Отражение зла

      Неделю спустя, в Лихолесье пожаловал жених — Килли. Мари пригласила его пройтись и поговорить начистоту, в надежде, что всё же сможет отговорить гномов брать на себя такую ответственность. — Как ты? — спросила девушка, сбавляя шаг. — Я в порядке, — машинально ответил принц. — Прости, но я тебе не верю. Кажется, это Торин принимает за тебя решение и это не правильно, — Мари остановилась, сложив руки на груди. — Мы не должны делать это, если не хотим. — Мари, я могу говорить честно? — Килли остановился напротив девушки и положил руки ей на плечи. — Мы мало с тобой знакомы и, я не верю, что ты можешь пригодиться моему народу, но если я принял это решение, то так и будет. — Я знаю о тебе и Тауриэль, я могу видеть прошлое и будущее, — Мари отошла от гнома, стараясь держать дистанцию. Неужели в Средиземье не слышали о личном пространстве? — И если ты её любил, то это чувство не могло пройти так быстро. — Ты не можешь этого знать! Что ты знаешь о любви? — Я мало знаю о любви, у меня был лишь один мужчина в жизни, но я сполна насладилась болью, что оставляет она после себя, — Мари тряхнула головой. Воспоминания неприятно обожгли душу внутри и оставили горьковатое послевкусие. Это было больно, и тогда, в темноте ночи, Мари клялась и божилась, что никогда не поддастся чувствам и никогда вновь не испытает эту жуткую боль. — Иногда мне кажется, что это никогда не пройдет, — признался гном, говорил он уже тише. — Скажи мне, Мари, ты видела будущее? Что нас там ожидало? — Боюсь, что вы всё равно не смогли бы быть вместе, — девушка шагнула к принцу и взяла его руку в свою. — Не стоит печалиться, она сейчас в лучшем мире.       Килли не стал отвечать, кажется он и так уже сболтнул лишнего. И это была единственная встреча с будущим мужем до свадьбы. Мари прекрасно знала, чем, а главное кем, продиктовано это решение. Всё Торин! Если бы только можно было изменить тот момент, где она просит у гнома помощи! Кто же знал, что он попросит её, взамен жизни эльфийского короля.       Часто вечерами Мари сидела в библиотеке. Она так и не выучила вестрон, а теперь ко всему прочему придется учить ещё и гномье наречье. Но книги Лихолесья не могли ей помочь ни с вестроном, ни со свадьбой.       Прошло не много времени, и по коридору послышались медленные шаги, а потом дверь распахнулась, и внутрь библиотеки вошел Трандуил. Важно шагая, эльф прошелся между стеллажами и остановился рядом с девушкой, которая облюбовала большое кресло. — Добрый вечер, Владыка, — Мари поклонилась, не отрываясь от чтения. Книга, которую она нашла была очень интересной и описывала разные обряды. — Вам что-то нужно? — Я хотел спросить тебя, Мариэль. Действительно ли ты желаешь свадьбы с гномом?       Мари подняла глаза на короля, улыбнулась и отложила книгу. — Вы ведь знаете ответ. — Тогда почему ты так торопишься? — Хочу, чтобы всё скорее закончилось, — девушка нахмурилась и поднялась с мягкого кресла. — Я не могу думать, что уеду из этого прекрасного места, потому и хочу, чтобы это случилось быстро. Так боль моя будет меньше. — Даже после свадьбы ты останешься желанной гостьей здесь, — эльф прошелся мимо шкафов, проводя рукой по полкам. — Торин не отпустит меня сюда. Я ведь предсказательница! Слишком дорогое удовольствие, — Мари поставила книгу на полку и прижалась к шкафу спиной. — Наверное, стоит к этому привыкать. — Ты ведь не вещь Мариэль! — возразил король, проходя рядом с девушкой. — Что ты читаешь? — Пытаюсь лучше узнать Ваш народ, ведь книг о вестроне здесь нет. — Разве? — подойдя вплотную к девушке, эльф зажал её между своим телом и книжным шкафом. Он поднялся на носочки, дотянулся за верхней полки и достал маленькую, но толстую книгу в алом переплете.       Мари замерла, и как только представилась такая возможность, она тут же выскочила из заточения и поспешила взять книгу из рук Владыки.       Внутренне девушка понимала, что эта вольность, проявленная эльфом была знаком внимания. Но к чему оно? Ведь эльфы совсем другие и не могут вести себя, как обычные мужчины. — Это словарь Лютинэль. Она когда-то привезла его из Дейла и берегла, — наконец отозвался эльф.       Трандуил впервые заговорил о жене. Наверное, воспоминания в его душе уже не такие свежие, прошло много лет с её смерти, и похоже он мог свободно говорить о ней. Но Мари всё равно не решилась спрашивать больше. — Если тебе нужны будут уроки, то можешь обращаться ко мне, — слегка улыбнулся эльф и, пройдя мимо Мари, сел в кресло, вальяжно закинув ногу на ногу. Его прямой взгляд смущал рыжую, поэтому та поспешила спрятаться за стеллажом. Боже! Да она сентиментальная дура! Эльфы не такие! И всё это просто стечение обстоятельств. Ведь Трандуил сейчас спокойно сидел в кресле и так же беспристрастно смотрел в её сторону. Мари же краснела от каждого слова, обращенного к ней, и очень злилась на себя за это. Нельзя испытывать чувства к эльфу, это самоубийство! — Могу я попросить Вас об услуге? — наконец перервала молчание Мари, выглядывая из своего укрытия. — Говори, — Трандуил поднял взгляд на девушку, и та, едва не забыла, как дышать. — Вы знаете этот лес лучше любого эльфа. Покажите мне самое красивое, на Ваш взгляд место в Лихолесье, — ругая себя, спокойно попросила она. — Конечно, — кивнут король и поднялся. — Подождите, — Мари шагнула к королю и снова опусти взгляд в пол. — Я хочу пригласить на свадьбу своих друзей. Можно ли послать за ними? — Да, — эльф сложил руки за спиной и повернулся к выходу. — Не задерживайся допоздна. — Доброй ночи, Владыка, — Мари поклонилась, но лишь когда эльф вышел смогла расслабиться.       Спустя два дня в Лихолесье прибыли Люсиль и Сетрик. Они жили совсем рядом и теперь очень дружили с друг другом. Свадьба парня отменилась, и он был непривычно молчалив, но новость о скорой свадьбе с гномом воспринял бурно. — Как замуж? — подскочил он на месте.       К несчастью, и в глазах Люсиль был тот же немой вопрос. Она не понимала, почему проводница решилась на такой странный шаг. И это вопросительное выражение их лиц нарушило все планы, ведь ответа на этот вопрос пока не было даже у Мари. — Я… я часть сделки, — наконец ответила она. — И что ты получишь с этой сделки? — нахмурился парень. — Мужа. — Отличный муж, который ростом едва достает тебе до плеча, — прерывая скорый ответ рыжей, Сетрик поднял руку, приказывая ей молчать. — О, нет. Не говори, что рост и внешность это не важно. — Я не это хотела сказать, — соврала она, насупившись. — Ты не любишь его, так зачем выходить за него замуж? — Вот уж не подумала бы, что ты сторонник волшебного первого поцелуя и любви на всю жизнь.       Парень лишь фыркнул. Он распаковал большой мешок с нужными вещами, и принялся раскладывать их по полкам в своих покоях. — Ты не собственность этого короля! — внезапно вспылил он, но ловя настороженный взгляд Люсиль вдруг стих. — Тише! — шикнула рыжая. — Что ты говоришь такое? Он теперь мой король и я не могу пойти против его воли. — Почему ты согласилась жить здесь? — парень шагнул к Мари и взял её за плечи. — Они все смотрят на нас, как на тараканов. Будто мы жалкие существа и не способны понять их величественную натуру. — Так и есть. — И что с того? — он снова вздохнул и отошел к кровати, где, сжимая подол платья сидела немая девушка. — Почему бы тебе не жить с нами? Тогда никто не сможет указывать тебе где жить и с кем. — Но я хочу быть здесь.       Люсиль вдруг потянула Сетрика к себе и что-то показала ему жестами. Кажется, девушка понимала истинную причину такого поступка Мари — она была уже давно и безоговорочно влюблена в своего короля и, наверное, не перенесла бы долгой разлуки с ним. — А! Ты влюблена в него? — прошептал он, удивляясь. — Но, Мари! Это невозможно! Он чертов король, а ты просто человек! — Тише, тише, — проводница шагнула к возмущенному парню и зажала его рот ладонью. Не хватало ещё чтобы эльфы слышали то, о чем они тут говорят. — Я всё это знаю. Нам не быть вместе и уж теперь точно, но так я могу быть ближе к нему. — Во истину все женщины сумасшедшие, — он всплеснул руками и сел рядом с Люсиль. — Я, так понимаю, ты за неё.       Подруга лишь улыбнулась и пожала плечами. Хоть Сетрику и не дано было понять всю суть женской натуры, он всё же замолчал. Мари была рада, что хоть кто-то понял её странное увлечение королевской особой. — Так, так… — выдохнул он. — Ладно, но я не понимаю почему ты не откроешь ему свои чувства, ведь он имеет право знать. — Думаю, он знает. — А почему же выдает тебя замуж за другого? — Потому что его обязывает долг, — Мари вздохнула. Она бы и сама отказалась, но против воли короля пойти не могла, да и он сам от сделки отказаться не мог, ведь мир с гномами мог принести ему богатство.       Всё же Сетрик был прав. Она должна сказать ему о своих чувствах, но время нужно выбрать подходящее. Такое, чтобы уже ничего нельзя было поменять, ведь если король разорвет сделку, то потеряет намного больше, чем приобретет.       Был поздний вечер, когда Трандуил прислал за Мари своего слугу, чтобы тот проводил девушку в его покои. Она не знала, чем закончиться этот разговор и, вообще зачем он нужен был в такое позднее время? — Может быть я — это больше не я? — спросила она, приглаживая рыжие кудри, смотрясь в зеркало. Пришлось снять пижаму и надеть снова желтое легкое платье, в котором девушка провела весь прошедший день. Это было её любимое одеяние, но сегодня смотря на себя в зеркало, Мари оно разонравилось. — Я могу дать ответы на некоторые вопросы, — послышался бархатистый голос, охватывая всю комнату. Голос этот принадлежал Мелькору: его чарующие ноты заставили девушку трепетать от страха. — Где ты? — спросила она, оборачиваясь. Никого. Но стоило Мари снова повернуться к зеркалу, как отражение пропало, а на его месте стоял, ухмыляясь Тёмный властелин.       Охваченная страхом, рыжая замерла, изучая его. Вала был вполне реален, и казалось, будто вот-вот выйдет из зеркала и тогда всему миру придет конец. Но такого быть не могло и спустя минуту, вглядываясь в тёмно-жёлтые глаза Мелькора, она смогла взять себя в руки. Всё самое страшное, что могло произойти уже произошло. — Мари, Мари… — улыбнулся он и сел на маленький табурет перед зеркалом, за ним, повторяя его движения села и рыжая. — Что… как ты… — она не могла отвести взгляд от отражения. — Это ты! Ты сделал это с Трандуилом. Тогда в библиотеке он флиртовал со мной! — Да, флиртовал. И это твоя благодарность, дорогая? Я так старался, — лениво проговорил он. — Я не хотела, чтобы он стал таким, верни всё обратно. — Я не могу. Трандуил уже очарован тобой, он влюблен и хочет сделать тебя своей королевой. — Нет! — девушка подпрыгнула на месте. — Я никогда не соглашусь на это, ведь тогда ты станешь править Лихолесьем! — Ох, ты слишком узко мыслишь, — разочарованно пропел он. — Странно, что я ожидал от тебя большего, ведь ты же человек. — Пошел ты! — фыркнула она. — Я не дам этому произойти. — У тебя нет выбора, — ухмылка не сходила с его губ, что начинало раздражать. Весь его вид говорил, будто он уже победил, но Мари ещё не начинала войну! — О, не обижайся на меня, Мари. Ты знала на что идешь, когда соглашалась на сделку. — Я избавлюсь от тебя, даже если придется убить себя! — Какие смелые слова. Я восхищен… — он поднялся с кресла и шагнул к зеркалу. — Был бы восхищен, если бы ты говорила правду. Ты лишь храбришься, а на самом деле боишься смерти и боишься той боли, что придется испытать, вонзая в себя кинжал. А что если ты будешь умирать долго?       Мари внутренне похолодела. Это был самый страшный кошмар. Она боялась смерти, боялась боли, боялась, что будет умирать долго и сможет почувствовать этот мертвый холод.