Знакомый незнакомец

Ненавижу паспортный контроль… После тяжёлого десятичасового перелёта, когда по обе стороны сидят два придурка, один из которых вечно что-то жевал, смачно так чавкая, а другой храпел у меня на плече, я, не выспавшись, обязана отвечать на дебильные вопросы из детской анкеты, докучным таможенникам?! — С какой целью прибыли? — просил меня худощавый мужчина в форме, рассматривая визу. — Путешествую и пишу книгу, — главное — не грубить и отвечать честно, и никаких проблем не будет. — Где вы собираетесь жить в Канаде? — Буду жить у друга в Онтарио. — Сигареты, спиртное, наркотики, оружие? — терпение подходило к концу. — Спасибо. Не нужно, — с наигранным осуждением ответила я дяденьке, удивлённому моей дерзости. — Да нет, нет, — я поспешила успокоить его. — А это что? — кивнул мужчина в сторону маленького вертолётика. — Квадрокоптер. Дрон. Я собираюсь с высоты снимать пейзажи… — сказав это, я прикусила язык. Было похоже, что меня приняли за шпиона. В конце концов, удостоверившись, что я не собираюсь пускать дрон в парках и пугать животных, мы обошлись без шпиономании. Слава Богу! Меня отпустили. Время — три ночи, а машину ждать ещё двадцать минут. Глаза слипаются, а вставать завтра в девять утра. За что мне эти пытки? В местном магазинчике я купила кофе и булочку с корицей, потому что орешки, сухарики и чипсы, которые предлагали смазливые стюардессы, просто хрень на постном масле. Ими жирок не нарастить… И вот мне пришла СМСка о том, что машина прибыла. Кое-как затолкав в багажник мои два огромных чемодана, один из которых на половину был заполнен книжками, я завалилась на заднее сиденье старенького чёрного «Форда Экскорд». В окошко я видела манящие огни с баннеров и вывесок магазинов и клубов. Уже глубокая ночь, а город «живёт». Как-то на секундочку прикрыв глаза, я задремала и не заметила, как яркий ночной город заменили обыкновенные высотки, мотели и хостелы. Оказывается, мы приехали минут десять назад, а я всё еще сидела в машине. Через силу распахнув глаза, я встретилась с нетерпеливым взглядом водителя. Чего он хочет? Я же всё уже оплатила. Как выяснилось, этот самый таксист уже успел занести мои чемоданы на нужный этаж, к нужной квартире, а теперь ждёт дополнительное вознаграждение. А я его об этом просила? Нет, следовательно, держи, мужик, орешки. Я достала из кармана ещё не открытую пачку арахиса и с улыбкой положила в его протянутую руку, поспешив выползти из авто. Он что-то ещё кричал в след, но мне уже было всё равно, ведь дверь сама собой закрылась. Так, 12 этаж, квартира 74А. Я поплелась к лифту, и разбирая надписи, которые, замечу, делала сама, уже в десятый раз тыкала на кнопку, но дверцы этого грёбаного лифта не торопились открываться. Взгляд с ненавистью упал на кнопку, а затем на рядом висящую вывеску «не работает». Замечательно. Мне должны были выдать медаль, за пройденные 12 этажей, 240 ступенек и 2 мозоли на пятках. И вот я у этой долбанной железной двери, смотрю на мирно покоящиеся сумки, и, из последних сил, звоню в звонок. — Дэрия! — буквально с распростёртыми руками, в проёме стоит мой давний американский друг, и во все 32 зуба радушно улыбается мне. — Дарья, — в сотый раз поправляю я его и чуть ли не падаю в руки брюнета. Без лишних расспросов он показал мне комнату, и я навзничь плюхнулась на кровать. Завтра осмотрюсь, поболтаю, разберу шмотки… И вот, наконец, Морфей забрал меня в своё царство снов. *** И вот первый лучик всё еще тёплого, осеннего солнышка пробрался через занавески, и я проснулась от мягкого света и приятных звуков спешащих на работу людей… Именно с такими мыслями я хотела встать с кровати, но нет! Откуда-то сверху по голове, удар за ударом, доносились убийственные звуки. Но как бы я не пыталась зарыться в подушки и одеяло, все было тщетно. Перед глазами туман, ноги запутались в пододеяльнике, а на часах семь утра… Отличное начало дня! Распутавшись, я встала с кровати и поплелась к двери, попутно споткнувшись об сумку, «поцеловав» пол. В комнату влетел Саймон, а распахнувшаяся дверь прилетела мне прямо по лбу. Затем отборный русский мат… — Ты в порядке? — оставалось только наступить на меня. Подхватив подмышки, брюнет поставил меня на ноги, осматривая небольшую царапину над глазом. — Кофе и сэндвич, срочно! — схватив меня за запястье, он потащил меня на небольшую, но уютную кухню и усадил за железный круглый столик, на котором уже стоял горячий напиток, а рядом красовался бутерброд с канадским флажком. Саймон Лэйк самый отзывчивый и дружелюбный человек, с которым я была знакома. За пять лет нашей дружбы он знал каждую деталь обо мне. Знал, что когда плохо, мне нужно поесть; когда ругаюсь, кинуть в меня чем-нибудь мягким; знал, что сказать, когда вдохновение покидало, и я норовила сжечь к чёрту свои рассказы. Именно такого человека я хочу пожелать другим. В его карих глазах никогда не читалась обида, презрение или ревность. Саймон никогда не бросит в трудную минуту. Боль от падения и удара по лбу куда-то улетучилась, когда желудок удовлетворительно заурчал. Вот теперь, можно и поговорить. — Я так ждал твоего приезда. Убрался первый раз за месяц, открыл, что у меня есть балкон, представляешь? — усмехнулся мой сосед по квартире, заставив улыбнуться в ответ. — Как долетела даже спрашивать не буду, и так вчера всё понятно было. А вот над чем сейчас работаешь, поинтересуюсь. — Работаю? Я решила заняться мифологией. Написать пару рассказов про скандинавских богов, попавших в наше время. И нужно закончить рассказ про девушку-птицу, — честно, я ненавидела свои рассказы, но любила сам процесс написания, ту атмосферу, в которую я погружаюсь, другие миры, другое время, а люди, порой, такие книжки даже покупали. — Чем будешь сегодня заниматься, что посмотришь? — продолжал Саймон. На самом деле, я очень хотела сходить на пляж к озеру, поснимать пейзажи и посмотреть на птиц. Но так как Лэйк работает, то он снарядил меня картой, парой сэндвичей и биноклем. Когда мой иностранный друг утопал, у меня оставалось ещё время привести себя в порядок: сходить в душ, замазать мешки под глазами… короче, навести марафет, чтобы люди, попавшиеся мне навстречу, не падали в обморок. Погода стояла непонятная. То тучи полностью закрывали небо, то солнце вновь освещало дорогу. И всё же осень, а потому свитер, бриджи и кеды вполне сойдут. Наполнив рюкзак, словно я собираюсь в поход и закрыв дверь, я двинулась по направлению к озеру. Ну, что значит двинулась… Как только я вышла на улицу, так сразу повернула не в ту сторону. Это, дамы и господа, топографический кретинизм! Пришлось включить карту и на мобильном, чтобы окончательно не выйти за границы штата. По пути мне попадались разные интересные личности. То группа бегунов с эмблемами, то рабочие с диваном, то маленькая девочка с пятью собаками, а им в свою очередь попадалась я — идиотка с рюкзаком на спине, картой в одной руке и наполовину съеденным бутером в другой. Вот удивительно, в Москве, если бы так прошелся по улице, тебе бы покрутили пальчиком у виска, высказали всё фи, и остановили бы раз десять местные полицейские. Здесь же я с первого дня приезда слилась с обстановкой. То тут, то там тебя окружают теперь небольшие мрачные, прямо как из книг Стивена Кинга, домики. Октябрь, и уже довольно прохладный ветерок сдувает с деревьев золотую листву, а в парке, мимо которого мне повезло пройти, уже начинают открываться ярмарки. Гуляя уже более полутора часов, я не могла никак прийти к нужному мне месту. Пейзаж становился ещё более суровым, а людей на пути становилось всё меньше…