Глава двадцать пять
8 июня 2018 г., 16:17
Следующая ночь выдалась очень беспокойной. Ещё вечером над Хоббитоном опустились тёмные грозовые тучи, а ближе к вечеру пошёл ливень. Да такой страшный, с громом и молнией, что даже обычно смелый Фродо, отправился спать раньше времени.
Мари каждую минуту свободного времени думала о Трандуиле. Он там совсем один, грустит, а она… Мелькор снова мешал девушке жить своей жизнью, кажется, закончилось то счастливое время, когда он мирно наблюдал за всем из укрытия. Теперь его атаки стали более агрессивными, он всё время пытался вызнать её тайны, и потихоньку, девушка начала сдавать позиции.
— Я иду спать, — Эленион похлопал Мари по плечу, кивнул Анталю и отправился прочь с кухни, где компания сидела уже несколько часов, обсуждая насущные проблемы и планы.
В просторной комнатке остался только Анталь да рыжая. С начала всего путешествия между ними никак не хотели налаживаться отношения, и даже совместное копание в земле не пошло на пользу. И сейчас был как раз момент всё исправить, но нужные слова не хотели находиться и молчание затягивалось.
— Мне жаль, — наконец выдала она, обращая свой взор на эльфа и привлекая его внимание. — Твоя мать, она была хорошим человеком.
— Почему ты говоришь так, будто она уже умерла? — с недоверием парировал эльф.
— Нет, не умерла, конечно. Просто её время подходит к закату и…
— Да, её время почти истекло, — Анталю явно не нравилась та тема, которую завела Мари, поэтому он поднялся и отставил кружку с травяным настоем в сторону. — Если ты найдешь способ вернуться в свой мир, то она уже не сможет пойти с тобой. Это значит, что ты вернешься одна и насколько мне известно, это не хорошо.
— Не хорошо, — эхом отозвалась рыжая. Всё это было не хорошо. Сама того не подозревая, она всколыхнула внутри неприятные чувства, которые уже давно пыталась заглушить. Казалось, много лун тому назад Трандуил спрашивал её, смогла бы она остаться с ним, здесь, в мире, в который мечтала попасть уже давно. Тогда её ответ был однозначен, ведь в том мире ждала мать и брат. А сейчас? Это была неплохая перспектива: остаться здесь, как советнице короля, а может быть даже стать его женой, никто не осудит её, никто не посадит в тюрьму за то, что увела команду в лес, а вернулась одна.
— Я спать, — видя замешательство рыжей, проговорил эльф и отправился в свою комнату.
Мари сидела ещё какое-то время так, но потом усталость взяла верх, и пришлось идти в кровать. Погасив свечи и завернувшись в одеяло, словно в спасительный кокон, девушка закрыла глаза, но сон упорно не шел. Мысли её то и дело возвращались домой к брату и матери. Нет, она должна всё же найти средство, как вернуться домой, ещё раз увидеть родных и друзей. Она очень скучала по дому и очень жалела, что не смогла попрощаться.
Так пролежав в тяжких раздумьях, девушка уснула, только всё было не так, как прежде. Мари видела свой мир, большой дом с множеством комнат, тёмная ночь, за окном дождь стучит по крыше. Рыжая моргнула и вдруг оказалась в комнате своих родителей, в старом доме, из которого она сбежала, когда разругалась с матерью. Она стояла на белом ковре возле двери, а напротив кровать, забрызганная кровью. Повсюду лежали куски окровавленной людской плоти, что наводило ужас на девушку. Она не могла пошевелиться от страха, который захватил её полностью.
— Мама… — позвала Мари, обнимая себя руками за плечи.
За дверью в коридоре раздался плач и звериное рычание. Девушка дернула за ручку и оказалась прямо лицом к лицу со зверем. Это был хищник. Особо крупных размеров, его глаза горели красным, а из рта, полного острых зубов, сочилась слюна. На вытянутой руке он держал Глорию – маму Мари. Женщина схватилась руками за волосатую руку, пытаясь спасти себе жизнь.
— Мари, уходи, — пропищала она, когда глаза зверя обратились на девушку. Но рыжая не боялась, она ведь была с Мелькором. Присутствие Тёмного ощущалось и теперь давило, заставляя чувствовать безграничную силу, которую раньше, он прятал от неё.
— Отпусти её или… — начала Мари, пытаясь решить конфликт мирно, но в её руке будто по волшебству появился кинжал.
— Или что, убьешь меня? — чудовище повернулось к девушке, перехватывая Глорию другой рукой. — Попробуй.
Ещё до того, как попасть в мир из книг, Мари пообещала, что никогда и ни при каких обстоятельствах не навредит ни одному живому существу, будь оно даже монстром. Но сейчас девушку ничего не останавливало, совесть молчала, призывая всё же исполнить угрозу. Ведь она спит, ничего плохого не случиться.
Рыжая зарычала и двинулась к монстру, который уже развернулся к ней, совсем не защищаясь. Он будто хотел, чтобы его убили.
Когда она стала такой? Когда перешла дорогу? Может быть, Мелькор выбрал её не просто так? Может быть, он чувствовал, что она способна поддаться злу и поступиться своими принципами? Конечно способна! Любой человек разорвет другого голыми руками, если помощь понадобиться его семье. А сейчас у рыжей было все, чтобы незаметно убить монстра и спасти свою мать.
— Если я не сделаю это, сколько ещё жертв будет? — спросила она, занося кинжал над головой.
— Миллионы, — забавляясь ответил он.
Закричав от бессилья, Мари глубоко вдохнула, будто выныривая из воды и поняла, что это был лишь сон. Она проснулась, но была не в своей кровати. Девушка стояла в комнате Фродо, наклонившись над маленьким хоббитом, а правая рука застыла в замахе, в ней острый кинжал.
На осознание происходящего ушло несколько секунд. Шагнув назад и выронив кинжал на пол, девушка задрожала. Она едва не убила Фродо – главного персонажа предстоящей войны со злом.
— Это не я монстр, а ты, — прошептала она, ловя в отражении зеркала Мелькора.
— Я всё знаю. Мари. Ты проиграла.
— Нет, я еду к леди Галадриэль.
— Уже слишком поздно! — захохотал он.
Рыжая выскочила из комнаты Фродо и побежала в свою. Она мигом собрала необходимые вещи в легкую походную сумку, оставила несколько записок и покинула Шир. Нужно было держаться подальше от ключевых персонажей предстоящей истории и раз уж Мелькор всё знал, то теперь предстояло избавиться от него навсегда.
К вечеру девушка разжилась маленьким пони, который нес её вещи и иногда свою новую хозяйку по непроходимым тропам. Благо карта, которую девушка когда-то достала из книги про Средиземье, вела её в обход самых страшных мест.
Ночами Мари почти не спала, ведь стоило ей заснуть, как Мелькор мог захватить её тело и уйти обратно в Шир или даже увести её к Трандуилу. Уже через неделю похода, она обменяла пони на старую лошадь, что немного облегчило путь.
И всё же Мари очень устала. Мелькор набирал силы, девушка чувствовала, как его темнота поглощает её душу, как она сама уже не хочет никуда идти. В такие моменты Мари чувствовала себя мухой на лобовом стекле мчащегося самолета, и чтобы не терять связь с миром, она воображала всякое. Сначала фантазии носили шутливый характер, но чем больше во тьму погружалась её душа, тем слабее становилось воображение.
Именно в этот момент девушка решила держаться за свою человечность до последнего и даже нашла легкий способ. Она рассуждала о разных пошлых вещах о том, о чем раньше и не задумывалась.
— Ты можешь думать о чем-то кроме этого? — злился Мелькор.
— Заткнись, или придумаю тебе ухажёра, — хихикнула она, попивая вино на привале в лесу. Оставалось совсем чуть-чуть до Лотлориена.
— Как смеешь ты! — возмутился вала.
— Очень просто! Я не спала нормально уже давно, и ко всему прочему часть моей души утонула во тьме. А ещё на меня смотрит лошадь и, наверное, думает, что я спятила, раз говорю сама с собой.
Шли последние дни пути, когда Мари начала засыпать на ходу. Она чувствовала, как буквально тонет в Мелькоре, и вскоре от неё самой уже ничего не останется. Даже тот самый алкоголь, которым спасалась девушка последнюю неделю уже не помогал.
Войдя на земли леди Галадриэль, дальше девушка идти не смогла. Она отпустила лошадь и села под дерево, хватаясь за жизнь, как за последнюю тростинку. Мари надеялась, что друзья послали то самое письмо, которое она просила отправить, и владычица леса вскоре найдет её. Лишь бы только не было слишком поздно.
— Помогите! Помогите! — прохрипела она из последних сил. В глотке вдруг пересохло и рыжая достала флягу с водой, чтобы слегка промочить горло, но она оказалась пуста. — Дьявол! — выругалась она и откинула пустую бутыль от себя.
— Скоро ты полностью станешь моей, — торжествовал Тёмный, — и тогда я покорю Арду.
— Эй, не списывай меня со счетов, я поползу до замка Галадриэль, если придется.
— Посмотри на себя, ты еле дышишь!
— Но если я умру, умрешь и ты, — теперь Тёмному не требовалось зеркало, чтобы доставать девушку. Он был здесь рядом с ней, во всем своем великолепии и отчасти девушка была восхищена им.
— Не беспокойся, твоё тело будет жить, умрет лишь твой дух. Он покориться мне, и мы станем одним целым.
— Галадриэль!!!! — закричала она, что было сил и больше не смогла произнести ни звука, ведь её до самых кроев переполняла тьма. Мари тонула, будто в болоте, в жуткой трясине и не было друзей, которые подадут ей спасительную руку.
— Отойди от неё, Моргот! — строгий голос прозвучал прямо над ухом Мари, и она распахнула глаза. Та часть леса, где стояла владычица, была заполнена чистотой и светом. Она разгоняла тьму собой, своей непорочностью, своей силой и уверенностью, что добро победит.
— Леди Галадриэль, — восхищенно пропела Мари, поднимаясь, опираясь на ствол дерева.
Владычица слезла с лошади, подошла к изнеможённой рыжеволосой путнице и крепко обняла её, защищая от зла.
— Дитя, всё будет хорошо, — прошептала эльфийка, заглянув в глаза девушки. — Боюсь, нам придется на тебя надеть вот эти браслеты. Они на время сдержут тьму.
— Всё, что угодно, лишь бы он ушёл.
Как только нежные руки Галадриэль застегнули те самые оковы на её запястьях, Мари почувствовала себя живой. Она – это снова она, будто Мелькор ушел вовсе.
