Всё это было сном... или любовью?

Габриель В дороге Зена кому — то быстро позвонила – быстро в том смысле, что говорила около пяти – семи секунд от силы! – и велела таксисту изменить маршрут. О, слава моему знанию русского! И моим учителям, правда, долго не один не задерживался… Кстати, с чего это вдруг маршрут меняем? — Зена? Почему мы поехали не туда, куда в начале? — Нас засекли. То, что ты жива, уже известно. Так что, боюсь, до моего дома, а это далековато, мы доехать не сможем. Я замерла… Снова? Я так надеялась, что хоть пару дней в Москве смогу отдыхать… Почему? Кому я нужна? Кто настолько ненавидит меня? — Я не знаю, Габриель, — я говорила в слух? Что ж… этому уже не стоит удивляться… Нас высадили в каком — то… Какой – то… в общем, у обычного, серого и ничем не примечательного дома. Этажей на вскидку около пятнадцати – семнадцати. Зена быстро расплатилась с таксистом, что-то сказав ему на прощание – что именно, я не расслышала – и направилась ко мне. Я внимательно смотрела на неё, выглядит… Не очень. Средней зелёности… Свет так лёг? Угу, свет, тучи одни. — Зачем мы здесь? В ответ Зена покрутила на пальце брелком с ключами. — Поживём пару дней. Она подняла с асфальта багаж и направилась к дверям, кивнув двум, даже в снег сидящим на лавочке у подъезда, старушкам. Те улыбнулись в ответ и поздоровались со мной. Очевидно, подумали, что я её подруга или сестра. А в доме нас поджидал сюрприз… неприятный. Лифт не работал! И подниматься пришлось пешком! Ладно, я хоть вещи не несла… Да когда же кончатся эти ступени? Ну почему нам надо на последний этаж – шестнадцатый? Это просто мировой заговор против меня! — Габриель, не ной, лучше двигайся. Нехороший человек… уф, добрались… Дверь. Обычная, серая, железная… — Габриель! Может, я лучше открою? – усмехнулась шедшая сзади Зена. — Да, конечно. Я пропустила её в перёд, и мы вскоре оказались внутри квартиры. Первым делом я сняла натёршие ноги сапожки и в одних носках отправилась исследовать помещение, Зена не возражала. Признаться, я ожидала не этого, это если судить по лифту и загажен… грязному подъезду. А так всё вполне пристойно, не роскошно, но жить вполне можно. Простая, функциональная мебель, без излишеств, не очень новая. Правда, всего одна комната. Кровать, соответственно, тоже одна… Да что же это такое? Нет, я то, может, и не против… но заговор точно есть! Мда. Ещё обнаружилась ванна, кстати, довольно большая, вдвоём можно мыться и не встретиться. И кухня. Так… -Кто готовит? – крикнула я, надеясь, что Зена услышит. Мало ли, она в другую комнату ушла? — Микроволновка. Сомневаюсь, что ты умеешь готовить, только не обижайся, а то, что готовлю я, и едой назвать сложно. Я невольно усмехнулась: — Неужели есть хоть что — то, чего ты не умеешь? -Да… Я ещё не умею крестиком вышивать! Я распахнула рот. И.. получила конфету! Это такой намёк на то, что бы я помолчала? — Шпшибо! – буркнула я, старательно разжевывая ириску, я такие люблю… — Ты как хочешь, а я мыться и спать, — усмехнулась Зена. – Ты, может, в самолёте и выспалась, а у меня не получилось. Я возмущённо пискнула, но ванну уже заняли. У… а я, может, спинку потереть хотела… или плечи размять… Устала ведь, наверное! Ну да ничего, план по соблазнению одной конкретной телоспасительницы приходит в действие! Зря, что ли, такой пеньюарчик с собой везла? Вот – вот… а кровать то тут одна! Не отвертится! Облачившись в полупрозрачное неглиже, не удержавшись, повертелась у зеркала. Ну если Зена и на это не отреагирует, то я прямо не знаю, что и думать. Эх… Поверх накинула халат, это пока, не стоит шокировать публику сразу… Я скользнула под одеяло, постельные принадлежности перед этим обнаружились в шкафу. Кстати, в самом предмете меблировки практически не было одежды – джинсы да пара рубашек и нижнее бельё. Мне почему — то казалось, что гардероб у Зены должен быть побольше. Вообще, у меня создавалось впечатление, что она живёт именно здесь, а не где-нибудь, но в то же время бывает редко. Почему я пришла к подобным выводам? О, тут всё просто. Были видны «следы обитания». Нет, в комнате не валялась грязная одежда, да и вообще можно было подумать, что здесь живёт одинокий аккуратный мужчина. Никаких безделушек, пледиков (хотя в шкафу один был – но назвать пледом этот пир моли язык не поворачивается), ни игрушек… В ванной — я туда уже заглянула – только непочатое мыло да наполовину пустой шампунь. На полках, правда, что — то ещё лежало, но я туда не полезла. А так… прямо противоестественно! Даже фотографий не было, только картина в прихожей, симпатичный акварельный натюрморт. Пожалуй, единственное, что выбивалось из этого порядка — недопитый чай на кухне с плавающим лимоном. Точнее, нечто грязно-коричневое с заплесневевшим кружочком. Такое ощущение, что Зена в спешке уходила и не убрала посуду. Собственно, это и одинокий таракан в пустом холодильнике и указывали на обитаемость. И ещё несколько довольно потрёпанных книг на незнакомом языке – явно прочитанные не один раз. Где она сама, кстати? Утопиться в ванной решила, что ли? Я отчаянно зевнула – то ли перемена климата, то ли перепуг… Хотелось спать. Неожиданно я вспомнила – отец! Я должна позвонить ему! Он же там… он ведь думает, что я умерла! Мой взгляд заметался по комнате. Должен же быть здесь телефон!? О, есть! Не домашний, сотовый – но и это сойдёт. А дрожащие пальцы уже набирали номер отца… Отец Габриель Зазвонил телефон. Надоело… как же надоело всё! Приносят соболезнования, а сами смеются за спиной… А мне ведь плохо – и от этих пожеланий «не унывать» — ещё хуже… я взял трубку – хотя так хотелось запустить ей в стену. -Да? – а вот раздражение в голосе подавить не удалось. -Папа? Папа, это ты? – было плохо слышно – но мне было плевать… Габриель… Габриель! – Габриель! Ты жива? Мне сказали, что ваш самолёт разбился, в Африке! Господи, где ты, как ты? Я ведь думал, что ты погибла… Откуда ты говоришь? У тебя всё хорошо? Габриель! -Папа… Всё хорошо, правда! Зена, она спасла нас, она посадила самолёт на деревья… Там столько было всего, на целую книгу хватит! А ты как? -Я? Теперь – прекрасно! -Что? Связь плохая! Я люблю тебя. Я ещё позвоню! В трубке уже давно раздавались длинные гудки – я всё так же сидел с улыбкой на лице… Жива! Она жива! Габриель Я снова влезла под одеяло – было холодно. А в голове было лишь счастье – потому, что теперь папа сможет не волноваться. И мне стало гораздо спокойнее. Послышался скрип, дверь в ванну была не смазана. А вскоре появилась и сама Зена, одетая в мягкий халат. -Ванна свободна. -Угу… Я быстро. В ванной я не провела много времени, у меня были совсем другие планы. Оставив халат на вешалке, я ещё рас осмотрела себя в зеркале – хороша! – и распустила волосы. На цыпочках прокралась комнату, вошла… и замера. Это заговор, я уже говорила… Но я повторюсь. Зена на моё появление отреагировала абсолютно наплевательски – она спала! Ну хоть на кровати, а не на полу или в кресле (чего я опасалась, признаться!), у самой стены. И будить её не хотелось, настолько трогательно – милой она казалась… Одна ладонь под щекой, и на губах – чуть уловимая улыбка. И я невольно улыбаюсь тому, как всё обернулось. Эх, не получилось у меня глобального соблазнения… Ну и ладно. Я тоже легла рядом, укрывшись одеялом. Вот что странно – когда вокруг были посторонние, она спала невероятно чутко – а сейчас даже не отреагировала… не удержавшись, чуть заметно поцеловала её в щеку и легла на прохладную подушку. Спокойной ночи, Зена… Зена Нет, всё таки жизнь – далеко не плохая штука… По крайней мере, сегодня. Во первых, я наконец то сплю в нормальных условиях, на кровати, даже застеленной. Да, спать зачастую на ничем не прикрытой земле или камнях мне не привыкать, но разве это означает, что я не люблю комфорт? Во вторых – не надо никуда спешить, не звонит над ухом надсадно будильник… можно просто подремать, а ведь это получается так редко. К тому же обнимает кто — то нежно, да ещё и по бедру поглаживает этак ненавязчиво… Так какой смысл вставать, спрашивается? Тут меня застопорило… Обнимает? Поглаживает?! С кем бы поспорить, что это Габриель? Определённо бы выиграла… Мде. Похоже, придётся всё — таки вставать, и ведь, что обидно, не хочется. Я открыла глаза. Левый мигнул и затих, правый вообще пребывал в отключке. А температура тела резко подскочила – ещё бы… Да, обнимала Габриель… и поглаживала тоже она, так и не просыпаясь. Но в каком виде! На ней было надето только что — то почти прозрачное – и всё! Мама дорогая, где б ты не была, за что, а? И я сама, главное, хороша – халат за ночь развязался и уполз куда то в ноги, оставив меня в одном нижнем белье. И то ладно, что не в том, в чём родилась… При этом мои руки тоже довольно привольно обнимали её, левая так вообще лежала на… ХМ! Осторожно выбравшись из кровати, отгоняя мысли о том, что можно продолжить утро куда приятнее и плодотворнее, одевшись, предварительно приняв душ (холодный), решила проинспектировать холодильник на предмет покушать. Я то не очень голодная, но мне Габриель кормить надо. А она покушать любит, это я уже поняла. И не надо о ней думать – особенно о том, в каком она сейчас виде! Не надо! В холодильнике обнаружился очень одинокий таракан, лежавший кверху лапками. Очевидно, ему тоже хотелось кушать… Только вот холодильник у меня на кухне предмет явно не нужный и не используемый. Зато в шкафу нашлась лапша. Полагаю, на первый раз сойдёт. По крайней мере, она не подгорит… Запарив найденный продукт, вернулась в комнату. Пора было поднимать Габриель. Интересно, как это сделать, не гладя? -Габриель! Тишина… -Габриель! Тишина… -А если из кружки водой? Ти… -Ага, счас… А кто потом постель сушить будет? -А я и не собиралась. Но надо же тебя разбудить… Одевайся и пойдём завтракать. -За –а – автрак… — протянула она. – А откуда? -От ролтона. Вставай, вставай… Или мне тебя в ванну отнести и под холодный душ? -Только попробуй! Она подскочила, поправила это… ХМ! Не смотреть… И прошествовала на кухню. -А одеваться ты не собираешься? – поинтересовалась я. -Не… А я одефа… одета, то есть… Мням… Кошмар! Это называется одета? Так, я точно сегодня без завтрака. Потому как на кухню идти не хотелось. Точнее, очень даже хотелось, но явно не за завтраком… Сгинь, провались! -Я схожу в магазин, и когда вернусь, хочу найти тебя дома, живой и невредимой. И одетой! – повысила я голос, одевая куртку, на градуснике было далеко за минус. Тоже мне, весна… Габриель Я проснулась рано, на часах, стоящих на тумбочке, было всего около шести. Но главным было не то, что я проснулась рано, а то, на ком я проснулась! Мне это определённо нравится… Халат Зены окончательно капитулировал, и я могла без помех разглядеть её тело — в высшей степени потрясающее… Повязку она уже давно сняла, на ней заживало невероятно быстро. Жаль, шрам останется… Я поудобнее устроилась и снова закрыла глаза. Интересно, какая реакция у неё будет, когда она проснётся? А потом заснула… Проснулась я одна – обидно… И ещё облить угрожают! -Только попробуй! – буркнула я на предложение искупаться, и прошла на кухню. Предложение одеться – ага, проняло! – я проигнорировала. -Я схожу в магазин, и когда вернусь, хочу найти тебя дома, живой и невредимой. И одетой! – громко сказала Зена, очевидно, не рискуя заходить на кухню. Это она правильно, от меня всего ожидать можно. А лапша то вкусная! С приправами… Мне было… Скучно. Да тут даже телевизора нет! От нечего делать я ходила кругами по комнате, слушая музыку с плеера. Переодеваться я не стала – просто надела нижнее бельё. Всё равно я сногсшибательна… Я попробовала применить это самое слово к Зене. Да уж… вот кто сногсшибателен – так это она. Во всех смыслах, я видела её удар. Я разобрала вещи, положив сковородку на самое видное место – на стол. А как же! Против меня с ней в руках даже Зена не устояла! Тоже буквально. Я услышала, как в замке поворачивается ключ, и усмехнулась. Быстро она, не хочет меня одну оставлять. Поэтому, когда в квартиру вошел высокий блондин с небольшой аккуратной бородкой и довольно мускулистыми, но не перекачанными, руками, я оказалась не готова. Впрочем, меня он увидеть не успел, и я скользнула за тёмно – синюю штору, надеясь, что тому не придёт в голову искать меня здесь. Однако он в комнату вообще не пошёл, обосновавшись на кухне. Я услышала, как перед этим он запер дверь – звукоизоляция здесь кошмарная. Да кто это? Что ему нужно? В нос лезла пыль, и очень хотелось чихать. Так как в комнату никто не шёл, я таки решила выбраться из укрытия и посмотреть, а что он делает? И не таскает ли столовое серебро? (серебра, правда, не было… но сути это не меняет – он то об этом может и не знать!) В комнате взгляд упал на сковородку. А… Чем не оружие? К тому же, проверенное… и одобренное… С посудиной в руках почувствовала себя увереннее и тихонько прокралась на кухню. «Гость» — какая удача то! – сидел спиной ко входу… И пил чай! Обалдеть. Наглые пошли воры! Мои шаги он услышал слишком поздно, за что и поплатился. Бумс! Долгий глухой звук прокатился по помещению. Не всё Зене получать… — Отрешённо мелькнула мысль, пока я смотрела на неподвижно лежащее тело. Тело дёрнулось… Брямс! Для профилактики… Как говорил мой знакомый, «сковородка – это та же анестезия»! А если он придёт в себя? Надо его связать… Я сбегала в комнату и принесла длинные шнуры, которыми обычно подвязывают шторы. Сойдёт! Вскоре я удовлетворённо рассматривала крепко связанного мужчину – молодец я!