Пепел

Багира сидела в комнате Смерча, стараясь совладать с эмоциями. Она прекрасно знала свой организм, который идеально ее чувствовал, а потому не удивилась, что он забыл часть ее похищения. Но женщина даже представить не могла, что эта часть может оказаться такой страшной. Когда Бизон спросил ее, тронул ли похититель Риту, она ответила нет, и тогда это была правда. Но сейчас она понимала, что солгала. Вот только как сообщить самому лучшему другу, брату, что похититель не просто ударил ее, а изнасиловал, а позволила ему это собственная сестра? Как вообще можно донести на сестру? Но Багиру переполняли боль и гнев. Переполняли настолько, что, казалось, если бы у души были края, они бы не помогли удержать это в себе. Сейчас, вспоминая все, Багира прекрасно осознавала, что все эти ощущения, весь этот гнев был направлен на сестру, на ту, которая предала. Рита не понаслышке знала, что насилие - это всегда больно. она была бойцом спецназа, но преступники всегда видели в ней женщину, этого было не изменить. И ребята не раз вытаскивали ее из разных передряг, вот только далеко не всегда успевали. Но Багира научилась с этим жить, научилась забывать об этом пусть и после длительного отпуска. Но сейчас история была другой. Если раньше Рита не помнила ничего, то теперь вся сцена предстала в мельчайших подробностях. Холодная улыбка Маши, резкий удар головой о стену. А затем короткая фраза, брошенная между прочим, словно родная сестра видела ее впервые в жизни. -Делай с ней все, что захочешь. От этого было в разы больнее. И тогда, и теперь. Рита сама не поняла, как приняла решение. Не осознала, как поднялась, аккуратно сложив плед, как вышла из комнаты, уверенно направляясь в информационный отдел. Поняла лишь четко все, когда Боря оторвался от работы и удивленно посмотрел на подругу. -Я знаю, как выйти на этого Тарканова. Но мы поедем туда вдвоем. Багира не часто просила о чем бы то ни было друга. Но если просила, то это было что-то очень важное. Бизон молча поднялся, и они вдвоем покинули центр в полной тишине. И только уже когда машина отъехала достаточно далеко от КТЦ, Рита рассказала другу все. О сестре, об отношениях с ней, о ее истории. И о том, что случилось в ее прихожей. -И после этого ты по прежнему называешь ее сестрой? -У меня нет другой. И это была правда. Грустная, но тем не менее. Они были погодками, но Маша всегда считала, что Рите достается больше. Больше конфет, больше родительской любви. Сестре всегда было мало, но Багира не думала, что настолько. Она помнила много хорошего,но сейчас все это казалось слишком далеким. А боль была близко, была осязаема. Боря уверенно вел машину, стараясь не смотреть на подругу. Они пережили многое из того, что не переживали миллионы людей, но сейчас он не мог представить, насколько Рите тяжело. Он хорошо знал Багиру и прекрасно понимал, как тяжело далось ей это решение и что она, наверняка, будет себя за него корить, но также Бизон понимал, что Рита все сделала правильно. -Долго еще ехать? -Нет, мы почти на месте. Это старый адрес, и я совсем не уверена, что Маша еще там, но проверить стоит. -У тебя есть ключи? -Нет, но будут, - Боря бросил на нее короткий взгляд, и Рита невольно усмехнулась. - Родители часто работали, мы с сестрой учились в разных школах, а ключей было всего три связки. Вот мы и оставляли их в почтовом ящике. Привычки зачастую сильнее нас. Может быть, это как раз тот случай. Боря кивнул, выжимая педаль газа до отказа и стараясь не думать о том, что будет дальше. Однажды ему довелось арестовывать друга, но это вряд ли пошло хоть в какое-то сравнение с арестом единственной сестры. Все-таки правду говорят, что кровь - не вода. -Стой, приехали. Второй этаж. Рита выскочила, не дожидаясь его и заскочила в подъезд. Бизон же не знал, стоит ли идти, нужно ли Багире присутствие свидетелей. Он действовал неторопливо: заглушил мотор, закрыл дверь и поставил на блокировку и только потом двинулся к парадной. Все окна на втором этаже были распахнуты, а потому крик, пронзивший послеобеденную тишину, донесся до него слишком отчетливо. Доли секунды хватило мужчине, чтобы осознать, кто кричит и броситься на помощь. Дверь в квартиру была распахнута, но дальше прихожей он так и не двинулся. На полу лежало окровавленное тело, а рядом на коленях стояла Рита и со слезами баюкала мертвую сестру. Их единственный ключик был утерян.