Я тебя вижу.

POV Мика

      Мне порой казалось, что я пришёл в этот мир совершенно один. Нет, конечно же, каждый из нас чаще всего приходит в этот мир один и всем известным естественным путём — рождением на свет. Как и полагалось, и у меня была биологическая мать и, соответственно, был и биологический отец. Но я их никогда не видел, не знаю даже, кто они, как их зовут и как они выглядят.       Выходцы детских домов описывают свою нелёгкую жизнь в мрачных тонах. Да я особо с ними и не спорю, ведь совсем не весело рассказывать о том, как живётся в чужом и незнакомом месте одному, без близких, любящих тебя всем сердцем родителей. Но моя доля оказалась не столь печальна и плачевна. С раннего детства я душой ощущал себя не столько живым мертвецом, сколько сохраняющим нейтралитет призраком с потустороннего мира, наблюдающим за жизнью людей, обычных и нормальных, со стороны. Возможно, именно отсутствие в воспитании, обучении и целостном формировании моей личности мамы и папы стало причиной возникновения моего чрезмерного любопытства и непомерного интереса к окружающему миру, ко всему, что касалось и не касалось меня самого. Каждый год я всё сильнее и сильнее думал над тем, как наполнить свою простую жизнь различными историями, которые остались бы в памяти до конца моих дней. Во многих из них, так называемых передрягах, происходящих вокруг меня, о существовании которых я как слышал, так и сам принимал участие в их реализации, я был инициатором. А главной причиной моих бед как было, так и оставалось с каждым днём губящее меня любопытство. Оно не давало мне покоя, как и моя неутолимая жажда знаний, неиссякаемое желание пролезть туда, где меня ещё не было, побывать там, где можно и где нельзя. К совершеннолетию я уже точно определился, кем хочу быть, кем хочу стать и что хочу делать в ближайшем будущем. Я нашёл себя в такой сфере деятельности, как журналистика, на факультет которой я, собственно, и поступил. А уже в университете я повстречал ЕГО. Со встречи с ним и началась эта захватывающая и местами интригующая история.       В бесконечных погонях за свежими новостями для студенческого уголка я облазил чуть ли не все тёмные области нашего универа. А, нет, все. В одной из таких областей я его и заприметил. Напоминаю, что я сторонний наблюдатель, поэтому он меня и не заметил, а мне не потребовалось много времени, чтобы увидеть в нём свою «сенсацию». Высокий, тёмноволосый парень с чёлкой на пол лица и выкрашенной в тёмно-красный плавно преходящий в бледно-жёлтый цвет одной прядью, кучей серёжек в ухе и непонятной наколкой не щеке с надписью «ЖЕСТЬ». Ты серьёзно? Мимолётно пронеслась насмешка в моей голове, когда я впервые обратил внимание на его внешний вид. Хотя, наверное, не мне судить. Отметил тогда я, проходя мимо зеркала в холле университета. Вечно путающиеся и торчащие во все стороны вьющиеся волосы, глаза цвета молодой травы и эти девчачьи чересчур длинные ресницы. Арр… Как же это бесит! Меня не раз путали с девчонкой. Эх, не быть мне с такой ярко выраженной внешностью невидимкой. Ну, ничего-ничего, я же всегда наготове: диктофон — любимое записывающее устройство, прослушка, как у настоящего шпиона, и фотоаппарат, который всегда при мне, и… Моя уникальная способность — хождение босиком. Ненавижу обувь. Сколько раз она выдавала моё местонахождение, сколько грандиозных планов рушила. Пришлось отречься от этого атрибута одежды хотя бы до зимы.       Так вот, вернёмся к сути. Что же помимо столь несуразной внешности привлекло меня в нём? Да он же сам ходячая несуразность. Понаблюдав за ним в первый день знакомства, я отметил такую его особенность, как быдловатое поведение, которое, скорее всего, было сформировано благодаря долгому нахождению в компании друзей, но на другой день он был пойман мною за вполне милым занятием — кормёжкой бродячих кошек и собак.       Третий день он провёл в библиотеке. Хах, а так ведь сразу и не скажешь, что он пай-мальчик.       В чётвёртый день был замечен за распитием алкогольных напитков в пабе с той же сомнительной компанией.       В пятый и шестой дни уехал из города к родителям. Эти скачки с места на место добивали меня, но я уже не мог остановиться. Я хотел понять его, узнать, какой же он настоящий, из двух увиденных мною личностей. Почему же он так зацепил меня?       Седьмой день. Да будь же проклят тот самый дождливый день! Спалился. Чёртовы скользящие резиновые сапоги! Чёртова лужа грязи! Я просто, блять, поскользнулся, но был вовремя им подхвачен. Наши взгляды, пускай хоть на секунду, но встретились. Я убежал в тот миг, но было поздно. Я уже выдал себя.       Ненавижу обувь.       На восьмой день, как я и думал, он выследил меня. Я был пойман им и прижат к стене.       Чёрт. Чёрт!       Что делать?       Он же… Он же уроет меня! Впечатает прямо тут, прямо в эту стену! Пришлось прибегнуть к козырям в рукаве: слёзы, дрожь в голосе, вспышка от мобилы. Беспроигрышный вариант. И я умчался как можно дальше от этого проклятого места в свою комнатушку в общаге.       Я умру. Умру в свои 18 лет. Замечательно. Просто супер!       «Утро начинается не с кофе», — вещала левая реклама включенного с утра пораньше телевизора.       — Ага-ага. Да, оно начинается с убийства паренька, едва дожившего до восемнадцати лет, — уныло пробурчал я в ответ ТВ, попутно собираясь в университет.       А смогу ли я незамеченным проскользнуть на занятия? Как ни крути, а мысль о прогулах занимательных потоковых лекций любимого факультета ничуть не меньше меня расстраивала, чем собственные похороны. Я не смог придумать ничего более остроумного, чем прикрыться довольно-таки странной необычной одеждой, в которой я всё же и пошёл на пары.       Вспомнив, что Арсений (ну, разумеется, я знаю, как его зовут!) постоянно опаздывает, я рано выскочил из комнаты и без проблем попал на семинар. Не думаю, что он выяснил, на каком факультете я учусь. Я и вторую пару успешно отсидел. Не ошибся, значит. Весь день прошёл в спокойном режиме обучения. Мне даже стало обидно немного, что он не ищет меня.       Обидно? И о чём я только думаю.       Спустя три дня я надумал возобновить шпионство за Арсением, но, торопясь на пару и буквально влетая в класс, я нечаянно врезался в чью-то мужскую грудь, широкую и крепкую. Я не успел и глаз поднять, как послышался до боли знакомый голос:       — Ну, наконец-то я нашёл тебя, Лебединский Мика, первый курс, факультет журналистики… — самодовольно произнёс Арсений, схватив меня за руку и оттаскивая от толпы одногруппников.

Конец POV Мика