Отражение зла

      К счастью, все обошлось. Война закончилась, унеся с собой жизни множества орков, эльфов и людей. Изменив историю Средиземья, Мари совсем не думала о последствиях, и теперь вина огромным валуном опустилась на её плечи. Если бы она не поддалась чувствам и не вмешалась, то все могло бы быть, как в фильме или книге, но…       Трандуил спал с самого конца войны, и лекари делали на его счет не утешительные прогнозы. Пока король отсутствовал, его сын занял трон и пытался править. Врачи в мире Мари называли такой сон комой, здесь же это звалось великим, но как не назови, исход был один — смерть.       Леголас лишился правой руки и теперь выглядел подавленным. Конечно, конечность зажила быстро, но принц очень переживал на этот счет и, девушка не бралась утверждать из-за чего то было: из-за отца, или потери руки. Её отрубил Азог и едва не убил принца, но Тауриэль пожертвовала своей жизнью, чтобы эльф мог жить и убить орка. Торин потерял Филли, остальные гномы отделались лишь легкими ушибами и скрылись в Эреборе, где теперь пытались восстановить свое королевство.       Мари же все время сидела рядом с королем, читала ему книги, которые так любезно давал ей Леголас. Лишь изредка он сменял девушку, чтобы та поела и привела себя в порядок, но потом она возвращалась обратно, не в силах свалить свой груз на кого-нибудь другого. — Это я виновата, Владыка, — наконец решилась высказаться она, одной тёмной ночью. Мари не спалось, она отложила книгу и пересела на кровать к королю, чтобы быть ближе к нему, ведь то, что она собиралась рассказать, было личным. Девушка уже давно забыла о команде и даже не пришла на похороны лучшего друга. Мари просто не могла смотреть на мать и брата Аринела, которые убивались горем из-за потери родного человека.       Ненависть к себе съедала Мари изнутри, не позволяя жить дальше. Она не хотела всего этого, видит Бог. И кому же досталось больше всего в этой войне? Сыну Барда, который потерял отца или сыну лесного короля, который каждый день видит, как увядает король на смертном одре?А может быть хоббиту, которого убили одним из первых и втоптали его маленькое тело в грязь? — Это все я, Владыка. Я молю Эру, чтобы он позволил Вам жить, но… — она запнулась и взяла руку короля в свою, чтобы прижаться к ней щекой. — Меня следует казнить! Я спасла гномов, людей, даже тёмного вала, но не помогла тому, кто дорог мне больше всего. Может быть, ты зря доверился мне? — она поправила прядь белых волос и легла на плечо Трандуила. — Я приношу только боль, я ни на что не способна. Как теперь все исправить? Как вернуть Барда? Как вернуть твоему сыну руку и возродить тебя?       Мари смахнула слезу с щеки и поднялась, чтобы взглянуть на эльфа. Он был так безмятежен, будто вот-вот в любой момент встанет и отчитает её за то, что сидит в его покоях. Но король спал давно и, рыжая уже не смущалась прикасаться к нему и даже говорить с ним, не как с королем. Благо Трандуил не слышал этого, иначе не сносить ей головы. — Мне не надо было вмешиваться, — девушка шмыгнула носом и по привычке потянулась, чтобы потрогать лоб Владыки, но остановилась рассматривая его лицо: плотно закрытые глаза, обрамленные черными ресницами, тёмные брови и тонкие губы, которые сейчас показались Мари неестественно синими.       Внутренне рыжая сжалась, пытаясь сопротивляться внезапному искушению коснуться его губ своими, но оно было слишком велико! Ведь никто не увидит её сейчас. Она одна, дворец спит, за окном тёмная непроглядная ночь. Не в силах больше держать себя в руках, Мари наклонилась ещё ниже и припала к холодным губам Трандуила, будто то была чаша с водой, а она путник в пустыне.       Девушка и не надеялась на ответ, ведь король давно спал, и могло его пробудить только великое чудо. Никто не знал, когда он проснется и проснется ли вообще. Но стоило только соединиться губам, как ресницы эльфа затрепетали, заставляя Мари в срочном порядке прервать контакт. А через секунду Трандуил уже распахнул очи и даже попытался встать. — Мариэль, — прохрипел он, хватаясь за девушку, которая поспешила помешать королю встать. — Я приведу лекарей. Лежите, — рыжая соскочила с кровати и побежала в крыло, где спал главный лекарь. За секунду, казалось, она преодолела несколько лестничных пролетов и три коридора.       Это было чудо! К несчастью девушка в чудеса не верила, она-то знала, кто причастен к выздоровлению короля и была благодарна.       Трандуил быстро пошел на поправку и о том, что было в комнате, не вспоминал. А может быть он забыл об этом? Мари надеялась именно на это, ведь она совершенно не хотела этого! Наверное, это было необходимо Мелькору, чтобы его магия подействовала. И сколько девушка себя не убеждала в этом, внутренний голос говорил другое.       Ещё в лагере рыжая думала о короле, но тогда он вызывал в ней страх и желание спрятаться, сейчас же все было иначе. Девушка провела с ним много времени, правда, он ничего не говорил, но ему и не нужно было. У Мари было хорошее воображение, и она могла додумать сама. В любом случае любить эльфа — это самоубийство.       К счастью Эру избавил её от мучений и дал время для того, чтобы обдумать кое-что и принять определенные решения. Уже после пробуждения короля, девушка работала в саду, ездила в поселения и помогала эльфам, которые не особо ей доверяли, но к словам прислушивались. Так же её редко отпускали в Дейл и к друзьям, и для того, чтобы заработать. Правда, некоторые люди не платили, сейчас было тяжелое время для людей, благо Торин сжалился над ними и отдал часть сокровищ, на которые и строили город.       Теперь Мелькор помогал часто и по первому требованию. Он, через Мари, врачевал людей, спасал малышей. Девушка не знала в чем причина такой перемены, но хотелось верить, что он делал это просто так из-за искупления.       Прошло много времени, прежде чем Владыка вызвал её к себе. Он пригласил девушку на личный разговор, но не в свои покои, а в тронный зал. Мари очень надеялась, что король не будет позорить её при всех. Она ведь поцеловала короля! И плевать, что это вина Мелькора, эльфу об этом знать не обязательно.       Мари не знала, что надевают по такому случаю, хоть гардероб её был не велик, но всё же пара нарядных платьев в нем была. Посему стоя возле платяного шкафа, девушка не решалась отдать предпочтение какому-либо из них. Положение спасла служанка — Лиэль, которая вошла в покои, держа в руках синее, расшитое по вороту жемчужинами, платье. — Владыка, Трандуил просил, чтобы Вы надели это, — отозвалась эльфийка и повесила одежду за ширму. — Спасибо, Лиэль, — улыбнулась Мари. Она никак не могла привыкнуть к дворцовому этикету и начинала думать, что ей здесь не место. — Не стоит благодарности. Вам ещё что-нибудь нужно? — Нет, можешь идти.       Рыжая проводила служанку взглядом и нахмурилась. Кажется, ей не особо были рады здесь. Не всем была по душе дружба с человеком, но никто в открытую не выступал. А Мари лишь наблюдала за ними почти с нескрываемым восхищением. Особенно приятно смотреть за Лиэль. Она была уже вполне взрослой эльфийкой с васильковыми глазами и белыми прямыми волосами. Помимо этого, Лиэль вполне хороша собой, что особенно восхищало Мари.       Отогнав ненужные мысли, рыжая поспешила одеться, нельзя заставлять Владыку ожидать. Посмотрев на себя в зеркало, Мари обомлела. И как только Трандуил знал, что ей пойдет именно такое платье, что этот цвет осторожно оттенит её кожу и добавит лицу свежести? Нужно было только нанести немного румян и накрасить глаза, и когда все было готово, девушка собрала волосы в косу, закрепив конец резинкой, которую всегда носила с собой.       Дорогу до тронного зала теперь Мари знала наизусть. Каждый поворот и каждая лестница были ей знакомы. Девушка часто прогуливалась по дворцу, когда Леголас отпускал её по своим делам, к несчастью долго гулять не получалось, всегда нужно было торопиться и снова занимать свой пост. Да и эльфы не особо любили её. Они всегда провожали рыжую косыми взглядами, шептали что-то на вестроне. За месяцы пребывания в Лихолесье девушка так и не нашла себе друзей.       Зайдя в тронный зал, Мари заметила короля, вальяжно сидящего на троне. Трандуил даже взглядом её не удостоил, продолжая рассматривать зеленый камешек, который держал в руке. — Вы звали, Владыка? — Мари поклонилась и опустила взгляд, стараясь лишний раз не вызывать гнев в свою сторону. — Ты опоздала. — Простите, я выбирала платье.       Взгляд Трандуила вдруг переметнулся на девушку, он медленно скользил по её фигуре, рассматривая свой подарок. — Разве Лиэль не доставила тебе его ещё утром? — Нет, — Мари сложила руки в замок и нахмурилась. — Я благодарю Вас за этот подарок. Думаю, мне подошел и цвет и размер. У Вас безупречный вкус. — К нам едут гости, ты должна выглядеть прилично. — Спасибо, — Мари подняла взгляд на короля, но тут же опомнилась и опустила взгляд вниз. — Мариэль, тебе известны наши традиции? — Да, Владыка, — девушка напряглась, чувствуя, что разговор будет серьезным. — Ты знаешь, я не потерплю их нарушения, — король поднялся и спустился вниз со своего трона, шагая важно и медленно. — Обычно, мои подданные не позволяют себе некоторых вольностей, потому как понимают, что за них будет суровое наказание. — Простите, Владыка, — Мари сжалась и, кажется, понимала, о чем говорил эльф. Он хотел обсудить тот поцелуй, но почему же не говорил об этом раньше? — Надеюсь, такого больше не повториться. Я король, Мариэль, Мое слово должно исполняться беспрекословно. — Безусловно, Владыка. Уверяю Вас, больше ничего подобного не произойдет.       Мари опустила взгляд и коснулась руками щек. Они горели, как два факела, а саму её мелко потряхивало. Кажется, она переволновалась, а король не собирался наказывать её сурово.       Трандуил вздохнул и вернулся на трон, а позади потрясенной девушки уже послышались торопливые шаги. Она едва сдержалась, чтобы не обернуться, но голос внутри приказал стоять не двигаясь. — Владыка Трандуил, леди Мариэль, — послышался важный голос Торина. — Король под горой, — эльф отвернулся, выражая свое презрение. — Что привело тебя в мое королевство? — Я пришел договориться.       Мари все же обернулась, рядом с ней стоял Торин, а по левую руку от него Килли. Гном выглядел плохо и наверняка, ещё не оправился после потери любимой, а Торин не хотел упускать возможность надавить на эльфа и выбить из него причитающиеся. — О чем же? — с усмешкой Трандуил облокотился на спинку трона и коснулся пальцами губ. — Раньше наши народы не враждовали, а помогали друг другу. Сейчас, когда Эребор ещё не достаточно силен, я думаю, мы должны заключить соглашение на выгодных условиях. — Выгодных для кого? — Для обоих королевств. — Что скажешь, Мариэль? — Трандуил обратил свой взор на девушку и нахмурился. — Я советую обдумать, Владыка, — отозвалась рыжеволосая, стараясь не привлекать к себе особого внимания. Она только советник больше ничего. — Хорошо, какие условия выдвигаешь ты, король под горой? — Нам нужна защита и хоть гномы Эребора никогда не будут просить чьей-либо помощи, сейчас мы слабы. Все заняты своим делом. Мы отстраиваем шахты заново и не сможем защитить себя, если появиться враг. — Хорошо, у меня есть встречное условие. За защиту нужно платить, сундук белых камней в год, и мы сможем пожать руки. — По рукам. — Велите писарю записать условия на бумагу, — махнул рукой Трандуил и улыбнулся гномам. — Нет, нет. Не верю я этой бумажке! Давай кровью наш договор скрепим. Отдай в жены моему племяннику свою советницу. — Что? — взревел эльф и Мари вздрогнула. Ой, не к добру это. — Как смеешь ты такое у меня просить? — Так будет честно и ни одна из сторон не сможет договор нарушить. — Этому не бывать! — Простите, Владыка, — наконец вмешалась Мари. — У Вас нет выбора, ведь именно Торин рискнул своей жизнью и помог доставить Вас во дворец и тогда лекари смогли помочь. Без его помощи, я не смогла бы спасти Вашу жизнь.       Трандуил осел обратно на трон, смотря в упор на гнома, который уже предвкушал скорую победу. — Хорошо, — сквозь зубы выдавил эльф и отвернулся.       Мари глубоко вздохнула. У неё не было выбора, теперь никто не сможет разрушить договор королей и это не могло не печалить девушку. Конечно, как и все современные девчонки, она надеялась встретить принца на белом коне и выйти за него замуж, родить двоих маленьких сорванцов и жить далеко за городом. Увы, не все мечты сбываются.       Дату свадьбы назначили на ближайшее возможное число. Мари сама настояла на том, хоть и никто не понимал её стремления побыстрее выйти замуж. Если честно, то ей было уже глубоко плевать, лишь бы скорее закончился этот кошмар, эта подготовка.