RUN, DARIA, RUN!

Хелен уставилась на всю четвёрку очень сердито. Она была почти в гневе. И шоке: — Кому пришла в голову эта… идея? Все четверо смущённо заалели ушками. Стэйси опустила глаза, Квин уставилась на Дарью, Джейн тоже. Дарья вздохнула и, наконец, открыла рот: — Моя. А что? Так будет даже веселей — может мы все вместе… — Веселей?! У тебя более чем странные представление о весёлом, девочка. … — Итак. Я остаюсь с Дарьей, Аманда будет с Джейн, Кэтрин со Стэйси. Кто-то должен быть с Квин. — Я, — Пенни подняла руку. — Я останусь с ней. — Ладно. — А моя какая роль? — промямлил Джейк. — Под ногами не путаться, — фыркнула Хелен. — Сиди в коридоре и если что — зови. Будешь передаточным звеном. Джейк остался в коридоре один. Правда его одиночество длилось недолго. Вскоре из дверей высунулась малиновая голова: — Квин. Хочет, чтобы к ней заглянула Хелен. — Что? — С ней всё в порядке. Но ребёнок захотел увидеть маму. Джейк осторожно просунул голову в палату: — Там Квин… Дарья улыбнулась: — Иди. Со мной всё будет в порядке… — Мне… Хелен довольно сердито фыркнула на мужа: — Сиди в коридоре. Надеюсь, я скоро. — Я посижу с Дарьей, — Пенни решительно отодвинула Джейка в сторону и вошла. — Ну как ты? … Несколько часов Джейк так и просидел между палатами и изредка работая курьером для дочерей. Пенни Малиновая Голова (как её окрестила Дарья) курсировала между сёстрами пока наконец… — Как решила назвать? — Джейн стояла в дверях палаты и с улыбкой смотрела на супругу. — Ту, что слева — Квин. Правую — Хелен. Или наоборот. Я их всё время путаю. А ты? — Пусть будет Дарья. — Это моя будет Дарья, — решительно заявляет, только что появившаяся рядом с Джейн, Квин. — Тогда… Эми. — Я скоро начну ревновать, — улыбается Дарья. — Теперь у Квин действительно будет дальняя кузина Дарья, — ухмыляется Джейн. — Как там Стэйси? — С Кэтрин. Обе уливаются счастливыми слезами и лопочут над новорожденной, как ненормальные. Ути-пуси, — фыркает Квин. — Про имя мы ещё поговорим. Надеюсь, это не будет что-то… автомобильное. — Мерседес красивое имя, — возражает Дарья. — Эй, мамаши! По палатам! — командует Пенни. — Тебе бы в армию, сестрёнка… — ворчит Джейн. Но послушно выходит с зевающей Эми на руках. … — Подруга, ты что, заснула? — Джейн трясёт Дарью за плечо. — Ага. Сон видела… — Вещий? — Надеюсь… … Дарья выпрямляется на сиденье. Джейн рядом. Машину ведёт Трент. Очень непривычно видеть его в строгом костюме и галстуке, а не как обычно — то есть законченным вахлаком. Очередной сбор всех Лейнов. На этот раз повод достаточно печальный — бабушка. Поэтому и Джейн одета непривычно строго и на носу чёрные очки. — Это давно следовало ожидать. Удивительно, как она долго продержалась на этом свете. — Ты в порядке? — Дарья сжимает руку Джейн в своей. Та только пожимает плечами. — Печально. Грустно. Но бабуля последние несколько лет была в полном маразме. А это не жизнь. … Так что в зал, где собрался весь клан, Дарья и Джейн входят держась за руки. Трент прикрывает тылы. Но после роскошной свадьбы и знакомства с семейством Барксдэйл Лейны вполне благосклонны к Дарье. Да и Трент, по мнению высокого ареопага, таки взялся за ум, раз собрался в колледж и собирается делать карьеру. Бросил, наконец, бренчать на гитаре по грязным кабакам! Дарья и Джейн присоединяются к остальным членам семейства Аманды. На обратном пути за руль садится Джейн, Дарья рядом. Трент, которого дядя Макс умудрился напоить — Трент стал внеочередной жертвой дядюшки (дядя Макс раздухарился и помимо священника и Трента пытался даже Дарье налить стаканчик), дрыхнет сзади. — Так что тебе снилось, милая? — Джейн даже головы не поворачивает от дороги. — Что все мы — я, ты, Квин и Стэйси одновременно зачали и родили. — От кого? — Джейн даже отвлекается на секунду от дороги. — Ни от кого. Банк спермы. — Квин, наверняка, выбрала самого популярного… Дарья тихо хихикнула. Джейн поинтересовалась: — Ну и сколько у нас родилось? — У меня две девочки. И у тебя одна. У Квин и Стэйси по одной. Джейн кивает: — Понятно. Вот зачем ты хотела большой дом. Целый детский сад… — Ты против? Джейн пожимает плечами и с насмешливой улыбкой смотрит на Дарью: — В отличие от тебя, мне приходилось нянчиться с малышнёй. С собственными племянниками. Ох, и придётся тебе за ними побегать… … — Накаркала… — ворчит Дарья, вытирая нос дочке. Джейн хихикает — ребёнка надо всего отмывать. Одним платком не обойдёшься, зато нос теперь самое чистое на мордашке у малышки. — Я тебя предупреждала. — И как они находят все эти щёлки, все эти потайные углы, куда можно залезть?! Ладно, Квин-младшая, пошли мыться. Хелен обещала навестить нас, я не хочу, чтобы мама упала в обморок от этого зрелища… Джейн держит малышку за другую руку: — Вот так понянчишься с племянниками и станешь великим специалистом по играм в прятки… С железными нервами. Потому что иначе свихнёшься. Ты, наверняка, была примерным ребёнком, Дарья? Та только насмешливо фыркает: — Ага. То-то няньки от меня и Квин сбегали уже к вечеру первого дня работы. А одну бедную старушку увезли на «скорой». И лучше не расспрашивай Хелен — воспоминаний ей хватит до позднего вечера… — Ладно. Воздержусь. … В гостиной почти идиллия. Квин переодевает Дарью-младшую, которая по дороге в гости к тётям не обошла своим вниманием все подходящие лужи. Стэйси в это время на очередных соревнованиях и успела уже пару раз покатать дочь на настоящей гоночной машине и ребёнок был в полном восторге. Теперь малышка, к ужасу Квин, требует не пупсов, а машинки: «Как у мамы Стэйси!» Джейк уже клюёт носом перед телевизором. Хелен неожиданно спокойно реагирует: — И кто у нас тут самый чумазый? — Квин-младшая хихикает и бежит к бабушке, которая поднимает внучку, держа на вытянутых руках. Подальше от нового и чистого (пока что) делового костюма. — Наша Индиана Джонс обнаружила ранее незамеченный нами чуланчик, — Дарья ворчливо докладывает матери обстановку на фронтах. — И тщательно его обследовала. — И что там было? — Швабра, пара пыльных тряпок, табурет и несколько старых газет на нём, — педантично отчиталась Дарья. — Ну хоть забытый прежними жильцами скелет не сидел в углу… Они в ванной втроём и Хелен, облачённая в халат и резиновые перчатки, поливает внучку из душа: — Ребёнок познаёт мир. — Ага. И скоро доведёт своих матерей до нервного срыва, — ворчит Дарья. — Переживёшь, — ехидно ухмыляется Хелен. — Твоя дочь воздаст тебе за все твои выходки и сюрпризы, что ты устраивала мне, когда была такой же очаровательной, с виду, малышкой. — И что за сюрпризы? — спрашивает Джейн. Игнорируя предостерегающе нахмуренные брови Дарьи. Как та и опасалась, получился вечер воспоминаний. От некоторых подзабытых историй у Дарьи горели уши… … — Когда нас навестит Аманда, я расспрошу уже её о твоих детских выходках, — обиженно насупилась Дарья. — Ничего я такого особенного не творила, — спокойно отмахивается Джейн. — Посмотрим. Ты просто всего не помнишь…