Мы создали друг друга

–В смысле не друзья? – Освальд удивлённо захлопал ресницами. – Разве не этого ты хотел? –Не уверен… – Эд хмурился, а потом и вовсе снял очки, потирая переносицу. – Знаю только, что мы не друзья, не враги и уж тем более не коллеги. –Так кто же мы по-твоему? –Не знаю. Загадочник стоял слишком близко, Кобблпот чувствовал, как начинал потихоньку терять контроль над собственными чувствами. Поэтому он осторожно сделал шаг назад, увеличивая дистанцию между ними. Его пробивала дрожь то ли от холода, то ли от сдерживаемого напряжения. И это не укрылось от Эдварда, едва заметно ухмыльнувшись, мужчина уселся в кресло, запуская пальцы правой руки в каштановые волосы, ломая идеальную причёску. Пингвин тоже присел на диван, накидывая на плечи порванную и перепачканную в крови рубашку. Эд посмотрел на друга, вертя в руках очки: –Он был прав. –Кто? –Третий. Стрейндж. Да все! Это всё у меня в голове. Только вот осознать всё это очень сложно. Все мысли спутались в какой-то клубок, который мне не под силу распутать. *** Когда Нигма покинул спальню друга, он даже не заметил, как кое-кто изучающе его рассматривал. Этот кое-кто спрятался в тени и улыбался искренней улыбкой. Эд прошёл мимо наблюдателя и наткнулся на тумбочку, тут же зашипев от боли. –Так ты настоящий? Эдвард резко обернулся и увидел Айви, которая шокировано на него смотрела из тёмного угла. Девушка была поражена до глубины души и не верила своим глазам. Покинув своё укрытие, она подошла к Нигме. –Я-то думала, что то, что было между вами в кабинете, норма для твоего клона, но не для тебя. –Ты видела? – Загадочник напрягся, когда девушка кивнула. – Расскажешь ему? – Айви покачала головой. – Спасибо, – выдохнул мужчина. –Не за что. Но что это было? Я услышала лишь, как что-то упало в кабинете, заглянула, а там вы двое вцепились друг в друга, как утопающий цепляется за спасательный круг. Оззи я понять могу, да даже Третьего бы поняла, но тебя… –Не надо тут. Я и сам не понял… – тихо прибавил немного рассеянный Эдвард, отчего Пэппер разулыбалась. – Ни черта не понимаю… –Тогда тебе стоит об этом задуматься. Девушка упорхнула, оставляя Нигму в покое, а тот лишь озадаченно посмотрел ей вслед. Почему у него было такое чувство, будто бы эта девчонка поняла гораздо больше, чем он сам? Той ночью он так и не уснул, и в итоге сдался, спустившись вниз. В гостиной почти затух камин, в нём остались только тлеющие угольки. Эд подкинул дров и стал наблюдать за тем, как разгорается пламя, протянув дрожащие руки к огню. Однако руки у него дрожали не от холода. Он всё вспоминал собственные ощущения в тот момент, когда Освальд поцеловал его, и был вынужден признать, что произошедшее возбуждало его. И от этого было как-то не по себе. В свете последних событий мужчина многое увидел в ином свете. Даже собственная тоска по другу теперь выглядела подозрительно. И если до этого ему казалось, что он разобрался-таки с ворохом мыслей, накрывших его с головой после разморозки, то теперь всё снова запуталось и сплелось в клубок. Точнее этот клубок образовался ещё в тот момент, когда Эд застукал своего клона и Освальда за весьма интересным занятием. Но тогда мужчина проигнорировал укол ревности, а теперь вот призадумался. Всё дальнейшее происходило, как в тумане. Совы, крыша Уэйн Интерпрайзерс, изгнание и возвращение. Он ни разу не соврал, когда говорил, что Освальд был ему нужен, но он никак не мог понять одну вещь. Нужен как друг или как кто-то другой? Загадочник всё чаще замечал, как на него странно поглядывала Пэппер, словно чего-то ждала. И вот буквально за сутки до злосчастной перестрелки, пока Кобблпот был у себя наверху, Эд не выдержал и поинтересовался: –Айви, ты хочешь мне что-то сказать? –Помимо того, что ты идиот? – невинно улыбнулась девушка, отрываясь от своего растения. – Да, хочу. –И что же? –Долго ты будешь отрицать очевидное? Ей даже не надо было уточнять, что именно она понимает под «очевидным», Нигма и сам понимал, что она имела в виду. Поэтому он просто покачал головой, признавая, что слишком долго убегал. Пора распутать этот клубок. *** –Эд?.. – Освальд наклонился вперёд. – Ты меня пугаешь… –Прости, – Нигма тут же очнулся от своих мыслей. Поднявшись на ноги, он приблизился к дивану, на котором лежала аптечка. Впрочем, едва он протянул руки к аптечке, как замер, заглядывая в растерянные серо-зелёные глаза напротив. Кобблпот выглядел обеспокоенным, а ещё его зрачки были расширены. Это напомнило Эду тот вечер в кабинете, тогда у Пингвина были такие же потемневшие от желания глаза, в которых Загадочник тонул. –Что б ты знал, я не притворялся тогда. В кабинете. Я был ошеломлён, но я действительно этого хотел. А ещё больше меня поразило то, что ты отказался от соблазна, потому что думал, что я клон. Но ты ведь ничего мне не должен был. И всё равно отказался, хотя вот оно было рядом твоё счастье, только руку протяни. Спасибо тебе за это. Освальд смотрел на друга во все глаза, понимая одну простую вещь, он больше не может, да и не хочет сдерживаться. Ведь его любимые грабли так близко, так и манят наступить на них вновь. Однако он не успевает подчинится желанию, потому что Эдвард его опережает, целуя. А дальнейшее словно в тумане. Освальд смутно помнил, как вновь оказался без рубашки, помнил только чужие ласковые руки, гладящие его бледную кожу. А ещё он помнил, как сам буквально сорвал с Эдварда и пиджак, и рубашку, оторвав парочку пуговиц. Помнил жадные поцелуи, ласки, объятья... В следующий момент Эд резко подхватил его под бёдра, прижимая к себе. И Освальд с готовностью сжал коленями бёдра любовника, чувствуя, как теряет остатки контроля. И пусть. Лучше так, чем и дальше сходить с ума от желания. Где-то на границе сознания у Пингвина промелькнула мысль, что он ещё пожалеет об этом, но эта мысль тут же была забыта, едва Эд увлёк его в новый поцелуй, которому, казалось, тоже снесло крышу от этой близости. Как они добрались до спальни, Кобблпот не помнил. Вот они в гостиной, а вот уже в спальне, которая когда-то принадлежала Эду. Почему они оказались именно здесь? Освальд не стал искать ответ на этот вопрос, вместо этого целуя Нигму ещё сильнее, так что лёгкие жгло от недостатка кислорода, пытаясь убедить себя, что это ему не снится, что всё это по-настоящему. Эдвард аккуратно опустил Освальда на кровать и хотел отстраниться, но Кобблпот и не думал отпускать его, затягивая в новый поцелуй. Им обоим снесло крышу от этой близости, словно только этого они и хотели, только к этому и стремились всё это время. Не осталось ничего, кроме потемневших от желания глаз напротив, бешеного сердцебиения, горячего дыхания и шума в голове. И пусть весь мир подождёт. Когда Эд оторвался от чужих губ и начал покрывать поцелуями шею Пингвина, тот застонал в ответ, ловя себя на чувстве дежавю. Впрочем, он быстро позабыл и об этом, когда почувствовал чужие руки на пряжке своего ремня, слегка закусывая губу, чтобы хоть как-то сдержать рвущийся с уст стон. Куда подевались остатки одежды, Освальд не знал, даже не заметил её пропажи, словно так и должно быть. А потом неконтролируемое желание всё же сменил страх. Это всё-таки для него в новинку, и он не был до конца уверен в том, что делал. Мужчина заметно напрягся, однако Нигма лишь успокаивающе его поцеловал: –Я могу остановиться, если хочешь… –Нет! – запротестовал Кобблпот. – Не останавливайся. –Тогда расслабься. Так будет легче. Почему-то эти слова подействовали на Освальда почти магически. Страх испарился, снова уступая острому, почти животному желанию. Более того, он намерен получить каждое из возможных удовольствий этой ночью. Ему мало целовать любимого, ему мало его объятий, ему чертовски этого мало. Ему нужен весь Нигма. Весь. От пяток до макушки. Он хотел ощущать вкус его кожи, ощущать чужой вес на себе. Он хотел его. И это желание выбило из головы все адекватные мысли. Не остаётся ничего кроме возбуждения и тела, требующего разрядки. Но больше всего его поражало, что Эд был с ним во всём этом солидарен. Нигма прижимался к худому бледному телу друга, с упоением целуя. В голове было удивительно пусто, ему было плевать на все условности, хотелось только того, чтобы эта ночь не заканчивалась, хотелось ловить стоны Освальда и сжимать его в своих объятьях. Но Эд всё же отвлёкся на какое-то время, несмотря на протестующие стоны, и полез в прикроватную тумбочку, доставая оттуда какой-то тюбик. Освальду потребовалось какое-то время, чтобы понять, что это лубрикант. Всё, пути назад нет. На время его снова охватил страх, но потом он вспомнил кое-что важное, кое-что, что не должен был забывать. «Пингвины хищные птицы, – думал про себя мужчина, чувствуя, как уходит страх. – И сегодня не я, а Эд жертва». При этом он даже не задумался над тем, откуда у Эдварда этот тюбик. Сейчас это было неважно. Он знал, чего хотел, и с кем он этого хотел, и плевать, что будет после. Он отдавался новым и оттого слегка пугающим ощущениям. В третий раз он наконец-то доведёт начатое до конца. Освальд жадно целовал и чувствовал чужой жар и отдачу, чужое возбуждение. И от этого всего ему сносит крышу окончательно. Кобблпот прижимался к чужому столь желанному телу, забывая обо всём на свете. Неужели ему это не снится? Неужели Эд хочет его не меньше, чем он его? Хотя ему уже по большей части всё равно, он всё равно уже не в силах остановиться. Освальд не пытался больше сдерживать громкие стоны, слетающие с его уст. Ему казалось, что сейчас они с Эдом были единым целым. И ему совершенно не хотелось выпутываться из этого клубка. *** На улице глубокая ночь, когда Освальд просыпается. Первое, что он подметил, это то, что он не у себя в спальне. Затем он ощутил, как почти каждую мышцу его тела неприятно тянет. А потом только пришло осознание, что он ещё и не один в постели. Эдвард крепко обнимал его, прижимая к себе. Ему потребовалось время, чтобы вспомнить произошедшее между ними. Вот только долгожданной радости не было. Осторожно выбравшись из цепких объятий и натянув брюки, Кобблпот вышел из спальни. Чувствовал он себя паршиво. И дело было даже не в том, что ему не понравилось, скорее в том, что ему наоборот понравилось, даже слишком. Медленно он спустился вниз, в гостиную. Он не знал, что искал, знал только, что он не сможет заснуть после такого. Внизу его ждал сюрприз. Посреди гостиной стояла Айви, держа в руках окровавленную рубашку Кобблпота. Стоило только ей увидеть друга, как она всё поняла. Зашитая рана на плече, засос на шее и слёзы, застывшие в глазах, буквально кричали о произошедшем. Не надо было быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, что произошло. Рубашка выпала из рук девушки, она быстро преодолела расстояние, разделяющее их, и обняла мужчину. Он крепко сжал в объятьях подругу, понимая, что Айви Пэппер, наверное, единственный человек в его жизни, который его не осудит, который его поймёт. Так они и стояли посреди гостиной, обнявшись. Пока Айви осторожно не отстранилась от Пингвина: –Пойдём. Девушка приобняла мужчину за плечи и повела его наверх. Когда они зашли в спальню Кобблпота, Пэппер усадила его на кровать и присела рядом. Освальд выглядел каким-то безжизненным, а ещё он немного ёрзал на кровати. Похоже, сидеть ему было немного неприятно. Айви тяжёло вздохнула: – Тебя ранили во время переговоров, а он тебя заштопал? – Освальд лишь кивнул в ответ на это, подтверждая её догадку. – Тебе надо принять душ, а я пока заварю тебе успокаивающий чай. Кобблпот покачал головой, сил на душ не было. Настроение упало ниже плинтуса. Айви ещё разок его приобняла, прижимая к себе. Темнота комнаты потихоньку успокаивала, как и эти объятья. –Оззи… –Ладно, схожу… Девушка отпустила мужчину и ушла, оставляя его наедине со своими мыслями. Кое-как собравшись с силами, Освальд всё-таки отправился в душ, надеясь, что хотя бы это его немного взбодрит.