ДВЕ РЕКИ. ОДНО РУСЛО. / влюбилась в милого двуличного мерзавца

Сонно работающее сознание подозревает вновь совершившийся в молчании уход Егора. Я сплю.. Но думаю.. И думаю вполне плодотворно. Моё мутное ото сна подсознание выдаёт порой настолько глупые мысли, что невольная усмешка срывается с губ в реальности. «Сбежал..» – одиноким эхом кричал полупьяный алкоголем сна разум. За эту ночь, за всё время, что я спала, могло произойти всё.. И даже самое страшное. Но всё так же, сквозь полусладкую дрёму, ощущаю скользящую по моему животу руку, что прижала меня сильнее к телу Булаткина. Блаженное спокойствие.. Тишина.. Никаких криков и кухонного шума посуды..  Только счастье долго никогда не длится.. Мелодичные звуки раздающегося звонка заставляют полноценно открыть глаза и выбраться из объятий, подобных стали, парня, не разбудив его и не заставив даже шевельнуться. Смартфон всё так же громко звонит, разрушая комнатную пелену тишины и молчания. Егор смешно корчится и переворачивается на другой бок. Кто хочет поделиться бессмертием с Сатаной, что будит меня в такое раннее время? – Чего тебе, Миш, надо? В семь утра.. – Я сморю на ярко светящийся экран телефона, застыв от шока, но через неопределённо короткий срок времени перехожу на крик, на одну единственную реплику забывая о том, что должна не разбудить Егора своими криками, а уж тем более в такое время, – В семь утра?! Ты чё, пьяная или больная? Какого фига?! – Поговории со мноой! – воскликнула Мишель, и я услышала чёткое эхо удара ладони о бетонную стену. – Миш, ты адекватная? Или всё-таки психушку вызвать? Ты, правда, не догоняешь, что я спать хочу?.. И как бы сейчас у меня нет желания разговаривать с человеком, который до чёртиков пьян.. – Да Боже, угомони своё сложившееся впечатление о моём физическом состоянии. Не пьяная я, не пьяная. Ты лучше расскажи, куда это вы с Булаткиным ушли, оставив меня наедине с бумажной волокитой? М? Я надеюсь, вы не занялись тем, что делают мужчина и женщина в ночном полумраке? – Слушай, по красноречивости твоих речей могу сделать вывод, что ты там ночью с кожаного кресла упала. Хватит этих тупых предположений! Они меня бесят, ты же знаешь!.. – Ой, Ник, не прикидывайся дурой! Ты, правда, не понимаешь, почему Булаткин поступал в НАШЕ отделение каждое – слышишь? – КАЖДОЕ твоё дежурство.. Думаешь, неужто ему охота портить свою карьеру вот этими вот проблемами с полицией? – Ты намекаешь на то, что.. – Да ни на что я не намекаю! Я говорю тебе прямым текстом! Ты ему нравишься! Судить о большем не могу, к сожалению или к счастью. Но думаю, дала я тебе повод не спать ещё часа два до пробуждения Булаткина. И не спрашивай, как я узнала. Как соберёшься с мыслями – звони. Удачи.. – Ага, спасибо, – в пустоту прошептала я, прикрыв глаза, сдерживая свои слёзы внутри, и обратила взгляд на мило спящего Егора, что нелепо обнимал подушку, словно она заменяет ему меня. А ведь во многом Миша права.. Должен быть явный повод столь частого посещения участка Булаткиным? Рвение к кайфу, желание безудержности в криминале.. Это ведь не просто разбить стекло заброшенного здания, «украшенного» яркими граффити и маркерными рисунками, омрачнённых темнотой ночи, это довольно серьёзное занятие – криминал.. Она права, Егору не зачем ставить самого себя под такую сильнейшую угрозу мрачного света тюремных дней. Если только он не хочет добиться чьего-то пристального внимания, не отрывающего на что-либо другое. Пристальное внимание к нему одному и ни к чему более.. Только он, его жизнь, а вокруг него – бепредельная поглощающая темнота.. Новый день – моя смена, его поступление и наши допросы, нарастающие новыми проблемами с новым импульсом каждодневных течений жизни.. Как разобраться в себе, не находя себе новые моральные проблемы на и без того больную голову? Не хочу убивать себя надеждами и давать море ложных обещаний себе, а уж тем более Егору. Не хочу обманывать и потом страдать от того, что сама обожглась. Я столько раз об этом читала, слышала от близких знакомых.. не сталкивалась сама, нет, но слухов, порой, достаточно, чтобы сделать определённые выводы. Это не глупая привязанность к нему, нет.. Это не сильная дружба, нет.. Это что-то более эмоциональное, более по-реальному необъятное.. Правда.. Сейчас это настоящие эмоции, это настоящие чувства, это тихо шепчущее моё сердце, окутывающее своим шёпотом моё подсознание.. Что это?.. Симпатия, любовь или всё та же отверженная мной привязанность? Даже если и любовь, мне страшно любить его.. Я просто-напросто не должна.. Что подумают другие, когда узнают, что представитель зла провинциально московской элиты и ветвь правоохранительных органов вместе встречают рассветы и провожают закаты? М? Социально-общественный взрыв! Какова будет моя карьера?.. Какой станет моя жизнь с полным установлением Егора в таковом статусе?.. Но, стоп!.. сейчас же мы состоим в отношениях на публику, что каждый день с новой бурно нарастающей силой величия обсуждает наше отношение друг к другу. Ведь сейчас всё хорошо.. Наверное.. Да, и даже более, чем обычное «норм», насущее всем людям своим написанием, а уж тем более и сурово грубым произношением.. Что измениться, если наша фальш-игра станет настоящей реальностью? Мы станем счастливы? Но кому это будет вредить? Кому.. и чем?.. Вопрос за вопросом.. Ответ за ответом?.. Нет! Лишь тянущее меня в центр, на тот островок, где находился Егор, болото вопросов.. Ни одного ответа, ни одного.. Это страшно.. Это мои страхи – не получить ни одного понятно вырезанного из колкости сурового быта ответа. Я не хочу плакать, но не могу сдержать себя.. Моральный взрыв мыслей, отдавшийся невероятно ледяным бегом мурашек по коже. Сидя на тёмном холодном комоде, я, закрывая пальцы, замёрзшие от падения температуры, исходящего от тела и устоявшейся за ночь комнатной температуры, мягкими краями рукавов тёплого свитера, тихонько наблюдала за еле заметным движением своих внутренних мышц ног. Перевожу молчаливый, но таящий в себе многие загадки взгляд на Егора, вновь наблюдая за его лицом: слегка подрагивающие ото сна ресницы, разбросанные по белоснежной подушке волосы и.. расползающаяся улыбка.. Он не спит.. Снова пытается обмануть меня.. – Хватит, Егор! Не притворяйся.. Я же вижу, ты не спишь, – Улыбка вперемешку со слезами.. Вопросительность его взброшенных бровей пронзила меня, заставив вспомнить о своих красных глазах.. – Не нужно на меня так смотреть. – Утро у тебя постоянно начинается со слёз? Рассказывай, по какому поводу топим соседей столь медленным образом? – Вмиг Егор оказался напротив меня, прожигая красные глаза, грубо хранившие в себе всю мою обнажённую душу, своими голубыми очами. Его глаза – гипнотизёры. Я не знаю, как происходит этот сеанс, но безумно невероятно ощущать его подсознание в своей неограждённой душе.. Это, как минимум, кайфово – знать, что он читает тебя, все твои душевные записи, сохранённые во времени, как книгу, к которой он – единственный, кто смог подобрать сложный восьмизначный код, отворив все замки, скрипящие старостью и ветхостью. – Да так, не бери в голову. Это эмоциональная перезарядка. У меня такое частенько бывает. Особенно весной и осенью, – Ему нравится, как я вру. Он понимает мою ложь, но не добивается правды, понимая, что она режет сильнее и больнее того же кухонного ножа. То ли жалеет меня, то ли жалеет самого себя.. – Ты не подбросишь меня до больницы? Я хочу навестить папу.. – Конечно. Но говорю заранее: ты, как моя девушка, должна будешь сегодня в сопровождении, собственно, твоего принца посетить корпоратив нашего лейбла, – Как это звучит прекрасно, но в то же время присутствует какое-то отвращение к этим нелепым фразам воздымающейся над головами любви. Смешанное чувство.. А сильное впечатление оставило полноценное предложение: «Моя девушка в сопровождении твоего принца».. И что это? Я возношу его слова намного выше, чем они на самом деле являются. И, видимо, это нормально. Нужно с этими мыслями прожить хотя бы ночь и тогда уж видно будет, что это: глупо разумное самовнушение или настоящее чувство симпатии? А пока мозг, словно в футболе, передаёт «пас» сердцу..