В поисках всего на свете

Плейлист Ренджуна ко всяческим неожиданностям Sunsets for Somebody Else – Jack Johnson

«Иногда не всё идёт по плану. Это жизнь. Вот как это работает»

Всю жизнь Марк ждал момент, когда наконец увидит Дворец Скарвурдов. Мечтал о нём, размышлял и был настолько увлечён, что это больше смахивало на одержимость. Он так рвался в путь, что чуть было не уехал без друзей. – Ты уже успокоишься? Ведёшь себя, как невеста в первую брачную ночь. - Да потому что я взволнован! Не могу поверить, что мы почти приехали. Это же мечта моего детства. – Не слишком надейся, мы не знаем, что нас ждёт в том месте, – предупредил Джено. Они приехали в город, где находился дворец Скарвудов. У Джено было плохое предчувствие с тех пор как они въехали, по пути он не заметил никаких вывесок о дворце или о чём-то подобном. – Поверни здесь направо, Джено. – Очень странно, – сказал Джено Ренджуну, который сидел рядом и был штурманом. – Где указатели? - Может, сняли для ремонта? – Не знаю, Джунни, – покачал головой Джено. – Мне совсем это не нравится. Они проехали еще пару километров, и это отвратительное чувство, кажется, засевшее у Джено в желудке, лишь усилилось. – Марк, что-то не так. – Почему? Мы заблудились? – Думаю, да, – произнес Джено. – Нет никаких указателей. Ты уверен, что дворец вообще существует? – Естественно. Иначе почему мы вообще туда едем. – Но... – Смотри! – Ренджун показал на деревянную табличку, что стояла в нескольких футах: на ней огромными буквами, размытыми и едва видными, было написано «Дворец Скарвудов». – Мы приехали! – Марк возбуждённо ударил по спинке сидения. – Мы здесь! – Ты уверен? – Да!!! Смотри, смотри, смотри!!! – Эм... Марк, - выглянул в окно Донхёк. – Я... я не думаю, что тебе это понравится. Вот он – огромный дворец Скарвудов, место, где раньше жили короли и королевы, политики и знаменитости. Покрытый мхом и виноградной лозой. В окнах нет стёкол, а разросшаяся лоза покрывала его стены так, словно это были вены дворца. Ступеньки, ведущие к замку, сломаны, плитка обрушилась, а краска сходила, словно старая кожа. – О господи. – Ребята вышли из фургона и пошагали в сторону заброшенного дворца. – Это свалка. – Нет, не может быть, – качал головой Марк. – Что с ним случилось? – Я скажу, что произошло, – Ренджун показал на объявление о продаже, стоявшее где-то в углу. Сердце Марка остановилось, когда взгляд устремился к месту из его детских грёз и фантазий, теперь уже разбитых и ненужных. Это реально... свалка. Мальчики перепугались, когда услышали звук подъезжающей машины. Из Ford Fiesta вышел мужчина, облачённый в джинсы, а в его ушах было много пирсинга. – Извините, парни, но дворец продан. – Мы здесь не для того, чтобы купить его, – произнес Джено. – Мы хотели на него посмотреть. – Ну, здесь уже не на что смотреть, правда? – вздохнул мужчина, пнув несколько камней, попавших ему под ботинки, пока он шёл к столбику с табличкой. Он вытащил его из земли. – Его продали Aprico Properties. – И что они будут с ним делать? – спросил Донхёк. – Сделают курорт, или разровняют с землёй и построят шоссе. Не знаю, – пожал мужчина плечами. – Этот дворец много лет принадлежал моей семье, и дедушка будет очень расстроен. – Это замок вашего дедушки? – Ага. Я Тен, – мужчина протянул ладонь для рукопожатия. – Я Ренджун, а это Джено, Донхёк и Марк, – он показал на Марка, который смотрел на замок и стоял в нескольких футах от них. – Марк ... большой поклонник этого дворца. – Жаль вас разочаровывать, – потер затылок Тен. – Но этот дворец должен исчезнуть.

***

– Дедушка, у меня гости. – Гости - как мыши. Стоит тебе открыть дверь и вот они здесь. – Не обращайте внимания на дедушку, – нервно усмехнулся Тен, открывая дверь и ожидая, пока ребята войдут и уберут обувь. Дедушка Тена жил рядом с отелем, что был возле дворца. Дом небольшой, но видно, что о нём заботились: стены украшали фото дворца десятилетней давности, семейные снимки с малышами, женами, стариками и даже собаками. А у одного из детей была широкая улыбка на личике, и Джено подумал, что это скорее всего Тен, судя по тому, как тот сиял своими жемчужно-белыми зубами, смотря на деда. – Чувствуйте себя как дома. Хотите чего-нибудь выпить? – Не откажемся, – произнёс Донхёк. – Сделаю немного чая. Дедушка, куда ты положил чай в пакетиках? – Все пакеты кладут в угол, сэр. – Дедушка, ну я же говорил тебе перестать переставлять вещи на кухне, – вздохнул Тен, открывая все дверцы, чтобы найти проклятые пакетики чая. – Однажды ты ничего не сможешь найти. – А разве все мы не постоянно что-то ищем в жизни, дружок? – произнес старик, сидя в кресле-качалке и глядя в окно на деревья и холмы. – Дедушке быстро становится скучно, – засмеялся Тен. Донхёк встал, чтобы помочь ему приготовить чай. – Он может просто переставлять вещи в шкафах или снаружи... Один раз он даже выкинул одежду на улицу. – С ним... – Он просто стареет, – попытался натянуть улыбку Тен. – Мы с семьёй пытались заставить его переехать в город вместе с нами. – А ты здесь не живёшь? – О нет, я просто езжу сюда время от времени, чтобы ухаживать за ним. Помогаю ему управлять собственностью, потому что он больше не может этого делать. Никто в семье не хочет прикасаться к замку. Все думают, что работы слишком много. Тен и Донхёк взяли себе чай, и Ренджун помог, пока Тен наливал напиток деду. Дедушке в лучшем случае было немного за 80: волосы белые, как снег, а борода длинная. Его кожа была словно сморщенный чернослив. Он просто смотрел на чашку, возможно, настолько поглощённый своими мыслями, что даже не понимал, что внук в неё кинул. – Итак... твоя семья владеет этим дворцом? – Ага, – кивнул Тен. – Начиная с моего пра, пра, ещё сотню раз прадедушки. Он был сиделкой Брейдена Скарвуда, и после его смерти унаследовал замок. С тех пор и присматривал за ним. Тен рассказывал им о тех временах, когда дворец был ещё таким местом, куда стекались туристы, где останавливались голливудские звёзды и влиятельные политики. Там снимали фильмы, знаменитости устраивали свадьбы, дворец даже был свидетелем изрядной доли их смертей. Но несмотря на всю его богатую историю, всё пришло в упадок, и расходы, нужные для того, чтобы поддерживать его в отличном состоянии, стали огромными. – Дедушка был последним настоящим смотрителем, – рассказывал Тен. – Он водил меня во дворец, я помогал ему убираться и мыть полы. Работа тяжёлая, но мне нравилось. Я слушал рассказы о людях, которые останавливались во Дворце. Всё то, что он слышал в детстве, передавал мне. – И что случилось? – Деньги, они случились, – вздохнул Тен. – Было всё сложнее и сложнее поддерживать дворец в порядке. Папа сказал, что дедушка всю жизнь провёл в этом замке, и то, что он его не продал раньше, чтобы оплатить бабушкины медицинские счета, – это глупость. – Твоя бабушка болела? – Очень тяжело. Хотя, скажу в защиту дедушки, это она говорила ему не продавать дворец. Бабушка любила это место. – Можешь попробовать собрать все истории о нём и сохранить как исторически важную достопримечательность, – сказал Ренджун. – Мы пытались, поверь, – покачал головой Тен. – Содержать его слишком дорого. Мы продали всю мебель, картины эпохи Возрождения, уникальные антикварные кресла и вазы, чтобы хоть как-то держаться на плаву. Но местному совету наплевать. Компания подала заявку на эту землю и заявила, что хочет построить на этом месте новый торговый центр. – Торговый центр? Но их и так дофига, – надул губы Донхёк. – Ага, но торговые центры привлекают бизнес и клиентов, приносят деньги в город и увеличивают население, – Тен налил ребятам ещё чаю. – Единственное, что приносил замок последние годы, – головную боль. – Думаю, нам повезло, что мы приехали посмотреть на него до того, как его снесут. Правда, Марк? – Донхёк повернул голову налево, но Марка там уже не было. – Марк? – позвал он – Куда он делся? – Оглядывался Джено, заметив, что входная дверь была открыта, а обувь Марка исчезла. – Похоже, он вышел. – Надеюсь, он далеко не ушёл, – сказал Тен. – Лес густой и, судя по всему, будет буря. Вдалеке загрохотал гром. Донхёк поставил чашку на стол и встал: – Мы должны его найти. Они встали из-за стола и выбежали на улицу, пока грозовые тучи не подошли слишком близко.

***

– Марк! – Марк!!! – Ма-а-арк!!! – Где ты, Марк Ли?!! – звали Джено, Донхёк и Ренджун, обходя дом вокруг и крича прямо в небо, надеясь, что друг их услышит. Ответа не было, и Донхёк предложил им разделиться. – Марк!!! Ма-а-арк!!! – кричал и звал Донхёк, шагая прямо в лес, переступая через ветки и пробираясь сквозь густую листву. Небо темнело, и скоро они вообще ничего не смогут увидеть. Донхёк почти завизжал, когда услышал, как где-то хрустнула ветка. – Может, это Марк… Марк!!! Донхёк проложил дорогу, бегая по лесу. Листья потрескивали под ногами, а он пытался обогнать подступающую непогоду. Но природа всегда побеждает, и вскоре начался дождь. – Блять, блять, блять, блять, – кричал Донхёк. – МАРК ЛИ! Это не смешно! Где ты?!! Чувства Донхёка вырвались на волю и разогнались от обычной тревоги до паники. А что, если Марк потерялся или поранился? Что если он упал куда-то и не может подняться? А что, если его схватили волки или напали другие дикие животные? Никакой «Клуб юных медвежат» не может его подготовить к тому ужасу, что уже живёт в его голове, когда он представляет друга мёртвым в лесу. Дождь лил словно водопад, в лесу было почти ничего не видно. Донхёк ничего не слышал, кроме грома, а удары капель били набатом. – МАРК ЛИ!!! К этому времени Донхёк уже задыхался и плакал. Дождь прятал потоки слёз, но волнение выдавало его с головой. А что, если он действительно потерял своего лучшего друга? – Марк! – Донхёк нашёл его: тот сидел в небольшом ручейке в нескольких футах от небольшого водопада. Он накрыл голову руками и дрожал. – Марк Ли, Минхён, я убью тебя! – закричал Донхёк, схватив за руку. – Давай! – Но Марк был словно каменный и не хотел вставать. – Марк, льёт как из ведра! – кричал он, разъясняя Марку ситуацию. Вдруг он не понимал этого, потому что свернулся как улитка. – Ты заболеешь, пошли! – Отстань от меня! – Ты что, слетел с катушек и головой ударился? – в недоумении уставился на него Донхёк. Марковы глаза были красными, как и нос, волосы прилипли ко лбу, как какие-то водоросли. И он плакал. – Если это всё этот дурацкий дворец… – Этот дворец не дурацкий! – сорвавшись рявкнул Марк. Донхёк чувствовал его разочарование, гнев, а самое главное боль, что исходила от него. – Этот дворец – моё сраное детство! – рыдал Марк. – Увидеть его – это было последнее, что я хотел сделать до того, как выросту. Это душа всей поездки. Прощальный подарок до колледжа. А теперь посмотри на него! Это развалины! – Марк, ты… – Ты разве не видишь? У меня ничего не получилось. Поездка провалена, – рыдал Марк всё сильнее и сильнее. – Всё было зря. Ненужная поездка, слышишь меня?! Марк снова упал на колени, плача и подрагивая. И Донхёк не знал, что ещё делать, и плакал рядом с ним. Он упал на колени и обнял Марка. Вместе они рыдали под проливным дождём. И когда дождь перестал бить по их лицам, Донхёк взглянул наверх – над ними стояли Ренджун и Джено, держа зонтики в руках. – Бери Донхёка, а я возьму Марка, – Ренджун взял за руку Донхёка, а Джено потянул Марка. Они пробирались через лес, а туман затянул дворец и много миль вокруг него.

***

Парням предложили остаться на ночь у Тена и его дедушки. Молодой хозяин дома сделал им тёплую ванную, приготовил горячий суп, потому что они попали под страшный ливень. Губы Марка почти посинели от холода, он дрожал, словно осиновый листочек, пока ждал свою очередь помыться. А когда наконец смог опустить ноги в медную ванну, наполненную тёплой водой, почувствовал, как тепло растекается по его телу, будто одеяло, укрывающее малыша. Он ладонями зачерпывал её и подносил к лицу, тёр уши и даже волосы. – Надеюсь, ты гордишься собой, – в ванную вошёл Джено и положил рядом полотенце. Он давно помылся, но его волосы всё ещё были влажными. Его красивое лицо исказило хмурое выражение. – Ты просто придурок. Как ты мог так просто убежать, никому не сказав? Ты мог потеряться, тебя могли съесть волки, мог упасть с гребанного обрыва, и мы бы об этом даже не узнали. Знаешь, как мы все испугались, а? Донхёк драл глотку, пытаясь докричаться, он до сих пор дрожит. Ты нас всех до смерти напугал, мы думали, что с тобой что-то случилось! А Марк просто сидел в ванне, прижимая к груди колени. Он не мог объяснить своё поведение, да даже бы если и мог, этого было бы недостаточно. – Слушай, я понимаю, что ты расстроен, что этот дурацкий дворец продали. Да, всё получилось не так, как ты хотел, но это не значит, что ты можешь закатить истерику, будто тебе 5 лет, орать и... – Ты ничего не знаешь! – сорвался Марк. – Ты не знаешь, что это место значит для меня! Я ждал всю жизнь, чтобы приехать сюда, слышишь? Всю жизнь! Все мои детские мечты и желания были сосредоточены на этом месте. А как бы ты себя чувствовал на моём месте? Что бы ты сделал, если бы узнал, что место, о котором ты мечтал, скоро разрушат? – Ради бога, перестань всё сводить к себе! – закричал Джено. – Мы планировали эту поездку сюда по твоей инициативе! Приехать сюда – твоя идея, нет? Я говорил тебе не ездить, но ты упёрся. И когда задержали ремонт фургона, пришлось отменить все МОИ ПЛАНЫ в угоду твоим. И с каких пор это последнее путешествие Марка? Это НАША последняя поездка, понимаешь? НАША. – Если ты так мучился, то почему молчал? – Да потому что ты либо ныл из-за Донхёка и Уджина, либо, блять, выл, что я тебя бросаю, и это приводит меня лишь к одной мысли – ты и Донхёк. Когда ты перестанешь врать и ему и самому себе, и просто признаешься, что он тебе нравится? – Я не... – Даже не пытайся врать, – ткнул в него пальцем Джено. – Я знаю тебя много лет, и вижу насквозь твоё притворство. Марк опустил голову. Ледяная тишина пронизывала их, Джено в отчаянии тёр виски. – Ты нравишься ему, он нравится тебе. Да даже слепой бомж это заметит. Даже Йери, злоебучая Йери это заметила. А она знала тебя меньше недели, – горечь в голосе Джено вызывала дрожь. – Просто ебать, я не знаю, что с тобой не так. Будь мужиком и сделай что-нибудь, потому что сейчас, всё, что ты делаешь – это причиняешь ему боль. Ты этого не замечаешь, потому что тебе на всё срать. – Я... делаю ему больно? – Ох мать, да ты реально тупой, – Джено уже был вне себя от злости. – Ты реально не знаешь? Марк понятия не имел, о чём говорил Джено, и просто в замешательстве глядел на него. – Ты заманиваешь его, понятно? Говоришь, что он важен для тебя и он твой лучший друг, что ты сильно заботишься о нём, но больше ты ничего не делаешь, так? Ты не говоришь ему «Нет, я не буду твоим парнем», не держишь его за руку, не целуешь. Ты вообще ничего не делаешь, и это причиняет ему боль. Понятно? – Ты откуда это знаешь? – Они с Ренджуном очень близки, – объяснил Джено. – Знаешь, почему он позволил Уджину поцеловать себя, почему позволил стать ближе? Потому что он устал от тебя и просто пытается быть хорошим мальчиком, уже ничего не делая, и знаешь что, я на его стороне, окей? Ты не можешь просто сидеть и ждать, что всё как-то само сделается, и не брать на себя ответственность за свои действия. Ты не можешь, когда что-то вдруг идёт не так, бежать под дождём и биться в истерике, как какой-то противный пятилетка. Ты больше не ребёнок, понимаешь? ТЫ НЕ РЕ-БЁ-НОК. – Ты думаешь, я этого не знаю? Думаешь, я не знаю, что мы должны повзрослеть и жить отдельно? – Марк махал руками и разбрызгивал повсюду воду. – Мой лучший друг, блять, бросает меня, я через пару месяцев переезжаю, чтобы стать «взрослым», но я не знаю, как это – быть им. А ты стоишь там и орёшь, и знаешь, как-то не помогает! – Хватит жалеть себя, я заебался уже! – зарычал на него Джено. – А что, если жизнь не пойдёт по твоему сценарию? Что ты будешь делать? Сидеть здесь, скулить, плакать и надеяться, что придёт папа и всё исправит? А что через 10 лет? Всё ещё будешь сидеть ровно на своей плаксивой жопе, когда что-то пойдёт не по плану? Блять, Марк, вырасти! Мы больше не дети. Нравится тебе это или нет, но время бежит. Я переезжаю и двигаюсь вперёд, и однажды и Донхёк сделает то же самое. Однажды он женится, заведёт детей, у него будет маленькая счастливая семья, а ты застрянешь в крохотном домишке, будешь глядеть в окошко и спрашивать себя «А что если?». Джено взъерошил волосы, поворачиваясь спиной к Марку. – Ты думаешь, что ты один боишься? Я переезжаю в чужую, блин, страну и не могу сказать ни слова по-английски. Ты думаешь, я не ссыкую? Да я обоссался, простите, но ты этого не видишь. – Джено... – Мир не вращается вокруг тебя. Ты думаешь, что у тебя проблемы, но посмотри вокруг себя, – усмехнулся Джено. – Пора повзрослеть, малыш. Потому что если ты этого не сделаешь, то это в любом случае сделают другие, и ты останешься совсем один. Клянусь. – С этими словами Джено захлопнул дверь в ванной, оставляя Марка одного. Марк сжался всем телом прижал руки к лицу. Грудь сдавило, и он снова заплакал.