V. Тайлер
21 сентября 2017 г., 11:11
Тайлеру кажется, что все рушится. Серьезно. Это штормовое предупреждение, эти проблемы с площадкой, эта кутерьма, которая отличается от обычной и говорит о том, что ничего не получится. Взволнованный голос Марка в наушниках то и дело добавляет по самообладанию Тая еще один удар... Тай переводит взгляд на свои пальцы и понимает, что они дрожат. Ему не нравится, когда дрожат его пальцы, это слишком резко возвращает его в прошлое, в картинку, где руки дрожали точно так же, а вместо черной краски на них была алая.
Тайлер терпеть не может терять контроль. Это он понял уже давно, даже если обычно кажется, что он ничего не контролирует. Поэтому Тай вглядывается в глаза Джоша и пытается найти там уверенность в том, что все получится. И Джош... Он будто чувствует. Дает ему именно ту поддержку, в которой нуждается друг.
Тай чувствует эту поддержку, даже в мигающем свете, даже тогда, когда свет и вовсе пропадает. Он чувствует это в руке, лежащей у него на плече, и начинает дышать спокойнее. Собраннее. Глубже. Прислонившись к стене, Тайлер обхватывает ладонями лицо, забывая о том, что на них уже нанесена краска, и сдавленно смеется, когда Джош говорит о пятнышке.
Теперь все его лицо, наверняка, несет на себе след этой неуверенности. Которая, впрочем, быстро проходит, когда электроснабжение восстанавливают и Джош смешливо обмусоливает свой палец, стремясь к тому, чтобы Тай забыл о волнении. Это помогает, и он уже беззаботно смеется, говоря о том, что не желает быть обслюнявленным. В конечном итоге он все же подходит и позволяет вытереть Джошу дурацкое пятно краски, морщась при этом и говоря "фу".
Он не замечает, в какой момент времени все меняется. Марк в микрофон гонит их на сцену, и Тай стремится повернуться, но в следующее мгновение все меняется, потому что палец Джоша до сих пор на его лице. Время как будто застывает в киселе, а потом... Потом несется в скач, потому что Тайлер ощущает на своих губах прикосновение такой знакомой кожи, такого знакомого дыхания...
Поцелуй вырывает из него воздух, дробит последние капли уверенности в себе, и Таю кажется, что его колени сейчас подогнутся. И он не понимает, почему. Мимолетное прикосновение Джоша оставляет его голову пустой и он впервые не знает, с чего вообще должен начаться концерт. Он всматривается в лицо друга, но тот уже закрывает его масками. Всеми возможными масками, которые Тайлеру впервые хочется содрать с его кожи, лишить его Я защитного слоя. Проникнуть... Да боже! Когда-нибудь этот Марк угомонится?! Тай протирает лицо ладонью, скрывает его за маской и выходит на сцену, пытаясь вспомнить, что он должен делать. Толпа помогает ему.
Иногда ему кажется, что он может вообще не петь. Толпа скандирует его песни так громко, что если бы не особенное звуковое пространство сцены - его бы заглушило. Раз, два, три... Тай подносит микрофон к губам и чувствует спасительную привычность металлической сетки, которой касаются губы. Но... Но ему кажется, что это до сих пор губы Джоша.
Его голос немного срывается, но потом приходит в норму, и он поет, чуть ли не мозжечком соображая, каким будет следующее слово. Потому что... Не смотря на наушники, в которых играет музыка, он сам себя не слышит.
Так ужасно он, пожалуй, еще никогда себя не ощущал. Потому что весь контроль свалил из его мозга, полностью открывая его для мыслей, подобных пулям.
Концерт близится к концу, когда Марк говорит, что часть оборудования вышла из строя, и нужно чем-то занять толпу, пока они все не восстановят.
Тай ловит на себе взгляд Джоша и подносит микрофон к губам.
- Сейчас будет песня, которая в данный конкретный момент отражает все мои чувства.
Он выводит первые аккорды, и зал взрывается криком. "Goner" хорош тем, что требует только игры на фортепиано и ударных. Но дело, наверно, вовсе не в этом, а в том, что сейчас Тай действительно чувствует в себе необходимость это спеть, словно... Словно может хоть так сбросить из своей души это дурацкое, неимоверное напряжение. Он закрывает глаза, играя куплеты на ощупь, а перед глазами стоит лицо Джоша, в внутри разливается воспоминание того, как он целует его перед концертом.
В какой-то момент времени Тая начинает трясти, но он выводит слова в микрофон, все так же, с закрытыми глазами, боясь даже посмотреть в сторону друга.
- I'm inside out, you're underneath.... Don't let me be gone...
***
Кажется, не только Тай сходит с ума. Погода окончательно портится, и организаторы рекомендуют команде остаться в здании, пока буря не стихнет. Концертный директор соглашается, понимая, что автобусы по такой погоде все равно далеко не уедут. И Тай обычно бывает рад таким обстоятельствам, потому что просто развалиться на диване гораздо удобнее, чем ютиться целой толпой в одном автобусе. Вот только сегодня у них общая гримерка. И он не знает, как должен себя вести. Как говорить, смотреть... Чувствовать. Боже, как он должен чувствовать? Что он должен испытывать? После концерта они не видятся с Джошем, потому что тот сразу уходит за кулисы, а Тай... Тай отправляется на улицу, чтобы подышать воздухом. Останавливается в пределах заграждения у автобусов и слушает, как первые капли дождя бьют по металлическому кузову. Ветер швыряет капли и на него, но он почти не замечает этого, с каким-то нереальным мазохизмом подставляя лицо стихии. Кажется, ему просто необходимо почувствовать холодную влагу на своем лице, чтобы вновь ощутить себя в реальности, в той действительности, где Джош целует его, а он не... распыляется, не бьется на миллиарды осколков. Тайлер не знает, как к этому относится. Правда. Мысли бьются в черепной коробке и никак не могут принять какое-то одно направление. Они не обговаривали границ того, что позволяли себе на сцене или в интервью. Они никогда не думали о том, чтобы перевести это в реальную плоскость. Они никогда не делали этого раньше, и... Тайлер не может сказать, что испытывает. Ему нравится это. Да, нравится, потому что Джош близкий, потому что с ним комфортно, потому что он понимает... Таю НЕ нравится. Потому что он никогда раньше не думал о Джоше в таком свете. Все эти выходки на сцене и в интервью были... шуткой. Они были шуткой? Пальцы сводит судорогой от холода, и Тай вынужден вернутся. Дверь гримерной тихо соприкасается с косяком, а Тай во все глаза смотрит на Джоша, сидящего на диване. Обычно после концерта он разваливается на диване, как только смывает красную краску с лица и принимает душ. Сейчас он сидит одетый и держит руки у коленей, глядя в одну точку. Вся его поза говорит о напряжении, или Тайлер вконец разучивается читать состояние Джоша. Выдох вылетает из груди, как при нырянии в холодную воду. Тай стоит перед ним и не может отвести взгляд, чувствуя, как по лицу стекают дождевые капли. В следующее мгновение он хватает полотенце и сбегает в душевую, чувствуя, как по телу взамен холодных стекают горячие капли.***
Выйти из душа нормально не получается. Совершенно неожиданно вырубает свет, и Тайлер на ощупь возвращается к диванам, стоящих друг напротив друга. Кажется, все так и было... Правда, он не особенно обращал внимания на расстановку мебели. Вытянутые руки, пинок ногой по какой-то сумке... Зря он не берет телефон в душ. Растопыренная ладонь упирается в теплую кожу... Только нет, не дивана. В теплую кожу руки Джоша. По телу моментально расползаются мурашки, потому что рука Джоша по-прежнему очень теплая... А Тай снова заледенел. Несмотря даже на горячий душ. Блин... - Эм... Прости? Тайлер тяжело вздыхает и садится на диван напротив, обхватывая колени руками. Он очень надеется, что Джош не включит фонарик на телефоне, потому что он совершенно не представляет, как смотреть на друга и что ему говорить. - Мы должны что-то обсудить? Или просто сделаем вид, что ничего не было? Он всегда слишком откровенный... По-другому он, наверно, не смог бы петь свои песни перед тысячами людей...
