Улыбнись, Деку

      После того случая с Изуку прошло две недели, слухи о жутком Деку распространились невероятно быстро, каждый считал своим делом обсудить этот инцидент. И добавлять новые детали: «Я видела у него красные глаза!» «У него были клыки! Точно вам говорю!» «У него была до ужаса бледная кожа!» «Говорят, у него были крылья…» «Я слышала, что на его одежде была кровь!» «Ужас какой!!!» «Он всегда был странным…» А в это время Мидория был в милом домике с родителями, не подозревая, что о нём говорят.

***

      Бакуго откровенно бесили эти тупые слухи. Напридумывали всякой хрени. И радостные такие! Ну конечно, такие-то новости! Откровенно тошнит. Его жутко злило, что об этом Деку «такие» слухи. Об этом жалком, ничтожном, никчемным Деку. Он прекрасно помнил «тот день». Это унижение он никогда ему не простит. Этот засранец… от одного его упоминание скрежет в зубах. Он назвал его по имени, а этот ублюдок никак не отреагировал! Слово Катсуки Бакуго — закон. И это знают все. После того случая он преподал урок прихвостням этого придурка. Ооо, как только Мидория вернётся, Катсуки покажет этому Деку его место.

***

      Мидория вернулся через неделю, конечно, Изуку догадывался, что приехав, всё не будет как прежде, никто не сделает вид, что всё в порядке. Но он никак не ожидал такого… Над ним начались самые, что ни есть издевательства, а инициатором всего этого был никто иной как Каччан, когда-то лучший друг начал издеваться над ним больше всех. Нет, Изуку понимал, что сам виноват, он переиграл. И Бакуго разозлился обиделся. Но всё же, по мнению Мидории, это было слишком. Изуку же не виноват, что в нём будто что-то щёлкнуло. Он долго думал об этом, но кроме головной боли так не к чему и не пришёл. Он никому об этом не говорил, поэтому взрослые и не подозревали, что творят на первый взгляд милые дети.

***

      Мидории было уже шесть. Всё ещё ухудшилось, хотя казалось хуже некуда, но после того, как у него не оказалось причуды и надежда о том, что Кач-чан простит его, и они снова станут друзьями рассыпалась на глазах, с каждым днём надежда превращалась в отчаяние. Изуку было одиноко. Даже очень. Ему часто приходилось оставаться в одиночестве со своими мыслями, он начал осознавать, как ему плевать на окружающих.       Понял почему он так поступил в тот день. Ответ лежал на поверхности всё это время, всё просто, даже слишком. Ему понравилось. Быть злодеем оказалось куда веселее и интересней, чем героем. Вначале эти мысли пугали его, и мальчик даже подумывал поговорить об этом с отцом, но что-то всегда его останавливало. И если вначале было сложно быть волком одиночкой и думать, что злодей это не так уж и плохо, то с каждым годом становилось легче, а потом и вовсе превратилось в наслаждение.       К сожалению, Инко узнала об издевательствах и списала на то, что сын без причуды, поэтому Изуку заставили стал помогать подруге матери в цветочном. Он часто оставался до темноты, к счастью, дом близко, да и Мидория приходит за своим чадом, если он наплюет заиграется и забудет про время.       Но сегодня она не смогла прийти за сыном, поэтому мальчик собрался вернуться самостоятельно, к сожалению, уже начало темнеть, и как на зло не было людей, хотелось побыстрей вернутся домой, поэтому Изуку решил сократить путь до дома и пойти через двора. Это была плохая идея. Вот о чём подумал мальчишка, случайно не туда свернув и оказавшись в не самом лучшем районе, если не в худшем и одним из самых опасных районов города. Определенно плохая идея. Зажатый в уголке Изуку, над котором склонились трое взрослых пьяных мужчин, поправочка, подонков. — Хеей, мелкий! А ты тут один, да? Ик. — спросил тот, кто более-менее соображал, и чью речь хоть чуть-чуть можно понять. — Нет, — решил блефовать Мидория. — Неет? Ик, и кто же тобой? Мм? — Отец, — страшно. — И где твой папочка? — заржали мужчины. — Он сейчас будет здесь. «Страшно, страшно, страшно! Мама! Кто-нибудь! Кто угодно, помогите мне…» Изуку понимал, что нужно что-то делать, но страх мешал рационально мыслить, он и так тянул время как мог, только вот для чего? Здесь почти никого нет, а если и начать кричать, то вряд ли кто-то обратит на это внимание. — Даа? Так, ик, давай вместе, подожжём его! Ой! Ахахха! Подождем! «Страшно, страшно, страшно, страшно!» — Ну и? Где твой папочка? А? Хе-хе. Ик. — Да-да, где он?! Ты знаешь, что врать не хорошоо? — спросил самый молодой из них, гадко ухмыляясь. — Думаю, тебя нужно наказать! — заржал третий. — А он довольно симпатичный, да, парни? — Чур, я первый, — сказал тот самый блондин.       Мидория посчитал бы его довольно симпатичным, если бы не такие обстоятельства. Схватив Изуку за волосы и усадив на колени, приблизил руку к своей ширинке, сильнее сжав кудри мальчика, чтобы не вырвался. Слёзы уже градом текли по щекам, он знал, что хотят с ним сделать, поэтому решился на отчаянный шаг, набрав побольше воздуха и… — Помогите! — заорал Изуку, что было сил, почти разрывая голосовые связки. От неожиданности парень даже отпустил его волосы, а двое других отошли назад, пока Мидория не переставал кричать. — Ах ты, сукин сын! — ударил его брюнет. Голова мальчика дернулась, из разбитой губы потекла кровь. Но он продолжал кричать. — Совсем охренел?! Заткнись, живо! Удар в живот, да такой сильный, что Деку показалось, будто весь воздух из лёгких выскочил. — Хей, хей, что за хрень? Вы слишком шумные, — сказал кто-то, лениво растягивая гласные. Мидория не знал этот голос. — Ха? А ты ещё бля кто?! Из угла вышел… мальчик. Да-да, именно ребенок, на вид старше самого Изуку на года 3-4. На нём был капюшон, закрывающий пол-лица. — Какого… слышь, малец! А ты страх не потерял? Лучше вали по-хорошему. — Хо~ Это угроза? — взгляд парня переместился на Мидорию. В глазах Мидории была надежда, смешанная со страхом и отчаянием, что этот парень уйдёт. В глазах Деку так и читалась мольба о помощи. — Слышь, мелкий, — обратился незнакомец. — Ты чё блядь не понял?! Сказали же — вали! — протрезвел и зарычал один из мерзавцев. — Нехорошо перебивать, я ведь и разозлиться могу, — всё так же лениво, но с нотками раздражения, продолжал парень. — Чеее?! Ну всё, сука! — один из подонков замахнулся на мальчика. Изуку зажмурил глаза, понимая, что тот вряд ли его спасёт. Кто бы его теперь спас. Он надеялся, что парень уйдёт и приведёт взрослых на помощь, но видимо не судьба. Всё же, эта была очень плохая идея. Прошло секунды три, и всё, что услышал Изуку — это крик взрослого… стоп. Что? Открыв глаза, перед зеленоглазым стояла такая картинка: тот подлец держался за лицо, которое медленно рассыпалось на глазах. Нечеловеческий крик, прекратился через секунду. На месте мужчины был лишь труп, который медленно, но верно исчезал. У Изуку перехватило дыхание. В свои шесть Мидория уже знал, что такое оглушающая тишина. Когда он начал восхищаться злодеями, он смотрел новости, документальные фильмы и читал статьи о самых-самых, так в столь юном возрасте знал, что такое изнасилование, смерть, убийство, ненависть. В столь раннем возрасте, это не очень хорошо, скорее ненормально, но что поделать. Также он начал упорно изучать квирки, поэтому знал, что не все хорошие и некоторым просто не повезло родиться с вот такими… но знать, и видеть — это разные вещи. — К.какого… — насильники начали приходить в себя. — КАКОГО ХРЕНА?! — заорал второй парень. — Ты, сукин сын! Мальчик, спасший его, поморщился. — Ты можешь так не кричать, а? Бесишь. — Ах ты, ублюдок, — на него побежал второй парень. Скорее от отчаяния, думая, что мальчишка вряд ли их отпустит. Да и похер. Нужно всыпать этому зарвавшемуся щенку, и показать, кто тут хозяин. Достав нож, (видимо, его квирк в данный момент бесполезен) он подбежав к мальчику и занёс лезвие над головой, чтобы в следующую секунду сделать удар, но неизвестный спаситель оказался более прытким, и ударил идиота в живот. Крик заставил закрыть уши и распахнуть глаза, насильник упал на колени и пытался остановить это Но в следующую секунду он лежал мёртвым. Мидория смотрел, как его глаза стекленели, как у дохлой рыбы. А тело начало разлагаться и медленно исчезать. Мерзкое зрелище. Поморщившись, Изуку подумал, что уже довольно темно, даже луна вышла, интересно, его вообще ищут.       Третий парень решил не испытывать судьбы и хотел уже убежать, но сомнительный спаситель, просто метнул в него нож. «А он меткий» — промелькнула мысль. И подойдя к пытавшемуся сбежать, мальчик дотронулся до него рукой, на непонимающий взгляд усмехнулся, и просто ответил: — Чтоб следов не осталось. Мидория не жалел их, они это заслужили, и он не боялся этого «спасителя», от чего-то он знал, что он его не тронет. Что-то в этом парне его притягивало, от этого аж дух захватывал. Когда тело исчезло, мальчик посмотрел на Изуку, казалось, они смотрели друг-другу в глаза вечно, но на самом деле несколько секунд. Когда мальчик отвёл взгляд, зеленоглазый понял, что так его и не поблагодарил. — С-спасибо! Хмыкнув, «спаситель» снял капюшон. В свете фонарей и луны, мальчишка выглядел завораживающе: у него были седые, почти белые, как снег волосы, которые прикрывали лицо, но даже так парочку шрамов было видно. Тёмные глаза, от которых неприятная дрожь прошлась по телу. От этого загадочного и странного спасителя горели щёки и в животе появлялось смешанное чувство.       Наверное, он не человек, потому что люди не могут быть так прекрасны. Спаситель ещё раз окинул Мидорию взглядом и уже поворачивался, чтобы уходить. — С-стой! — Мидория запнулся и упал на колени, но он даже боли не почувствовал, — Ты… ты ангел? Несколько секунд была тишина, Ангел во все глаза смотрел на Изуку — Кто? — наконец произнёс он. — А-ангел. — …Ангел… ПХАХАХАХА!!! АНГЕЛ?! Я?! АХАХА! — он смеялся, пока из глаз не полились слёзы. — Хаха, м-да, кажется, тебя по голове ударили. Я кто угодно, но точно не ангел. Встав вполоборота и накинув капюшон, как оказалось, не ангел, ещё раз окинул его взглядом, только теперь в его глазах был интерес и смешинки. — А к-как тебя зовут тогда? — Томура, — произнёс Не-Ангел и, развернувшись, ушёл. — Томура… — шепотом повторил Изуку, держась за сердце, которое слишком громко стучало.