Орден Имперских воронов. Несущая смерть

      Вселяющий ужас редко выходил из Теневой башни; за всю его долгую карьеру подобное случалось лишь дважды, и каждый раз Ворон понимал, что ему не нравится покидать привычный тусклый мирок. Мужчина не любил общаться с другими, с трудом переносил яркий свет и все новое, становился раздражительным и агрессивным, так мало этого, пробуждался голод. Вселяющему ужас хотелось попробовать каждого, кто попадался на его пути, оценить вкус, найти нечто столь же интригующее, как душа маленькой Алисии. Но приказ есть приказ, ему можно только подчиняться, да и не факт, что ему удастся отыскать очередной деликатес. По опыту дознаватель точно мог сказать, что души подавляющего населения континента отвратительны и зловонны. Нет. Ему нельзя отвлекаться на мелочи, к тому же, он и сам волновался за Алисию. Почему? Этот вопрос не давал покоя ворону, но каждый раз, когда он возникал, Вселяющий Ужас предпочитал все свалить на неповторимый вкус души девушки или вовсе запрещать себе размышлять на эту тему.       Вокруг Несущей смерть что-то происходило, и это не нравилось опытному ворону. За свои четыреста с лишним лет, ему многое довелось увидеть, оказаться участником событий, о которых лучше не вспоминать, так что он вполне мог сделать вывод, что все события в судьбе Алисии взаимосвязаны. Нет ни одной лишней детали. Оставалось лишь понять, кто и зачем дергает за веревочки, чего ждет от своей марионетки и других участников представления. Размышления о судьбе девушки помогали дознавателю отвлечься, перестать думать о голоде, жажде и поиске особой пищи для себя.       — Вселяющий ужас! Мы рады приветствовать вас в Хрустальной башне.       Мужчина на миг замер и поднял голову — он добрался до места и даже не заметил этого. Подобное с ним случается не в первый раз и вряд ли несет угрозу, но все же, стоит быть осмотрительней.       — Вряд ли рады, скорее уж вынуждены терпеть, — Вселяющий ужас с наслаждением смотрел на то, как кривится и морщится ворон, как борется с собой, чтобы не сбежать.       — Идемте, я провожу вас в главное хранилище, там вас дожидаются, — встречающий все же смог взять себя в руки и сказать то, что должен.       — Да, дожидаются…       Дознаватель не любил предсказателей и оракулов, они никогда не предрекали ничего хорошего, лишь беды, разрушения и смерти, им было дано многое видеть, но вороны предпочитали о большей части увиденного умалчивать. Временами Вселяющему Ужас даже начинало казаться, что именно в Хрустальной башне, а вовсе не на Скорбной Скале принимаются все самые важные решения. Эти вороны могли все повернуть так, как выгодно им, и даже сам Император всегда безропотно шел на поводу у предсказателей. Хотя так было не всегда — однажды Балдассар Багряное крыло пренебрег пророчеством и позволил опасному полукровке остаться в живых. Наверное, это стало единственной причиной, по которой Вселяющий ужас все еще хранил верность ордену. Как бы он ни ненавидел Хрустальную башню, ему придется задержаться в этом месте, ведь лишь здесь можно получить ответы на вопросы, первостепенный из которых — что же сделали с Алисией? Ворон сомневался, что ему захотят помогать, скорее уж попытаются запутать, отвести взгляд, извлечь выгоду из ситуации, так что стоит быть вдвойне внимательным и осторожным.       Мужчина неспешно шел за своим провожатым, совершенно не обращая внимания на сверкающую чистоту и воздушность, одного из самых красивых сооружений Империи. Хрустальная башня являла собой смесь архитектурного гения, дань традициям и прагматичного расчета. Она была создана из редчайшего магического хрусталя, того самого, из которого делают шары для предсказателей. Сделано это было отнюдь не для красоты, не ради ощущения величия, возвышенности, легкости и парения, не ради бесподобной музыки, рождающейся в те моменты, когда ветер игриво ласкал сверкающий шпиль, пронзающий небеса. Башня усиливала способности предсказателей, позволяла им в полной мере раскрыть свой потенциал.       Хрупкое сооружение, которое может рассыпаться звенящими осколками от любого неосторожного движения или банальной случайности! Нет! Это лишь видимость, ведь в мире нет ничего прочнее магического хрусталя, не случайно же Император не расстается с фамильным оружием, сделанным именно из этого материала. Башня предсказателей была особым местом, но многие вороны недолюбливали её. Уж слишком ухоженными, изнеженными и надменными были местные обитатели, предпочитающие всегда и на всех смотреть свысока. Вселяющий ужас никогда не желал попробовать на вкус никого из предсказателей.       — Ясноокая Каридат ждет вас за этими дверями, — провожатый застыл на месте, давая понять, что дальше дознавателю придется идти одному.       — Надо же, сама Ясноокая. Это большая честь, — насмешливо бросил мужчина, медленно проворачивая дверную ручку. — Хотя думаю, я удостоился её лишь потому, что другие струсили. Не удивительно, ведь меня стоило убить еще в младенчестве. Кажется, это слова Каридат…       — Ясноокая никогда не ошибается в своих предсказаниях и выводах, — холодно ответил ворон, продолжая кривиться. Голос Вселяющего ужас вывал отвратительные ощущения, непрекращающиеся, даже когда дознаватель умолкал.       — Да, и в отличии от других, она имеет смелость в лицо сказать все, что думает. Остальные предпочитают прятаться в башне и поручать всю неприятную работу гонцам.       Дверь бесшумно отворилась, и мужчина перешагнул через порог. К чему разговаривать с провожатым, когда можно оказаться лицом к лицу с одной из самых уважаемых и могущественных предсказательниц. Каридат. Она есть в его особом списке. Однажды, он доберется до этой ведьмы и выяснит, почему она так настойчиво требовала его голову и продолжает это делать до сих пор.