RUN, DARIA, RUN!

Квин смотрела на мать удивлённым и одновременно жалобным взглядом: — Ну, ма-а-ам! Ну-у почему?! Дарья только тяжело вздохнула. Квин продолжила своё наступление: — Он самый популярный мальчик в школе! Том Слоун. Джейн высунулась из-за газеты и с ехидной улыбкой выжидательно уставилась на Дарью: — Расскажем? Дарья опять тяжело вздохнула: — Мы были очень хорошо знакомы с его отцом. — Вы встречались с ним? Обе?! — бровки Квин поползли от удивления вверх. — В самом начале я, — хихикнула Джейн. — А потом Дарья у меня его отбила. — И мы не встречались… Просто тусовались, — поморщилась Дарья. — Трепались о всяком разном. — И почему тогда вы… — Квин замялась и Дарья пришла дочери на помощь. — Разбежались? Не вместе? — Дарья не решалась сказать всё, как есть и Джейн пришла любимой супруге на выручку: — Потому что он оказался эгоистичным, самовлюблённым козлом. Хотя и умным и симпатичным. — Но МОЙ Том не такой! — запротестовала Квин. — Он прекрасно учится, спортсмен, общественник… — Мы уже поняли, что он само совершенство. Идеал, — фыркнула Джейн. — Но для начала, хотели бы познакомиться с твоим… кавалером, — веско подытожила Дарья. Квин заулыбалась. Очень лукаво: — Он сам очень этого хочет. Познакомиться с вами. Популярные телеведущие, известная писательница и знаменитый художник. Я у вас тоже, между прочим, очень популярная девочка в школе. Дарья поморщилась: — Чего нельзя было сказать о нас. Джейн кивнула: — Ага. Особенно про тебя. — Мы никогда не стремились к популярности. — В отличие от твоей тёти Квин и её супруги. — Парочка законодательниц мод. Джейн улыбается и ехидно замечает: — Признайся, что ты всегда немного завидовала младшей сестре, Дарья. Дарья пожимает плечами: — Может быть… — Только твоё природное упрямство тебе мешало признать, что ты любишь сестру. — Она тоже была упряма. И называла меня своей «дальней, очень дальней кузиной». Джейн фыркает: — Боялась, что ты распугаешь всех её кавалеров. — Она потом мне говорила, что было бы хорошо, если бы распугала — среди них хватало идиотов. — Популярность это не то, к чему стоит стремиться, Квин, — строго говорит Дарья. — Популярность ради популярности — глупо. — Джоди тоже была популярна, — замечает Джейн. — Родители её заездили. Загрузили внеклассной работой. — У меня тоже хватает общественных обязанностей, — замечает Квин. — Так когда ему забегать? Дарья, Джейн и Квин потянулись за своими ежедневниками. ... — Похож? — поворачивается Джейн к Дарье. У них получилось синхронно. И обе ржут. — Я его ни разу не видел. Совсем не помню, — говорит темноволосый мальчик, которого обе женщины с интересом разглядывали пару минут и молча. — Он только присылает подарки мне на День рождения и праздники и всё. А в последнее время и маме перестал звонить. — Мы в курсе. Он стал затворником и почти не выходит из дома. — Вы его знали — Квин сказала. — Милый мальчик, — говорит Дарья и осторожно наступает Джейн на ногу: «Молчи!». — Но мы не сошлись с ним характерами. Обе. — Понятно, — вздыхает Том. — Моя мама тоже. А мой нынешний папа пытается стать мне другом, понравиться мне, но выходит у него крайне неуклюже… — Сочувствую вам обоим — и тебе, и ему, — совершенно серьёзно говорит Дарья. Дарья, скрепя сердце, отпускает дочь погулять: «Чтобы до десяти была дома!» и долго смотрит вслед Тому и Квин. Джейн, с грустной и нежной улыбкой, молча посматривает на подругу. Дарья хмурится: — Что? — Им всего по двенадцать лет. Не будь параноиком. — Мне кажется, что у мальчиков ЭТО всегда в голове. Практически с пелёнок. Всё время думают об этом. Джейн хихикает, а Дарья обнимает её и утыкается в плечо носом: — Время летит… — Ага, — подтверждает Джейн. — Скоро наши младшенькие вернутся с бабушками и дедушкой с прогулки, а у нас ещё конь не валялся. — Да, точно. Пошли.