Пытаться стоит

Майкрофт наблюдал за инспектором в отражении стекла, слабо усмехаясь. Его, честно, забавляли попытки мужчины избежать зрительного контакта. Учащенное дыхание, лёгкая дрожь в руках, которую, стоит заметить, Лейстрейд почти что умело скрывал. Умело ото всех, кроме самого Холмса. Тот был уже готов списать это на нетерпение, страх, злость, хотя, каждый раз перед любым предположением возникало огромное «НО». Именно оно заставляло мужчину задумчиво щурить глаза, перебирая все детали внешнего вида полицейского, пока тот изучал вид из окна. Политик думал, будто что-то ускользает у него из-под носа, действительно важное, из-за чего не удаётся сложить картинку воедино. Он не был силён в человеческих эмоциях и чувствах, определяя лишь границы с коллегами. Но Лестрейда сложно было назвать таковым, до недавних событий они толком не пересекались чаще, чем раз в пару недель, по поводу дел из Ярда. Холмс действительно не видел повода для каждого из своих предположений, но такое поведение должно иметь под собой достаточно веские причины. Машина остановилась перед рестораном и Майкрофт поспешил покинуть автомобиль, надеясь, что Грегори последует его примеру. Инспектор присоединился к нему на тротуаре и, оглянувшись по сторонам, достал портсигар, вызвав у политика лёгкую усмешку. — Попали под влияние вредных привычек, Грегори? — спросил он, наблюдая, как из кармана появляется массивная зажигалка. — Не сочтёте ли за наглость, если одолжу у вас одну? — Да, конечно, — немного засмеявшись, Лейстрейд протягивает Майкрофту самокрутку, чтобы позже дать прикурить. — Не думал, что вы тоже стали жертвой табачной продукции. Холмс улыбнулся уголками губ и затянулся. Приятная горечь обожгла горло. Ощущался лёгкий привкус шоколада, мужчина и не думал, что полицейский предпочитает ароматизированный табак. — Боюсь, что так оно и есть. Я не курю на постоянной основе, но, когда компания располагает, можно себе позволить. Докуривали они в тишине, думая каждый о своем. Майкрофт замечал заинтересованные взгляды, что бросал на него инспектор, но решил списать это на случай с сигаретой. «Самое интересное только начинается, » — подумал он, уже представляя последующий план действий.

***

— Так вы говорите, что учились в Бирмингеме? — спросил Холмс, хотя видел досье Грегори и отлично знал ответ на этот вопрос. Обсуждение дела закончилось быстро и Грегори начал говорить на отвлеченные темы, что сначала сбило политика с толку, а потом приятно удивило. Инспектор делился забавными случаями с работы и, если сначала «старался» как-то держать дистанцию, то после пары бокалов вина стеснение куда-то пропало. И появились иные, не менее интересные…реакции. Дело было в Майкрофте. Пока хостес вела их до столика, мужчина провёл по плечу кончиками пальцев. Инспектор еле сдержался, чтобы не направить на политика испуганный взгляд. Это повторилось ещё пару раз за вечер, лёгкие, будто бы случайные касания. Возможно они и были случайными, но Холмс наблюдал за ним. Будто всё это было каким-то экспериментом. — Да, полицейская академия как раз нуждалась в студентах. Забавно звучит, да? Казалось, что грезишь ты всю жизнь о профессии полицейского. Романтика, бегаешь за преступниками, распутываешь улики. А что это на самом деле? Сотни часов на бумажки, отчёты, тесты. И, чаще всего, ты вытаскиваешь из-под забора какую-то пьянь, пока тебе не доверят нормальное дело. Неблагодарная работа, Майкрофт, вы уж должны понимать, — мужчина слегка улыбнулся, глядя собеседнику в глаза. — Но жизнь крайне забавная штука. Я шёл туда, особо ничего не ожидая, а нашёл место, если не на всю жизнь, то на пару десятков лет точно. А вы? Всегда видели себя в политике? — У меня не было другого выбора, — ответил Холмс. — Родители всегда ожидали слишком многого, они сами добились немалых высот в области политики. Конечно, ни о какой гласности речи и не шло. Они рано поняли, что от Шерлока им не получить ничего более-менее достойного, о чём можно будет похвалиться в кругу друзей или бывших коллег. Сами посудите, пока не было придумано гордого «единственный в мире консультирующий детектив», как его можно было представить? Я не скажу, что они настаивали, вовсе нет. Но я оказался достаточно хорош в этом, хотя бы по мнению некоторых лиц. Остаток вечера прошел за обсуждением всё той же работы и семьи. Оказывается, в детстве Шерлок был невыносимым ребёнком и его «взрослую копию» можно совершенно заслуженно называть святым и терпеливым. При таком раскладе, конечно. Прощаясь, Майкрофт улыбнулся и пожал руку Грегори, послав с ним одну из служебных машин. Он ещё некоторое время обдумывал произошедшее за ужином. Мысли уже начали складываться в общую картину, но та казалась слишком абсурдной, чтобы в неё верить. Не мог же он на самом деле так думать. Или мог?

***

Шерлок скучал. Он лежал на диване и то и дело тихо ворчал, пытаясь пристроить длинное тело. «Джон ушёл на свидание с девушкой. Джон. На свидании. Опять,» — проносились в голове мысли, которые мужчина стремился отогнать прочь. Мысли, впрочем, имели собственное мнение и уходить не собирались. Не помогла и выкуренная сигарета, за которой последовала ещё парочка, кружка уже остывшего чая, чтение блога, почты, разговор с черепом. Ни-че-го. Холмс понимал, что может тот час же вернуть напарника домой. Что ему стоило начать забрасывать того смс-ками. Его эгоизм вполне одобрял подобные действия, да и сам Джон, казалось бы, каждый раз был рад возможности вырваться с очередного обмена любезностями. Но было в этом что-то ещё, что детектив пытался, но так и не смог понять. Глупость, скажи кому-то — рассмеются. Задача, что не под силу самому Шерлоку Холмсу. Было что-то нездоровое, неправильное в желании того постоянно держать доктора рядом. Это выходило за рамки привычной дружбы, как можно было назвать отношения этих двоих. Это не было похоже на больную зависимость, ведь у Шерлока нет фанатичного поклонения. Чувства людей слишком сложно различить. Можно распутать самые интересные преступления, по пунктам расписывая мотивы и последствия. Препарировать чужое эмоциональное состояние всегда, всегда легче чем своё собственное. «Чёрт, да что же это?» — бессильно прошептал под нос Холмс и уставился на дверь.