Падение

В легкие попал песок, царапая их мелкими песчинками изнутри, в них распустилась ледяная роза, впившись в нежные ткани острыми краями своих лепестков, похожих на тонкие лезвия бритвы. Это почти как смерть, только немного по другому. Потому что умереть повторно нельзя. Это скорее конвульсии полуразложившейся души. Внезапно обнаруженный пульс у валяющегося в морге уже не первый месяц трупа. И боль не такая как при ушибе или порезе. Она хуже. Она грызет изнутри так, что хочется орать во весь голос и биться об стену. Из Эрена будто что-то рвалось. Что-то чужеродное, неправильное, желающее порывисто обнять Леви, погладить по щеке. Говорить с ним так долго, как это только возможно. Пока голос не сядет. Леви казался таким… родным. За эти несколько мгновений, что они стояли рядом, он показался далеким и одновременно невероятно близким. Будто они знали друг друга когда-то безумно давно, а теперь встретились, но совершенно ничего не помнят. Или же не помнит только один. Эрен с интересом и долей ужаса из-за нахлынувших чувств разглядывал Леви, отмечая каждую мелочь, будто пытаясь впитать в себя его образ. Серый глаз, похожий на застывший осколок льда, наверняка послужил причиной крушения множества кораблей в этом беспокойном океане жизни. Уж слишком он завораживающий, пронзительный. В нем подобно разрядам молнии посверкивают стальные нотки, будто проглядывает внутренней железный стержень, не дающий сломаться, заставляющий держать спину ровно, а голову высоко поднятой. Он ниже альфы, а смотрит будто бы с высока. С недостижимых небес, куда дорога только ангелам. И если Эрен взлетит, достигнув своего потолка, то сможет лишь слегка докоснуться до подошвы сапог омеги. Стать выше него невозможно. Повязка, закрывающая второй глаз кажется слишком грубой для этих изящных черт. Как черная, неаккуратная клякса на прекрасной картине. Она лишняя, чужеродная, делающая образ более жестким и… загадочным? Да, именно так. Создается ощущение, будто второй стальной омут просвечивает сквозь преграду, неотрывно следя за каждым движением Эрена, просчитывая его действия наперед. От этого становилось немного не по себе, а по спине пробегал неприятный холодок. Чуть изогнутые в надменной усмешке губы кажутся произведением искусства. Мраморным шедевром. Лучшим творением в мире. Правда рваная ссадина тянущаяся от них и по щеке до виска кажется немного неуместной и в тоже время самой важной деталью, приковавшей к себе взгляд. Омеги всегда следят за идеальностью своей кожи, ни с кем не дерутся, ведут себя осторожно. Если все же поранились, то прячут повреждения. А Леви будто специально выставляет их напоказ, чтобы все видели. Сразу понятно, не неженка. Такой при виде трупа не убежит с воплями ужаса, а уж скорее окинет его безразличным взглядом, не испытывая ни капли жалости и страха и перешагнет его, идя дальше. Решено, Эрену он понравился. На него можно потратить усилия. Возможно убить в итоге, но это не точно.  — У тебя что-то на щеке, — да, отличный способ начать кадрить омегу. Эрен просто идиот, притом полный. И вообще, вдруг у него уже есть альфа? Он же только что мило болтал с тем блондинистым ублюдком. Эрвином, кажется. Да и с Жаном у него довольно тесные отношения. Эрен скрипнул зубами от внезапно нахлынувшего необъяснимого прилива ревности. Леви слегка приподнял бровь, а опуская ее, будто опустил с ней целый мир. Сердце пропустило удар и забилось чаще. Неужели все настолько серьезно. Этот вид аритмии неизлечим. Он зарождается под кожей, растворяется в крови, ударяет сильными импульсами в мозг, подталкивая на безумные поступки. Похоже Эрен нашел свой идеал омеги. Гордый, холодный, недоступный. Прекрасное сочетание. Либо же омега сам его нашел, это как посмотреть. Леви коснулся кончиками пальцев своей щеки, практически совсем не поменявшись в лице, провел по кровавой корочке.  — Неужели не переносишь вида крови? — насмешка, — А я-то думал, что альфы ничего не боятся. Похоже вы только хвастать горазды. Бархатный голос ввинчивался в голову раскаленными иглами. Он будто пытался пробудить какое-то очень важное, но заледеневшее и покрывшееся пылью воспоминание. Нравится. Очень нравится. Хочется схватить этого Леви, запереть, чтобы никто не нашел, чтобы ни чьи взгляды, не касались своей липкостью этой красоты, посадить на цепь, чтобы не сбежал. Отрубить ноги и руки, чтобы был беспомощен и нуждался в постоянной заботе. Кормить с ложечки, нежно трахать и целовать. Чистая романтика. А Микаса пусть идет лесом. Ей здесь не рады, она уже давно должна сгинуть. Леви сделал шаг вперед и почему-то взял Жана за руку, вызывая этим простым и по сути невинный действием бурю негодования в душе. Чем вообще этот конь лучше Эрена? Лошадь так и останется лошадью во что не одень. Неужели у омеги такой отвратный вкус? Это срочно необходимо исправить.  — Эрен, похоже тебя культурно отшили, — расхохотался Жан, явно довольный таким поворотом событий. Равновесие души окончательно нарушилось. Альфа начал медленно загораться, пока что только тлея угольками изнутри, но в любой момент готовый взорваться неукротимым пожаром, неконтролируемой стихией, которую никому не подвластно остановить и утихомирить.  — Я бы хотел с вами поговорить. Наедине, — Леви немного нервно дернул плечом, словно пытаясь скинуть невидимую руку.  — Со мной? — изумился Эрен, никак не в силах считать намерения омеги.  — И с Жаном. Ну так как? Или боитесь, что я вас съем? Тебе то вообще нечего волноваться, я падалью не питаюсь, — голос прозвучал немного неуверенно, будто эта фраза далась Леви с трудом и была произнесена только для поддержания образа снежной королевы.  — Это правильно. А то еще отравишься трупным ядом. Жаль будет терять такую красоту, — альфа очаровательно улыбнулся. Леви проник под кожу, захватил мозг, подчинил его себе. Заставил дыхание сбиться с ритма. Он не был особенным, но был необычным. Странным, непривычным и нелогичным. Он заходил за общие рамки, не подчинялся законам. Он был тем самым единственным исключением из железных правил. И это подкупало. Заставляло замазоленный на однотипных безвольных куклах взгляд задержаться, поймав нечто новое. Он как новый волшебный вкус мороженного на жарком, заполоненным потным и безликим народом пляже. Тает на языке холодом, завораживает, заставляет хотеть себя, желать с необычайной силой. Запах мяты буквально въелся в ноздри, дразня. Эрен чувствовал себя диким зверем, нашедшим добычу. Хотелось наброситься на него, растерзать зубами, впиться жестоким укусом в шею, оставляя метки, царапать когтями и вылизывать с ног до головы. Сразу убивать нельзя. Интересные вещи не должны покидать этот бренный мир слишком быстро. Леви качнул головой, показывая следовать за ним, и порывисто развернулся, задев Эрена краем рукава, обдав волной умопомрачительного, такого до боли родного и знакомого запаха мяты.  — Ты и правда собираешься пойти с ним? — Микаса крепко ухватила альфу за локоть, не давая сдвинуться с места.  — И что дальше?  — Подумай хорошенько, вдруг он убийца, специально подосланный твоими врагами, — ее шепот был сродни шипению гадюки. Разве что яд с клыков не капал. Леви обернулся через плечо, внимательно наблюдая за происходящим. Жан растерянно хлопал глазами.  — Омеги не способны на убийство, — резонное возражение.  — Обычные да, но не этот, — и чего она так прицепилась?  — Микаса, ты чего? Перегрелась что ли? — Жан положил ладонь на лоб девушки, второй конечностью щупая свой собственный, — Да нет, одинаковая температура… Не волнуйся ты так, вдвоем мы с легкостью скрутим этого твоего киллера. Все путем, — неужели это свершилось? Жан сказал умную вещь. Нужно выпить по этому поводу стакан сока. Девушка недовольно сощурилась, явно злясь. Но и Эрен начинал уже раздражаться.  — Хватит уже придумывать всякую ересь. Меня не будет минут пять, — альфа вырвался из хватки и шагнул к Леви, — Что ты там хотел? Омега не ответил, резко сорвавшись с места и помчавшись вперед, легко маневрируя между людьми. Эрен с Жаном немного помедлили, впав в замешательство от неожиданности, но практически сразу пришли в себя и ринулись следом, стараясь не выпускать из поля зрения узкую спину и в то же время не врезаться в путающийся под ногами народ. Поворот, еще один. Кажется Эрен сбил кого-то с ног, но это мелочи. Сейчас это совсем не важно. Прямо перед носом возникла скрытая дверь на балкончик. Если не знаешь о ее существовании, вовек не найдешь. И откуда только у Леви информация о ее существовании. Рывок вперед. Они чуть не застряли вдвоем вместе с Жаном в узком проходе, с трудом протиснувшись вперед. Тонкая рука с изящными пальцами захлопнула за ними дверь. Леви прошел вперед, к перилам, облокотившись о них и смотря вдаль. Явно не зная с чего начать разговор и старательно подбирая нужные слова. Он судорожно закусил нижнюю губу и чуть свел тонкие брови. Эрен вдохнул полной грудью свежий воздух. После удушливой залы он казался особенно сладким, божественным. Черный бархат неба словно поглощал все звуки, погружая пространство в загадочную тишину. Времени было много, а торопить омегу совсем не хотелось. Пускай этот момент длиться вечно. Вот только Жана можно убрать… Кстати о нем.  — Ты сказал он твой друг. Но кто он такой? — одними губами спросил Эрен, наклонившись к уху недоврага.  — Ты слышал о кровавой невесте министра? Так вот это он и есть, — так же тихо отозвался парень. Так это он? Эрен склонил голову, вглядываясь в стройную фигуру. Тот самый, которому альфа, умерший при совершенно непонятных обстоятельствах, оставил все свое состояние, потряся этой новостью весь высший свет. Какой-то омега вдруг получил такое богатство и свободу, это же ни в какие ворота не лезет.  — И как он это провернул? — любопытство мучило несчадно. Эрен не сомневался, что именно Леви повинен во внезапной гибели своего жениха.  — Я готовлю очень вкусный чай, — спокойно ответил омега, — Очень вкусный. Альфа опешил, поперхнувшись воздухом. Он реально сейчас не ослышался? Леви на полном серьезе признал свою вину? Да еще так легко, с пренебрежением. Этот омега точно должен принадлежать Эрену и никому больше. Они подходят друг другу просто идеально. Дьяволы и шизофреники должны держаться вместе.  — Шестьдесят, пятьдесят девять, — внезапно начал считать Леви в обратном порядке. Это звучало жутко. Слова звенели в воздухе, растворялись в бескрайнем ночном небе. Казалось то шепчет неупокоенный призрак, предрекая скорую смерть, — Пятьдесят восемь, — тонкие губы практически не шевелились от чего казалось будто омега говорит, не раскрывая рта.  — Что ты делаешь? — Жан схватил Леви за плечи, встряхнув, — Что это значит?  — Именно из-за этого я вас и позвал сюда. Через минуту все находящиеся в зале умрут. Воцарилась тишина. Эрен мысленно аплодировал, пораженный до глубины души. Стрела амура глубже вонзилась в сердце, распространяя свой любовный яд.  — Что?  — Воздушные шарики. Мы перед праздником выпустили из баллонов гелий, чтобы осталось не больше одной трети, только для того, чтобы шары поднимались вверх, а затем добавили в одни пропан, в другие белый фосфор, в третьи кислородно-ацетиленовую смесь. Когда шары взорвутся, распираемые газами, белый фосфор зажжет высвободившийся пропан и превратится в расплавленную жидкость, падая на людей, собравшихся внизу. Термический эффект поразит горло и легкие, а взрыв разрушит целый квартал, — пояснил Леви, почему-то говоря о себе во множественном числе, — Вот поэтому нам надо как можно быстрее отсюда уходить.  — Там же Микаса! — схватился за голову Жан. Он отшатнулся, запнулся о собственный ноги, чуть не упав, и бросился в зал, чуть не выдрав дверь с мясом. Эрен видел, как по пути он вытащил из кармана платок и, вылив на него вино из попавшегося под руку бокала, прислонил его к лицу. Принялся выискивать девушку. Эрен хмыкнул, толкнул ногой дверь, отгораживая себя от смертоносных шариков.  — Неплохо придумано, — одобрил альфа, подошел ближе к слегка сжавшейся фигурке, — Вот только зачем? Смысл?  — Разве нужен смысл, чтобы кого-то убить? — вопросом на вопрос ответил Леви, стискивая до побеления костяшек перила. Его грудь вздымалась прерывисто, глаз расширился. Казалось он готов сорваться за Жаном, чтобы остановить его, спасти.  — Наверное нет. Но ты не выглядишь человеком, убивающим ради удовольствия, — рука потянулась вперед, легко коснувшись острого плеча, — Ну так как?  — Что насчет того, что меня бесит Микаса и я решил ее убить?  — И чтоб она прихватила с собой на тот свет кучу народа? Я, конечно, не жалуюсь, идея шикарная, я и сам от нее волком вою, но уж очень рискованная. Вдруг ей приспичит в туалет и она упустит момент своего убийства? И Жан, между прочим, побежал ее спасать, это тоже камень в твои ворота. Зачем ты ему все спалил? Только испортил весь сюрприз.  — Значит надо будет придумать что-то еще, — выдохнул Леви и отчаянно, обхватил себя руками за плечи, поглаживая, будто пытаясь успокоить. Эрен откинул голову назад, задумчиво потер переносицу. Эта ситуация его забавляла. Еще и возможный бонус в виде смерти Микасы не мог не радовать. Вот только поступки Леви он никак не мог расшифровать, понять его намерения и мотивацию.  — Почему ты решил спасти меня и Жана? — эта мысль не давала покоя. Должна же быть причина. Если Жана еще можно как-то объяснить, ведь они типа друзья, то свое избавление от смерти причислялось к роду фантастики. Тут и Шерлок Холмс голову сломает, но до правды не доберется.  — Жан очень хороший человек. Он много для меня сделал, — немного помолчав, отозвался омега напряженно. Он сунул руку в карман штанов, выудив пачку каких-то таблеток, и залпом проглотил несколько из них. Успокоительное, наверное, — А ты… ты другое дело. Я привык к тебе. О любви уже говорить глупо, но с тобой спокойней, понятней. Я неплохо тебя изучил и неожиданностей ждать не придется.  — Между нами что-то было? — Эрен слегка нахмурился, понимая, что ни черта не помнит. Осознание того, что он не властелин своей жизни неимоверно бесила.  — Ты мне космос обещал.  — Серьезно?  — Нет. Разве что качественное расчленение — этого сколько хочешь, — горькая усмешка. Жана уже не было слишком долго. Думать о худшем не хотелось, но выбора не было. Скорее всего он уже не вернется. Да и им самим пора убираться отсюда. Эрен придвинулся к Леви вплотную, так, что смог слышать бешеный стук его сердца, ощущать прерывистое дыхание, чувствовать призрачное тепло кожи.  — Пойдем отсюда, — предложил альфа, заговорщическим шепотом, — А то еще погибнем или обзаведемся ненужные свидетели, придется и их устранять. Да и вообще шары уже начинают наступать сюда, видишь, — альфа подскочил к двери и резко распахнул ее. Почему-то казалось, что сейчас еще не вырвавшиеся ядовитые пары должны тут же окутать альфу плотным облаком, запершить в горле, поползли по носоглотке, иссушая слизистые оболочки. Эрен надрывно закашлялся, представляя это отвратное чувство и осознавая, что он ведет себя глупо. В плечи вцепились тонкие пальцы, рванув назад, оттаскивая от опасного места. Над ухом захрипел голос Леви, который почему-то решил сделать вид, что ничего не произошло.  — Хочешь запытать меня до смерти в ближайшей подворотне, — не вопрос, а утверждение. Интересные у него суждения об Эрене. Хотя, они довольно близки к правде. Но пока альфа не собирается убивать этого неадеквата. Уж очень он понравился его чертям.  — Заманчивое предложение. Рассмотрю его на досуге. Ну, а пока пойдем ко мне.  — Трахаться с тобой не буду, — категорично заявил омега. Но не отказался от предложения. Во всяком случае не сказал своих возражений и претензий вслух. Эрен, уже чувствуя себя победителем в их маленьком поединке, вспрыгнул на перила, прикинув расстояние до земли. Приземление будет далеко не мягким, но вполне приемлемым. Если повезет, они себе ничего не сломают. Альфа нащупал ногами выступ, укрепляя свое неустойчивое положение. Галантно подал руку Леви, помогая ему встать рядом, придерживая его и внезапно осознавая, что дыхание омеги участилось, стало резким и прерывистым, будто ему не хватало воздуха. Это насторожило. Что-то было не так, неправильно. Омега не должен так дышать. Он же не бежал и не делал никаких физических нагрузок. Хотя, может он боится высоты? Это предположение почему-то позабавило, заставив несдержанно фыркнуть, вызывая тень легкого недоумения на бледном лице Леви. Точнее уже не совсем бледном. По щекам омеги расползся нездоровый румянец, будто по коже провели кистью, измазанной красной краской.  — Давай, прыгаем насчет три, — предложил Эрен, — Раз…  — Три, — внезапно выдал Леви рванув вперед без предупреждения, утягивая за собой и альфу. Это было внезапно. Эрен даже понять ничего толком не успел, как уже обнаружил себя лежащим на земле с раскинутыми в стороны руками. Тело болезненно ныло от удара. Немного повернув голову в бок, альфа сумел сфокусировать взгляд на лежащем рядом омеге, который неестественно, болезненно скорчился, обхватив руками живот. Сдавленный хрип, коснувшийся напряженного слуха, совсем не понравился Эрену. Альфа рывком сел, невольно скривившись. Спину прострелило, ушибленный затылок заныл. Странно что вмятины в черепе нет. От такого удара никому не поздоровится, даже железные палки погнуться, что уж говорить о хрупких костях. Эрен, пошатываясь, подполз к омеге, замерев возле него. Он не знал что делать, как себя вести. Убивать он может, спасать — нет. Возможно и правда лучше прикончить этого омегу и не париться? Нет, так нельзя. Редкие экземпляры нельзя уничтожать, их надо изучать и беречь. Эрен немного грубовато коснулся лица Леви, чувствуя под пальцами липкий пот. Кончики обожгло, практически расплавив ногти. Альфа невольно отдернулся. Ему показалось, что омега горит, полыхает ярким пламенем. Невидимым, но несмотря на это очень жарким. Помутневший серый глаз с трудом устремился на него. Тонкие губы искривились в мучительной гримасе боли. У Эрена руки дрогнули. Во рту все пересохло. Впервые за всю его жизнь срабатывал инстинкт альфы, направленный на заботу об омеге. Он спал много лет в недрах сознания, не обращая внимания на боль слабых существ, на изнасилования, пытки, убийства и вдруг проснулся, увидел Леви и включил сигнал тревоги. Как-то глупо получилось. Как в дешевых романчиках, где главный герой влюбляется в свою истинную пару с первого взгляда. Тогда казалось, что все это неправдоподобный бред. Теперь же Эрен готов поверить в это, признать, что такое вполне возможно.  — Ну и мерзость, — альфа вытер руку о собственные штаны. Слова как всегда расходились с мыслями.  — Тебя никто не заставляет меня трогать, — сквозь плотно стиснутые зубы процедил омега и внезапно обмяк, расслабляясь, пропуская через себя разряды боли. Медленно сел, выпрямившись, коснулся виска. Немного помедлил и наконец решительно поднялся, шатаясь как пьяный, смотря куда-то мимо Эрена. Было отлично видно с каким трудом ему даются эти простые действия, как невероятно много сил уходит на каждое даже легкое движение. Хотелось податься вперед и подхватить омегу на руки, не позволить насиловать свой организм. Но разум твердил, что это неразумно. Они друг другу никто и Эрен не обязан ему помогать. Лучше просто понаблюдать со стороны. Подождать пока Леви потеряет сознание или рухнет от изнеможения и только тогда сделать попытку помочь. Но не раньше. Эрен тоже поднялся, поправив одежду. Задрал голову вверх, смотря на покинутый уютный балкончик. Как жаль, что стать свидетелем восхитительного зрелища, происходящего в зале, не удастся. О таком огромном количестве мертвецов за раз можно только мечтать. А тут как на зло их нельзя коснуться, почувствовав себя великим художником, подправить черты, расчленить тела на куски. Это неимоверно бесит. Леви устало зашипел, покачнулся, как тростник на ветру и, наверное, если бы Эрен его не поддержал, крепко обхватив руками за плечи, безвольно упал бы на равнодушный асфальт. По маленькому телу прошла судорожная дрожь, передавшаяся и тесно прижавшемуся Эрену. Они будто стали одним трепещущим организмом, нервные окончания срослись, деля внезапный приступ боли на двоих, кровеносные сосуды переплелись, образуя общую систему. В этот момент они были как сиамские близнецы. Ничто не способно их разъединить, разве что острый топор, который безжалостно разрубит плоть и убьет их обоих. Ведь тело теперь одно на двоих. Эрен прижал омегу теснее к себе, с наслаждением вдыхая пьянящий запах мяты, от которого кружилась голова и мутнело в глазах. С некой не присущей ему осторожностью поглаживая хрупкое существо по спине, мягко ведя ладонью вниз по позвоночнику, от лопаток к копчику и обратно, альфа чуть склонил голову, заглядывая в холодный глаз, будто покрытый изнутри ледяной коркой.  — Все в порядке? — риторический вопрос, не требующий ответа. И так ясно, что все совсем не в порядке.  — Наверное, надышался газа, вот и шатает, — слишком неправдоподобная ложь. Она сродни фантастике. Ведь не было еще никакого газа. Любой альфа бы раскусил фальшь просто подойдя ближе. А Эрен стоял прямо впритык. И пусть голос оставался спокойным и безразличным, с посверкивающими нотками стали и льда, слабое тело предавало своего хозяина. Оно трепетало и горело, крича о беззащитности и доступности. Бери кто хочет, оно готово отдаться первому встречному, только бы унять этот жар внутри. Омега был как настоящий огонь. На его лбу посверкивал бисеринками пот. Губы слегка приоткрывались, с жадностью глотая отрезвляющий свежий воздух, практически захлебываясь им. Альфа нагло скользнул рукой ниже, к упругим ягодицам, ощутив пальцами влагу, уже насквозь пропитавшую брюки. Леви протестующе дернулся, упираясь руками в грудь альфы, отталкивая его, стискивая ноги сильнее между собой, отчаянно вжимая их друг в друга, давая молчаливый отказ. Альфа судорожно облизал пересохшие губы. Феромоны ударили в голову. Жар навалился со всех сторон будто пытаясь задушить. Член заинтересованно дернулся, начиная вставать, натягивая ткань штанов. Вопрос с какого хрена у Леви течка началась так резко и внезапно, потонул в похоти. Такое с Эреном было впервые. Раньше он, конечно, встречал течных омег и довольно много. Но никто и никогда не вызывал в нем такого цунами чувств, такого невыносимого возбуждения и желания повалить и трахать долго и тягуче, наслаждаясь процессом. Возможно дело в том, что Леви находится слишком близко к нему, или что этот омега ему очень подходит, поскольку и глазом не моргнув уже практически прикончил столько людей разом, вызывая восхищение. А может все еще проще и Эрен просто хочет секса и не важно с кем, главное жарко, долго и умопомрачительно, ведь Микаса постоянно дает ему отворот поворот. Эрен с напором протиснул руку дальше, поглаживая промежность через ткань, чувствуя как ладонь покрывается скользкой, липкой смазкой. От этого сносило крышу. А когда слуха коснулся тихий всхлип, сходящего с ума от страсти омеги, мир вообще помутнел, отодвинувшись на второй план. Не осталось никого и ничего. Только Леви. Такой невероятно родной, хороший, вкусный. Такой теплый, желанный и совсем беспомощный.  — Я не хочу, — настоящая сталь, притом закаленная. Такую так просто не сломать и не согнуть. Эрен зло сощурился, все же позволив отстраниться. Разочарованно глядя на неправдоподобно прямую спину и плотно сжатые губы. Гордый. Даже интересно. Омеги обычно не выдерживают, срываются. Если их не оттрахать как следует, ползают на коленях, умоляя отыметь их. Жалкое зрелище. Этот же наоборот отталкивает горячего и сексуального альфу, от которого все телочки текут. Это немного задевает и бесит. Конечно, сейчас Эрен с легкостью может настоять на своем, заломить омеге руки за спину, повалить его, придавив к твердой поверхности всем своим весом и отыметь, чтоб не чувствовал ног, чтоб сорвал голос. Он ведь даже нормально сопротивляться не сможет. Но изнасилование — это все же не то. Альфе хочется, чтобы Леви сам его об этом попросил. Чтобы целовал его ботинки и захлебывался слезами, упрашивая вставить. За неделю пока длится течка он может и сдать позиции. Уж Эрен всеми силами постарается сделать так, чтобы это произошло.  — Представляешь, я тоже тебя не хочу. Почувствовал влагу, подумал, что ты обоссался, вот и решил проверить, — откровенная издевка. Альфа уже чувствует себя победителем. Леви дергается, словно от пощечины. Его плечи тут же опускаются, поникнув. Он мучительно закусывает нижнюю губу. И Эрену кажется, что это довольно мило. Трогательная морщинка пролегает между бровей.  — Очень смешно. Ну и отвратное же у тебя чувство юмора, — Леви по прежнему выглядит спокойным, но альфа все равно ощущает его первобытный, животный страх, его отчаяние и боль. Хрупкое тело сильно содрогается и смазка начинает выделяться с новой силой, уже пропитав насквозь брючины с внутренней стороны и падая вязкими каплями вниз. Леви тихо вскрикнул, отшатнувшись назад, врезавшись спиной в стену и медленно сползя по ней. Его ломало изнутри. Выкручивало суставы, сжигало внутренности. Ему было больно. Очень больно. Эта боль просвечивала в каждом жесте, в каждом движении. Леви уткнулся лбом в свои колени, сильно зажмурился и зло заскулил. Эрен смотрел сверху вниз на скорчившееся создание у своих ног. Он видел каждый судорожный изгиб тела, ловил каждый тяжелый, хрипловатый вздох и будто сам начинал задыхаться. Альфа, не совсем осознавая, что делает, присел на корточки перед омегой, поравнявшись с его лицом. Осторожно коснулся пальцами бледной щеки, заставляя поднять голову и посмотреть на себя, изучая азбуку агонии в чертах Леви. Омега хотел его, нуждался в нем. Тело жаждало секса и, находясь в непозволительной близости от альфы, сходило с ума. Каждая мышца тела была напряжена. Казалось Леви сейчас кинется Эрену на шею, но он этого не делал, царапая рукой свою щеку, пытаясь придти в себя. У альфы взгляд помутнел. От этого ярого сопротивления, от этого отчаянного отказа и откровенного самобичевания, волны возбуждения накатывали с новой силой, постепенно превращаясь в цунами. Эрену уже самому еле удавалось контролировать себя. Неосознанно он начал поглаживать омегу по бедру, успокаивая, пытаясь приласкать его, задобрить.  — Если хочешь поиздеваться, найди себе кого-нибудь другого, — зло прошипел Леви, вскинув голову. Он медленно сползал по стене, не в состоянии сидеть ровно.  — И не собирался, — хмыкнул Эрен. По телу омеги прошли судороги. Он выгнулся до хруста в пояснице, уперся затылком в каменную кладку, заизвивался подобно змее. Наверняка в постели он просто восхитителен. Эрен завороженно замер. Затем подался вперед, приникнув губами к бледной шее, вылизывая ее, с наслаждением собирая языком капли пота, отдающие солью. Прикусил ниточку пульса, буквально вгрызаясь в нее, вслушиваясь в этот поток жизни, прощупывая его, ловя мелкие удары, теряясь в шуме собственной крови, текущей по венам. Леви сладкий, волшебный, самый лучший. Его можно обожать до безумия, до цветных кругов перед глазами, до умопомешательства. Он как наркотик, от которого, раз попробовав, уже не возможно оторваться.  — Вы что, совсем спятили! — прервал их идиллию резкий голос, — Эрен понятно, что немного тормоз, но Леви, ты-то куда?! Скажи спасибо, что я сказал тебе неточное время. У нас еще несколько мгновений до конца представления. Можете начинать молиться. И запрыгивайте уже ко мне! Альфа порывисто обернулся, уставившись на незнакомого парня, распахнувшего дверь немного потертой машины.  — Ну? — грозно поторопил незнакомец, сделав устрашающий вид. Эрен не стал спорить или задавать лишних вопросов и тут же подорвался с места, схватив на руки еле живого омегу и запрыгивая на заднее сидение. Только он захлопнул за собой дверцу, как новый знакомый с силой вдавил в пол педаль газа и они рванули с места. Всех дружно вжало в спинки, практически расплющив. Парень же как ни в чем не бывало продолжил:  — Шарики в полной боевой готовности. Все просто идеально. И еще ты как, Леви, сделал, что я просил? — взгляд в зеркальце на недовольно нахмурившегося омегу, который дышал очень тяжело, надрывно, — Видимо сделал. Как тебе то успокоительное, впечатлило?  — Фарлан, — выдохнул Леви зло, — Я тебя прикончу, — он даже вроде попытался претворить свои слова в жизнь, подался вперед, но его тут же повело. Омега упал обратно на сидение и Эрен получил законную возможность полапать его, придерживая, чтобы на резких поворотах он не ударялся о дверцу.  — Ага, я тоже тебя люблю. И не пали контору, потом все обсудим, — он резко выкрутил руль в бок, резко поворачивая, — Думаю, веселье уже началось. На этих словах Эрен будто бы услышал звук лопающегося шарика. Он перевел взгляд на Леви. Убрал с его лица прилипшую прядь волос и сделал вывод, что в вино был подбавлен афродизиак или того хуже какой-то спецефичный и очень извращенный яд. Иначе чем объяснить такие внезапные приливы нежности и страсти. Это ведь ненормально. Особенно для Эрена. Еще немного они гнали с бешеной скоростью, а затем сзади раздался оглушительный взрыв. Казалось барабанные перепонки лопнут и из ушей польется кровь. Их дружной компании в спину прилетела ударная волна неимоверной силы. Машину бросило вперед. В этот же момент Эрен, действуя скорее по зову инстинкта, чем рассудка, прижал Леви к себе и крепко вцепился в сидение. Транспорт бешено завертелся наподобие юлы, несколько раз перевернулась, заставляя своих пассажиров обзавестись кучей новых синяков и шишек, и наконец замерев на боку. Больше ничего не произошло. Они все-таки выбрались из опасной зоны.  — Все, дальше сами, — Фарлан смахнул с лица кровь, сочащуюся из рассеченного лба, — А то мне еще Изабель из дома забирать. Мы вас позже нагоним, — он пинком открыл дверцу, находящуюся теперь над головой, и, подтянувшись, выбрался наружу. Он махнул на прощание рукой и исчез в темноте.  — И что это было? — озадаченно осведомился Эрен, — А главное кто?  — Ужас, летящий на крыльях ночи. Не обращай внимания, — Леви дернулся, пытаясь подняться. Он выглядел вполне целым и не пострадавшим, — Я пожалуй тоже откланяюсь.  — Омеге опасно оставаться одному на улице, — перебил альфа заплетающимся словно после нехилой дозы алкоголя языком, с трудом умудряясь формулировать ускользающие обрывки мыслей в связные слова, — Пойдем ко мне.  — Нет, — проскулил омега, поерзав. Под ним растекалась лужа смазки, пачкая уже не только сидение, но и штаны самого альфы. Леви едва сохранял свой рассудок, утопая в похоти и боли.  — Почему? — расстроился альфа. Вот почему он такой упрямый? Понятно же, что у Эрена лоб тверже и он его переупрямит. Альфа потер немного порванный рукав, убеждаясь, что тоже не пострадал. Пара царапин не в счет.  — А как же Микаса… И вообще, ты меня сейчас трахнешь разочек, а потом сразу выкинешь как ненужную вещь, — практически полностью опущенные ресницы дрогнули. Леви явно старался запереть все чувства и всю боль в себе, но они против его воли вырывались наружу. Эрен вновь погладил омегу, чувствуя обрывки давно забытого сострадания. Леви слишком милый. Нельзя позволять ему страдать. А его страхи поистине детские. Он боится быть брошенным. Но в этом безжалостном мире все друг друга бросают. Глупые, безликие люди встречаются, пытаются построить отношения, а затем расходятся навсегда. Это закон современного общества. Чем больше партнеров — тем лучше, правильнее, удобнее. Если ты хранишь верность одному единственному, тебя не поймут. Эрен спал с бесчисленным множеством омег и почти каждой страстно шептал на ухо: «любимая». То же самое он скажет и Леви. Все повторится, как уже повторялось множество раз. Ведь Леви — это, на самом деле, не исключение из правил, а лишь их часть. Можно имитировать подобие верности только если тебе что-то нужно от твоего партнера. Но именно что имитировать. Вон, Микаса, например, спит иногда с Жаном, и что? Ревности нет и в помине. Все верно и правильно. Это вполне нормально. Эрен хочет перепихнуться с первым попавшимся под руку омегой, это тоже в порядке вещей. Вот только этот самый омега какой-то странный. Несмотря на то, что он наверняка сидел на коленях у многих альф, отдаваясь им целиком и полностью, все еще мечтает о чистой любви. Бредово как-то выходит. Неправдоподобно. И Эрен молчит, не отвечая. Ему просто нечего сказать. Да, он его бросит, да, как ненужную вещь, да, он вернется к Микасе, если, конечно, она выживет после такого насыщенного вечера. Но что в этой цепочке событий неправильного? Это ведь вполне ожидаемый сценарий, отыгранный много раз в других местах и с другими актерами. Леви мнет в руках край своей рубашки, будто пытаясь порвать. Ткань натягивается под тонкими пальцами, трещит. Омега стискивает зубы. В его взгляде мелькает отчаяние и безнадежная тоска. Он на пределе. Еще немного и самообладание полетит ко всем чертям. Альфа судорожно выдыхает и резко хватает омегу под руки, поднимая, выгружая из машины, спрыгивая на твердую землю и ставя его рядом. Под пальцами приятно-живое тепло трепещет, изящное тело сжимается, стараясь стать как можно меньше. Он как пушистый, испуганный котенок. Маленький дрожащий комочек. Безумно хотелось целоваться. Это желание возникло из неоткуда и сразу обрушилось сильнейшим водопадом. Просто Леви перестал терзать зубами губы и альфа смог их разглядеть. Тонкие, искусанные, манящие. Так и тянуло зализать ранки, собрать языком капельки выступившей крови. Можно даже целоваться не взасос, а так, просто касаться друг друга губами. Это тоже будет восхитительное чувство, как прыжок с Эйфелевой башни. О чем он вообще думает в такой ответственный момент? Дом взорван, Эрен разбился на машине, а теперь творит непонятно что. Омега качнулся от резкого движения. Его ноги поехали в разные стороны и Леви отчаянно схватил Эрена за шею, ткнувшись носом ему куда-то в район ключиц. Альфа трепетно замер, наслаждаясь этой близостью, этими волшебными мгновениями. Приобнял хрупкое существо, поддерживая, успокаивающе поглаживая по напряженной спине.  — Прошу прощения, я испачкал твою рубашку, — Леви завозился, пытаясь выкрутиться из сильных рук. Все еще продолжая бессмысленное сопротивление. Эрен не обратил на это заявление никакого внимания. Какая нафиг рубашка? Здесь проблемы посерьезнее. Мысли ворочались в голове, перекрывая одна другую. Микаса еще недавно говорила что-то о своем отце. Наверняка она, если выживет, еще не скоро вернется в их квартиру, так что можно смело притаскивать туда всех желающих. Леви не сможет отказать от этого приглашения. Альфа не позволит ему это сделать.  — Я тебя похищаю, — игриво заявил Эрен, рывком подхватывая омегу на руки, держа крепко-крепко. Леви не ответил, рефлекторно вцепившись в его плечи, чтобы не упасть. Альфа самодовольно посчитал это молчаливым согласием и твердым шагом направился прочь от места происшествия. Он успел пройти шагов сто, когда Леви внезапно задергался, вырываясь, и вновь потребовал отпустить. Это было немного обидно. Какой нормальный омега не захочет, чтобы его на руках поносил крутой и сексуальный альфа. А вот Леви не захотел, вынудив в конце концов поставить на землю. Хорошо хоть поддерживать разрешил.  — В какой ты гостинице остановился? — тихо, каким-то слабым голосом поинтересовался он, видно прикидывая сколько еще времени необходимо продержаться.  — Тебе это не поможет. Я забираю тебя в свою квартиру. Это не так далеко как ты думаешь. Всего лишь соседний город, — поспешил «обрадовать» омегу Эрен. Альфа и сам не совсем понимал почему решил отвезти его именно туда. Хотя нет, понимал. Просто оставаться здесь слишком небезопасно, а им нужна спокойная и тихая атмосфера дабы наконец поговорить по душам. Как жаль, что Эрен не на своей машине. Забирать транспорт Микасы, притом без спросу чревато очень неприятными последствиями.  — Куда я тебе сдался? — ошеломленно осведомился Леви, напряженно замерев.  — Похоже придется добираться попутками, — все еще думая о своем, протянул альфа.  — Ты не ответил на вопрос.  — Ты мне понравился, вот и все. Больше нет никаких причин, — Эрен пошел вперед, стараясь подстроится под темп еле передвигающегося спутника.  — Идиот, — сделал вывод омега, — Сейчас холодно. Как я с мокрыми штанами пойду? Давай, заворачиваем в ближайший отель и не паримся.  — Ну уж нет. Ты лишил меня жены. Кто теперь мне будет готовить? Вот, ты об этом не подумал. Придется тебе заняться этим, — на самом деле Микаса не умеет готовить. Всегда заказывает еду из ресторанов, либо ест вне дома. Но надо же было привести хоть какой-нибудь аргумент в свое оправдание, — А штаны можно посушить. Вон пожар какой шикарный, — альфа махнул рукой в сторону дыма, расплывающегося над городом. Леви несильно щелкнул альфу по лбу, но вступать в дискуссию не стал, сжав пальцами сильнее крепкое плечо. Сделал несколько судорожных вдохов и оттолкнул от себя Эрена, сделал попытку идти ровно. Получилось не очень хорошо, но все же получилось. Эрен с восхищением наблюдал за этими действиями. Леви сильный, независимый, странный и такой прекрасный.  — Ну и? В какую сторону идем? Я между прочим без понятия куда топать, — недовольно заявил омега. Эрен тут же стряхнул с себя наваждение и в два прыжка нагнал своего спутника. Они пошли вдоль по улице, направляясь к окраине города. Правда далеко им уйти не удалось. Омега остановился возле ближайшей витрины, разглядывая свое отражение в стекле. Увиденное его явно не вдохновило. Во всяком случае Леви недовольно поморщился и поспешно свернул в сторону, сбиваясь с заданного пути.  — Эй, ты куда? — возмутился Эрен, — Мы так не договаривались.  — Я с тобой вообще ни о чем не договаривался, — хмыкнули в ответ. Леви, пошатываясь, подошел к небольшому фонтанчику. Сейчас он не работал. Вода покрылась тонкой корочкой льда. Омега разбил ее и опустил руку в зверски холодную жидкость.  — Что ты собрался делать? — опешил альфа.  — А ты как думаешь? Я выгляжу просто кошмарно. Необходимо хоть немного привести себя в порядок. И дай сюда свой пиджак.  — Ты нормально выглядишь. Я бы даже сказал хорошо. Похож на кинозвезду, — Эрен выпутался из запрашиваемого предмета одежды и протянул его омеге.  — Да? И на какую же кинозвезду я похож? — приподнял брови Леви. Он мокрыми пальцами, расчесал слипшиеся от пота волосы, побрызгал лицо. Пиджак он обвязал вокруг пояса, частично скрывая сочащуюся смазку. Эрен растерялся. Он не знал что ответить. Слова сорвались просто так, без определенной конкретики и теперь выдумывать на ходу было очень сложно.  — На Лунтика, — ляпнул альфа первое, что пришло ему в голову. Леви обернулся на Эрена, расширив от изумления глаз. Его губы задергались, сдерживая смех. Он весело фыркнул.  — Эрен, ты превзошел сам себя, — кашель последовавший за этой фразой уж слишком сильно напоминал с трудом скрываемый хохот. Эрен раздосадованно отвернулся, засопев.  — Хватит плескаться. Идем уже, — грубо сказал он.  — Да не злись, — омега улыбнулся краешками губ, — Ты милый, когда несешь подобную чепуху.  — Правда? — Эрен сделал шаг вперед. Он наклонился и впился в губы омеги, почти тут же отпрянув, кривясь от боли и стирая капли крови, что побежали по подбородку. В плотно сжатых губах Леви блеснула булавка. И когда только успел достать?  — С кем попало не целуюсь, даже не надейся, — усмехнулся он. Альфа насупился, зло сверкнув глазами и сделал вторую попытку, уже не обращая внимания на впившуюся в плоть игру. Боль, кровь и восхитительный привкус мяты. Что может быть лучше.

***

Уже было раннее утро. Такси, послужившее средством передвижения до нужного места, сонно отправилось по своим делам. Эрен ввалился в квартиру, сразу захлопнув за собой дверь. От громкого звука всю дорогу проспавший Леви устало очнулся от своего полусна и несколько раз вяло моргнул, похоже пытаясь определить свое местоположение. Затем неуклюже соскользнул с сильных рук альфы, качнувшись и судорожно ухватившись за стену. Он выглядел измотанным. Как человек, который несколько недель подряд шел через пустыню без еды, воды и сна. Омега медленно пошел вперед, опираясь о стену, делая тяжелые шаги. Обычно так не ходят хрупкие создания. Их походка должна быть легкой, едва слышной, но никак не такой. Эрен быстро стянул ботинки, откинув их подальше в угол и поспешил за своим спутником, который ориентировался в его квартире уж слишком хорошо и похоже чувствовал себя как дома. Леви зашел в душевую, повертел краны и разочарованно выдохнул:  — Горячей воды нет, — Эрен не успел ничего ответить, поскольку омега уверенно прошмыгнул мимо. Следующая его реплика раздалась уже из кухни, — Принеси мне, пожалуйста, ведро воды, а лучше два. Греть будем. Как он вообще смеет командовать альфой? У омег же природой запрограммировано бесконечное подчинение и обожание. Так чего он опять прет против всех правил? Не будет Эрен потакать его прихотям. Нужна вода, пусть сам таскает. Все это обрывочно мелькало, пока Эрен придерживал ведро, в которое с шумом лилась ледяная струя воды. Как у Леви выходит им управлять? Притом так просто, без особых усилий, без криков и ударов по лицу. Он просто просит и от чего-то сразу тянет выполнить его просьбу. Это немного раздражает. Альфа, расплескивая воду, влетел в кухню, чуть не сбив Леви с ног. Омега чудом устоял на подкашивающихся ногах, судорожно схватившись за стол.  — Поаккуратней никак? — голос был очень тихим, едва слышным, будто затухающим.  — Будете ругаться, вообще ничего делать не буду.  — Ведешь себя, как ребенок, — вздохнул омега, — Ставь сюда, — он указал на плиту. Альфа с чувством грохнул ведра на твердую поверхность и плюхнулся на стул, твердо решив больше ничего не делать и законно начать лениться.  — Мерси, — кивнул Леви, поворачивая комфорку, усиливая огонь и одновременно ставя на свободное место между ведром и уже скворчащей рядом сковороды с готовящимся на ней чем-то очень аппетитным на вид чайник.  — Кончились. Эти конфеты все Микаса сожрала, — Эрен зевнул, — Что ты делаешь?  — Курицу с грибами и сырным соусом, — кратко ответил омега, припечатывая сковороду крышкой.  — С грибочками? — усмехнулся альфа.  — Именно, — перед альфой опустилась тарелка, — Что-то не устраивает?  — Да нет, — Эрен облокотился о стол. Хотелось спать. Прям так бухнуться головой в стол и отрубиться. Стрелка на циферблате настенных часов ползла очень медленно, будто кто ее заколдовал. Кажется прошла целая вечность, прежде чем Леви наконец нагрузил тарелку альфы едой и всучил ему. Сам же сел напротив, наблюдая, как Эрен восстает из мертвых, оживленный вкусным запахом. Голодная слюна практически закапала на стол. Эрен вгрызся в обжигающее, умопомрачительно вкусное блюдо, стремительно поглощая его, торопясь, будто кто собирался отобрать его. Все, решено. Леви остается. Хотя бы потому, что так божественно готовит.  — А ты сам не будешь? — вдруг спохватился альфа.  — Не говори с набитым ртом, — омега налил чаю и подтолкнул чашку к Эрену, — Я не голоден. Альфа удовлетворенно закивал и с воодушевлением продолжил уничтожение кулинарного шедевра. Он объелся так, что казалось, что живот сейчас разойдется по швам, лопнет, не выдержав такого количества распирающей его еды.  — Неплохо, — выдавил альфа.  — Это комплимент или осуждение? Хотя неважно, если ты закончил, то бери ведра и пошли уже. Эрен поспешно отхлебнул чая, невольно вспоминая намек Леви, что именно чаем он отравил своего жениха, и поднялся. Сцапал ведра, звякнув ручками. Через минуту он был уже в ванной. Леви, разумеется, был уже там, да еще с таким видом, будто говорил: «Да вас, сударь, только за смертью посылать. Я тут уже давно жду». А ждет он, между прочим, далеко не вечность, а максимум пару секунд. В воздух поднимался горячий пар, моментально заполняя маленькую комнатку, снижая видимость практически до нуля. Эрен прошел немного вперед, с наслаждением вдохнул этот жар и обернулся на омегу, который уже смешивал в небольшом тазике холодную и горячую воду, регулируя температуру.  — Чего смотришь? Раздевайся, — кинул Леви и стянул с себя рубашку без капли смущения. Эрен нервно кивнул, наблюдая за тем как на пол мягко опустились брюки и его собственный пиджак. Леви был восхитителен. Идеал во всех смыслах данного слова. Многие, конечно, могут с Эреном не согласиться, но это только потому, что они ничего не знают о прекрасном. Альфа сглотнул набежавшую слюну и отвернулся, расстегивая неверными пальцами рубашку. Температура кажется поднялась еще выше. Но Эрен крепился, не подавая вида, что его что-то беспокоит. За спиной послышался тихий хрип и удар. Альфа тут же подскочил к Леви, сидящему на полу, держась обеими руками за голову. Смазка капала на кафель. Омега весь трепетал. Это было поистине восхитительное зрелище и Эрен не выдержал. Он и сам не понял, как повалил омегу на пол, нависнув над ним, покрывая беспорядочными поцелуями плечи и лицо. С Леви было тепло, уютно и очень хорошо, спокойно.  — Ты такой красивый, — пусть эти слова были обязательны для каждой шлюшки, которую Эрен затаскивал в свою постель, но в этот раз они были искренними и шли от чистого сердца. Он правда так считал. Альфа чуть развел безвольные ноги практически вырубающегося омеги, погладил бархатную кожу бедра.  — Хорошо врешь, — выдохнул Леви, невольно подаваясь навстречу прикосновениям, откровенно ведясь на ласку. Какой же он чувствительный. Эрен сглотнул набежавшую слюну. Провел рукой выше, размазывая смазку, и внезапно замер. Из раскрытого, покрасневшего и припухшего колечка мышц сочилась не только прозрачная жидкость, присущая омегам, но еще и кровь. Почему? Течка — это ведь не пытка. Леви не должен кровоточить… если только… Эрен встрепенулся, вспомнив, как омега проглотил странную таблетку, когда они были на балконе. Неужели он вызвал течку искусственно? Но это ведь опасно, цикл нарушается, на организм идет огромная нагрузка и в будущем могут быть серьезные проблемы со здоровьем. Никто в здравом уме не пойдет на такой риск. Леви уперся руками в плечи альфы, отталкивая его.  — Н-нет, я не хочу, — выдохнул он, — Мне неприятно.  — Да? А твое тело, похоже, думает иначе, — альфа дразняще обвел кончиком пальца анус, ткнулся в сжавшуюся дырочку, не проникая, а лишь дразня, заставляя изящное тело под собой изгибаться и дергаться.  — Прекрати, — упрямо повторил Леви, явно злясь на себя за такую податливость и открытость. Альфа, вздохнул, отстранившись. Обхватил Леви скользкой рукой за плечи, подтягивая ближе к себе, усаживая на собственный колени.  — По твоим словам мы уже были знакомы. Я хотел бы узнать поподробнее, что между нами было.  — Между нами была игра. Я играл в любовь, ты в верность на десять минут. Мы метались от ада к раю на земле и обратно. Хотя ад был все же чаще и реальнее, — омега неловко поерзал. Его смазка щекотала колени альфы, стекая по ним.  — Тогда может поиграем еще, — предложил Эрен, опьяненный запахом мяты и невероятной близостью, интимностью атмосферы. Леви немного странно посмотрел на него долгим, пристальным взглядом. В нем прослеживалась внутренняя борьба.  — Знаешь, у кошек девять жизней, — наконец произнес он, — Восемь из них ты уже отнял. Восемь раз ты играл вновь и вновь. Ты не думал, что я может устал за тебя умирать, устал оправдывать твои поступки, — кошачьи ушки тоскливо прижались к голове, — Ты изуродовал меня, исковеркал разум, искалечил тело. С тобой я живу в постоянном страхе, в постоянном ожидании удара. Ты никак не хочешь понять, что я не кукла, а в людей не пристало играть. Альфа задумчиво склонил голову. Эта исповедь что-то затронула в его черствой душе, задела невидимые струны. Получается этот омега уже прошел множество жестоких проверок и выдержал их, выжил, вгрызаясь зубами в ускользающие крохи рассудка. И вот он снова перед ним. Это весьма интересно. Необычно. И главное, альфа вполне верит его словам.  — Поэтому ты так сопротивляешься? — Эрен легко потрепал Леви по волосам, — Я докажу, что не причиню тебе вреда. Если хочешь, в этот раз для разнообразия я могу умереть за тебя.  — И как же ты собираешься это доказывать? — недоверчиво. Оно и понятно. Верить Эрену — себе дороже.  — Смотри, — альфа остервенело сорвал с запястья практически сроднившийся с ним бинт, открывая взору вырезанные им собственноручно буквы, — Я сам вырезал их и решил, что буду истинной парой именно с этим человеком, а не с тем, которого послали свыше. И это твое имя.  — Не убедил, — мотнул головой омега. Но в его голосе промелькнуло нечто странное. Похожее на затаенную радость, смешанную с робкой надеждой. Эрен довольно погладил Леви по спине и отстранился, вновь повалил его на кафель, устроившись между стройных ног. Недовольные комментарии и попытки сопротивляться он будто не замечал. Эрен коснулся губами молочной кожи внутренней стороны бедра, широко лизнул, чувствуя во рту вязкую смазку, затем прикусил зубами, продвинулся дальше, оставляя дорожку поцелуев-засосов. Коснулся небольшого, но красивого члена, погладив подушечками пальцев, сорвав с тонких губ омеги едва слышный стон. Это было волшебно, сладко, горячо. Альфа еще никогда не чувствовал себя так хорошо. Возбуждение причудливой змейкой охватывало все тело, заставляя его трепетать и гореть. Сейчас ему хотелось совсем не насилия, а чего-то другого, возвышенного, чувственного. Пусть Леви извивается под ним не от криков боли, а от наслаждения. Пусть плачет и умоляет прекратить эту сладостную пытку. Альфа обхватил губами член омеги, затягивая его в глубину своего рта, дразня языком. Леви порывисто протянул руку вперед и сжал в пальцах его волосы, пытаясь отстранить. Не вышло. Эрен продолжил терзать своего любовника, делая ему просто первоклассный минет, от которого тот сходил с ума. Еще немного и омега кончил, сильно выгнувшись, всхлипывая и хрипя. Эрен улыбнулся. Эти звуки для него были выше всяких похвал. Ведь ему удалось пробить на яркие эмоции даже такую ледяную глыбу, как Леви. Альфа двумя пальцами растянул колечко мышц. Толкнул указательный в мягкую, скользкую глубину, оглаживая чувствительные стенки, доводя этим омегу практически до исступления. Изящное тело, дрожа, нетерпеливо подалось вперед, насаживаясь сильнее. Дырочка судорожно сокращалась, будто пытаясь затянуть палец глубже. Задница ерзала по простыне. Внутри Леви было очень горячо. Он словно плавился. Хотелось войти в него без промедления, двигаться в податливом теле, слиться с ним в единое целое. Раздался резкий, резанувший по ушам звонок. Эрен оглушено мотнул головой. Но практически сразу пришел в себя и принялся с еще большим рвением растягивать омегу, лаская его.  — Подожди, — Леви завозился, отползая, пытаясь соскользнуть с настырных пальцев. Потянулся вперед, скользя рукой по складкам своей рубашки, валяющейся совсем рядом, сцапав вибрирующий и разрывающийся жуткой кокафонией звуков телефон, — Да? Фарлан, это ты? — раздался его отвратительно спокойный голос. И вообще, что за радостный тон? Неужели у этого омеги уже есть законная пара и ей является тот самый парень с машиной? Это невероятно взбесило, — Нет, я ничем не занят, — Эрен возмущенно нахмурился. То есть это он так ничем не занят? Их между прочим прервали на самом интересном месте. Альфа мстительно двинул пальцами внутри, проехавшись по простате. Леви выгнуло дугой. Он до крови закусил губу, давя в себе предательский стон, зло глянул на Эрена и наконец отключил телефон, — Все хватит. Я совсем не жажду продолжения. Он схватил альфу за руку, мягко отводя ее в сторону, заставляя вытащить скользкие от смазки пальцы. Его тело разочарованно содрогнулось и похоже было готово серьезно поспорить с решением хозяина воздержаться от сексуальных связей. Эрен прикрыл глаза и медленно досчитал до десяти. Все в порядке, у него еще есть время, чтобы раскрутить омегу на секс. Спешить незачем. Альфа разочарованно коснулся лица, лежащего под ним Леви. Все внутри затопила теплота, похожая на парное молоко. Ничего страшного. Как бы омега не старался, победа все равно останется за Эреном.