Разбитые

Первое, что почувствовал Шэдоу, когда сознание прояснилось – холодную землю под собой и мелкие камешки, которые неприятно вдавились в щеку, оставляя мелкие колючие порезы на коже. Разлепив глаза, он приподнялся на руках, чувствуя, что это стоит ему немалых усилий. Было ощущение, будто воздух вокруг вязкий, больше напоминающий дно озера, но вскоре черно-красный смог освоиться и понять, что это лишь неприятные последствия произошедшего. Кстати, о произошедшем – это было, пожалуй, самым актуальным вопросом на данный момент. Оглядываясь и нетвердо вставая на обе ноги, Шэдоу уперся ладонями в колени, пытаясь уловить в серо-желтом пейзаже хоть что-либо знакомое. Он стоял на голой равнине, напоминавшей больше поле бывших военных действий. Повсюду пустота, кратеры, будто от взрывов, и неясного рода обломки, в которых явно чувствовалось эхо сражений. Подобные вещи были знакомы Шэдоу, потому картина его мало радовала. Вблизи из более-менее знакомого ежу, валялись только огрызки того, что когда-то было базой Эггмана. Видимо, часть здания попала под прицел луча вместе с ними. «Вместе с…» - еж обернулся, мгновенно выпрямляясь и выискивая глазами знакомую синюю фигуру, но эти попытки не увенчались успехом. Напряженно сведя брови, черно-красный зашагал среди бетонных и железных обломков, поднимая большие пластины и отшвыривая те в сторону, взбивая серые клубы пыли с земли. Задействованные мышцы рук заныли, но Шэдоу пытался не обращать на это внимания, продолжая разгребать завалы, пока, наконец, на глаза не попались знакомые синие конечности. Через минуту вытащенное из-под обломков тело какого-никакого, но товарища лежало перед черно-красным ежом, не подавая ни единого признака сознания своего владельца. -Тц, - процедив сквозь зубы, он наклонился к Сонику и потормошил того за плечо, - эй, давай просыпайся. Но тот не торопился открывать глаза, хотя, факт того, что зверь перед ним дышит, обнадеживал. Со вздохом присев на корточки, Шэдоу в некоторой прострации всмотрелся в лицо ежа: «Мне уже не нравится все это…» - в этот раз совершенная форма жизни была менее терпима и с каждой секундой все более раздражительна: -Соник, вставай! – пара пощечин, не давших результата, нервный пинок и, в конце концов, Шэдоу сдался, ворчливо взваливая искалеченного синего ежа себе на спину. «Как тяжело быть добрым», - стискивая зубы больше от отвращения к ситуации, нежели из-за ломки в собственном теле, черно-красный двинулся в путь. Оставаться на месте, как он решил, было неразумно. Ответы сами по себе не придут, да и, кажется, есть резон искать хоть какое-то укрытие и источник воды. Если сам Шэдоу в этом не особо нуждается, то вот о его ноше сказать такого было нельзя.

***

Продвигался черно-красный не сказать, что бы быстро, во всяком случае, этому препятствовал Соник. И дело было даже не в том, что он тяжелый, а в том, что его холодный нос то противно утыкался в шею, то в щеку, то в плечо, причем, лишенный сознания еж постоянно соскальзывал со спины, особенно это касалось свисающих с плеч Шэдоу рук. В очередной раз остановившись, чтобы поудобней перехватить своего приятеля по несчастью, черный еж, кряхтя припрыгнул, удобнее хватая под коленями синего, как вдруг легко и непринужденно рука в драной перчатке зарядила ему пощечину. Конечно, это было не больно, но вполне хватило, чтобы Шэдоу взбесился: «Какого хрена?!» - как только ноша была бессердечно скинута на землю, за спиной раздался звонкий «Ой!». Испепеляющий взгляд рубиновых глаз «впечатался» в синего ежа, который тем временем с печалью осознавал, что его шалость и в некотором смысле маленькая месть была разоблачена. -Ты! – черно-красный развернулся к лежачему, и гневно тыкнул в него дрожащим от бешенства пальцем. -А-а! Шэдоу, нет! Я не специально! – синий тут же замахал руками, вскакивая на ноги и пошатываясь отходя от источника зловещей ауры, но затем, видя, что еж напротив него медлит, не сдержался и упер руки в боки, - да ладно тебе, мне просто было интересно, а после того, как ты меня еще и принялся самостоятельно тащить на своем горбе… Договорить ему уже не дали, Шэдоу мгновенно пересек короткое расстояние и, схватив Соника, без труда свалил того обратно на землю, все же еще синий был слаб. -Ты думаешь так легко отделаться? - несмотря на то, что голос ежа был достаточно сдержанным, его пальцы стальной хваткой держали синего за иголки, тыча его мордой вниз и едва не заставляя жевать грязь. -Апфу! Шэ.. Шэдоу! – жмурясь, Соник еле сдерживал смех, ведь несмотря на то, что его до чертиков забавляла реакция черного ежика, он понимал, что еще больше его злить не стоит. -Пф! – пихнув его еще раз носом в землю, Шедоу выпрямился и отряхнул руки, – кончай с этим, сейчас не время для твоих глупых игр. Помогать подняться синему ежу он не стал, отворачиваясь и не желая видеть сие жалкое и сейчас крайне раздражающее существо. -Есть идеи где мы находимся? – отряхиваясь от пыли, Соник решил, что дразнить черного ему не стоит в таком состоянии. «А вот когда смогу от него слинять, то уже можно будет ~» - мелькнула мысль в беззаботной синей головке. -Нет, - Шедоу поддался вперед и пока неспешно зашагал дальше. -А куда тогда мы идем? – касаясь пальцами ссадин на лбу, Соник поморщился, но последовал следом за черным. Последний так и не ответил, а только получше вгляделся в линию горизонта, на которой замаячили иглы лысых деревьев. «Это что?.. Лес?» - не смотря на какое-то подсознательное чувство, что подобный пейзаж весьма подозрителен, Шэдоу все же был рад. -Ты можешь двигаться быстрее? – он так и не посмотрел на Соника. -Ты кого это спрашиваешь? – к голосу синего ежа таки вернулась былая бодрость. «Быстро он» - прошло мгновенье, и черно-красный еж мысленно улыбнулся собственным словам, промелькнувшим в голове. Практически одновременно они оба сорвались на бег: один плавно скользя над израненной поверхностью земли, а второй – перебирая избитыми ногами со скоростью, хоть и уступавшей привычной, но все же со стороны еще как поражающей глаз.

***

Эми сидела у окна и уже который час разглядывала пейзаж за ним. По стеклу бил дождь, размывая очертания черных деревьев и прибивая к земле жухлую траву. Иногда ветер задувал так, что стекло тихо сотрясалось, и девушка вжимала голову в плечи, чуть отстраняясь от окна. Когда это произошло снова, она совсем отвернулась, поджимая губы, и неуверенно подняла взгляд на рыжего лисенка, что сидел за столом, разбирая непонятный ей прибор. Вид у него был сосредоточенный, брови сведены. Эми поняла, что совсем не привыкла видеть его таким. -Тейлс… - голос девушки чуть дрожал, она боялась, что вот-вот на ее глазах навернутся слезы, - Соник ведь не м.. -Эми, я занят, - его голос был по прежнему детским, но настолько резким, что Роуз отвернулась обратно к окну и опустила голову. Она все же заплакала. «Он не мог умереть… Не мог. Мне просто надо верить. У Тейлса получится разобраться с этим устройством. Мне просто нужно верить…» - слезы глухо ударялись о подоконник, но Эми уже не могла их остановить, она даже не стирала соленые дорожки, боясь, что это привлечет внимание и отвлечет от работы лисенка. Ведь теперь все зависело от этого. Когда Руж рассказала о произошедшем: о том, что она видела, когда догнала Шэдоу и Соника, Эми в отчаянии даже кинулась на летучую мышь. Ей хотелось найти виноватого прямо здесь и сейчас, ей хотелось, чтобы кто-то исправил произошедшее, но ведь она понимала, что Руж не специально опоздала тогда. Ведь за ежами и правда так трудно угнаться, не Эмили ли об этом знать? Прошло уже достаточно времени с того момента, как они забрали пушку у Эггмана и его исследования. У профессора не было шансов, против собравшейся команды разъяренных друзей, однако, не сказать, что это его так уж расстраивало. В конце концов, по его мнению он смог добиться своего. «Соник…возвращайся. Я... как мы теперь без тебя справимся со всем этим?» - Эми все же подняла голову и вновь вгляделась в вид из окна. Краски Мобиуса выцветали, превращая некогда яркую долину в серую мрачную пустошь.

***

-Тсс, тсс… - сбитое дыхание двоих в тесной кладовой смешивались в одно, оба ежа в ужасе вжимались друг в друга, смотря глаза в глаза, в которых истошным криком бился страх. Шэдоу пытался успокоиться, но сейчас это было невозможно, он только отчаянно прижимал палец к своим губам, пытаясь успокоить синего, но тот дышал слишком громко. В отчаянии он зажал ладонью его рот: -Соник! – черно-красный не заметил, как его собственный голос сорвался, но Соник среагировал незамедлительно, закрывая и ему рот тоже, с еще большим ужасом смотря в рубиновые глаза. Прямо за хлипкой дверью разнесся шум десятка маленьких ног: -Я вас найду~ -несколько детских голосков запищали хором, и скрежет коготков резанул слух так, что оба ежа поджали уши.