ДВЕ РЕКИ. ОДНО РУСЛО. / влюбилась в милого двуличного мерзавца

Зачем мы, лучшие друзья, целуемся? Мы заигрались? Мы перешли грань положенного, рамки, поставленные нами же? Мы давно уже не под объективами камер Canon.. Зачем мы продолжаем играться друг с другом, надавливая на самое больное – на чувство достоинства, на некоторые ноты эгоизма? Один вопрос.. – Зачем? Я не могу ответить на свой же вопрос.. Как это глупо.. В реальности молчу, но подсознание так и кричит, что зря мы это делаем, что зря притворяемся влюблёнными, ведь это может плохо кончиться.. Рано или поздно ложь сменится правдой, и последнее будет стоять под ярким светом софитов и прицелом фокусного взора всех интересовавшихся этой темой.. Неизбежно.. Неизбежно будет падение столь удачной для меня карьеры в полиции.. Я смотрю в глаза Егора, разбираясь в нём самом.. Ничего не понимаю.. Вновь пытаюсь в глазах его найти малейший ответ на свои вопросы.. Но снова нет ничего, что могло бы помочь мне.. Как только большая ладонь накрывает покрывшуюся румянцем щёку, опускаю глаза на источник своего восхищения.. Именно они, эти салатовые розы, становятся причиной моих вопросов. Какой бы интерес моего мозга ни появился в моём неразумном подсознании, начальная точка его принадлежит этим цветам.. Большим пальцем Егор гладит мою скулу, словно нежными прикосновениями запоминая её, а я всё так же изучаю лепестки закрытых бутонов. Наконец, среди яркости и насыщенности безумных роз я замечаю ту, что была совсем не обычна, по сравнению с остальными. Она была не простая – цвет радуги, переливающийся цветными бликами ярких ночных оттенков.. – Если уж начали врать, то давай врать до конца. Враньё – это искусство. Не знаешь, чьи это слова? – Мотор автомобиля издавал длинный протяжный рык, словно дыша в унисон своему хозяину. Егор был.. зол? Но почему? – Расширенные зрачки журналистов могут настичь нас в любой момент. Спасибо, что помогаешь, жертвуя собой и своей репутацией, да и жизнью тоже.. – Вновь эта слабая улыбка вперемешку с беспричинными повадками злости.. Искривлённая полоска губ, что нельзя было назвать даже улыбкой слабости или тонкой победной реакции, нет, это кривая линия розовых губ, нервно дрогнула. Почему сумасшедший ночи, властитель спящего города так боится, словно он милый, душевный комочек шерсти? Что в его голове?.. Может.. Мысленно он перерезает мне артерию.. Всё-таки, однозначный ответ дать я не в силах, ведь не способна одним непрофессиональным взглядом расценить его психическо-подсознательное состояние души.. кто он.. каков он сейчас.. он тот самый безбашенный псих или хорошик, жаждущий душевных детских разговоров?.. Егор что-то нервно печатал в своём айфоне последней модели, выражая своё крайнее недовольство, пришёптывая себе под нос несколько непонятые слова, но по агрессивной и суровой ноте его голоса я понимала, что эти фразы не несут ничего хорошего. Громкие разъярённые крики Булаткина заполняли пространство автомобиля, но не мои мысли.. Абсолютно не интересовалась его проблемами сейчас.. Я не отрывала взгляд от летящего, быстро меняющегося, пейзажа за окном: московские высотки, «лысые» деревья, стволы которых были окрашены белой известью, свет фонарных старых столбов, что освещал известные городские пабы и клубы, и стаи зимовавших в городе птиц. Ещё секунда – и авто замирает перед подъездом старой девятиэтажки.. Нервно напрягаясь, руки Егора вновь печатали что-то злобное, а с тем и угрожающее, мистеру X. С минуту я молчала, не решаясь вмешиваться в пространство парня, в данный момент навевающего не лучшее на моё психологические настроение души. Мы хоть и прекрасные актёры, исполняющие свои полноценные роли в выдуманной постановке спектакля жизни, и должны всё знать друг о друге до самых малейших крупиц, но нарушать личностные границы – не по моим правилам, но, явно, не сейчас.. совсем не сейчас.. – У тебя что-то случилось? – так же напряжённо свела брови вместе, следуя за взглядом вновь что-то обдумывающего парня. Я накрыла холодной рукой ладонь Егора, что крепко держала смартфон, разрывающийся от бесчисленных звонков и сообщений, закрывая все доступы к светящемуся экрану и открывая затормозившееся внимание на мою персону. Его акцентированный взгляд заинтересованности не находил на мне какую-либо точку, что целиком и полностью завораживала его подсознание, отвлекая от важности дела, а я вот не могла оторваться от просмотра линий его хмурового, сходного с погодой лица. За окном в тёмную, депрессивную целостную тучу сливались много-много более мрачных облаков, что заставляли становиться более сосредоточенным над контролем внешней ситуации пессимистом. – Да ничего! ДА НИЧЕГО, БЛЯТЬ!! Просто одна тварь из соперников на нашу банду навела целый патруль гаеров!.. СУКА! – Руки, сжавшиеся в напряжённые кулаки, резко ударились об руль, и напряжённым венам хватило момента, чтобы вздуться с новой силой и с большим итогом. – Самое, блять, хуёвое – нам теперь нужно уничтожить тысячи бумаг, чтобы нас не посадили за решётку. Они перешли все поставленные грани!.. Они нарушили наш общий кодекс!.. Я их без ствола заставлю стоять передо мной на коленях! А потом они у меня будут харкаться своей же кровью! Теперь ты понимаешь, что у меня случилось сука?!.. Эти твари жёстко меня подставляют! И, скорее всего, через месяц я уже буду не в туре, а на Канарах батрачить!.. Мрази тупые.. Я сдалась.. Делать вид правильной актрисы и терпеть такие срывы – нет желания.. Выпрыгнув из машины и назло хлопнув сильно дверью, я заревела.. Слишком много появилось проблем, и я не могу их больше копить в себе.. Мне нужна.. Мне необходима эмоциональная перезарядка!.. – Ника! Стой! Да остановись ты хоть на секунду! НИКА! – по-царски Егор схватил моё запястье и повернул меня так, что теперь я смотрела сквозь застлывшую глаза пелену слёз на озлобленного то ли моим осложняющим ситуацию поведением, то ли происходившими проблемами, что накрыли его с головой, парня. Его пылающие безликой местью глаза так же горели виной передо мной.. Ника, что ты творишь? У него и без твоих слёз много нерешаемых проблем, и ты.. плачущая дура.. что добавляет его подсознанию новых огрызков беспредельных глупых мыслей.. – Что? Я всё более чем поняла: у тебя задница в банде, я тебе, по логике твоих мыслей, ничем помочь не могу.. даже глупым советом, хотя это не так.. Не напомнишь случайно, какова моя работа? – Грубое в ответ молчание, оскорбляющее моё эгоистическое подсознание. Мы до чёртиков свободны.. И это пугает.. Мы слишком вольны в своих решениях, в своём поведении, в своих, чёрт возьми, ненавязчивых ошибках. А потом, жалея, мы ищем попытки всё исправить, расхлебать эту кашу, что сами же и заварили. – Вот именно! У меня вагоны различных связей ровно так же, как и у тебя. Если ты никого не можешь попросить о помощи в такой ситуации, я тебе на что?.. Наверное, для этого я тебе и дана самим Богом, чтобы каждый раз вытаскивать тебя из этой клоаки.. – Набрав своего старого, верного друга – Михаила, что сегодня просиживал своё заднее место в отделе, явно страдая какой-нибудь редкостной фигнёй. У него по-другому никогда не бывает.. – Мишенька, пожалуйста, скрой эту инфу ото всех, не передавай сведения дальше. .. По гроб жизни буду обязана. .. Ми-иш, ты всё равно не увидишь, как я сейчас стою на коленях, соглашайся. .. Спасибо! Обожаю тебя прям! Ветер, усиливший противное состояние гусиной кожи.. И обрывной гудок после сброса звонка.. Резкое поднятие настроения и вовсе не улыбка глупости или сумасшедшего безумия.. Улыбка счастья, чудесного, окрыляющего счастья.. – Никогда бы не подумала, что буду помогать человеку, что держит меня под тоном своих слов.. – А разве не этого хотела твоя мать? Чтобы у тебя был такой человек, одно слово из уст которого заставляло тебя делать что-то иначе, не так, как ты этого желаешь. Ты ведь никогда не слушалась своих родителей в детстве.. – И снова эта смелость не там, где она нужна.. Почему он не был так же смел, когда он чуть не попал за ржавую решётку зала суда? Почему он боялся сказать «помоги»? Почему..? Я не успеваю разобраться в нём, как он одевает уже новую маску своей второй не менее загадочной жизни.. – Ника! Егор! Идите чай пить! – Боже, мама.. Она, выглянувшая в приоткрытое на мгновение окно, делает жесты рукой, чтобы мы, наконец, явились на ночное чаепитие, но мы лишь засмеялись и устроили марафон наперегонки по этажам старого здания. Мне было мало этого, несмотря даже на то, что в этом забеге я заняла второе место из двух, конечно же, возможных.                            * * *                Спустя два часа. Пугающее состояние душащий тишины окутывало меня сильнее. По-видимому уснувший Егор, наверное, видел цветные картинки своих снов, но это мне не дало повода отказаться от тихого шёпота его голоса.. – Егор? – Молчание с его стороны.. Я громко выдохнула накопившийся в лёгких воздух, на секунду закрыв глаза, и вспомнила весь сегодняшний день, успевая улавливать всю текучесть прошедших минут, наслаждаясь полной отдачей своего сердца.. Именно с Егором моя жизнь стала более эксцентричной и, наверное, более интересной и завораживающей саму меня. – Да? Ник.. – Мы словно боялись кого-то разбудить, если голос будет нормирован в силу шестидесяти децибел. Наши голоса сливались с гробовой тишиной уснувшей под шелест листьев комнаты. Сверкнувшие в темноте голубые глаза, отдавшиеся бликами ярких золотых зрачков, нашли отражение в моём лице. Сейчас его внимание было заострено на мне, по-видимому просто-напросто его сейчас ничего не волнует, кроме моего затянувшегося молчания. – Обними меня.. Мне страшно.. – Раздавшийся вдалеке гром и сверкнувшая в окне молния буквально заставили меня накрыться с головой пуховым одеялом. Я лежала лицом к ночному городу, разглядывая настоящую сказку, но как только почувствовала, что пустая секунду назад вторая половина кровати прогнулась под весом Егора, я повернулась к парню, разглядывая ночные блики полного месяца на его лице. В который раз ловлю себя на мысли, что, кроме Егора, другие парни мне не нужны, ведь он тот, кто мне нужен, он тот самый, которого я ни за что ни на кого не променяю.. Он – один из тех, кому принадлежат мои чувства, что таятся глубоко в моём сердце.. Для меня важен каждый его вздох, звук, даже шорох – для меня счастье.. Вне зависимости от того, кто он сейчас: качовый рэпер, по которому «текут» девчонки, или ночной убийца сна, что держит весь город в страхе? Главное – я хочу ощущать его прикосновения и нежный голос за спиной, и видеть Его глаза, наполненные лаской.. – Ты боишься грозы? – С лёгким интересом в хриплом тоне поинтересовался Егор, рассматривая мои залившееся красным оттенком щёки, благо темнота не давала увидеть мою смущённость, мой дикий страх.. Я слышу его неровные выдохи и уравновешенный стук сердца.. Именно здесь мой полу спящий разум обращает внимание на такие мелочи, что полностью дают мне полноценный итог: видеть перед собой этого человека.. – Я больше боюсь не саму грозу, я больше боюсь мандражного состояния после удара и раздающегося эхом грома. Колики мышц расходятся по телу, разум совершенно теряется, и я понятий не имею, кто мы и где мы.. – Прошептала я, не контролируя свои блестящие во тьме сверкающей ночи глаза, свои руки, что блуждали по растутоираванным бицепсам Егора. Булаткин навис надо мною, томно дыша в моё лицо, что было увлечено его словно нарисованными, словно из фильма глазами.. Небесный цвет, отражающийся бликами моих ровно так же ярких радужек.. Мы, томно дыша в лица друг другу, смотрели в глаза, совсем не избегая настырного взгляда.. – И что тебя спасает в такие моменты? – Хрипло и с лёгким возбуждением спросил парень, внимательно следуя моим взглядам. И снова затишье.. Намечается буря.. – Обычно, я быстрее звоню родителям, они меня успокаивают, и на душе становится легче, сердце стучит в своём русле.. На душе тихо-тихо.. – Спокойным тоном произнесла я. Стеклянный мой взгляд и вовсе расплылся. Между нами миллиметры.. Но не могу сфокусировать зрение именно на о чём-то задумавшемся Егоре.. Глаза теряют контроль. И я вовсе теряю власть над своими очами. И теперь в глазах скакали чёртики пошлости и дикого желания.. – Может быть, сейчас душевного умиротворения ты достигнешь без помощи родителей? – Мы смотрели друг другу в глаза, молча и при этом едва дыша.. Он осторожно отодвинул прядь моих блонд волос, заставляя сердце забиться в бешеном ритме вальса. Во взгляде мелькнула нехарактерная для него, всегда такого серьезного и непреклонного, нежность, и, не удержавшись, я первая потянулась к его пунцовым устам. Неспешные, но уверенные движения наших рук и губ.. Я лежу на кровати, но я чувствую, как у меня кружится голова, бардовый румянец вновь заливает щёки, но теперь по-настоящему, по-взрослому, а глаза сияют, как две звёздочки!.. Величайшая энергия Вселенной!.. – Зачем мы целуемся тогда, когда обзора камер нет? – Тишина.. Я слышу, как в гостиной стучат часы.. Такое спокойствие, такое умиротворение, словно весь мир замер на мгновение, оставляя в своём измерении только нас двоих.. Глаза начали безмятежно закрываться, тихонько хлопая пышными ресницами, отгоняя все необычно навязчивые мысли прочь, за пределы моего подсознания.. – Наверное, потому.. что я люблю тебя..