Право на прощение

Едкий дым от костров, испуганные крики, слышные со всех сторон, и теряющийся во всём этом безумии тихий топот босых ног по раскалённой земле. "Только бы убежать – думал задыхающийся мальчик, - только бы спастись". Огонь лизал его огрубевшие пятки. На исхудавшем лице нет слёз - они слишком быстро высыхают от невыносимого жара. "Куда теперь? Дома нет. Семьи нет". Впереди раздался крик: "Демон здесь!". Перепуганный мальчишка отшатнулся в сторону и, не удержав равновесия, повалился на землю. Над ним тут же нависла огромная фигура человека, чьё лицо скрывал капюшон. Сквозь прорези для глаз мальчик заметил злой довольный взгляд. Это глаза не человека. Зверя. Который наконец нагнал свою жертву, которому без разницы, кто перед ним: ребёнок или взрослый. Зверь заносит меч, несомненно освящённый в каком-нибудь древнем храме, над головой и резко опускает его на мальчишку. Тот, закричав, едва успевает отползти, прежде чем холодная сталь ударилась о гравий. Беспорядочно перебирая ногами, ребёнок поспешил в противоположную от дороги сторону. - Не убежишь, щенок! Мальчик с трудом поднялся на ноги и кинулся к мрачному лесу, стараясь не вслушиваться в угрозы и проклятия за своей спиной. Он надеялся, что многовековые деревья станут надёжным убежищем от преследующего его чудовища. А там и до лесовиков рукой подать. Странный, живущий обособленно народ, о котором матери так любят рассказывать сказки своим детям. Неужели они откажут ребёнку в приюте? Легенды о них были любимыми у Рина. Он всхлипнул. Теперь больше никто не будет рассказывать захватывающие истории на ночь. Некому. В памяти молнией выстрелило воспоминание о мёртвом пепельном лице матери, искажённом мукой смерти. Мальчик сильнее сомкнул дрожащие губы и с трудом подавил желание зарыдать. На это нет времени, сейчас ему надо сохранить себе жизнь. Ведь должна быть причина, ради чего родители пожертвовали собой. Рин буквально чувствовал затылком тяжёлое дыхание чистильщика. Превозмогая усталость и боль в лёгких, он ускорился. - Стой, говорю! - рычание вырвалось из глотки преследователя. - Стой, говорю! - Джэд в ярости сорвался на рык. Этот мелкий бес вот-вот сбежит из его рук. Мужчина прекрасно знал, что каким бы невинным не казался ребёнок, внутри он жестокий демон. Он уже встречался с такими тварями. Жалеешь его, отвернёшься, а он вонзает тебе нож в спину. Никаких сожалений. После осознания такой простой и такой правильной истины, Джэд стал относиться к вылазкам чистильщиков, как к игре. К кровавой беспощадной игре. И сейчас жертва убегает из-под его носа. Немыслимо! "Если демон думает, что я оставлю его в покое, то он сильно ошибается. Я буду преследовать дитя зла до тех пор, пока его ядовитая кровь не оросит землю у меня под ногами. Я уничтожу монстра, скрывающегося под ликом Рина Гурвенда". Поклявшись себе в оном, мужчина покрепче ухватился за рукоять меча, и, словно хищник, продолжил преследование по следу жертвы. Рин спрятался под выступающими корнями иссохшего дуба. Он осторожно выглядывал из-под толстой коры, стараясь не издать ни звука. Его взору был открыт лишь вид ног мужчины. Стальная сияющая обувь под белым плащом. Какое лицемерие! Прикрываться благородием, убивая невинных людей ради удовольствия. Мальчик не выдержал несправедливости и страха, тихо всхлипнув. Собравшийся уже было уйти мужчина замер, прислушиваясь к окружению. Ребёнок в ужасе сжал зубы, боясь выдать себя ещё каким звуком. В воздухе раздавалось пение птиц, шорох травы, потревоженной мелкими изумрудными ящерками и шелест крон деревьев. Раньше по такой погоде Рин любил ходить с друзьями на рыбалку. А теперь, если выживет, в каждый солнечный день он будет вспоминать кровь родителей на камнях. - Выходи, падаль. Отправлю тебя в Низы. Пойдёшь к маме с папкой. С каждой издёвкой Рину становилось всё труднее сдерживаться. Слёзы медленно потекли по грязным щекам. - Давай же, выходи, маленькая дрянь! Мужчина в бешенстве железным сапогом отшвырнул жухлую листву. Как раз в том месте, где прятался Рин. Мальчик застыл, как изваяние, боясь даже дышать. Ещё немного, совсем чуть-чуть, и его обнаружат. В последний раз осмотрев окрестности, чистильщик грязно выругался и направился прочь. Рин закрыл глаза и без сил положил голову на землю. Он спасён. Его спокойствие уничтожил лай. Оглушительный собачий лай и рычание. Мальчик запаниковал пуще прежнего: "Нет-нет, только не это!" - Убери своих шавок, Эрмат. Я там всё проверил, тварь ускользнула. В ответ раздался незнакомый хриплый голос: - Нюх человека слабее нюха пса. Не мешайся под ногами, Джэд. - Да пожалуйста. Мальчик сжался, стараясь быть ещё незаметнее. Только он понимал, что против выдрессированных домашних любимцев Обители идти бесполезно. Пёс, злобно оскалившись, приблизился к укрытию Рина. Не дожидаясь, пока зверь накинется на него, мальчик вскочил на ноги и понёсся в самую глубь леса. Джэд в шоке распахнул глаза: "Как я мог упустить его?! Этот дьяволёнок обвёл меня вокруг пальца!" Теперь поймать тёмную тварь стало делом чести. Игнорируя зов Эрмата, мужчина рванул за своей жертвой. Но внезапно мальчишка впереди него затормозил. Подойдя ближе, Джэд понял, в чём дело – прямо перед ребёнком начинался огромный обрыв. Внизу бушевала река, красота которой была несоизмерима опасности. - Надоело бегать, мразь? Демон обернулся. У демона были испуганные глаза. У демона по щекам текли слёзы. Нет, нельзя испытывать жалость к этому созданию. Оно тут же этим воспользуется. - Не смотри на меня так. Ты ничего не добьёшься своими играми, - с ненавистью прошипел Джэд. - За что? - голос у твари оказался тонкий, слабый, дрожащий. Маленький убийца. Всхлипывающий. С соплями, размазанными по подбородку. С красными от слёз глазами и грязными мокрыми щеками. Он слишком похож на обычного ребёнка. - Не смей строить из себя невинность. Я вас, дьявольских отродий, много повидал. Мальчишка зажмурился и скривился, словно от боли. А Джэд медленно приближался. Теперь он свершит правосудие. Он поступит правильно. Так надо. И плевать на этот влажный взгляд из-под светлых ресниц. Джэд медленно достал меч. "Второй раз не промахнусь". Но не успел он замахнуться, как цепкие пальцы схватили его за края плаща и резко дёрнули вперёд на себя. Вниз, в обрыв. "Это за родителей", так размышлял Рин. Если ему суждено погибнуть, то пусть их убийца погибнет вместе с ним. - Ах ты тварь! Ослабшими, но цепкими руками мальчик обхватил крепкий торс мужчины, не позволяя тому зацепиться за край утёса. Белая ярость придавала ему сил. Полёт казался бесконечным, адреналин ударил в голову, а из глотки Рина вырвался дикий необузданный крик. Джэду не нравится этот звук. Так кричат те, кто в отчаянии. У кого всё отняли. Бездушный демон не должен так кричать, это неправильно. Мозолистая мужская ладонь ложится на искусанные губы мальчишки, пытаясь оборвать отвратительный звук. К сожалению, малец просто зарыдал. Этого не должно было произойти. Это была последняя мысль Джэда перед резким погружением в ледяную бушующую воду. Рин медленно открыл глаза. Последнее, что он помнил - холод в конечностях, ноющая боль во всём теле и отсутствие воздуха. И ещё чужое, совершенно незнакомое тело рядом. Мальчик повернул голову. В стороне от него, весь замотанный в ткань, пахнущий лекарственными мазями, лежал чистильщик. Тот самый, который убил его родителей и который посмел выжить. Сознание Рина помутилось от ненависти, мальчик с рёвом накинулся на мужчину. - Сдохни, сдохни! Ненавижу! Он колотил крошечными кулаками по чужой израненной груди. Чистильщик распахнул глаза, поражённо рассматривая бешеного ребёнка, пытавшегося причинить обидчику хоть какую-нибудь боль. Кто-то схватил мальчика за плечи и стал оттаскивать. - У нас не принято насилие! Успокойся, иначе свяжу! Рин, сквозь злые слёзы, взвыл: - Он убил маму с папой! Отпустите меня, он убил их! - Успокойся, дитя. Ты будешь подчиняться нашим правилам, либо мы лишим тебя свободы. Мы не хотим так поступать, но превыше всего мы ценим закон. - Плевать на свободу, я хочу домой… Мальчик обессилено опустился на пол. Лишь спустя несколько минут он набрался сил и смелости, чтобы оглянуться. Рин обомлел. Перед ним стояло существо, каких он раньше не видел: длинные, много длиннее, нежели у простого человека, руки, клыкастая вытянутая морда, густая шерсть и острые витьеватые рога. - Кто вы? Джэд, отошедший от жёсткого пробуждения, в неверии прошептал: - Лесовик... - Он самый, - существо нежно обняло Рина за плечи, - пошли, дитя. Тебе надо поесть. А ты, злой человек, будешь есть отдельно от остальных. Хоть мы и не позволим этому малышу испачкать руки в твоей гадкой крови, но, поверь, тебе здесь не рады. Единственное, что тебя спасло - наши древние законы, согласно которым, раненым путникам надо помочь. Рин с ненавистью уставился на мужчину, изо всех сил стараясь держать себя в руках. Лесовик успокаивающе погладил его по напряжённой спине. - Что ж, я думаю, пора нам друг другу представиться. Я Август. Какими именами вы названы, незнакомцы? Мальчик злобно прошипел: - Рин Гурвед, мне тринадцать лет. Живу... - от боли он задохнулся - жил. Жил в деревне Клэйк, что рядом с вековым лесом. Мужчина, стараясь игнорировать выражение лица ребёнка, пробормотал: - Джэд, чистильщик. Уничтожаю демонов. Таких как эта тварь. Август недовольно нахмурился. - Слышал я от других лесовиков, что есть такие ужасающие создания, как чистильщики. Но не думал, что слухи окажутся правдой. Это насколько надо быть слепым, чтобы не отличать обычное человеческое дитя от жестокого демона. - Он притворяется! Это лицемер! - Демон не в состоянии изображать человеческие эмоции. Чему вас в вашей Обители учат?! Демонам не знакомы ни слёзы, ни смех. Лицо Джэда превратилось в гримасу ужаса. - Ты врёшь... Да, ты всё врёшь! Ты ведь тоже не человек, вы заодно! Лесное создание отшатнулось от озлобленного мужчины. - Ты глупец, который не видит правды перед собственным носом. Ты убил невинных людей и вёл охоту за несчастным ребёнком. Кто из нас монстр? Джэд стиснул кулаки, готовый в любой момент накинуться на лесовика. Как он смеет?! Это создание не видело тех ужасов, что видел Джэд. Как маленькая, казалось бы, такая невинная девочка, похожая на Ангела бесстрастно вонзает нож в спину своей родной матери в тот момент, когда женщина, рыдая, загораживала "своё дитя" от чистильщиков. Какие глаза были у несчастной женщины! Понимание, что её ребёнка никогда не было, ведь большая часть демонов овладевает людьми уже в материнской утробе. Что вся жизнь была обманом. Что душу её настоящей дочери жестоко искромсали и сожрали. Я никому бы не пожелал смерти такой, какая постигла эту бедную женщину. И после такого лесовик утверждает, что я не отличаю демона от обычного ребёнка? Обитель всегда оказывалась права. Её утверждения - незыблемая истина. Обитель сказала, что Рин Гурвед - демон. Говорилось также, что родители его об этом знают, только хранят молчание от всех. Значит, надо изничтожить зло вместе с пособниками, пока не пострадали невинные люди. Если высшие так сказали, значит это правда. Значит, так оно и есть. Джэд стиснул кулаки, всё ещё не успокоившись после слов Августа. "Мне хватило случая с этой тварью, когда я отчаянно защищал дрянную девчонку. До сих пор тошно. Я кричал, что это невинное дитя, а "дитя" в этот момент злостно ухмылялось, находясь в моих объятиях". - Вам, лесовикам, не понять. Вы не выходите за пределы своих земель и вы не видели мира. О вас почти никто ничего не знает, лишь ходят слухи, да глупые детские сказки. Не смейте судить нас, кто всеми силами защищается от тёмных монстров. Существо надменно посмотрело на чистильщика. - Возможно. Но никто не может настолько тонко ощущать присутствие тьмы, как мы. Мальчик совершенно чист, смирись. И уйми, наконец, свою гордыню. - Нет никакой гордыни. Я просто не доверяю демону, - Джэд устало откинулся на подушку, набитую приятно пахнущими травами. Август печально вздохнул, положил ладонь на плечо Рина и направился к выходу. Уже у двери он остановился, и не оборачиваясь, произнёс: - Оставайся здесь. Такому как ты не место за общим столом. Рин жадно вгрызался в сочный плод дикого яблока. Злость клокотала в мальчике, хотелось встать и начать крушить всё вокруг. Хоть он и был благодарен лесовикам, но то, что они не позволяли совершить ему справедливое возмездие, отзывалось в сердце болью. Попытавшись доказать что-то Августу, мальчик наткнулся на крепкую стену упрямства. - У каждого своя справедливость, дитя, - лесовик ласково потрепал Рина по волосам, - Джэд думает, что поступает справедливо, убивая "демона". Ты думаешь, что поступишь справедливо, убив Джэда во имя мести за родителей. У нас тоже своя справедливость. Мы считаем, что на нашей земле не должно быть распрей. Здесь есть лишь леса, звери и бесценные мир со спокойствием. И здесь мы не позволим пролиться ничьей крови. Пока вы у нас, будьте добры подчиняться нашей справедливости. Мальчик оттолкнул от себя приобнявшее его существо. - Не смей... Не смей меня трогать, словно мы друзья! Если вы не позволяете отомстить мне, то выпустите нас. - Очнись, мальчик. Выйдете за границу наших земель, так ты пикнуть не успеешь, как будешь убит. Во взгляде Рина было отчаяние. Рядом, вот только руку протяни, убийца матери и отца. А он не может отомстить! Всего лишь из-за каких-то излишне миролюбивых созданий из сказок! Внезапно сзади раздались тяжёлые шаги. Мальчик и лесовик оглянулись. Перед ними, натянутый, как струна, стоял Джэд. - Я решил, что пока не буду пытаться уничтожить демона. В благодарность за ваше гостеприимство. Но если он только попробует сделать что-то подозрительное... - Тогда мы сразу выгоним тебя. Такая благодарность нам не нужна, - сурово ответил мужчине Август. Рин, незаметно для себя, вцепился в край одеяния лесовика. Тот заговорил чуть мягче: - Пока выздоравливайте, вы всё ещё слабы. Это чудо, что вы вообще выжили в такой гневной реке. Значит, Сущее посчитало вас достойными. Это единственная причина, по которой мы сохранили тебе жизнь, Джэд, грешное дитя прогнившей Обители. Мужчина зло скрипнул зубами, но промолчал.