гробовщик пришли, и мы, все вчетвером обсуждали дальнейшие действия за чашечкой чая. — Денег у тебя предостаточно. — продолжил Рон, — Оплатишь билеты на всех пятерых. — То есть, мистер Сатклифф тоже будет учавствовать в поездке? — удручающе спросил Себастьян. — Ещё как буду-у, Себастьянчи-и-ик! — послышался «женский» восторженный голос из окна. Вскоре показался и сам актёр, а потом бросился тискать Себастьяна. Когда Себастьян освободился от «мистера Сатклифф» я заявила: — Билет на одного около 30-ти тысяч стоит. — Ммм. Тогда, получается. — принялся за вычисления Гробовщик. — 150 тысяч. — подсказал Себастьян. — Ах, Себастьянчик, ты такой умный! — воскликнул Грелль. — У меня от бабки где-то тысяч 150-165 осталось. — я пожала плечами. — Вот и хорошо. — согласился Рональд. — Надо посмотреть билеты. — решил Себастьян. Сказано — сделано.

***

Один билет был равен 29 802-ум рублям. Летим на «Аэрофлоте». Прямой маршрут без пересадок. Вылетаем в 19:25 прилетаем в 21:25. Так, билеты. Пять билетов обошлись мне в 149 010 рублей.

С планом мы медлить не будем. Так что дополнительные деньги нам ни к чему. Может, вы спросите у меня: «Жанна, ты сбрендила? А если не получится?» Терять мне нечего. Конечно, кроме жизни нечего. Багажа у нас не было. Только бензопилу Грелля и газонокосилку Рональда сдадим в багажный отдел. Аэропорт не очень далеко и не очень близко. Так что вышли мы в 18:30.

***

19:20

Без проблем мы сели в самолёт. Гробовщик сидел рядом с Греллем позади всех, Рональд сидел с какой-то достаточно упитанной тёткой, а мы с Себастьяном уместились впереди них. Правда, я настаивала, что лучше ему сесть с Греллем. Кто-то адекватный должен его контролировать. На что Себастьян заявил: «Это только будет накалять ситуацию.»

Впереди 2 часа полёта.

***

Грелль ныл на весь самолёт, мол, почему он не сидит вместе Себастьянчиком, а остальные пассажиры удивлённо на него смотрели. Ещё бы, цирк. Длинноволосая-красноволосая недо-девушка во всём красном орала: «ПОЧЕМУ НЕ Я, А ЖАННА СИДИТ ВМЕСТЕ СЕБАСТЬЯНЧИКОМ??!!». Я и Себастьян делали вид, что не знаем этого чудика. Да, кстати, Гробовщик ржал, но умеренно. Скоро самолёт вошёл в зону турбулентности. Ой, как трясти начало. Я же ещё никогда на самолётах не летала. Да и высоты я боюсь (и именно потому около окна сидел Себастьян, а не я). Ну, то есть, стоило в детстве мне оторваться от земли хотя бы на метр, то я уже начинала истерически визжать. Поэтому никогда не выходила на балкон. Девятый этаж же. Но в 12 лет я как-то научилась контролировать свой страх. Выходила на балкон и смотрела вниз уже более спокойно. Но, всё же, мне постоянно казалось, что кто-то вот-вот столкнёт меня или же я сама против воли прыгну. б-р-р-р… Тряска была просто бешенной. Поэтому же я вцепилась в подлокотники сидения. После 10 мучительных минут самолёт отпустило. Если я умру раньше, ничего не получится…

***

20:40 Ещё немного. 20:49 Скорей бы… 20:51 Жаль, что я не взяла книгу.

Вот и Лондон! Превозмогая страх высоты, я полезла через Себастьяна к окну. Чёрт, как же красиво! Сотни огней! О, я вижу Темзу! А то Вестмистерский Дворец и Биг-Бен! Вдалеке я заметила Трафангальскую площадь со статуей Лорда Нельсона… Лондонский Глаз! Вот бы прокатиться когда-нибудь! В первые меня берёт такой детский восторг.

***

21:18!

Разглядывая жемчужину Англии, я и не заметила как быстро пролетело время. Женский голос предупредил: — Уважаемые пассажиры, пристегните ремни. Самолёт идёт на посадку. Оторвавшись от окна, я выполнила указания стюардессы. И заметила на себе насмешливый взгляд Себастьяна. — Что? — спросила я, плохо скрывая смущение, и итак зная причину. — Да так, ничего. — последовал ответ, сопровождаемый хитрой улыбочкой. Самолёт начал снижение.

***